§ 2. Происхождение и видовая дифференциация дефектов

эколого-правового регулирования

Вопрос о происхождении дефектов в экологическом праве является одним из ключевых в проблематике дефектов правового регулирования охраны окружающей среды. Его детальное рассмотрение не только проясняет природу появления различного рода несовершенств в экологическом праве, но и позволяет выработать стратегию их устранения (преодоления).

Отчасти причины дефектности экологического права совпадают с причинами появления дефектов в других отраслях права. Данный вывод подтверждают результаты научных исследований различных видов несовершенств в праве, проведенных как в рамках общей теории права, так и в рамках отдельных отраслевых юридических наук <1>. Как правило, к числу общих причин появления всего многообразия дефектов в праве относят динамизм общественных отношений и нестабильность законодательства, множественность правотворческих субъектов и недостаточную компетентность правотворца.

--------------------------------

<1> См., напр.: Власенко Н.А. Коллизионные нормы в советском праве. Иркутск: Изд-во Иркутского ун-та, 1984; Он же. Логико-структурные дефекты системы советского законодательства // Правоведение. 1991. N 3. С. 11 - 17; Жильцов М.А. Указ. соч.; Лазарев В.В. Пробелы в праве и пути их устранения. М.: Юридическая литература, 1974; Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. М.: Манускрипт, 1994.

Вместе с тем нельзя не признать, что особенности экологического права как комплексного правового образования, как явления общественной жизни, призванного выполнять важную роль в обеспечении реализации публичных и частных экологических интересов, оказывают определенное влияние на процесс дефектообразования, в связи с чем многие общие факторы, способствующие появлению недостатков в рассматриваемой отрасли права, приобретают определенную отраслевую специфику.

Сфера правового регулирования охраны окружающей среды как динамично развивающаяся сфера социальной жизни "настолько многообразна, что невозможно предусмотреть все оттенки ее проявления, все жизненные обстоятельства, с которыми необходимо связать наступление юридических последствий" <1>.

--------------------------------

<1> Лазарев В.В. Пробелы в праве и пути их устранения. М.: Юридическая литература, 1974. С. 17.

Отмеченная закономерность не только предопределяет объективный характер происхождения многих дефектов в экологическом праве, но и способствует тому, что они становятся его неотъемлемой характеристикой. Так, в связи с тем что возможности человека в познании закономерностей развития естественных экологических систем на современном этапе объективно ограниченны, в экологическом праве нередко появляются недостатки (например, дефектные правовые конструкции <1>), обусловленные ошибочными теоретическими представлениями о возможном и должном поведении участников экологических отношений. По этой же причине для современного экологического права характерна неполнота правового регулирования в части установления правового режима охраны отдельных компонентов природной среды - озонового слоя атмосферы и околоземного космического пространства.

--------------------------------

<1> Действующим экологическим законодательством России закреплен дифференцированный подход к оценке качества окружающей среды и регулированию воздействия на нее, в соответствии с которым нормирование в области охраны окружающей среды осуществляется в отношении каждого отдельно взятого компонента природной среды. На практике это приводит к тому, что при установлении природоохранных нормативов природные взаимосвязи между отдельными компонентами природной среды не учитываются, а комплексная оценка качества окружающей среды посредством инструментов природоохранного нормирования не дается.

Появление дефектов в экологическом праве может быть предопределено и влиянием субъективного фактора, связанного с деятельностью человека, группы людей (зачастую именно этот фактор играет ведущую роль в появлении дефектов в экологическом праве). Речь прежде всего идет о правотворцах и правоприменителях, благодаря непрофессионализму, а нередко и корыстной заинтересованности которых появляются дефектные эколого-правовые нормы и правоприменительные акты в сфере охраны окружающей среды, существенно ограничивающие регулятивный потенциал экологического права.

Результатом воздействия указанной группы причин стала, в частности, коллизия в экологическом праве в части определения объекта оценки воздействия на окружающую среду. Так, в Федеральном законе от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" <1> (далее - Федеральный закон "Об охране окружающей среды") объектом оценки воздействия на окружающую среду признается любая планируемая хозяйственная и иная деятельность, которая может оказать прямое или косвенное воздействие на окружающую среду независимо от организационно-правовых форм собственности субъектов хозяйственной и иной деятельности. Между тем в Приказе Государственного комитета Российской Федерации по охране окружающей среды (далее - Госкомэкологии России) от 16 мая 2000 г. N 372 "Об утверждении Положения об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в Российской Федерации" <2> указывается на то, что оценка воздействия на окружающую среду проводится для намечаемой хозяйственной и иной деятельности, обосновывающая документация которой подлежит экологической экспертизе в соответствии с Федеральным законом от 23 ноября 1995 г. N 174-ФЗ "Об экологической экспертизе" <3> (далее - Федеральный закон "Об экологической экспертизе").

--------------------------------

<1> Об охране окружающей среды: Федеральный закон от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ (в ред. от 2 июля 2013 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

<2> Об утверждении Положения об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в Российской Федерации: Приказ Государственного комитета Российской Федерации по охране окружающей среды от 16 мая 2000 г. N 372 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 2000. N 37.

<3> Об экологической экспертизе: Федеральный закон от 23 ноября 1995 г. N 174-ФЗ (в ред. от 7 июня 2013 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

Несмотря на то что в данном случае коллизия должна разрешаться в пользу обладающих более высокой юридической силой норм Федерального закона "Об охране окружающей среды", в природоохранной практике преимущественно применяются предписания упомянутого Приказа Госкомэкологии России, закрепляющие процедуру проведения оценки воздействия на окружающую среду только для объектов, подлежащих государственной экологической экспертизе. Процедура проведения оценки воздействия на окружающую среду в отношении всех остальных объектов действующим законодательством не регламентируется, что позволяет многим субъектам хозяйственной и иной деятельности не проводить в обязательном порядке исследования возможных неблагоприятных воздействий такой деятельности на окружающую среду, не учитывать общественное мнение при принятии решений, касающихся намечаемой деятельности.

