Язык как феномен правовой коммуникации

МЕЖВУЗОВСКИЙ СБОРНИК НАУЧНЫХ СТАТЕЙ

Редактор

Подготовка оригинал-макета

Изд.лиц. ________ от _______. Подписано в печать ___________.

Формат ________. Печать офсетная. Усл.-печ. л.

Тираж 150. Заказ____.

Издательство Алтайского государственного университета

Типография Алтайского государственного университета

656049 Барнаул, ул. Димитрова, 66

1 Для аналогии уместно вспомнить дискуссию о структурном соответствии генетического кода и семиотических систем, отмеченном Р.О. Якобсоном, полагавшем, что естественный язык как внутривидовая коммуникативная система возникал по образцу генетического кода, так как, по Р. Якобсону, способность усваивать, понимать, использовать является по своей природе биологической. Другая интерпретация отмеченного изоморфизма заключается не в генетической детерминации языка, а в универсальной сущности коммуникативной структуры, проецируемой на разные ее проявления, как биологические, так и социальные (подробнее о дискуссии см: / Гамкрелидзе, 1996/).

1 Мы имеем в виду усиление антропоцентрических концепций в лингвистике, также противостоящих инструментальным представлениям о нем. Согласно последним язык – одно из средств общения, орудие мышления, код , организующий взаимодействие между отправителем речи и ее получателем, речь – способ выработки и передачи мысли, техническое средство воплощения волеизъявления и т.п. Эти «слоганы» в антрополингвистике сегодня потеснены другими: язык - дом бытия человека, язык – отражение менталитета нации, язык моделирует мир и определяет сознание человека и т.п. Так или иначе антрополингвистические идеи нашли отражение в лингвоюристике; так, степень субъектности языка поднята на весьма значительную высоту в концепции А.С. Александрова, в нее, например, оказались органично вписанными тезисы –метафоры типа «язык – это миропонимание», «не мы говорим на языке, но язык говорит на нас» (Х.-Г. Гадамер), «язык говорит участниками уголовного судопроизводства» [c. 15].

1 Термину «коммуникативная сфера» мы хотели бы придать терминологический статус, в частности отличить его от понятия «коммуникативное пространство», например, виртуальное коммуникативное пространство (Интернет). Коммуникативную сферу объединяет наличие инвариантной функции, особой ментальности ее участников, задаваемой их интенциями на осуществление функции. Виртуальное объединяется субстанциональной областью коммуникации при большом функциональном и жанровом разнообразии.

1 Для аналогии уместно вспомнить дискуссию о структурном соответствии генетического кода и семиотических систем, отмеченном Р.О. Якобсоном, полагавшем, что естественный язык как внутривидовая коммуникативная система возникал по образцу генетического кода, так как, по Р. Якобсону, способность усваивать, понимать, использовать является по своей природе биологической. Другая интерпретация отмеченного изоморфизма заключается не в генетической детерминации языка, а в универсальной сущности коммуникативной структуры, проецируемой на разные ее проявления, как биологические, так и социальные (подробнее о дискуссии см: / Гамкрелидзе, 1996/).

1 Частным следствием такой трактовки в юридической плоскости является неподсудность обличительных материалов в том случае, если будет доказана их художественная сущность. Такого рода доказывание содержится, например, в экспертизе Н.Б. Лебедевой в настоящем выпуске сборника «Юрислингвистика»; в ней (экспертизе) содержались ответы на вопросы ответчика, который строил с помощью своих вопросов защиту, основанную на доказательстве принадлежности его речевых произведений к художественной литературе, что снимает, по его мнению (и по мнению эксперта), возможность квалификации его действий как правонарушений, поскольку в художественном произведении изображаются не конкретные личности, а персонажи, а фразы из художественного произведения не есть утверждения о фактах, а субъективная оценка явлений через образы (с необходимы присутствием вымысла и фантазии), приобретающая тес самым общественную значимость. Сведение сюжета к реальным событиям, художественных эпизодов к фактам, персонажей к конкретным людям, а повествователя - с автором означает неправомерное отождествление нарратива с документом, портрета с документальной фотографией, фельетона, шаржа, карикатуры – с пасквилем как клеветническим деянием (в юридическом понимании термина «клевета»).

