Разумеется, сказанным не исчерпываются «вызовы» будущего, диктующие новые парадигмы мышления и поведения. Их намного больше, причем как глобального, так и локальных масштабов. Но и названные убедительно говорят о большой сложности тех про­блем, которые стоят перед человечеством и каждым отдельно взя­тым народом. Они имеют иное свойство, чем даже те проблемы, ко­торые волновали людей в течение всего XX века. И, соответственно, требуют иного подхода к государственному управлению. Прежде всего сам характер проблем, их структура, масштабы и вовлекае­мые в их решение ресурсы таковы, что лишь свободному предпри­нимательству, игре рыночных стихий, конкурентной борьбе, дина­мике спроса и предложения, сугубо общественным силам и регуля­торам их не осуществить.

Необходимо будет сильное межгосударственное сотрудничество в рамках мирового сообщества с продуманным, согласованным и рациональным государственным управлением в каждой стране. Речь идет не о замене или подмене других видов управления (ме­неджмента, местного самоуправления, общественного управления и общественного самоуправления, свободного поведения человека), ибо каждый из них призван получить свое объективное развитие, а об исполнении государственным управлением функций коорди­нации и интеграции управленческих процессов на территории страны, в пределах регионов и континентов, всей планеты.

Разные страны имеют разный уровень и структуру развития, ре­шают и будут решать разные проблемы. Но очевидно, что независи­мо от того, в каком обществе они живут или какое созидают — аг­рарное, индустриальное, постиндустриальное, информационное, капиталистическое, социалистическое или какое-либо еще (назва­ний немало и, наверное, будут придуманы новые) — всегда и везде необходимы общие цели деятельности, организация взаимодейст­вия всех, согласованные и исполняемые всеми правила (нормы) по­

ведения, необходимые механизмы обеспечения, практического осу­ществления всего этого. Иными словами, актуально государство и управление с его стороны. Тем самым, видимо, не стоит противо­поставлять государство и общество, власть и свободу, государствен­ное управление и другие виды управления. Продолжение спора между этатистами и либералами вряд ли целесообразно, гораздо продуктивнее сочетание различных явлений с тем, чтобы позитив­ное в них от «суммирования» возрастало, укреплялось, а негатив­ное в каждом нейтрализовалось другим и снималось.

Сущность управления определяется, конечно, его субъектом, но во многом она зависит также от целей и технологий их осуще­ствления. Власть собственника может быть не менее диктатор­ской, чем власть государства, как и государство способно быть демо­кратическим, либеральным, гуманным. Все воспроизводится от общественных институтов, создается их развитостью и авторите­том. В государственном управлении есть обширные, еще неосоз­нанные и, разумеется, неиспользуемые резервы. Несмотря на дли­тельную историю государственности, человечество только подсту­пает к познанию и практическому построению демократического, рационального и эффективного государственного управления. Ибо впервые оно подходит к такому состоянию, когда повсемест­но решаемые проблемы (и обеспечивающие их процессы) вышли за локальные (национальные или территориальные) границы и приобрели глобальный масштаб. А глобальные решения могут быть только государственными и межгосударственными. Ошибки, иллюзии и заблуждения здесь чреваты тяжелыми последствия- ми. Скажем, разве ростом организованной преступности, разгулом терроризма, всплеском наркомании и других страшных явлений не платит человечество за внедряемые в последние десятилетия «модные» либеральные концепции? Опыт истории недвусмыс­ленно свидетельствует, что ослабление государственности под ка­ким-либо предлогом (революционным или реформаторским) не­избежно ведет к неорганизованности, стихии, анархии, хаосу, распаду общественных связей, социальным напряжениям и конф­ликтам.

Само собой ничего не приходит. И если мы хотим иметь лучшую управляемость общественной и частной жизнедеятельности, то на­

до уже сегодня государственному управлению начать осваивать свое будущее, используя для этого главным образом активно разви­вающиеся интеллектуальные возможности.

