Дранишников а.А. Военная полиция в системе правоохранительной структуры министерства обороны рф

Научный руководитель: канд. юрид. наук Дяблова Ю.Л.

Тульский государственный университет

Большой международный опыт доказывает, что военная полиция как особая служба в вооружённых силах многих государств является довольно эффективным инструментом для поддержания законности и правопорядка. Подразделения военной полиции в современном мире действуют более чем в сорока армиях мира, в том числе в США, Германии, Франции, Великобритании, Китае. Институт военной полиции на постсоветском пространстве также существует в вооружённых силах Азербайджана, Армении, Грузии, Казахстана, Украины, а также в армиях Прибалтийских государств. Как показывает опыт других стран, о необходимости создания военной полиции как эффективном инструменте регулирования воинской дисциплины, задумались впервые ещё в Советской армии. Институт военной полиции предлагалось ввести ещё в 1989 году: вначале в качестве эксперимента планировалось создать полицейские подразделения в двух военных округах и на Северном флоте. Задача стала ещё более актуальной в Вооружённых Силах РФ, где ситуация с «дедовщиной» и неуставными отношениями всегда была далека от нормальной.

К замыслу создания военной полиции решили вернуться лишь в 2006 году. Поводом для этого послужил случай, прогремевший на всю страну в Челябинском танковом училище, где сослуживцы жестоко искалечили рядового Андрея Сычёва. Однако, эти планы по различным причинам реализованы не были. В 2010 году неожиданно было объявлено, что военная полиция в России уже существует и в 2011 году приступит к полноценному функционированию. Решение о создании военной полиции принял бывший министр обороны А.Э. Сердюков. Это волевое решение тоже было не окончательным. Сколь долго и мучительно эта идея вынашивалась, столь же долго она реализовывалась: вначале задержка произошла из-за отсутствия правовой базы, принятие которой на протяжении пяти лет откладывалось. Предполагалось, что положение о военной полиции будет включено в Закон «О полиции» в 2011 году, однако и этого не случилось. Летом 2012 года начальник Генерального штаба Вооружённых Сил РФ генерал армии Н.Е. Макаров заявил, что военная полиция начнёт работать в декабре 2012 года, но формирование вновь было отложено. На этот раз в Министерстве обороны РФ заявляли, что ещё одной причиной замедления процесса создания нового ведомства – баррикады, которые мешают назначить на должность его руководителя – генерал – лейтенанта С.В. Суровикина. Ему отводилась роль своеобразного «тарана» в задаче создания новой для России системы. Его наделяли обширными полномочиями и ему многое удалось провести в жизнь. Он сумел создать кадровый костяк новой службы, куда стали отбирать офицеров. Попасть в военную полицию считалось престижным, поскольку место службы полицейских планировалось в крупных городах, где дислоцируются штабы военных округов и флотов. Военнослужащим при этом было обещано повышенное денежное довольствие, равное окладам военных прокуроров, и особый статус военного полицейского. В марте 2012 года было торжественно объявлено о создании в Москве 130-й бригады военной полиции. На её вооружение должна была поступить самая современная техника: бронеавтомобили «Тигр» и итальянский Iveco LMV и БТР-80. Подобные бригады планировали создать в каждом военном округе, а общая численность военной полиции должна была достигнуть 20 тысяч человек.

С самого начала, военная полиция планировалась как мощная правоохранительная и контрольная структура, которая не ограничилась бы только поддержанием порядка в казармах. Законопроект о военной полиции, разработчиком которого выступало Министерство обороны РФ, давал новой правоохранительной структуре обширные полномочия: военная полиция получала монопольное право на проведение дознания в воинских частях, возможность вести оперативно – розыскную работу, а значит, формировать свой агентурный аппарат, а также права рассматривать жалобы и заявления военнослужащих. Предусматривалось, что во время войны военные полицейские смогут самостоятельно проводить контртеррористические и антидиверсионные операции, обеспечивать охрану зданий и должностных лиц. Штат новой структуры предусматривал создание подразделений полиции в каждом крупном гарнизоне.

В результате борьбы подразделений силовых ведомств и органов у армейцев практически не было шансов победить. Свою роль сыграли и правозащитники, которые заявили, что в создании ещё одной силовой структуры нет никакой необходимости. Сменивший министра обороны РФ А.Э. Сердюкова С.К. Шойгу решил отозвать полицейский законопроект на доработку. Проект закона о полиции был практически полностью переписан. Закон о военной полиции был принят в 2014 году. Военная полиция получила весьма ограниченные полномочия и более чем скромные возможности. Новая структура, согласно этому закону, предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод военнослужащих и гражданского персонала, граждан, призванных на военные сборы, а также для поддержания в войсках законности и правопорядка, обеспечения безопасности дорожного движения и охраны режимных объектов. Эти общие слова означают, что по большому счёту все полномочия такой ограниченной в функционале военной полиции свелись к двум крайне скромным пунктам – организации патрулей в городах и гарнизонах и предварительному дознанию по преступлениям средней и малой тяжести. Даже к этим пунктам есть серьёзнейшие претензии. Единственное новшество – военная полиция возьмёт на себя охрану и дисциплинарных батальонов, и гауптвахт. Очевидно, что российская военная полиция фактически не приступила к полноценной деятельности и выполняет исключительно представительские функции.