1 Для более широкой аналогии, продолжая традицию Ф. де Соссюра иллюстрировать лингвистические идеи примерами из мира шахмат, приведем такой пример. Деловая газета «Взгляд» (28.11.2005) так прокомментировала создание особого комплекта шахмат, в котором фигуры изображали исторические персонажи: «Шахматная игра при этом превращается в чистое мифотворчество. Она обогащается сотнями скрытых смыслов, и, расставляя фигурки по полю, вы вдруг понимаете, что они… живые. Вместо условных фигурок на шахматной доске стоят реальные персонажи». Таким образом, прежнее содержание шахматной игры, будучи включенным в другую систему, выступает лишь формой выражения новых значимостей, порождая ассоциации-мифы и двуплановость содержания художественного порядка. Впрочем, применительно к данному случаю возможна и другая интерпретация: для кого-то собственно шахматное содержание остается актуальным и, следовательно, ассоциации-мифы рождаются новой формой.

2 Данное свойство внутренней формы речевого произведения является одной из важных предпосылок манипулятивного использования языка. Этим свойством активно пользуются манипуляторы, подменяя актуальные смыслы знака значением его внутренней формы, которое неизбежно (и необходимо!) присутствует в речевой деятельности. Специфика такого функционирования внутренней формы заключается в том, что по своей природе (в силу изоморфизма процессов филогенезиса и онтогенезиса) в естественной коммуникации внутренняя форма выполняет роль отправного пункта семантизации знака при его восприятии. Она указывает путь, каким следует идти к знаку как единству формы и содержания. Но при этом она не указывает, что этот путь может быть ложным. Языковое сознание должно выработать в себе способность защиты от такого суггестивного воздействия внутренней формы, одновременно развитое языковое сознание может использовать суггестивные возможности (например, в эстетических целях - для адекватного восприятия художественных речевых произведений). В соответствии с этим различаются типы языковых личностей как носителей определенных типов психо-языковой ментальности, различающихся по степени и качеству этимологического скепсиса и этимологической доверчивости [Голев, 1998]. Последние составляют основную группу обычно манипулируемых языковых личностей.

1 Далее ставится цель дать общее представление данной тенденции на уровне тезисов и иллюстраций. Подробнее о концепции «оязыковленного права» в указанных работах А.С. Александрова и А.В. Полякова, см. также:[ Грязин, 1983; Юридические понятия и язык права, 1986].

1 Еще раз подчеркнем, что осмысление специфики юридического функционирования языка начинают именно ученые-юристы [Юрислингвистика-1, 1999, с.7-8]. Так, в работах А.С. Александрова мы видим вовлечение в лингвоюристику не только идей и работ специалистов по теории государства и права, изучающих лингвистические аспекты права, и не только философов, обсуждающих место языка в социальной практике и ментальности людей (прежде всего постмодернистов), но и собственно лингвистов и филологов: Э. Бенвениста, Р. Барта, М.М. Бахтина, Ю.М. Лотмана, Ю.В. Рождественского, Н.Д. Арутюнова, А.А. Леонтьева и др. Нередки у А.С. Александрова и прямые аналогии с лингвистическим знанием , ср. например, использование понятий- терминов: « синхрония», «синтагмы», «фонемы», «языковая картина мира» [Александров, 2004]. В работах А.В. Полякова законодательная деятельность сопоставляется с семантикой: «субъект права – правовой текст» (уровень правовой семантики)», а его проекция в правоприменительную деятельность – как прагматика: «функционирования в рамках «вторичной», межсубъектной правовой коммуникации (уровень правовой прагматики». Для лингвистов такая экспансия в область идей правовой коммуникации характерна в значительно меньшей степени. Некоторое исключение здесь составила книга, написанная В.Н. Базылевым, Ю.А. А.А. Леонтьевым, Ю.А. Сорокиным «Понятия чести и достоинства» [1997], которая, хотя и имеет практическую направленность, но вовлекает в лингвистику новый материал (конфликтные ситуации связанные с языком и их анализ в экспертной и судебной практике) и содержит комплекс идей, позволяющих этот материал интерпретировать в лингвоюридической и собственно лингвистической областях.