В целом исследование природы появления различных дефектов в экологическом праве позволяет обозначить в качестве ключевых следующие факторы, способствующие их возникновению.

1. Экологическое право - это относительно "молодая" отрасль российского права, которая сформировалась лишь к концу XX века, существенно обновилась в начале XXI века и продолжает модернизироваться в современный период. В последнее десятилетие экологическое право развивается в бурный период реформ и безудержного нормотворчества, воспринимая все их положительные и отрицательные стороны. Если многие другие отрасли более инерционны, стабильны, то экологическое право, напротив, - стихийно развивающаяся отрасль права, нормативная правовая база которой нередко изменяется бессистемно. В условиях постоянного законодательного реформирования избежать появления дефектов в экологическом праве и формализующем его законодательстве практически невозможно <1>.

--------------------------------

<1> Так, за чуть более чем десятилетний период, прошедший со дня принятия Федерального закона "Об охране окружающей среды", в него более 20 раз вносились изменения. Почти так же динамично модифицировался Федеральный закон "Об экологической экспертизе" и многие другие законодательные нормативные правовые акты, регламентирующие сферу охраны окружающей среды.

Интенсивность правового регулирования общественных отношений, складывающихся в области охраны окружающей среды, становится одним из факторов, способствующих появлению не только многочисленных законотворческих ошибок в процессе разработки и принятия нормативных правовых актов в сфере охраны окружающей среды, но и ошибок в правоприменении. Результатами последних нередко становятся дефекты в правоприменительных актах, актах толкования, которые усиливают негативные проявления неудачных нормативных правовых моделей в области охраны окружающей среды, разрушают юридическую основу для устойчивого функционирования эколого-правовых норм, рассчитанных на ту или иную форму реализации.

2. Современное экологическое право в значительной мере формировалось под влиянием естественных наук и их представителей, преувеличивающих роль закона в регулировании общественных отношений, возникающих в сфере охраны окружающей среды. Это привело к тому, что для рассматриваемой отрасли права "особенно характерно смещение в сторону декларативных "излишеств". В силу новизны природоохранных проблем, различных объективных, а чаще субъективных причин эта отрасль права оказалась особенно расплывчатой, "неправовой" в смысле размытости и слабости предписаний, забегания в ряде случаев вперед, оценки желаемого в качестве сущего, действительного" <1>. Обозначенная особенность отразилась на качестве эколого-правовой материи, которая характеризуется наличием значительного количества правовых неопределенностей, отсылочных и бланкетных норм, норм, устанавливающих необоснованно широкие пределы усмотрения для субъектов правоприменительной деятельности. Обилие норм с такими характеристиками существенно повышает степень дефектности экологического права, смещает правотворчество в области охраны окружающей среды "в сферу исполнительной власти, создавая тем самым благоприятные условия для теневого представительства интересов... превращает процесс принятия управленческого решения в "черный ящик". Мы можем догадываться о том, какие сигналы подавались на его "вход", точно знаем, что получаем на "выходе", но не имеем никакого представления о том, как принималось это решение" <2>.

--------------------------------

<1> Боголюбов С.А. О возможностях экологического права // Журнал российского права. 2000. N 11. С. 3.

<2> Головощинский К.И. Коррупциогенность правовых норм / Под ред. Г.А. Сатарова, М.А. Краснова [Электронный ресурс]. URL: http://www.indem.ru/corrupt/golovsh/ (дата обращения: 07.06.2013).

3. В науке экологического права общепризнанным является факт отнесения экологического права к комплексным правовым образованиям ввиду того, что входящие в его состав правовые институты включают в себя не только нормы экологического права, но и нормы, содержащиеся в других отраслях системы российского права <1>. Комплексный характер рассматриваемой отрасли права обусловливает разрастание эколого-правового материала, повышает степень рассогласованности эколого-правовых норм, за счет чего в системе экологического права и, соответственно, в системе экологического законодательства объективно увеличивается частота появления различных по своему содержанию и форме правовых дефектов. Так, Федеральный закон от 12 января 1996 г. N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" <2> не относит к политической деятельности деятельность некоммерческих организаций в области защиты растительного и животного мира, в то время как Федеральный закон "Об охране окружающей среды" наделяет абсолютно все общественные и иные некоммерческие объединения, осуществляющие деятельность в области охраны окружающей среды, правами <3>, реализация которых на практике позволяет рассматривать деятельность таких организаций как политическую <4>.

--------------------------------

<1> См., напр.: Бринчук М.М. Комплексность в экологическом праве // Экологическое право. 2004. N 6. С. 1 - 28; Игнатьева И.А. Экологическое законодательство России и проблемы его развития. М.: Изд-во МГУ, 2001. С. 57; Институты экологического права / С.А. Боголюбов и др. М.: Эксмо, 2010. С. 31.

<2> О некоммерческих организациях: Федеральный закон от 12 января 1996 г. N 7-ФЗ (в ред. от 2 июля 2013 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

<3> Согласно ст. 12 Федерального закона "Об охране окружающей среды" общественные и иные некоммерческие объединения, осуществляющие деятельность в области охраны окружающей среды, имеют право: разрабатывать, пропагандировать и реализовывать в установленном порядке программы в области охраны окружающей среды, осуществлять и пропагандировать деятельность в области охраны окружающей среды, воспроизводства природных ресурсов, обеспечения экологической безопасности; оказывать содействие органам государственной власти Российской Федерации, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления в решении вопросов охраны окружающей среды; организовывать собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование, сбор подписей под петициями и принимать участие в указанных мероприятиях в соответствии с законодательством Российской Федерации; вносить предложения о проведении референдумов по вопросам охраны окружающей среды и об обсуждении проектов, касающихся охраны окружающей среды, и иные.

<4> В соответствии с п. 6 ст. 2 Федерального закона "О некоммерческих организациях" некоммерческая организация признается участвующей в политической деятельности, если независимо от целей и задач, указанных в ее учредительных документах, она участвует (в том числе путем финансирования) в организации и проведении политических акций в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также в формировании общественного мнения в указанных целях.

