I. Послевоенная америка

«КОНСЕРВАТИВНАЯ КОНСОЛИДАЦИЯ» (1955—1960)

217

Раздоры внутри республиканской партии несколько поутихли, а ее предвыборная платформа 1956 г. представляла по большей части славословие деятельности Эйзенхауэра на посту президента. «Новый республиканизм» президент объявил своим знаменем, посвятив этому специальное выступление в ночь после выборов, когда победа стала очевидной. Президент заявил, что «„новый республиканизм" показал себя с наилучшей стороны» 122. Между тем результаты выборов не давали основания для такого оптимизма. В 1956 г. Д. Эйзенхауэр взял верх в 43 штатах, получив 35,6 млн. голосов (457 выборщиков), а Э. Стивенсон — чуть более 26 млн. (соответственно 73 голоса). Однако на выборах в конгресс демократы опять потеснили республиканцев, в палате их перевес достигал теперь 33, а в сенате — 2 мест. Разделенное правление было закреплено. Республиканцы потеряли еще один пост губернатора.

Успех «нового республиканизма» на выборах вовсе не означал, что вся республиканская партия оставалась монолитной. Усиление роли сторонников государственного регулирования вызывало ответную реакцию последователей «твердого индивидуализма». Эти два течения, прежде относительно мирно уживавшиеся внутри одной партии, все дальше рас-ходились между собой. Катализатором зреющего конфликта было обострение экономических проблем. Весной 1957 г. стало очевидным наступление очередного экономического кризиса, принявшего глубокий характер. Кризис означал, что действие благоприятных для американской экономики факторов, прежде всего выгодной конъюнктуры, созданной отложенным спросом и отложенными инвестициями 30-х и 40-х годов, в основном иссякло. С одной стороны, это был типичный циклический кризис, неизбежный при капитализме, с другой — кризис 1957—1958 гг. был в немалой степени спровоцирован политикой правительства в середине 50-х годов.

Достижение сбалансированных бюджетов в 1956 и 1957 финансовых годах привело к образованию свободных средств, которые было решено использовать для сокращения — в целях борьбы с инфляцией — государственного долга. На практике это означало передачу этих средств в руки крупнейших банков — основных держателей правительственных обязательств. Предполагалось прежде всего создать благоприятную психологическую обстановку для частных инвестиций, которые и должны были обеспечить устойчивое развитие американской экономики123. Призывы к «нейтральному», «более справедливому распределению налогового бремени», в сущности, означали стремление сократить ставки прогрессивно-подоходного налога на прибыли корпораций.

В результате такой политики с конца 1955—начала 1956 г. постепенно стал увеличиваться разрыв между возраставшими инвестициями предпринимателей, направленными на расширение производства, и уровнем потребления, причем в первую очередь сокращались покупки предметов длительного пользования и жилищное строительство 124 В полной мере сказались и последствия налоговой политики правительства. Стремление к «твердым деньгам» не остановило роста цен на продукцию крупных

Ibid., p. 2994.

Federal Tax Policy for Economic Growth and Stability, Report of the Joint Commit tee... Wash., 1956, p. 4, 7.

Fiscal Policy Implications of the Current Economic Outlook, Hearings before the Subcommittee on the Fiscal Policy. Wash., 1958, p. 17.

корпораций. Деловая же активность средних и мелких предприятий сократилась. Упали и расходы властей штатов. Создались все предпосылки для особо тяжелого кризиса.

Необходимость борьбы с кризисом заставила республиканцев обратиться к тому же комплексу мер, которые были опробованы в 1953—1954 гг.,— понижению обязательного уровня резервов в банках ФРС, либерализации кредита, понижению учетных ставок. Но теперь все эти меры пришлось применять в гораздо большем масштабе, они требовали более крупных правительственных расходов. Кризис и возвращение к дефицитному финансированию означали поражение всей экономической политики правительства.