20.2. Новые знания, технологии

И ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ

К настоящему времени накоплены огромные знания о человеке, обществе, природе. Многим кажется, что мы знаем все, отчего и уверовали в непобедимую силу субъективных замыслов, в способ­ность делать то, что нам захочется. Но увы! — не только объемом и качеством знаний определяется наша жизнедеятельность; она за­висит главным образом от вовлеченности знаний в практику, в си­стему воспроизводства, в отношения «человек — общество — при­рода». Когда-то К. Маркс высказал мысль, которая сохраняет свою актуальность и по сей день: «Развитие основного капитала являет­ся показателем того, до какой степени всеобщее общественное зна­ние (Wissen, knowledge) превратилось в непосредственную произ­водительную силу, и отсюда — показателем того, до какой степени условия самого общественного жизненного процесса подчинены контролю всеобщего интеллекта и преобразованы в соответствии с ним...» (курсив мой. — ГЛ.)¹. Мало иметь большие знания, надо превратить их в производительную силу, а ее в свою очередь поста­вить под контроль всеобщего интеллекта, т.е. направить на удовле­творение всеобщих потребностей и интересов, обеспечение разви­тия человека, его прав и свобод.

С этой точки зрения наше недавнее прошлое представляет собой удивительную картину. По данным руководителей АН СССР, мы в 80-х годах XX века давали 1/3 (!) мировой научной продукции. В то же время из запатентованных открытий и изобретений, ре­зультатов академических и университетских исследований на практике использовалось едва ли 10%. И если американская «лун­ная» программа принесла отдачу по огромной цепи технологий и в несколько раз оправдала себя, то наши достижения от «Восто­ка» до «Бурана» и «Мира» мало что изменяли в гражданских тех­нологиях. После хотя бы частичного публичного представления во- енно-оборонного производства многие зарубежные специалисты

удивлялись на выставках и салонах нашим научно-техническим изделиям. Но опять и по-прежнему все локализовалось в незначи­тельном количестве экземпляров и узком кругу «посвященных». Иметь много знаний вовсе не означает уметь их использовать, при­чем массово, в интересах развития всего общества.

Особо это проявляется в последние годы. Переведено огромное чис­ло работ лучших зарубежных умов, издано множество трудов наших дореволюционных мыслителей и государственных деятелей, масса публикаций мыслей от Сократа и до наптих дней. Немало крупных ев­ропейских и американских ученых прямо указывают на наши ошиб­ки и заблуждения. Но все знания отскакивают от нашего управления, как «горох от стенки». Очень многое делается как бы в противовес знаниям, с публичной демонстрацией пренебрежения к ним.

Следующий вопрос заключается в том, на каком знании мы ак­центируем внимание, что хотим освоить практически. Весь XX век прошел под знаком индустриального производства и рожденных им стереотипов. Отдавая ему должное, надо признать, что он создал современную цивилизацию, позволил многим странам насытить материальные потребности людей. Вместе с тем нельзя не видеть, что он оказался слишком агрессивным по отношению к среде оби­тания человека и к нему самому и в общем-то исчерпал себя. Обслу­живая этот тип производства, давно возникла и функционирует си­стема «наука -jj: техника — производство», которая весьма сузила общественную сущность науки (знания), да и человека рассматри­вает лишь как средство своего саморазвития. Состоялась двузнач­ная схема формирования личности: по линии образования и воспи­тания — создание хорошего работника (грамотного и дисциплини­рованного производителя), по линии жизненных ориентаций, ценностей и установок — ненасытного потребителя, все расширяю­щего емкость рынка.

В итоге идеи Возрождения и Просвещения, заложившие совре­менную цивилизацию, идеи глубоко гуманистического характера были отодвинуты в сторону, стали, образно говоря, антуражем до­роги, по которой сломя голову мчится мир.

