2.8. Песни менков

Эта часть более разработана в усть-казымском варианте, чем в верхнеказымском. Содержание песен аналогично верхнеказымскому, но в нижнеказымском варианте № 72 больше подробностей и инсценировок, одна песня имеет несколько действий. Аналогичные сценки зафиксированы В.Н. Чернецовым (Источники…,1987. С. 251.).

В сценках «правовые» установки даны часто в перевёрнутом, инверсионном виде.

Примером служит сценка №72, показывающая, какое наказание постигает человека нарушившего тот или иной запрет. Социальные установки изображаются сначала «нарушенными» и поэтому ведущими к конфликтам, которые создают сюжет.

Наряду с сюжетно организованными текстами в качестве поучений в хантыйской устной традиции, обозначаемых особыми терминами «йем, атум, ант рахfk». Переводится как запрет, плохо, нельзя, свято. Такие тексты считаются «оставленными» божествами в назидание своим потомкам.

Такие запреты и предписания регламентировали, все основные аспекты жизнедеятельности каждого члена коллектива. Искуплением вины всегда выступает жертва, так называемая искупительная. Данный пласт в игрищах необходимо относить ко времени развитой религии.

Менки выступали у казымских хантов как учителя в охоте, рыбалке, они обучают людей правилам поведения на природе. У казымских хантов в сценках медвежьих игрищ отсутствуют сюжеты, в которых люди убивают менков. Духами-покровителями городков повсеместно на Казыме являются менки. По материалам медвежьих игрищ (записанных мною на видеокамеру 1995 г.) восточных хантов, там менки должны быть уничтожены. По северо-мансийским материалам Н.Л. Гондатти (1888. С. 85) брак между человеком и менком вполне возможен. По представлениям казымских хантов, люди не могут вступать в брак с менком, в инсценировках медвежьих игрищ люди вступают в половую связь с духами миш.

По сюжетам сказок (Мифы, предания, сказки…М. наука 1990) это целая общность сверхъестественных существ. Они изображаются существами, обладающими необыкновенной силой – огромного роста, часто выступают многоголовыми до семи голов. Менки боятся берестяного туеска где был клей, берёсты. Здесь нужно заметить, что береста в культуре служит границей миров реального и ирреального, потустороннего.

Менки подразделяются на две группы:

1. Персонифицированные – это духи-покровители озёр, рек, городков.

2. Неперсонифицированные, обитатели лесов, стоящие рангом ниже покровителей.

Духи-покровители территорий служат людям, с этой целью люди приносят жертву, тем самым, задабривая их.

Неперсонифицированные при попустительстве покровителей могут навредить человеку или просто подшутить: увести в лес, проблудить, напугнуть зверя, дичь при подкрадывании охотника.

В данном разделе проявляется местный аборигенный пласт медвежьих игрищ, древняя культура таёжного охотника.

2.9. Песни миш

Духи, относящиеся к этой категории, делятся на две группы:

1. Неперсонифицированные лесные духи.

2. Персонифицированные лесные духи.

Их функция - мув kавkты, охранять землю. Следующая функция - покровительство тех, кто живёт в данной местности, и третья функция - дать удачу тем охотникам, которые поклонились лесным духам и ставили в качестве жертвы еду или привязали на дерево отрез ткани. А тех, кто нарушает правила поведения в природе, могут наказать. Наказанием бывает потеря удачи на охоте и рыбалке, болезнь детей и т.д. Данные сверхъестественные существа владеют определённой территорией, а также обитающей на той территории флорой и фауной. Их содействие считается решающим на промысле. Отношения их с людьми на договорной основе. Договором служит жертва, приносимая непосредственно на местах промысла (горячая пища, отрез ткани), просьба дать удачу на промысле.

Песни миш, или Миш арат по хантыйски называют – хатkqвfy арfт, что в переводе означает "завтрашние песни".

Итак, в Усть-казымском варианте представлены 15 персонажей, в верхнеказымском тоже 15 персонажей. Большинство персонажей представлено с сопредельных территорий. Это реки Лахсум, Мозямы, Обь, Куноват, озёра Лахсум лор, Монгхал лор, Вотма лор. В своей песне богиня из озера Вотма упоминает, что она живёт рядом с бабушкой Нити плетущей женщиной. У неё нет своей песни, и она не является персонажем медвежьих игрищ. Много сказок встречается про неё, некоторые варианты опубликованы (Молданов Т.А., 2001. С. 16-19).

Из дальних мест представлены богиня Северной Сосьвы и богиня Малой Сосьвы, Сыни.

В то же время в верхнеказымском варианте широко представлена юго-восточная часть, это бассейны рек Назым и Тромъёган. Лесным духам у усть-казымских хантов приписываются отрицательные функции. В частности, в песнях отмечается, что лесные духи могут быть опасными для людей, так как для продления своей жизни они могут забрать у человека одну из душ. У верхнеказымских хантов сегодня бытует мнение, что в облике медведя пришёл в дом лесной дух. Какой именно лесной дух пришёл, гадают перед началом игрищ.

Главная особенность этих песен состоит в том, что когда поют, то каждого персонажа как бы приводят или он приходит на то место, где проходят игрища. Как правило, входят в данную территорию через устье реки, т.е. поётся, что божество идёт по реке если в Казым, то обязательно через Обь снизу или сверху.