4. Высокая степень разнородности предмета эколого-правового регулирования (общественные отношения по поводу охраны водных объектов, земель, лесов, атмосферного воздуха, недр и т.д.) и объективная сложность в установлении и поддержании экологического правопорядка способствуют тому, что в процессе принятия правовых решений допускаются просчеты, результатами которых нередко становятся самые разные дефекты в экологическом праве. Например, в основе всех воплощенных в Лесном кодексе РФ законодательных конструкций лежит небесспорное представление о лесе как об экологической системе или как о природном ресурсе. Такая законодательная позиция (а скорее, ее отсутствие) относительно ключевой для лесного законодательства категории привела к тому, что с принятием Лесного кодекса РФ 2006 г. была разрушена преемственность правового регулирования лесных отношений в России (разработчики ранее действовавшего Лесного кодекса РФ 1997 г. исходили из представления о лесе как о совокупности лесной растительности, земли, животного мира и других компонентов окружающей природной среды, имеющей важное экологическое, экономическое и социальное значение <1>).

--------------------------------

<1> Лесной кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 29 января 1997 г. N 22-ФЗ (утр. силу с 1 января 2009 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации (далее - СЗ РФ). 1997. N 5. Ст. 610.

Многими специалистами в области лесоведения отмечается, что представленная в Лесном кодексе РФ юридическая трактовка понятия "лес" не отражает специфику леса как объекта управления и лесных отношений. В частности, по мнению Н.А. Моисеева, в ст. 5 Лесного кодекса РФ ошибочно отождествляются два нетождественных понятия. В лесоводственном отношении лес как биогеоценоз представляет органическое, неразрывное единство всех его компонентов, включая вместе с землей и древесную растительность, и все "живое" в лесу. В экономическом смысле леса являются основным средством производства в лесном хозяйстве. Используя леса как средство производства, лесное хозяйство производит различные услуги леса как продукты труда. Таким образом, лес как средство труда и его ресурсы как продукты труда не тождественны друг другу, как это представляется в ст. 5 Лесного кодекса РФ <1>.

--------------------------------

<1> Моисеев Н.А. Парадоксы Лесного кодекса 2006 г. // Правовое регулирование использования и охраны лесов: Тезисы докладов науч.-практ. конференции 6 июня 2011 г. / Под общ. ред. Е.Л. Мининой. М.: ГОУ ВПО МГУЛ, 2011. С. 14.

Помимо очевидного неудачного содержательного наполнения, формулировка термина "леса" не выдерживает критики и с позиции соблюдения правил юридической техники. Избранная законодателем конструкция нормы-дефиниции не создает условий для ясного понимания субъектами правоприменительной деятельности содержания рассматриваемого термина. Законодатель, посвятив понятию "леса" отдельную статью, лишь продекларировал, что использование, охрана, защита, воспроизводство лесов осуществляются исходя из понятия о лесе как об экологической системе или как о природном ресурсе. Неопределенность ключевого для регулирования лесных отношений термина приводит в процессе реализации норм лесного права к появлению неоднозначных подходов к определению элементов леса как экологической системы, что, в свою очередь, не позволяет установить прозрачный правовой режим использования и охраны лесов в Российской Федерации.

5. Внутрисистемные недостатки в экологическом праве нередко становятся следствием преобладания в правовом регулировании экологических отношений фрагментарного пообъектного подхода, который не учитывает в полной мере общую взаимосвязь всех компонентов природной среды. Основанные на таком подходе юридические конструкции институтов экологического права, как правило, развиваются сами по себе, что в конечном итоге приводит к слабой взаимосвязи образующих их правовых норм, к несогласованности эколого-правовых предписаний. Очевидной иллюстрацией сказанного является неполнота правового регулирования нормирования в области охраны окружающей среды в части установления нормативов допустимой антропогенной нагрузки на окружающую среду.

6. Экологические правоотношения, складывающиеся "в связи с необходимостью юридического обеспечения решения новых цивилизационных задач, возникших перед человечеством в эпоху глобального экологического кризиса, содержат в себе принципиально иные цели правового регулирования, потребовавшие создания новых ценностных ориентиров и регулятивных механизмов" <1>. К сожалению, пока еще в арсенале национального экологического права недостаточно даже правовых средств, необходимых для реализации уже получивших свое юридическое закрепление цели и задач государственной экологической политики, национальных принципов охраны окружающей среды.

--------------------------------

<1> Васильева М.И. О методах, средствах и способах правового регулирования экологических отношений // Экологическое право. 2009. N 2/3 (спец. выпуск). С. 56.

Именно так обстоит, например, дело с реализацией принципов возмещения вреда окружающей среде и обеспечения снижения негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в соответствии с нормативами в области охраны окружающей среды, которого можно достигнуть на основе использования наилучших существующих технологий с учетом экономических и социальных факторов. Несмотря на то что обозначенные природоохранные ориентиры провозглашаются в качестве ключевых в природоохранной деятельности нашего государства не одно десятилетие, регулятивные механизмы их реализации в полной мере не сформировались - вне правовой регламентации по-прежнему остаются вопросы возмещения вреда, причиненного прошлой экономической деятельностью, не внедрена в природоохранную практику система технологического нормирования. Недостаточность юридических средств реализации эколого-правовых предписаний приводит к возникновению дефектов в экологическом праве, как правило, в виде пробела или коллизии в праве, при этом последние все чаще проявляются как несоответствие экологического права природоохранным интересам общества, т.е. как материальные, а не только формальные противоречия в праве.

7. Вопросы охраны окружающей среды отнесены Конституцией Российской Федерации к предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (п. "д" и "к" ч. 1 ст. 72 Конституции РФ). Однако отсутствие достаточной конкретизации предметов ведения и полномочий Российской Федерации и ее субъектов, а также неопределенность объема законодательного регулирования по предметам совместного ведения приводят к увеличению репрезентативности дефектов в экологическом праве, прежде всего за счет принятия региональных нормативных правовых актов в сфере охраны окружающей среды, не только повторяющих дефекты, уже существующие в федеральном экологическом законодательстве, но и порождающих новые пробелы, коллизии и т.д. Одним из самых распространенных недостатков правового регулирования охраны окружающей среды на уровне субъектов Российской Федерации является излишнее дублирование положений федерального экологического законодательства в части определения содержания и мер правовой охраны окружающей среды <1>.