Назревавшие в республиканской партии разногласия обострились. Шаткое равновесие, с трудом сохраняемое после президентских выборов, начало рушиться уже весной 1957 г. Поводом послужили дебаты вокруг проекта бюджета, предложенного администрацией. Выступление министра финансов Дж. Хэмфри, в конце концов вышедшего в отставку в знак несогласия с политикой правительства, послужило сигналом для массированной атаки сторонников «твердого индивидуализма» на администрацию и ее концепции. Для начала был подвергнут критике термин «новый республиканизм». Это вынудило Эйзенхауэра заявить новому председателю национального комитета республиканской партии М. Алкорну о готовности отказаться от этого термина, поскольку собственные взгляды президента — это прежде всего «твердый здравый смысл»125. С критикой администрации выступал и рупор республиканцев Среднего Запада — газета «Чикаго дейли трибюн», представив ее политику в виде «все того же старого нового курса, требующего от избирателя все новых и новых расходов» 126. Чикагские республиканцы сочли возможным солидаризироваться в своих нападках на политику правительства с южным демократом, председателем сенатского финансового комитета сенатором Г. Бёрдом, предлагавшим существенно урезать правительственный проект бюджета. Консервативное крыло партии с энтузиазмом приветствовало нападки Б. Голдуотера, призывавшего «выполнять обещания» и продолжать свертывание правительственных расходов, в особенности на социальные нужды. Голдуотер предрекал, что в случае, если курс правительства не изменится, верные республиканским традициям избиратели отойдут от партии, обрекая ее на поражение. Борьба вокруг финансовой политики грозила затянуться и ввергнуть республиканскую партию в нескончаемые распри.

Осень 1957 г. принесла другой кризис политики «согласия». Господствующий класс в угоду созданной его идеологами пропагандистской модели США, якобы олицетворявшей собой некий социальный рай, до поры до времени не принимал в расчет растущего движения протеста черных американцев. Между тем именно оно первым нарушило атмосфе-РУ застоя в общественно-политической жизни страны, став предвестником нового подъема демократического движения, в полную силу развернувшегося уже в 60-е годы. Движение последовательно набирало темп.

размах. Все еще разрозненные выступления черных уже к 1954 г. при-oбрели характер приливной волны. В верхах заговорили об уступках.

125 History of the US Political Parties, vol. 4, p. 2991; US' News and World Report, 1957, May 3, p. 126.

126 Chicago Daily Tribune, 1957, Apr. 1.

21

8

(. ПОСЛЕВОЕННАЯ АМЕРИКА

«КОНСЕРВАТИВНАЯ КОНСОЛИДАЦИЯ» (1955—1960)

219

Инициативу в этом деле тогда взял на себя Верховный суд, возглавляемый Э. Уорреном. Его решение 17 мая 1954 г., признавшее незаконной сегрегацию в школах, было нацелено на то, чтобы направить развивающееся негритянское движение в спокойное русло, безопасное для существующих порядков. Признав, что сегрегация черных учащихся в общественных учебных заведениях противоречит конституции, высший судебный орган страны рассчитывал этим и ограничиться, но уже через два года движение афро-американцев заставило его признать нарушением конституции и сегрегацию в автобусах, курсирующих между штатами 127

Правительство Эйзенхауэра с неудовольствием встретило все эти нововведения, тем более что давление на него со стороны расистского блока в конгрессе все возрастало. Однако весной 1957 г. движение негритянского народа поднялось на новую ступень. Началось знаменитое паломничество под лозунгом «пробуждение сознания нации», в котором приняли участие множество черных американцев, выступавших с требованием о предоставлении им равных со всеми гражданских прав и с протестом против преследований и террора в отношении борцов за свободу. И все же по всему чувствовалось, что эти события были всего лишь предвестником бури128. Среди черного населения зрело убеждение, что освобождение от расистского гнета не придет сверху и что добиться осуществления тех прав, которые были подтверждены решениями Верховного суда, оно сможет только путем борьбы. Красноречивыми подтверждениями тому были игнорирование местными властями решения Верховного суда о десегрегации школ и отказ президента выступить с осуждением суда Линча, использования насилия в отношении борцов за свободу в других проявлений произвола и беззакония'.

В условиях нарастающего кризиса в межрасовых отношениях и роста движения солидарности с борьбой черного населения (как внутри страны, так и за рубежом) расизм вынужден был кое-где и кое в чем отступить, но это отступление носило тактический характер. Примером может служить принятый 9 сентября 1957 г. закон о гражданских и избирательных правах, предусматривавший уголовную ответственность за действия частных лиц, направленные на запугивание или принуждение избирателей на выборах разного рода — федеральных, местных. За то, чтобы попасть в списки избирателей, черным гражданам США необходимо было вести длительную и упорную борьбу, сопряженную с опасностями и большим риском, ибо в противном случае статьи закона 1957 г. остались бы пустым звуком. Бросалось в глаза, что к этому моменту террор расистов, пользовавшихся покровительством местных властей, даже усилился, особенно на Юге 129. .

