Поселения
Удмурты жили воршудами (воршуд – объединение родственников по материнской линии, у каждого из кворшудов было свое название, зачастую символизирующее тотем-оберег данного рода; в качестве тотема могли выступать определенные животные, птицы, деревья, например – Гондыр (медведь), Юсь (лебедь), Бадяр (клен), либо имена тотемных предков (Можга, Пурга). Удмуртское поселение отличалось свободной, гнездовой планировкой. Кучевой тип поселения, обусловленный возникновением деревень из жилых построек разросшейся группы родственников, был характерен для удмуртской деревни до сер. ХIХ в. Со второй пол. ХIХ в. происходит постепенный переход от беспорядочной застройки к уличной. Но еще в 1884 г. А. О. Хейкель, побывавший в удмуртском с. Цыпья, отмечал, что ворота и заборы в усадьбах отсутствуют, а дома и хозяйственные постройки стоят совершенно открыто на улице, имеющей протяженность около версты.
В исторических источниках упоминаются следующие виды поселений удмуртов: деревня, починок, выселок, село. Наиболее древними по происхождению были деревни, которые еще в понимались не только как поселения, но и как комплекс земельных угодий. Деревни (гурт), как правило, располагались вблизи рек, родников и ручьёв, текущих в логах и оврагах.
Для удмуртских поселений в прошлом характерно наличие общественных строений: общинных складов с резервными запасами зерна, родовых святилищ. У реки в ряд стояли бани (мунчо), общие на 3-4 семьи каждая, в некотором отдалении от усадеб располагались гумна. Общими были и колодцы.
Для выпора места строительства приглашали туно (знахаря, шамана), который проводил обряд гадания. Обычно исходили из практических соображений: место должно быть сухим, светлым, защищенным естественным рельефом от северных ветров, близко к дому должна быть вода: река, озеро, родник или колодец (старались селиться, чтоб вода была вкусная, нередко в деревне был свой ческыт ошмес (вкусный родник). Чтобы найти место для колодца, туно рано утром ложился на землю и глядел на восходящее солнце, и там, где он видел над землёй слабое мерцание воздуха, копали колодец. Место для колодца выбирали в летнюю сушь, чтобы наверняка найти большой запас воды. Место, для дома должно находиться недалеко от леса, иметь рядом поле или поляну под огород. На самом берегу рек дома старались не ставить, чтобы не загрязнять воду стоками со скотного двора и чтобы не затопило в разлив.
После выбора участка для строительства, туно при помощи гадания и заговоров указывал место, где встанет дом. Иногда площадку для строительства дома определяли по месту отдыха быка (символа плодородной силы). Никогда не строили дома на болотах и дорогах.
Серией обрядовых действий сопровождался и непосредственный процесс строительства. При закладке дома удмурты втыкали в середину будущего сруба рябиновую палку, которая должна была охранять дом от порчи (рябина также была символом плодородия). После основания дома на третье бревно венца хозяин клал деньги – символ богатства и благополучия.
Во время строительства дома широко бытовал обычай устраивать помочи (веме). На помочи собирались родственники и ближайшие соседи. В них участвовали мужчины и женщины, молодёжь и подростки. Веме – форма крестьянской взаимоимопомощи, игнорировать которую считалось предосудительным. Взаимное общение помочан позволяло обмениваться опытом, обучать подрастающее поколение, достигать взаимопонимания, облегчало труд, призвано было найти оптимальный вариант для той или иной трудовой операции. Хозяева угощали помочан праздничным ужином.