--------------------------------

<1> См., напр.: Экологический кодекс Республики Башкортостан: Закон Республики Башкортостан от 28 октября 1992 г. N ВС-13/28 (в ред. от 2 ноября 2012 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс: РегиональноеЗаконодательство"; Об охране окружающей среды в Кабардино-Балкарской Республике: Закон Кабардино-Балкарской Республики от 8 августа 2005 г. N 59-РЗ (в ред. от 15 октября 2012 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс: РегиональноеЗаконодательство"; Об охране окружающей среды в Карачаево-Черкесской Республике: Закон Карачаево-Черкесской Республики от 14 мая 2007 г. N 24-РЗ (в ред. от 28 ноября 2012 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс: РегиональноеЗаконодательство"; Об охране окружающей среды: Закон Республики Ингушетии от 30 июня 2009 г. N 28-РЗ [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс: РегиональноеЗаконодательство".

8. Одной из частых причин появления несовершенств в экологическом праве становится несоблюдение требований юридической техники в процессе подготовки и принятия нормативных правовых актов в сфере охраны окружающей среды.

Последние два десятилетия результаты правотворчества в рассматриваемой сфере показывают недостаточно высокий уровень профессионализма правотворцев, следствием чего являются различные по своей природе и содержанию деформации эколого-правовой материи - нечеткость в формулировании отдельных эколого-правовых предписаний, терминологические расхождения, дублирование правовых предписаний, избыточность норм, неверный выбор формы акта и т.д. Между тем именно соблюдение в процессе разработки и принятия правовых решений в сфере охраны окружающей среды требования определенности эколого-правового регулирования, заключающейся в конкретности, ясности и недвусмысленности нормативных установлений, является необходимым условием формирования бездефектной системы эколого-правового регулирования.

Нарушение требований юридической техники стало, в частности, причиной возникновения терминологических расхождений между положениями Федерального закона "Об охране окружающей среды" и Федерального закона от 4 мая 1999 г. N 96-ФЗ "Об охране атмосферного воздуха" <1> (далее - Федеральный закон "Об охране атмосферного воздуха"), в которых используются схожие, но не тождественные по наименованию и содержанию понятия. Так, Федеральный закон "Об охране окружающей среды" для идентификации загрязнения окружающей среды использует термин "загрязняющее вещество", в то время как Федеральный закон "Об охране атмосферного воздуха" применительно к загрязнению атмосферного воздуха использует термин "вредное (загрязняющее) вещество". Дефиниции обозначенных терминов в указанных законодательных актах также разнятся. Федеральный закон "Об охране окружающей среды" определяет загрязняющее вещество как вещество или смесь веществ, количество и (или) концентрация которых превышают установленные для химических веществ, в том числе радиоактивных, иных веществ и микроорганизмов нормативы и оказывают негативное воздействие на окружающую среду, в то время как Федеральный закон "Об охране атмосферного воздуха" под вредным (загрязняющим) веществом понимает химическое или биологическое вещество либо смесь таких веществ, которые содержатся в атмосферном воздухе и в определенных концентрациях оказывают вредное воздействие на здоровье человека и окружающую среду. Нетрудно заметить, что в первом случае речь идет только о воздействии на окружающую среду, а во втором - на здоровье человека и окружающую среду.

--------------------------------

<1> Об охране атмосферного воздуха: Федеральный закон от 4 мая 1999 г. N 96-ФЗ (в ред. от 25 июня 2012 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

Следствием нарушения правильного соотношения абстрактности и определенности при формулировании эколого-правовых норм стала неполнота правового регулирования общественных отношений, складывающихся по поводу осуществления экологического страхования, предпринимательской, инновационной и иной деятельности, направленной на охрану окружающей среды, приведшая в итоге к тому, что указанные виды деятельности слабо распространены в современной России.

9. Дефекты в экологическом праве нередко становятся следствием действия причин, лежащих вне правовой надстройки. Чаще всего такими факторами выступают качество социальной среды, в которой реализуются эколого-правовые предписания, уровень развития гражданского общества, особенности организации политической системы, экономические возможности государства.

Так, незрелость гражданского общества замедляет рост позитивной ответственности членов социума, способствует распространению правового нигилизма, что в конечном итоге усложняет процесс формирования у участников экологических правоотношений мотива правомерного поведения, так необходимого для обеспечения эффективной реализации норм экологического права. Отсутствие позитивной мотивации на соблюдение предписаний эколого-правовых норм приводит к росту экологических правонарушений, проявляющих, в том числе, и дефекты предлагаемых обществу правовых решений в сфере охраны окружающей среды.

Реализация эколого-правовых идей и норм всегда осложняется недостаточным финансовым обеспечением. Какими бы ни были передовыми правовые идеи и нормы в сфере охраны окружающей среды, но, не будучи обеспеченными необходимыми финансовыми инструментами, они всегда будут оставаться благими пожеланиями, правовыми декларациями. Доказано, что чем экономически слабее государство, тем менее оно ориентировано на расширение финансирования расходов, связанных с обеспечением решения природоохранных задач. И даже если законодательно в таких государствах закрепляются высокие стандарты в области охраны окружающей среды, отсутствие необходимой финансовой основы делает объективно невозможным их реальное соблюдение.

Следует отметить, что все факторы, способствующие появлению дефектов правового регулирования охраны окружающей среды, тесно взаимосвязаны между собой, что, как правило, предопределяет их совместное влияние на процесс дефектообразования в экологическом праве. Так, чрезмерная интенсивность правового регулирования экологических отношений практически всегда сопровождается нарушением требований юридической техники в процессе принятия необходимого нормативного правового акта, поскольку в сжатые сроки качественно подготовить проект будущего акта затруднительно. В свою очередь, свойства экологических отношений (нередко обусловленные объективным характером их возникновения и слабой зависимостью от воли участников) и сложность в установлении и поддержании экологического правопорядка чаще всего коррелируют с таким фактором, провоцирующим дефектные проявления, как недостаточность юридических средств реализации эколого-правовых предписаний.