Усть-казымские игрища проходили, в селе Полноват и соответственно пели, что приходят в землю, полную чёрными воронами (это фольклорный эпитет села Полноват). Эпитет село Полноват получило от своего духа–покровителя, у которого зооморфный образ – чёрный ворон, и которого называют Наyк паzy ики – мужчина лиственничной рощи. Его песня представлена под № 48, в песне его называют мужчина - охранитель устья реки Казым. Второй часто употребляемый эпитет «начало соболиных колен» т.е. вход, двери на Казымскую землю.

В усть-казымских игрищах не соблюдался традиционный сценарий. Грубым нарушением считается исполнение песни «Богиня Северной Сосьвы», сразу после номера с явными эротическими элементами. Традиционный сценарий такого казуса не допускает, соблюдаются все переходы. В этом отношении образцовым является сценарий Верхнеказымских игрищ.

Общими божествами на игрищах явились следующие: богиня Северной Сосьвы, богиня истоков Малой Сосьвы, богиня Ар хотаy ими – Многих домов покровительница, богиня реки Пелым, богиня реки Куноват. Песня богини реки Куноват исполнена в обеих вариантах, она является дочерью Казымской богини.

Своё имя “Многих домов женщина” богиня получила в силу того, что она является покровительницей многих домов (родов, семей), живущих по рекам Казым, Назым, Помут, Амня. По своему происхождению Ар хотаy ими является “вtнт лtyх нэ” ‘лесной дух-женщина’, но не принадлежит к коренным жительницам Казымской земли. Судя по песне, раньше она жила в тундре. Но муж постоянно охотился в лесу, она оставалась с сыном дома. Одновременно кочуют, живут то в тундре, то в лесу. Перекочёвка характерна для культуры охотников на диких оленей. Второе имя её Осёлаy ими переводится как Женщина у начала изгороди. Изгороди строились для ловли диких оленей, и то место расположено на реке Помут, где до сих пор видны большие ловчие ямы, в которых ловили диких оленей. На реке Назым и в устье Казыма её ещё называют Мосум ими (Назымская богиня) по её первоначальному месту обитания.

В легенде говорится, что хорошо, сытно жила богиня при благоверном–друге. Но однажды он ушёл на охоту и не вернулся. Богиня осталась с малолетним сыном. Долго они ждали, не дождавшись, сами, направились в путь. С этого момента события священной песни обретают конкретное место действия - река Назым. В некоторых вариантах песни она произносит неугодные богу слова и за это получает наказание. Над её спиной поднимается светлый меч “небесного всадника”. Богиня убита физически, но её освобождённый дух сажает в заплечный кузов ребенка, и они продолжают идти вдоль реки Назым. По пути останавливаются ночевать на мысу, и утром она оставляет там своего сына, подвесив на сук, и наставляет быть на этом месте охранителем людей. Сама богиня отправляется в Нумто, там гостит у подруги Казымской богини и направляется на Помут, где и становится охранителем тех мест и покровителем домов (семей) рек Назым, Помут, Амня.

Кульминационным моментом судьбы богини Ар хотаy ими является момент, когда ей наносится удар мечом. Что может символизировать этот акт?

В науке имеется точка зрения, что хантыйское божество Ас тый ики (тот, что наносит удар) связано с восточно-иранским божеством Митра, могучим блистательным повелителем Солнца (Мифология хантов. С. 174). Вообще, сам факт смерти во многих религиозных системах является символом уничтожения одного состояния и перехода в другое. В ритуалах же Митры есть обряд убийства быка, означающий, что божественные лучи Солнца, символизирующие удар ножом, освобождают жизненную сущность – кровь, которая оплодотворяет семена живых сущностей. Исходя из сказанного, можно сделать вывод, что в песнях Ар хотаy ими до нас дошло эхо тех далёких событий. Когда на югорскую землю пришли южные племена (или их идеология) и, как видно из текстов песен и преданий, они уничтожили духовную культуру “аборигенов”, возможно охотников на дикого оленя, несли в их среду лучи “божественного света”. Последние покорились силе меча, частично переняли религиозную систему пришельцев.

Особенность исполнения песен-миш в верхнеказымском варианте состоит в том, что они все в качестве дара везут богине Казыма кто соболя, кто осетра. Во время пения называют, что они приходят на землю полную соболями. Этот эпитет Казымская земля получила от своей богини, у которой одно из перевоплощений – соболь. Расхождения в сюжетах имеются в песне богини истоков Малой Сосьвы. Так, в верхнеказымском варианте богиню оставляет орёл на местечке Вэйт, а в усть-казымском варианте случайно роняет богиню вместе с островом у местечка Вэйт. Она становится женой бога Вэйт ики. На том месте в настоящее время святое место бога Вэйт.

Общая особенность песен-миш состоит в том, что они поются от имени бога, авторство приписывают богам. Это предания отправленные божествами своим потомкам. Отсюда и отношение к ним как к священной истории. В танцах духи-миш оставляют удачу, песни-миш с одной стороны относится к производственной магии с другой несут дар Казымской богини, это уже жертволприношение которое, по мнению Фрезера, позднее. Фрезер считал, (Дж. Фрезер,2001. С 127) что с развитием познания ведущее место в религиозном ритуале занимает молитва и жертвоприношение, а магия, которая когда-то ценилась не ниже их, постепенно оттесняется на задний план и опускается до уровня чёрной магии.

В песнях духов локальных территорий имеется информация, о том как нужно вести себя в определённых ситуациях, например: в песне Ар хотаy ими поётся ”Когда построят запор со многими кольями, пусть тебе в жертву поставят теленка, бегающего около матери”. Это своеобразное наставление людям, чтобы жертву приносили её сыну; так она пела сыну.