I. Послевоенная америка

«КОНСЕРВАТИВНАЯ КОНСОЛИДАЦИЯ» (1955—1960)

187

Отличительной чертой «нового взгляда» на оборону стало сосредоточение основного внимания на атомном оружии. Оно отразилось в зловещей доктрине «массированного возмездия». «Мы живем в мире, в котором всегда возможны критические ситуации, и наше выживание может зависеть от нашей способности встретить эти кризисы,— излагал суть этой доктрины Дж. Ф. Даллес 12 января 1954 г. в Совете по международным отношениям,— ...Оборона в местных условиях должна быть подкреплена устрашающей силой массированного возмездия... Нам нужно быть готовыми сражаться в Арктике и в Тропиках, в Азии, на Ближнем Востоке и в Европе; на море и в воздухе; как старыми, так и новыми видами оружия. Основное решение состоит в том, чтобы зависеть в первую очередь от огромной способности к возмездию, мгновенно, средствами и в районах по нашему собственному выбору» 52.

Все это означало, что правительство Эйзенхауэра на деле выдвигало

«атомную силу» на ведущее место в арсенале орудий военной и внешней

политики США, утверждая принцип «первого использования атомного

оружия», приравнивая это оружие к обычному, распространяя сферу

его применения на все виды конфликтов по всему земному шару.

В декабре 1953 г. президент Эйзенхауэр заявил: «Атомное оружие фактически достигло статуса обычного в наших вооруженных силах...». Позднее, в 1957 г., министр обороны Ч. Вильсон засвидетельствовал перед конгрессом: «Менее мощное атомное оружие... в определенном смысле стало теперь обычным оружием». И «районом, где планы и приготовления к тактической ядерной войне были наиболее серьезны», стал «центральный фронт Организации Североатлантического договора (НАТО) в Германии»53.

Воинствующие заявления ведущих деятелей правительства Эйзенхауэра — Даллеса вызвали серьезную тревогу и возмущение во многих странах, в том числе даже ближайших союзников США. Несмотря на то что доктрина «массированного возмездия» была принята под американским давлением в качестве официальной военной установки НАТО, именно она заставила Западную Европу серьезно задуматься о той судьбе, которая отводится ей в планах Вашингтона. Вызывающее агрессивное значение, приданное доктрине «массированного возмездия», по более позднему признанию видных американских и английских ученых, «породило в Европе мысль о том, что Соединенные Штаты — опасная сила, способная уничтожить человеческую расу, защищая свои собственные интересы и предрассудки и не уделяя особого внимания кому-либо еще» 54.

Разумеется, ни Советский Союз, ни другие социалистические страны, ни мировое коммунистическое, рабочее и национально-освободительное движение не могли оставить без внимания столь откровенные угрозы и шантаж. Мобилизация материальных и духовных ресурсов социалистических стран, укрепление единого фронта всех отрядов мирового революционного движения, активные, решительные и вместе с тем гибкие действия советской дипломатии — все это приобретало особенно важное

52 Documents on American Foreign Relations, 1954/Ed. by P. V. Curl. N. Y., 1955, p. 8— 10. Подробнее о генезисе доктрины «массированного возмездия» см.: Трофимен ко Г. А. США: политика, война, идеология. М., 1976, с. 182—215.

53 The United States in the 1980's/Ed. by P. Duiguan, A. Rabushka. Stanford, 1980, p. 427.

54 The Troubled Alliance/Ed, by L. Freedman. L., 1983, p. 34.

значение перед фактом дальнейшего усиления агрессивности американского империализма.

Внешнеполитические и военные установки правительства Эйзенхауэра — Даллеса были нацелены на укрепление господствующих позиций CША В капиталистическом мире, на вовлечение многих стран «свободного мира» в «крестовый поход против коммунизма». Направленная на некоторое сокращение численности при повышении «ударной силы» и решающей роли собственно американских вооруженных сил, доктрина «массированного возмездия» предусматривала в то же время возложение «бремени» непосредственных боевых действий на армии союзников США, вовлечение все новых стран, помимо членов НАТО и пакта Рио-де-Жанейро, в сеть военно-политических блоков под эгидой американского империализма.

Одна из главных целей дипломатии Даллеса состояла в том, чтобы, не считаясь с их желаниями, связать неприсоединившиеся, развивающиеся государства Ближнего Востока и Азии военными обязательствами с США, завершить окружение СССР, всего социалистического содружества кольцом агрессивных блоков и баз, замкнуть это кольцо на его южных и восточных границах. В ходе кампании за военную организацию «свободного мира для борьбы с коммунизмом» клевета в адрес СССР и восхваление США были дополнены грубыми нападками на политику неприсоединившихся стран, на их антиимпериалистическую позицию на международной арене, нашедшую выражение в решениях Бандунгской конференции в апреле 1955 г.

Апогеем этих нападок явилось заявление государственного секретаря США об «аморальности нейтралитета». Даллес провозгласил его «несовместимым» с долгом каждой «свободной» страны занять свое место в «борьбе с коммунизмом». Нейтралитет, объявил он, является «устаревшей и, за исключением некоторых совершенно особых случаев, аморальной и близорукой концепцией» 55.

Доктрины «освобождения», «массированного возмездия» и «аморальности нейтралитета» явились одним из наиболее зловещих проявлений агрессивности и антикоммунизма официальной американской политики после второй мировой войны. Само их провозглашение было беспрецедентной в истории международных отношений попыткой поставить «вне закона» социалистические и неприсоединившиеся страны и, наоборот, «узаконить» политику кризисов и интервенции, «устрашения» и «балансирования на грани войны». Но новые внешнеполитические доктрины и планы республиканского правительства не могли расширить рамки реальных возможностей политики США, магически превратить ее поражения в успехи. На практике основная активность даллесовской стратегии по «отбрасыванию коммунизма» оказалась в ряде моментов обращенной внутрь капиталистического мира, потрясаемого все новыми освободительными и социальными революциями.

В числе «побед» своей политики «освобождения» Эйзенхауэр и Даллес называли свержение в августе 1953 г. правительства Мосаддыка в Иране, стремившегося защитить национальные интересы и богатства страны (прежде всего нефть) от неограниченной эксплуатации и разграбления иностранными монополиями. «Любое иранское правительство, кро

55 La Peber W. America, Russia, and the Gold War, 1945—1971. N. Y., 1972, p. 173.

1

88