Действуя совместно, факторы дефектообразования предопределяют высокую степень репрезентативности дефектных проявлений в экологическом праве, разнообразие форм их проявления, что актуализирует постановку вопроса о классификации дефектов эколого-правового регулирования.

Для целей настоящего исследования представим несколько классификаций дефектов в экологическом праве, проводимых по различным основаниям, которые позволят нам оценить все многообразие дефектных проявлений в правовом регулировании охраны окружающей среды.

1. С учетом выделяемых в экологическом праве составных частей можно говорить о существовании в нем таких правовых дефектов, как дефекты эколого-правового сознания, дефекты системы экологического права, дефекты системы экологического законодательства, дефекты системы экологических правоотношений, дефекты реализации эколого-правовых предписаний.

Если же рассматривать экологическое право только как позитивное правовое образование, то разновидности несовершенств правового регулирования охраны окружающей среды могут быть представлены как дефекты системы экологического права (дефекты эколого-правовых норм, институтов экологического права) и дефекты системы экологического законодательства (дефекты нормативных правовых актов, регламентирующих экологические отношения).

В свою очередь, дефекты системы экологического права с точки зрения природы возникновения характерных особенностей, а также негативного значения, которое они оказывают на состояние правового регулирования экологических отношений <1>, можно подразделить: на коллизии в экологическом праве; пробелы эколого-правового регулирования; излишнее дублирование предписаний экологического права; нерациональную расположенность эколого-правовых норм; несовершенство юридических конструкций в сфере охраны окружающей среды и др.

--------------------------------

<1> Данный критерий использует для классификации дефектов системы права Н.А. Власенко в работе "Логико-структурные дефекты системы советского законодательства" (см. журнал "Правоведение". 1991. N 3. С. 11 - 17).

Один из самых грозных дефектов системы экологического права - коллизии. Они возникают в случае противоречивости эколого-правовых предписаний, которая является следствием одновременного существования нескольких правовых норм, несогласованных по своему содержанию, призванных урегулировать одни и те же фактические обстоятельства, возникающие в сфере охраны окружающей среды.

Поскольку коллизии в экологическом праве могут нести в себе и положительный заряд, то особо подчеркнем, что в контексте исследования проблемы дефектности экологического права к дефектам правового регулирования охраны окружающей среды мы относим только коллизии, оказывающие негативное влияние на систему правового регулирования экологических отношений. Такова, в частности, юридическая коллизия между положениями Федерального закона "Об экологической экспертизе" и Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" <1> (далее - Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации"), устанавливающими полномочия органов местного самоуправления городских округов и муниципальных районов в области экологической экспертизы. В первом из названных Федеральных законов к полномочиям органов местного самоуправления городских округов и муниципальных районов в области экологической экспертизы отнесены полномочия (делегирование экспертов для участия в качестве наблюдателей в заседаниях экспертных комиссий государственной экологической экспертизы объектов экологической экспертизы в случае реализации этих объектов на соответствующей территории и в случае возможного воздействия на окружающую среду хозяйственной и иной деятельности, намечаемой другой административно-территориальной единицей; принятие и реализация в пределах своих полномочий решений по вопросам экологической экспертизы на основании результатов общественных обсуждений, опросов, референдумов, заявлений общественных экологических организаций (объединений) и движений, информации об объектах экологической экспертизы; организация общественных обсуждений, проведение опросов, референдумов среди населения о намечаемой хозяйственной и иной деятельности, которая подлежит экологической экспертизе, и иные), которые не соответствуют вопросам местного значения поселений, муниципальных районов и городских округов, обозначенным в гл. 3 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации".

--------------------------------

<1> Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации: Федеральный закон от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ (в ред. от 2 июля 2013 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

В текущей практике природоохранного регулирования результатом существования данной коллизии является некоторая декларативность положений Федерального закона "Об экологической экспертизе", закрепляющих полномочия органов местного самоуправления в области экологической экспертизы, поскольку органы местного самоуправления, в отсутствие соответствующих предписаний в Федеральном законе "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", названные полномочия не исполняют.

Пробелы как дефекты в экологическом праве возникают в случае неполноты правового регулирования охраны окружающей среды, характеризующейся отсутствием нормы (группы норм) экологического права, необходимой для регулирования общественных отношений, попадающих в сферу эколого-правовой регуляции. При этом так же, как и в случае с юридическими коллизиями, равно как и всеми другими дефектами правового регулирования охраны окружающей среды, пробелы в экологическом праве могут рассматриваться в качестве дефектов только в случае их отрицательного влияния на состояние эколого-правового регулирования.

Одним из самых ярких примеров пробельности экологического права является отсутствие в действующем Федеральном законе "Об охране окружающей среды" норм, закрепляющих правовой статус и режим зон экологического бедствия на территории Российской Федерации. Указанный Федеральный закон содержит лишь бланкетные нормативные предписания (ст. 57), отсылающие к законодательству о зонах экологического бедствия, которое в действующей системе российского законодательства на современном этапе его развития не сформировалось.

Неполнотой характеризуется и правовое регулирование экологических отношений, связанных с реализацией права граждан на получение своевременной, полной и достоверной информации о состоянии окружающей среды (экологической информации). Закрепляя данное право за гражданами Российской Федерации, экологическое законодательство не определяет содержание и состав такой информации, что существенно затрудняет реализацию субъективных экологических прав.