Лишь в последние десятилетия вновь вспомнили о человеке, заго­ворили о его правах, свободах и, главное, самоценности, начали разработку теории человека, осмысление возможностей ноосферы,

познание социально-психологических детерминант поведения че­ловека, пытаются использовать социальные критерии оценки эко­номической деятельности и т.д. Многие явления стали анализиро­ваться в рамках более широкой системы «наука — техника — про­изводство — общество — человек — природа». Но до коренного перелома еще далеко. И основным препятствием здесь представля­ется сложившаяся система просвещения (в самом широком смыс­ле), которая утилитарна по своей сущности. В ней по целям и со­держанию, формам и методам, используемому инструментарию и оценкам преобладает производственный подход. Гуманитарный аспект, который, конечно, признается и даже поддерживается, остается на второстепенном, скорее, вспомогательном месте. Есть, разумеется, гуманитарная специализация в структуре обучения, но речь идет о всеобщих, касающихся каждого человека образова­нии, воспитании и развитии. В школе и вузах, средствах массовой информации и в обыденных взаимоотношениях людей робко и при­глушенно дают о себе знать этика и эстетика, языкознание и исто­рия, литература и искусство, философия и правоведение, т.е. имен­но то, что придает материальной и духовной культуре человече­скую окраску, способствует становлению в каждом индивиде разумного и гуманного начала. Не отсюда ли истоки нетерпимости, непримиримости, жестокости и насилия, буквально сотрясающие нашу жизнь по всей планете?

Большим и сложным является, далее, вопрос об актуальности, достоверности и применимости знаний. Ведь не все знание, кото­рое накоплено человечеством в традициях, обычаях, религиях, в библиотеках и фондах, содержится в памяти людей и передается из поколения в поколение, имеет в современных условиях и тем бо­лее для будущего непосредственно практическое значение. Многое осталось достоянием того времени, когда оно было создано и ис­пользовалось в соответствующих исторических условиях. В об­щем, необходим глубокий анализ существующей социальной ин­формации и выделение из нее именно того знания, которое акту­ально в свете требований XXI века.

Заслуживает внимания проблема достоверности тех знаний, ко­торыми мы намерены пользоваться. Время рождает сомнения, ка­залось бы, в очевидных выводах и оценках, даже там, где принят

эксперимент и многое перепроверяется производственной практи­кой. Вновь и вновь в естественных и точных науках, положенных в основу механики, химических и биологических производств, атомной энергетики, космонавтики и т.д., приходится возвращать­ся к исходным концепциям, понятиям и прогнозам, их пересмат­ривать и по-новому интерпретировать. На порядок сложнее ситуа­ции в области знания об обществе и человеке. Не случайно, по-ви­димому, наибольшее число ошибок, заблуждений, иллюзий, и весьма серьезных, приходится на выбор той части общественного знания, которая становится основанием политики тех или иных партий, а нередко и государств в целом. Одни взывают к прошлому, как будто его можно восстановить, другие ищут истину подальше от родных краев, полагая, что ее лучше взять готовенькой и «внед­рить» дома, третьи бросаются на что-то модное, разрекламирован­ное, четвертые просто «попадаются на удочку», когда недруги под­совывают им то, что несет вред. Достоверность того или иного зна­ния, его способность решать соответствующие проблемы не всегда выверяются. А для государственного управления это просто недо­пустимо.

Логичен и такой аспект знаний, как их применимость. Не все, что имеется в человеческом знании, можно применять в конкрет­ных условиях места, времени и участия конкретных лиц. Нужна большая осторожность при анализе и оценке используемого в управ­лении знания, как выросшего на отечественной почве, так и взято­го из мировых кладезей. Здесь особое значение принадлежит соот­несению национального менталитета и знания, способного решить ту или иную проблему. Нельзя забывать и о возможности формаль­ного (на словах) применения знания.

Поэтому не стоит рассматривать существование того или иного знания абстрактно; оно приобретает практическую роль лишь то­гда, когда закладывается в реально действующие технологии и по­средством них приносит людям (обществу) ощутимую пользу —д со­циальный эффект. Технологии являются сложными системами, в которых каждый их элемент и каждая взаимосвязь элементов должны быть пронизаны адекватным знанием и устойчиво воспро­изводить заложенный в технологии объективный результат. Это не технология, если результат зависит от случая. В таком варианте

неопределенности результатов не стоит тратить ресурсы на созда­ние и отработку технологий.