1 По-видимому, по этому признаку естественное и позитивное право сходятся, поскольку императив предполагается тем и другим, различие заключается лишь в том, откуда, он (императив) исходит: из некоторых общечеловеческих требований к конкретному человеку: «Традиционно важнейшей чертой естественного права считается его универсальная нормативность, имеющая безлично-авторитарный характер. Естественно-правовые

нормы адресованы ко всем без исключения правоспособным субъектам и призывают следовать содержащимся в них предписаниям, из-за того что те отвечают критериям высшей, абсолютной справедливости» [Бачинин, 1999].

1 В исследовании вопроса о взаимоотношенияи двух сторон (и аспектов) права – естественной и позитивной может оказаться полезной аналогия с теорией естественно-языковых норм (ортологией); в теоретической ортологии остро стоит вопрос о том, являются ли кодифицированные нормы продуктом деятельности кодификатора, или кодификатор оформляет (канонизирует, фиксируя в словарях и справочниках) то, что стихийно сложилось в самом языке. Первый подход является описательным подходом к языковым нормам, второй – предписательным.

1 Аналогию может составить настоящее историческое, когда действиях прошлом обозначают глаголы в форме настоящего времени: Весной 1699 года войска Петра I берут Нарву. Этим достигается значимый стилистический эффект, характерный для художественного стиля. Научный стиль предпочитает семантику констатации и соответственно формы изъявительного наклонения в прямом значении.

1 Подробнее о механизме обыденной интерпретации (как сужения диапазона выбора ее вариантов) см. в нашей работе [Голев, 2004].

2 Эти моменты являются, по А.Ф. Лосеву, аксиомами стихийного существования языка [Лосев, 1982а, б]

1 Уяснение – «раскрытие содержания (интерпретация) юридических норм «для себя»» [Алексеев, 1999, c. 129].

1Электронный адрес сайта - http://anisim.westportal.net/publications/tolkovanie_norm_prava.html. Текст не подписан и тем самым олицетворяет рядового пользователя законом «вообще» (судя по тексту – предпринимателя из Украины или его юридического представителя). Несомненно, этот случай, который имел в виду С.С. Алексеев, говоря о том, что порой правовые рефлексии простых граждан не лишены здравого смысла, а то и мудрости.

1 Как замечает Ж. Деррида, с того момента, как возникает знак (т.е. изначально), у нас нет никакого шанса встретить где-то «реальность» в чистом виде, «уникальную» и «самобытную» [Деррида 2000, с. 230].

2 Нарративность (narrativity – происходит от лат. narratio, букв. – рассказ, повествование) – это категория, выражающая представление о виртуальном существовании схемы (нарративной), которая управляет всяким повествовательным дискурсом, судебным в том числе.

В науке имеются и другие аналоги этой категории, что не суть важно. Важнее признание того, что существует некая структура, схема, которая воплощает особенность коммуникативного взаимодействия в определенной социо-культурной сфере и несет на себе прагматический отпечаток.

1 В уголовном суде познается не преступление и преступник, а предмет доказывания (ст. 73 УПК), т. е. языковой объект.

2 В частности, нарративная структура используется судебными деятелями в процессе формирования того, что юристы называют «судебными фактами». Судебные факты – это семиотические объекты, хотя законодатель постоянно осуществляет подмену, используя в качестве их эквивалента категорию «обстоятельства» В итоге создается впечатление, что участники судебного разбирательства имеют дело с реальными обстоятельствами события преступления.

3 В конечном итоге все они, видимо, производны от синтаксиса.

1По мнению М. Фуко, высказывание принадлежит к дискурсивным формациям, своего рода архивам высказываний; системам высказываемости и функционирования высказываний; полей, где проявляется значимость высказываний.

[Фуко 1996, с. 86, 87].