Еще один довольно распространенный недостаток правового регулирования охраны окружающей среды - излишнее дублирование эколого-правовых предписаний, под которым следует понимать не обоснованное целями правового регулирования охраны окружающей среды неоднократное (два и более раза) повторение в текстах нормативных правовых актов одинаковых по своему содержанию эколого-правовых предписаний. Как уже было отмечено ранее, при описании причин, провоцирующих появление дефектов в экологическом праве, данный недостаток характерен прежде всего для экологического законодательства субъектов Российской Федерации, в котором зачастую необоснованно повторяются требования федерального экологического законодательства в части определения содержания ключевых терминов в области охраны окружающей среды, фиксации объектов правовой охраны окружающей среды, закрепления основных инструментов охраны окружающей среды. Так, принятый в 1992 г. Экологический кодекс Республики Башкортостан стал первоначально копией действовавшего на тот момент Закона РСФСР от 19 декабря 1991 г. N 2060-1 "Об охране окружающей природной среды" <1>, а затем практически полностью повторил содержание Федерального закона "Об охране окружающей среды".

--------------------------------

<1> Об охране окружающей природной среды: Закон РСФСР от 19 декабря 1991 г. N 2060-1 (утр. силу с 1 января 2002 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

Дублирование в законодательстве субъектов Российской Федерации норм федерального экологического законодательства, рассчитанных на регулирование типичных фактических обстоятельств, отношений, возникающих по поводу охраны окружающей среды, не только загромождает экологическое право и законодательство, но и приводит к тому, что на уровне субъектов Российской Федерации не появляются правовые предписания, учитывающие природные особенности территорий и акваторий, расположенных в границах субъектов Российской Федерации. Региональный законодатель нередко, вместо того чтобы оценить состояние действующего экологического законодательства и выявить наличие проблем правового регулирования экологических отношений, которые могут быть устранены на уровне субъектов Российской Федерации, ограничивается переписыванием предписаний, сформулированных нормотворцами на федеральном уровне.

Нерациональная расположенность эколого-правовых норм как дефект системы экологического права проявляется в нарушении структурных связей между эколого-правовыми нормами, из-за чего утрачивается их логическая взаимосвязь, стройность в изложении правил поведения. Указанный дефект обычно возникает при введении в действие новых юридических предписаний, направленных на регулирование экологических отношений. Так, совсем недавно <1> в тексте Федерального закона от 31 июля 1998 г. N 155-ФЗ "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации" <2> появилась ст. 16.1 "Особенности эксплуатации, использования искусственных островов, установок, сооружений, подводных трубопроводов, проведения буровых работ при региональном геологическом изучении, геологическом изучении, разведке и добыче углеводородного сырья, а также при транспортировке и хранении нефти и нефтепродуктов во внутренних морских водах и в территориальном море", в которой содержатся отдельные предписания по защите морской среды от загрязнения нефтью и нефтепродуктами.

--------------------------------

<1> О внесении изменений в Федеральный закон "О континентальном шельфе Российской Федерации" и Федеральный закон "О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации": Федеральный закон от 30 декабря 2012 г. N 287-ФЗ // СЗ РФ. 2012. N 53 (ч. 1). Ст. 7612.

<2> О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации: Федеральный закон от 31 июля 1998 г. N 155-ФЗ (в ред. от 7 июня 2013 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

Несмотря на наличие в структуре рассматриваемого Закона самостоятельной главы, посвященной вопросам защиты и сохранения морской среды и природных ресурсов внутренних морских вод и территориального моря (глава V), законодатель поместил статью 16.1 в главу II "Особенности правового режима морских портов Российской Федерации, внутренних морских вод и территориального моря" данного Закона, тем самым допустив, на наш взгляд, погрешность в определении местоположения целого ряда эколого-правовых норм.

В числе дефектов, присущих системе экологического права, можно обозначить и несовершенство юридических конструкций в сфере охраны окружающей среды. Маркером, указывающим на наличие таких конструкций в экологическом праве, служит судебная практика, которая выявляет как сами дефектные конструкции, так и последствия их существования в системе экологического права.

Одним из самых красноречивых примеров неудачных эколого-правовых конструкций служит модель правового института платы за негативное воздействие на окружающую среду, которую отличает неполнота в части законодательного закрепления основных элементов платы за негативное воздействие на окружающую среду. Установленный на подзаконном нормативном правовом уровне порядок взимания этого публично-правового платежа, по мнению многих экспертов, не отвечает требованиям Конституции Российской Федерации, закрепившей обязанность платить законно установленные налоги и сборы (ч. 3 ст. 55 и ст. 57).

Благодаря сложившейся правовой неопределенности в природоохранной практике не утихают серьезные разногласия между субъектами хозяйственной и иной деятельности и природоохранными органами по поводу правомерности взимания рассматриваемого платежа с того или иного адресата. Так, применительно к такому виду негативного воздействия на окружающую среду, как размещение отходов производства и потребления, действующее нормативно-правовое регулирование не дает однозначного ответа на вопрос, кто является плательщиком платы за негативное воздействие на окружающую среду - организация, в результате деятельности которой образуются такие отходы, либо непосредственно осуществляющая их размещение специализированная организация, действующая на основании соответствующей лицензии <1>.

--------------------------------

<1> Из содержания ст. 16 Федерального закона "Об охране окружающей среды" следует, что лицами, обязанными вносить плату за негативное воздействие на окружающую среду, в том числе за размещение отходов, являются субъекты хозяйственной и иной деятельности, оказывающей такое воздействие на окружающую среду. В свою очередь, регламентирующий вопросы обращения с отходами производства и потребления Федеральный закон от 24 июня 1998 г. N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления" (далее - Федеральный закон "Об отходах производства и потребления") в ст. 23 в самом общем виде закрепляет, что плата за размещение отходов взимается с индивидуальных предпринимателей и юридических лиц в соответствии с законодательством Российской Федерации. Ввиду того что статус юридического лица или статус индивидуального предпринимателя могут иметь как субъекты, хозяйственная и иная деятельность которых сопряжена с образованием отходов, так и субъекты, которые осуществляют предпринимательскую деятельность в виде оказания услуг по размещению отходов производства и потребления, то установить принадлежность обязанности по ее внесению непосредственно из содержания предписаний Федерального закона "Об отходах производства и потребления" не представляется возможным (см. подробнее об этом: Постановление Конституционного Суда РФ от 5 марта 2013 г. N 5-П "По делу о проверке конституционности статьи 16 Федерального закона "Об охране окружающей среды" и Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Порядка определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия" в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "Тополь" [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс").

