1 Янин в. Л. Новгородские посадники. С. 270. _______________,. 225 _______________

15 Заказ 2695

и молодшйм, способствовал умиротворению. Спесивые родовитые бояре не терпели подчинения равному. Поэтому в войске, состоявшем из полков, принадлежавших владыке, находившихся под командованием посадников, тысяцких, воевод, добиться единоначалия легче всего было князю – с его знатностью никто не мог равняться. Наконец, занятому торговлей и ремеслом городу удобно было иметь в своем распоряжении профессиональных воинов – княжескую дружину.

Как глава вооруженных сил князь не только оборонял рубежи, но и ставил крепости¹, и расширял колониальные владения Новгорода, причем добыча де-лилась между городом и дружиной. Так, в 1214 году после удачного похода в Чудскую землю князь Мстислав взял на Чуди дань «и да новгородцам две части > дани, а третью часть дворянам»².

С конца XIII – начала XIV века отмечается отход князя от управления войском: в это время на новгородском столе прочно обосновались великие князья, которые сами редко пребывали в Новгороде, а их наместники, часто боярского достоинства, не имели особого влияния и пользовались у новгородцев меньшим доверием, чем собственные посадники и тысяцкие. Постепенно, как говорит Н. И. Костомаров, Новгород привык обходиться без князя и стал по отношению к нему как бы «полузавоеванной страной». Но надобность в князе не отпала, правда, надобность не в деятельности князя, а в его формальном присутствии на новгородском столе и в вытекающих из этого факта двусторонних обязательствах.

Новгородское княжение, сулившее большие доходы и увеличивавшее политическое влияние избранника на русские дела, было предметом вожделений многих князей. Чтобы определить выбор новгородцев, князья не только ходили на Вольный город походами, но и чинили ему другие неприятности. Наиболее эффективными; были прекращение подвоза хлеба и задержка новгородских купцов. Если учесть, что своего хлеба Новгороду не хватало, а торговля пронизывала всю его эко-

1 См. Сообщения летописи; под 1116 годом – «Мстислав заложил Новгород более первого», под 1211 годом – «посла князь Мстиславль Дмитра посадника с новгородцы на Лукы город ставите» (нпл. С. 204, 209).

² НПЛ. С. 251.

_______ 226 _______________

номику, станет ясно значение этих мер. Приглашение князя служило выходом из затруднений, средством установления нормальных политических и торговых отношений с Русью.

Новгородско-княжеские договоры регулировали вопрос о границах, содержали взаимные обязательства выдавать должников, закладников, поручников, чинить правый суд по искам новгородцев в княжеской земле, по искам княжеских людей в Новгороде, запрещали князю производить переселение (вывод) жителей из новгородской волости в свои земли. Особо оговаривались условия, благоприятные для торговли и снабжения города продовольствие?,:¹.

При соперничестве князей только призвание сильнейшего из них действовало безотказно в качестве средства нормализации отношений с Русью. Такова была первая заповедь княжеского избрания, свято соблюдавшаяся на протяжении всей истории Новгородской республики. О поворотах в борьбе Мономаховичей и Ольговичей за княжение в Киеве можно судить по новгородским избраниям. Обыкновенно, кто из враждующих ветвей торжествовал в Киеве, тот получал и Новгород. Во времена татарского ига новгородцы избирали князей, получивших от хана ярлык на великое княжение², а «предвыборная кампания» сводилась к посольствам в Орду с просьбой дать ярлык угодному новгородцам кандидату³. Стабилизация могущества какого-нибудь одного княжества приводила к фактическому ограничению права выбора, которое превраща-

¹ В договоре 1271 года с великим тверским князем Ярославом Ярославичем записано: «А гостю нашему гостити по Суждальской земли без рубежа по цезареве грамоте» (см.: ГВН и П. С. 13). Договор с Михаилом Ярославичем Тверским, который, настаивая на своем избрании, прекратил подвоз хлеба и долго морил новгородцев голодом, предусматривает обязанность князя «ворота отворити и хлеб пустити и всякий гость пустити в Новгород, а силою гостя в Тферь не переимати» (ГВН и П. С. 26).

² В договорной грамоте 1371 года с великим князем тверским Михаилом Александровичем говорится: «А вынесуть тебе из Орды княжение великое, нам еси князь великыи; или как не вынесуть тобе княжения великого из Орды, пойти твоим наместникам из Новгорода проць и «з новгородских пригородов, а в том Новугороду измены нету» (ГВН и П. С. 30).

³ Под 1353 годом летопись рассказывает: «Послаша новгородцы свои посол Семена Судокова ко кесарю в Орду, прося великого княжения Костянтину князю Суздальскому; и не послуша их цезарь и дашеть Ивану князю Ивановичу великое княжение…»

227

лось в фикцию и служило всего лишь юридическим основанием для торга об условиях сделки, о границах княжеского вмешательства. С Ивана Калиты московские князья сделались и выборными, новгородскими, а Василий II и Иван III называли Новгород своей от-

чиной.

Приглашение князя на новгородский стол было не только выгодно боярско-купеческой верхушке, но и чревато немалыми опасностями. Князь представлял постоянную угрозу республиканским учреждениям, в борьбе с которыми он мог опереться на недовольство социальных низов. Поэтому призвание князя обставлялось условиями, которые, при их соблюдении, должны были сделать его безопасным для правящей верхушки и направить его деятельность исключительно по нужному, руслу.

^v-^/ Условия, определявшие пределы деятельности и прав князя, формулировались в договорной грамоте – уставе своеобразных отношений, сложившихся между Новгородом и князьями, и составляли их главное содержание.

Первая дошедшая до нас грамота относится к

1264 году. Н. И. Костомаров предполагал, что до середины XIII века, когда усилились притязания ростово-суздальских князей на самовластие в Новгороде, че было надобности оформлять ряды с князьями документами: в разгар феодальных усобиц проще было прогнать неугодного князя и позвать более уступчивого¹. Но грамота 1264 года, по-видимому, записала устоявшиеся обычаи: трудно предположить, чтобы формулы этой грамоты, неизменно повторяющиеся и в более поздних, были выработаны при ее составлении, тем более что некоторые из них встречаются в летописи, хронологически предшествующей грамотам².

Грамоты составлены по одной 'схеме и в одних выра-