1 Наряду с судебной речью основополагающими родами речи являются хвалебная и управленческая. В рамках каждого из этих родов публичной речи развились их жанровые разновидности, об одной из которых пойдет речь.

1 В отличие от драмы трагедия говорит о неотвратимости рока, против которого человек бессилен.

1 Архив Московского городского суда. 2004 г.

1 Здравый смысл определяет пространственно-временную ориентацию субъекта (позволяет отвечать на вопросы: что, где, когда и т.п.). Совесть – это система его этических координат в среде себе подобных (позволяет различать плохо-хорошо). Внутреннее убеждение формирует – через совесть и здравый смысл – установку на принятие решение по данному делу, в данной ситуации.

1 ²⁶ Более подробно о правовых режимах см.: Бляхман Б.Я. Правовой режим в системе регулирования социальных отношений, Кемерово, 1999. – 172с.

1 Со своей стороны автор предлагает концепцию современного доказательственного права, на базе общей теории права и теории правовых учений. См.: Новицкий В.А. Теория доказательственного права. Т. 1. М.- Ставрополь. Пресса. 2004.

1 Устав (Основной Закон) Алтайского края от 5 июня 1995 года № 3-ЗС (в редакции от 15 апреля 2005 года) // Алтайская правда. 1999. 20 октября.

1 Закон Алтайского края от 24 августа 1995 года № 8-ЗС «О правотворческой деятельности» (в редакции от 3 декабря 2004 года) // Собрание законодательства Алтайского края. 1995. № 13. С.23.

1 То есть представляет то или иное психологическое средство аргументации.

1 Об этом подробнее: Кузнецова Е.А. Ораторская маска в судебной защитительной речи (на материале выступлений Ф.Н. Плевако): Автореф. дисс… канд. филол. наук. Барнаул, 2004.

1 В настоящей работе основное внимание будет уделено такой жанровой разновидности ИЗ, как заявление о расторжении брака.

1 Реквизиты даются в порядке их следования.

1 Последний вид информации вносится юристом-консультантом в образец либо заполняется им самим при составлении документа.

1 Так, например, вводя ограничение на употребление слов в превосходной степени [Закон о рекламе, 1995] законодатель в принципе настаивает только на информативном функционировании таких слов в текстах рекламы. Но именно в текстах рекламы информативная цель по отношению к суггестивной (манипулятивной?) оказывается вторичной.

1 В данном случае уместно было бы сказать «бытовой сферы», так как юридизированность понятий сведение и мнение определяется по-нашему мнению, только лишь тем, что оно употребляется в текстах законов. Терминологический вес этой оппозиции придают также постановления пленумов ВС РФ. В принципе такое направление процесса развития и функционирования юридического языка объективно: оно идет от неспециализированных концептов к специализированным. В этом плане лингвистическая экспертиза может выступать как одно из средств такой специализации, но для этого необходимы легитимные лингвистические основания.

2 Для выработки таких условностей в юридическом языке необходимо, по нашему мнению, ответить на семиотические вопросы. Что юридизируется (семантика)? Зачем юридизируется (прагматика)? Как юридизируется (синтактика)?

1 «Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица» [Постановление Пленума, 2005].

1 Такое положение вполне соответствует обыденным представлениям о нормах, где нормы нерасчленены, выражены в языке и т.п.

2 Еще один пример, а точнее предположение. Весьма вероятно, что в семиотике культуры быть свидетелем непрестижно, а в каких-то социальных группах просто непозволительно, запрещено.

1 Встает вопрос о тождественности /нетождественности

1 В данном случае мы не касаемся обсуждения вопроса о том, что в тексте постановления фигурирует слово мнение. В принципе (если это доказано), то, судя по всему, это является достаточным основанием для вполне определенного решения по делу.

2 Кстати, негативный характер сведений об отсутствии у фирмы прав на дистрибьютерство может быть оценен не только относительно действующего законодательства, но и относительно других презумпций, например, отношений фирма / покупатель, вероятно, имиджу фирмы может быть нанесен ущерб.