Не выработан единый подход к решению этого вопроса и в судебной практике. Так, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. N 8672/08 субъектом платы за размещение отходов признается индивидуальный предприниматель или юридическое лицо, в результате хозяйственной и иной деятельности которого образовались эти отходы, оказание же ему услуг по размещению отходов специализированной организацией на основании гражданско-правового договора не означает автоматического перехода на нее бремени уплаты данного публично-правового платежа.

В свою очередь, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 марта 2009 г. N 14561/08 в качестве субъекта платы за негативное воздействие на окружающую среду указывается именно юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, в собственности (владении, пользовании) которого находятся предназначенные для размещения отходов объекты. Суды же общей юрисдикции чаще всего придерживаются позиции, согласно которой хранение отходов не посредством их специализированного размещения в специально оборудованных местах не освобождает предприятие от предусмотренной законом обязанности по внесению платы за негативное воздействие на окружающую среду (см., например, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2010 г. N 78-Впр10-33: "Дело о возложении обязанности ответчика рассчитать плату за негативное воздействие на окружающую среду и согласовать произведенный расчет с уполномоченным органом правомерно направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции, так как невнесение платежей за негативное воздействие на окружающую среду, зачисление которых подлежит в бюджеты разных уровней, повлечет финансовую невозможность принятия мер, направленных на предотвращение вреда, причиняемого природной среде и здоровью человека") <1>.

--------------------------------

<1> По делу о проверке конституционности ст. 16 Федерального закона "Об охране окружающей среды" и Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Порядка определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия" в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "Тополь": Постановление Конституционного Суда РФ от 5 марта 2013 г. N 5-П [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

2. Еще один возможный критерий научной классификации дефектов в экологическом праве - причины их возникновения. В этом случае дефекты в экологическом праве можно классифицировать на недостатки, имеющие объективную природу происхождения, и недостатки, обусловленные влиянием субъективного фактора. Первые - существуют независимо от сознательно-волевой деятельности человека (группы людей), а вторые - ею предопределяются.

3. В зависимости от стадии механизма правового регулирования экологических отношений можно выделить дефекты, которые возникают в процессе создания норм экологического права (правотворческие дефекты), и дефекты, проявляющиеся на стадии реализации эколого-правовых предписаний (дефекты правореализации). И в том, и в другом случае речь может идти о возникновении материальных (социально-правовых) и формальных (собственно юридических) дефектов механизма эколого-правового регулирования.

Так, в процессе разработки, обсуждения и принятия Лесного кодекса РФ 2006 г. были допущены отдельные ошибки в проектировании механизма правового регулирования лесных отношений, которые впоследствии трансформировались в явные правовые дефекты, снижающие юридическую и социальную эффективность этого нормативного правового акта.

Одним из самых красноречивых и, пожалуй, самых печальных примеров влияния эколого-правовых дефектов на состояние и развитие лесных отношений явилась ситуация с лесными пожарами, сложившаяся в 2010 г. в Центральной России, в том числе и в связи с ошибками в проектировании правового института государственной лесной охраны. В частности, не выдержали "испытание огнем" избранная законодателем концепция построения системы управления лесами, основанная на принципе децентрализации государственного управления, предписания о государственном лесном контроле и надзоре, сосредоточенные в гл. 12 Лесного кодекса РФ <1>, положения ст. 19 Лесного кодекса РФ о проведении работ по тушению лесных пожаров организациями, победившими на проводимых субъектами РФ торгах, положения об обеспечении пожарной безопасности на арендованных лесных участках (ч. 3 ст. 53 Лесного кодекса РФ) <2>. Несмотря на то что практически все вышеобозначенные проблемы правового регулирования лесных отношений уже получили свое решение в новых законодательных моделях, недостатков в лесном законодательстве осталось еще немало. Например, существующая фрагментарность правового регулирования отношений в сфере использования и охраны лесных и иных насаждений в городских и сельских поселениях негативно влияет на эффективность проведения мероприятий по охране и защите таких насаждений, создает условия для осуществления необоснованных рубок многолетних лесных насаждений.

--------------------------------

<1> Здесь и далее в абзаце анализируются предписания Лесного кодекса РФ в редакции до внесения изменений Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. N 442-ФЗ "О внесении изменений в Лесной кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации".

<2> Материалы парламентских слушаний на тему: "Развитие системы правового обеспечения охраны лесов от пожаров" (Москва, 23 сентября 2010 г.) / Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации; Комитет по природным ресурсам, природопользованию и экологии.

4. Дефекты правового регулирования охраны окружающей среды могут носить постоянный характер, а могут существовать временно. Последние обычно возникают в случае несвоевременного принятия подзаконных нормативных правовых актов в сфере охраны окружающей среды, предусмотренных действующим законодательством. Так, Федеральным законом от 14 июня 2012 г. N 74-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О недрах" ст. 51 Закона Российской Федерации "О недрах" <1> была изложена в новой редакции, согласно которой порядок расчета размера вреда, причиненного недрам вследствие нарушения законодательства Российской Федерации о недрах, должен устанавливаться Правительством Российской Федерации. Однако ко дню вступления в силу Федерального закона от 14 июня 2012 г. N 74-ФЗ нормативный правовой акт, закрепляющий порядок расчета размера вреда, причиненного недрам, принят не был, в связи с чем указанный вопрос чуть более года оставался вне правовой регламентации <2>.

--------------------------------

<1> О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О недрах": Федеральный закон от 14 июня 2012 г. N 74-ФЗ // СЗ РФ. 2012. N 25. Ст. 3264.

<2> Об утверждении Правил расчета размера вреда, причиненного недрам вследствие нарушения законодательства Российской Федерации о недрах: Постановление Правительства РФ от 4 июля 2013 г. N 564 // СЗ РФ. 2013. N 28. Ст. 3830.