Напомним и расширим сказанное в теме об управленческих техно­логиях (9.5). Технология есть система жестко скоординированных следующих элементов: «цели — процедуры (правила) —- техниче­ские средства — операции (действия) — мотивы (стимулы)», соблю­дение которой предполагает получение искомого результата. Главное в ней — согласованность и последовательность элементов, что. являет­ся непременным для любой технологии, будь то образовательная, вос­питательная, информационная, производственная, сервисная, ком­муникационная, управленческая. Везде реализация сформулирован­ных целей должна осуществляться путем установления четких, ясных и неуклонно исполняемых процедур, диктующих логику тех или иных, разумеется, обоснованных и продуктивных действий.

Начало XXI века характеризуется активным переложением на­копленных научных знаний и практических навыков на язык со­временных технологий. Имеет место сочетание специализации и диверсификации, многооперационности на одном рабочем месте и широкой кооперации. Большинство ученых в области прогнози­рования усматривает особенности постиндустриального и инфор­мационного общества именно в усилении технологичности любых процессов (видов деятельности). Отсюда следуют выводы для госу­дарственного управления.

Центральный из них, ради которого, собственно говоря, и заду­мана данная тема, заключается в том, что между знаниями и тех- нологиями самых разнообразных видов деятельности находится управление. Конечно, в разных видах, объемах, уровнях деятель­ности — соответственно и разные виды управления. В любом месте земного шара процветают только те компании, у которых менедж­мент поднят на должную высоту. И успешно решаются каждоднев­ные вопросы жизни людей там, где развито местное самоуправле­ние. Как и удовлетворение социальных и национальных интересов лучше идет в условиях сильного общественного управления и само­управления. Локальные технологии и призваны создаваться ло­кальными видами управления.

Но когда речь идет о состоянии и развитии общества в целом, о судьбе всей страны, о становлении всего многообразия современ­

ных технологий, тогда все упирается в государственное управ­ление. Его долг перед обществом в этом контексте сводится к то­му, чтобы быть соединительным звеном между мировым и нацио­нальным знанием, прежде всего научным, и практикой поведе­ния и деятельности своих граждан. Можно, конечно, уповать на то, что «кто ищет, тот всегда найдет», что, если кому-то понадо­бятся новые технологии, тот и обратится к нужным знаниям, про­ектам, наработкам. Однако вряд ли где в наши дни кто-то рассчи­тывает на усредненное и итоговое действие стихии, вроде того, что «из хаоса родится порядок». Знание для того и дано людям и расширяется и углубляется ими, чтобы во все привносить созна­тельное начало: мысль, опыт, умение и волю. Социальная (обще­ственная) ценность государственного управления в том-то и со­стоит, что оно должно в масштабах всего общества обеспечивать практическую целенаправленность, организацию взаимодейст­вия и регулирование жизнедеятельности людей. По идее — это инициирующая и движущая сила общественного развития, гармо­низации системы «человек — общество — природа». В этом смыс­ле нельзя не поддержать суждения о том, что «создание современ­ного института управления, его инновационных приоритетов (ин­формационно-аналитических, стратегически-упреждающих) — это вызов, но который еще только предстоит ответить российско­му государствуй. Но быть таким государственное управление мо­жет, лишь основываясь на способности, опираясь на динамику че­ловеческого познания, развиваться опережающе, чему посвяще­на следующая тема.

20.3. Понятие «опережающее состояние» государственного управления

Опыт разных видов управления (причем в историческом измере­нии) однозначно показывает, что выдвигать обоснованные цели (к чему стремиться, чего хотеть), формировать необходимые для этого управленческие функции (как, каким образом добиваться це­лей), создавать работающие организационные структуры (меха­низмы взаимодействия людей), обеспечивать активность внутрен­

ней жизнедеятельности и пр. субъекты управления могут лишь при условии, если они развиты лучше и выше, чем управляемые объекты. Нельзя же, в самом деле, вести управляемые объекты (воздействовать на них), если не знаешь зачем, куда и как вести.