1 Вероятно, что лингвистическая концепция истинности – это описание относительно независимого феномена. Например, в лингвистике вполне возможен переход от логики существования к логике оценок, причем оценочное высказывание тоже истинно. Этот факт отражается в такой формуле Правду ведь говорит, причем под правду попадают и оценки лицом, которое говорит правду, сообщаемых им же (лицом) событий. Кстати, такой переход используется в манипулятивных целях. Очевидно, что такая истина не совпадает ни с логической, ни с юридической. Но это и не истина в том плане, что она может или не может соответствовать действительности.

1 Как доказать, что Коля не любит Олю, если Коля утверждает обратное или как доказать, что Коля любит Олю, если Коля утверждает обратное, а мы подозреваем, что он лжет.

1 Думается, что предположение о наличие таких смыслов (эксплицитных или имплицитных) в тексте рассматриваемой экспертизы высоко вероятно. Вероятность таких смыслов косвенно подтверждается интервью с самим А. Минкиным («Скажу, что в одной из экспертиз меня устроило безусловно. В 1997 году, сообщая в прямом эфире «Эха Москвы», что Чубайс и еще четверо его подельников получили по 90 тысяч долларов в виде гонорара (таких гонораров не бывает) за ненаписанную книгу, я сказал…), а также фразами, исследующимися в вопросе №9 «это не компромат, это уголовные факты» и «основание для возбуждения уголовного дела».

1 привести заключ или ссылку

2 Материалы взяты из Лаборатории юрислингвистики и развития речи.

1 Приведем более широкий контекст, в котором присутствовал исследуемый фрагмент:

…Тут всех потрясает страшное известие: в апреле 1997 года расстреляли директора мясокомбината Попова, который печатно обвинил «Траст» и Кузнецова в финансовых махинациях. На его похороны пришел весь город – не было только никого из «Траста». Люди чуть не пальцем показывали на заказчиков убийства – но милиция их так и не нашла.

«Хочешь, тебя шлепну?»

В итоге мои отношения с Кузнецовым обострились до предела. Однажды я случайно стал свидетелем, как он в редакции газеты «Соседи» накачивает журналистов, кому отдать предпочтение на выборах. Говорю ему: «Вы, как глава администрации, не имеете права давить на СМИ». Он тут же вспыхнул, гаркнул на присутствовавших: «Пошли вон!» Те, как оплеванные, выскочили. Тогда он кинулся на меня, полетели стекла…

Другой раз вызывает меня в свой кабинет: «Ну что, долго ты будешь мне морочить голову? Тебе деньги нужны – так скажи, сколько ты стоишь? Или ты такой дурак, что за идею борешься?» Я говорю: «Представь себе, такой дурак!»

Или в том же кабинете хвастает: «Мне выдали сегодня пистолет, - достает его из стола, - хочешь, тебя шлепну и скажу, что ты на меня напал?» Я ему: «Ну, шлепни, если не боишься».

А потом как-то просыпаюсь дома в 4 утра, чувствую: пахнет дымом. Выскочил в прихожую – а там горит входная дверь. Хотел открыть ее, но не смог – ручка раскалилась. Поднял жену и детей, потом вышиб дверь – по ту сторону кто-то сложил резину и поджег. Я написал заявление в милицию, но точно также как и в случае с Поповым, злоумышленников не нашли…

1 Ст. 71 АПК РФ, ст. 67 ГПК РФ, ст. 88 УПК РФ

2 Методология проведения исследований и экспертиз аудиовизуальных произведений. Материал семинара по Интеллектуальной собственности для сотрудников МВД России. –М., 1999.

1 Россинская Е.Р. Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе. –М.:НОРМА, 2005, с.371.

1 Перечень вопросов далеко не исчерпывается указанными и судебная практика может потребовать разрешения и других вопросов, относящихся к компетенции эксперта-автороведа.