5. Для целей классификации дефектов в экологическом праве вполне применимы и другие критерии, которые предложены представителями юридической науки, исследующими различные аспекты проблемы дефектности права.

В частности, С.И. Цыбуляк по степени распространения на систему права выделяет общие и конкретные дефекты права. Под общими дефектами права автор предлагает понимать дефекты, распространяющие свое негативное влияние на правовой институт, отрасль права и систему права в целом. В свою очередь, конкретные дефекты права проявляются в частных коллизиях, пробелах <1>.

--------------------------------

<1> Цыбуляк С.И. Указ. соч. С. 13.

М.А. Жильцов в работе "Дефекты трудового права" обосновывает перспективность деления дефектов трудового права на системные, логико-структурные и лингвистические <1>.

--------------------------------

<1> Жильцов М.А. Дефекты трудового права. Екатеринбург: Изд-во УГТУ-УПИ, 2010. С. 47 - 59.

Под системными дефектами трудового права автор предлагает понимать противоречия между его элементами, отсутствие необходимых элементов, которые нарушают целостность, единство системы отрасли трудового права, влекут проблемы в правоприменении. К дефектам такого рода М.А. Жильцов относит антиномии (противоречия) трудоправовых норм, пробелы, необоснованное дублирование. Логико-структурные дефекты трудового права, выражающиеся, по мнению ученого, в форме нарушения определенных правил, порядка, закономерностей построения системы трудового права, приводят к затруднениям в регулировании трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений. К ним он относит алогизмы и структурные дефекты трудового права, а также логическую незавершенность трудоправовых конструкций.

Последняя группа в рассматриваемой классификации образована лингвистическими дефектами, которые появляются в результате нарушения правил русского языка при формулировании понятийного аппарата трудового права и правовых предписаний в сфере регулирования трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений. К ним, в частности, относятся неправильное использование омонимов, синонимов, синтаксические ошибки, увлечение законодателя сложноподчиненными и сложносоставными предложениями, что затрудняет их понимание и толкование.

В отдельную группу автор выделяет доктринальные дефекты трудового права, которые возникают в тех случаях, когда нормы трудового права противоречат друг другу вследствие того, что законодатель не учитывает традиционные научные подходы и концепции, существующие в науке на момент принятия нормативного правового акта <1>.

--------------------------------

<1> Жильцов М.А. Дефекты трудового права и способы их преодоления: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Екатеринбург, 2011. С. 30 - 31.

Системные, логико-структурные и лингвистические дефекты в экологическом праве мы в той или иной степени уже представили в рамках данного параграфа, чего нельзя сказать о доктринальных дефектах, которые также присутствуют в экологическом праве.

Так, несмотря на устоявшееся понимание объектов правовой охраны окружающей среды, в экологическом законодательстве по-прежнему сохраняется довольно спорная дефиниция ключевого для регулирования всей системы экологических отношений термина "окружающая среда".

По мнению многих представителей эколого-правовой науки, закрепленная в ст. 1 Федерального закона "Об охране окружающей среды" норма-дефиниция термина "окружающая среда" <1> научно не обоснована, поскольку позволяет формально признавать объектом правовой охраны широкий перечень объектов, созданных человеком для обеспечения своих социальных потребностей и не обладающих свойствами природных объектов (в частности, дом, автомобиль и др.) <2>. Следует согласиться с М.М. Бринчуком, отмечающим, что "включение законодателем в содержание понятия окружающей среды антропогенных объектов, наряду с природными комплексами и объектами и природно-антропогенными объектами, лишь мешает пониманию окружающей среды, одной из основных категорий экологического права" <3>. Действительно, довольно сложно обосновать целесообразность отнесения к объектам правовой охраны окружающей среды не обладающих природными характеристиками антропогенных объектов, а также необходимость закрепления в экологическом законодательстве специальных средств их правовой охраны.

--------------------------------

<1> Окружающая среда определена в действующей редакции ст. 1 Федерального закона "Об охране окружающей среды" как совокупность компонентов природной среды, природных и природно-антропогенных объектов, а также антропогенных объектов. При этом под антропогенными объектами согласно указанной статье понимаются объекты, созданные человеком для обеспечения его социальных потребностей и не обладающие свойствами природных объектов.

<2> Бринчук М.М. Экологическое право: Учебник [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы "КонсультантПлюс".

<3> Бринчук М.М. Экологическое право: объекты экологических отношений. М.: Учреждение Российской академии наук "Институт государства и права РАН", 2011. С. 31.

Итак, на основании изложенного представляется возможным сделать следующие выводы, кратко резюмирующие первые результаты проводимого исследования.

1. Дефекты являются онтологической характеристикой эколого-правовой материи, т.е. перманентно присущи ей как правовому явлению.

2. Дефекты в экологическом праве являются разновидностью дефектов в праве вообще. Это означает, что многие причины возникновения общеправовых дефектов являются факторами, провоцирующими появление дефектов в экологическом праве. Кроме того, формы проявления дефектов в экологическом праве также отчасти совпадают с формами проявления дефектов в любой другой отрасли права. Схожи по своему содержанию и последствия влияния общеправовых дефектов и дефектов в экологическом праве на эффективность правового регулирования.

3. Одним из самых серьезных негативных последствий существования дефектов правового регулирования охраны окружающей среды является нарушение системных свойств экологического права, разрушение интегративных связей между образующими его элементами, вследствие чего экологическое право перестает функционировать как слаженный механизм, нацеленный на защиту экологических интересов общества.

4. Недостатки в экологическом праве проявляются не только как дефекты системы экологического права и дефекты системы экологического законодательства, но и как дефекты эколого-правовых идей, дефекты правореализации в сфере охраны окружающей среды, дефекты других правовых явлений, включаемых в экологическое право в самом широком его понимании.

5. Дефекты в экологическом праве всегда имеют отрицательное значение, поскольку снижают качество правовой регламентации общественных отношений, складывающихся в сфере охраны окружающей среды. Присущие эколого-правовой материи несовершенства, не влияющие на состояние правового регулирования охраны окружающей среды, дефектами в экологическом праве не являются.