Это, к примеру, как в школе или вузе: если учитель (преподава­тель) не знает больше, глубже и основательнее, чем ученики (сту­денты), то вряд ли он их чему-то научит. Понятно подобное и по другим видам деятельности — врач — пациент, инженер — рабо­чий, пилот самолета — пассажир и т.д. Но только в управлении управляющие могут быть на порядок ниже в интеллектуальном от­ношении, чем управляемые.

Трагедии, драмы, кризисы и обвалы в общественной жизни чаще всего и происходят как раз из-за беспомощности, инертности, от­сталости, малограмотности субъектов управления, которые неред­ко вместо того, чтобы идти впереди («и тянуть воз»), плетутся у «хвоста» управляемых объектов или как ярмо висят бесполезно на их шее. Многими исследователями, в том числе и автором этих строк, давно говорится о необходимости опережающего развития управления, прежде всего государственного, но суть данного поня­тия пока не раскрыта. Попытаемся предложить свои суждения по данному вопросу.

Важнейшее сущностное свойство людей, объединенных в общест­во, состоит в их способности созидать новое, необычное, то, чего еще не было на момент творчества. Благодаря этому люди открыва­ют тайны Вселенной, выстроили огромный «второй», искусствен­ный мир, постоянно что-то изобретают, конструируют, сочиняют, рационализируют, улучшают. Вместе с тем не все в равной мере владеют таким эвристическим дарованием. Немало людей лишь копируют, наследуют, подражают и то не всегда надлежащим обра­зом. Отсюда всегда будут актуальны образование, обучение, рас­пространение опыта; информационное обеспечение процесса фор­мирования людей; организация и регулирование поведения и дея­тельности, контрольные механизмы, стимулы и санкции и другие явления, без которых общественная жизнь прекращает совершен­ствование, теряет целенаправленную динамику, подвергается про­извольному столкновению индивидуальных и групповых эгоисти­ческих интересов.

Нужна сила, которая понимает роль соответствующих объектив­ных противоречий в субъективном факторе, подготовлена для их анализа и разрешения, способна авторитетно влиять на сознание, поведение и деятельность людей. Исторически такая сила сложи­лась в виде государственной власти и осуществляемого посредст­вом ее государственного управления. Вся проблема заключается в состоянии этой силы, в уровне и характере ее развитости. Ведь она может быть как грубой, бездушной, диктаторской, основанной на санкциях, так и интеллектуальной, творческой, гуманной, ос­нованной на знаниях.

Опережающее состояние государственного управления означа­ет, что в его системе, главным образом, в его субъекте широко ис­пользуется современная научная мысль, принят свободный творче­ский поиск оптимальных управленческих решений, сосредоточены наиболее подготовленные специалисты по различным областям управления, идет открытое сравнение результатов управления с общественными потребностями, управление служит интересам общества и продвигает его развитие.

Государственное управление в «опережающем состоянии» обла­дает следующими характерными чертами:

глубоким учетом в управленческих решениях и действиях ре­альных возможностей конкретных объективных условий и субъек­тивного фактора, динамики и тенденций их изменений;

ориентацией государственной политики на использование наи­более прогрессивных, зарекомендованных мировой практикой и применимых в современной исторической ситуации способов, форм, механизмов и ресурсов решения актуальных проблем жиз­недеятельности людей;

тесным взаимодействием научной мысли и управленческой практики, развитой общественной экспертизой принципиальных государственных решений, поддержанием подготовленности пер­сонала управления на уровне современного общественного знания;

открытостью и восприимчивостью к новым источникам и ресур­сам управления, способностью своевременно осваивать самые про­грессивные механизмы и способы решения управленческих проблем;

гибкостью и адаптационностью своих элементов и их систем­ных взаимосвязей, потенциалом постоянного самосовершенство­

вания, развития и улучшения исходящих из него управляющих воздействий.