1 Например, в Московской государственной юридической академии по специальности «судебно-речеведческие экспертизы» можно получить и второе высшее образование с присвоением квалификации «судебный эксперт» и предоставлением права самостоятельного производства автороведческих экспертиз по гражданским и уголовным делам (см. http://www.rossinskaya.ru)/

1 http://www.philol.msu.ru

1 http://www.rusexpert.ru

2 Галяшина Е.И., Горбаневский М.В., Пантелеев Б.Н., Сафонова Ю.А. Памятка по вопросам назначения судебной лингвистической экспертизы: Для судей, следователей, дознавателей, прокуроров, экспертов, адвокатов и юрисконсультов / Под ред. М.В. Горбаневского. – М.: Медея, 2004.

3 http://rossinskaya.ru

1 Многие исследователи суть права видят в языке. Ср. высказывания Александрова А.С.: «…язык говорит правом. Язык первичен. Право вторично. Язык создал право начиная с первых табу», «… юридическое – это языковое, текстовое плюс властное», «Юрист – игрок на семантическом поле, которое образуется юридическим языком. Цель деятельности юриста – достижение своей выгоды, общественного блага юридическими- языковыми средствами. Насколько он владеет этими средствами, насколько он технически искушен – настолько он успешен в своей дискурсивной практике», «В закономерностях языка лежат основания права» [Александров, 2000]. Американский правовед, профессор университета Флориды У. Проберт предлагает определить право как «юридическую речь и ее последствия», считая, что «самый центр общего права в суде- не нормы, но риторика» [ Юридические понятия и язык права в современных зарубежных исследованиях, 1986].; Поль Рикер считает, что «конечная цель судебного процесса и суда как института - способствовать общественному миру благодаря торжеству языка над насилием» [ Рикер, 1996].

1 Кстати говоря, Государственная Дума уже рассмотрела в первом чтении закон «О русском языке как государственном языке РФ», согласно которому употребление оскорбительных и нецензурных слов будет наказываться штрафом. Однако, если данный закон будет принят, ему грозит судьба остаться лишь декларацией, не имеющей правовых механизмов реализации, поскольку ни юриспруденция, ни лингвистика не знает ответа на вопрос, что же такое оскорбительное слово, и не имеет как можно более полного их списка (мы не говорим исчерпывающего, поскольку практически каждое слово имеет определенный потенциал инвективного функционирования).

2 Ср. высказывание Н.Д. Арутюновой: «Континуальность мира входит в противоречие с дискретностью языковых значений»…. [Арутюнова, 1983].

* Издается при финансовой поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта № 05-04-82407 а/У.

1 В целом, не исключено использование следственной и судебной экспертиз в рамках арбитражного или конституционного процессов, но её функции здесь ограничены.

1 В качестве примера О. Л. Каменская приводит различие между социолингвистикой и лингвосоциологией. Социолингвистика изучает взаимоотношения языка и общества с целью лучшего понимания структуры языка и его роль в общении. Цель лингвосоциологии состоит в изучении структуры социума на основе лингвистического анализа. Другими словами, социолингвистика - это изучение языка с позиций общества, в то время как лингвосоциология - это изучение общества на основе его языка (Каменская, 2002, с.14).

1forensic linguistics в пер. с англ. означает судебная лингвистика.

2 Перевод текста был осуществлен автором статьи.

1 Например, определение по тексту необычного психофизиологического состояния его автора (ситуация запугивания и принуждения автора текста к его созданию, автор находился в измененном состоянии сознания на момент составления текста и т. д.).

1 Понятие транскрибирование устной речи введено для разграничения форм текста. Так, «звучащие» тексты являются объектами исследование судебно-фонетической экспертизы, а устные транскрибированные тексты являются объектом изучения лингвистической экспертизы.

2 Сюда же может быть отнесен и анализ наименований (например, экспертизы, связанные с названием торговых марок и нарушением авторских прав).

1 Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1986; Словарь русского языка: в 4-х т. / Под ред. А.П. Евгеньевой. М., 1981-84.

2 Там же.

3 Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка. М., 1975. С.385.

1 Веселов П.В. Вы – секретарь. М., 1993. С.112.

2 Солганик Г.Я. Стилистика текста. М., 1997. С.194-195.

3 Кубрякова Е.С., Демьянков В.З., Панкрац Ю.Г., Лузина Л.Г. Краткий словарь когнитивных терминов. М., 1996. С. 31.