Об обострении борьбы свидетельствовали события в г. Литл-Рок (штат Арканзас), где попытки провести в самых скромных масштабах десегрегацию учебных заведений натолкнулись на отчаянное сопротивление расистов, возглавляемых губернатором штата О. Фобусом. Все по

Лан В. И. США в военные и послевоенные годы. М., 1978, с. 438.

Вехи боевой истории: 60 лет Коммунистической партии США. М., 1983, с. 242.

Нитобург Э. Л. Черные гетто Америки. М., 1971, с. 77. Закон 1957 г. в дальнейшем был несколько изменен в сторону его усиления, что нашло отражение в законе о гражданских правах 1960 г. Д. Эйзенхауэр считал его главным достижением своей администрации.

пытки Эйзенхауэра достичь соглашения с ним потерпели неудачу. Для пpоведения решения федеральных органов в жизнь правительство подчинило национальную гвардию Арканзаса военному командованию и ввело в город парашютно-десантную дивизию 130.

Этот конфликт стал для администрации и для самого Эйзенхауэра серьезным испытанием, болезненным и опасным131. И в теории, и на практике правительство стремилось к органическому сочетанию деятельности федеральных органов и властей штатов. Идея ограничения «большого правительства», столь любимая республиканцами, подразумевала передачу части его полномочий властям штатов. События же в Литл-Роке, по мнению Эйзенхауэра, показали, что власти Арканзаса не смогли ни правильно оценить ситуацию, ни справиться с ней.

В октябре 1957 г. выявилась шаткость и другой основы всей экономической политики США в послевоенные годы. В число важнейших вопросов всей социально-экономической политики вошли новая проблема роста американской экономики и, следовательно, выбор путей и методов стимулирования этого роста. Экономический кризис, Литл-Рок, советский спутник — все это ставило перед республиканцами новые проблемы и углубляло раскол между «эйзенхауэровскими республиканцами» и «твердыми индивидуалистами». Сторонники правого крыла, влияние которых в республиканской партии в результате «битвы за бюджет» окрепло, решив дать на предстоящих в 1958 г. выборах в конгресс бой своим противникам на всех основных направлениях, выдвинули реакционную внутриполитическую платформу. Важное место в ней занимали вопросы трудовых отношений и расовые проблемы, трактуемые в духе реакционной доктрины «прав штатов».

Апеллируя к консервативным настроениям, республиканцы рассчитывали вызвать прилив энергии у своих сторонников. Однако исход выборов для республиканской партии был равносилен провалу: таких резких изменений в конгрессе США не знали с 1936 г. Демократы отняли у республиканцев 15 мест в сенате, 49 — в палате представителей. Они победили на выборах губернаторов в 35 штатах, отобрав у республиканцев 6 мест. Почти на треть упало представительство республиканцев в законодательных собраниях штатов. Были поколеблены позиции на Среднем Западе, традиционно шедшем за республиканцами. В сенат не попали такие столпы республиканской партии, как Дж. Брикер, У. Дженнер и др.

Борьба за принятие законов о «праве на труд» стоила республиканцам поражения в Огайо и Калифорнии, где впервые с 1888 г. демократы победили одновременно на выборах губернатора и на выборах в сенат. B Калифорнии потерпел поражение У. Ноуленд, причем спешно бросившийся ему на помощь Эйзенхауэр ничем не мог повлиять на ход событии в этом стратегически важном для республиканцев штате. Одним из немногих достижений республиканцев на этих выборах стало избрание известного своей либеральной ориентацией Н. Рокфеллера губернатором штата Нью-Йорк. Его уверенная победа, особенно на фоне сокрушитель-нoго поражения сторонников консервативного курса, способствовала Укреплению положения «эйзенхауэровских республиканцев».

130 Manchester W. The Glory and the Dream. A Narrative History of America, 1932— 1972. N. Y., 1975, p. 805.

131 Подробнее см.: Геевский И. А. США: негритянская проблема: Политика Вашингтона в негритянском вопросе (1945—1972 гг.). М., 1973, гл. III.

220