2.2.Адвокатура после реформы 1864 г.

Оганизация русской адвокатуры в результате Судебной реформы 1864 года опиралась на следующие принципы: 1. совмещение правозаступничества с представительством в суде;  2. относительная свобода профессии;

3. относительная независимость от органов власти; 

4. корпоративность и сословность организации, сочетавшиеся с элементами дисциплинарной подчиненности судам;

5. определение гонорара по соглашению с клиентом.

В результате реформирования российская судебная система стала более упорядоченной и соответствующей европейским юридическим стандартам.

До судебной реформы 1864 г. в деятельности «профессиональных ходатаев» важно обозначить два направления развития: институт депутатов при следствиях и институт присяжных стряпчих при коммерческих судах, организованный 14 мая 1832 г. Деятельность депутатов при следствиях состояла в наблюдении за соблюдением интересов подсудимого, правильного производства следствия, его полноты, так же они могли высказывать свои мнения, которые приобщались к делу. Депутаты присутствовали при производстве как уголовных, так и гражданских дел. Избирались же депутаты из представителей того сословия или ведомства, к которому относился обвиняемый. Присяжные же стряпчие существовали при каждом коммерческом суде, которые были созданы в Санкт-Петербурге, Москве, а позднее и в других крупных городах (Одесса, Варшава). Поверенными по делам между частными лицами могли быть лишь внесённые в список присяжных стряпчих судом по представлению соответствующего прошения, а также аттестата, послужных списков и прочих свидетельств. Суд рассматривал эти документы и мог либо внести кандидата в список стряпчих, либо отклонить его прошения без всякого объяснения. После внесения в список стряпчий мог быть исключён из него по усмотрению суда, причина исключения регистрировалась только в судебном протоколе. После внесения в список стряпчий принимал присягу и мог заниматься ходатайством по делам. Количество присяжных стряпчих точно не определялось. Они не имели государственного содержания и существовали от гонораров. То есть можно утверждать, что присяжные стряпчие в коммерческих судах были полностью зависимы от суда. Если же рассуждать о готовности нашего государства к адвокатуре в классическом её понимании в период до судебной реформы 1864 г., то можно заметить, что российские цари были настроены против создания в России адвокатской корпорации западного образца. Пётр I считал «ходатаев ябедниками, товарищами воров и душегубцев». Сходной Петру Великому позиции придерживался и Николай I: «Кто, кто погубил Францию, как не адвокаты? Кто были Мирабо, Марат, Робеспьер?! Нет… пока я буду царствовать, России не нужны адвокаты, без них проживём» - говорил император ¹. Поэтому можно считать, что история классической русской адвокатуры начинается лишь после судебной реформы Александра II, проведённой в 1864 г. Законодатель ввёл состязательность сторон в процессе, произвёл уравнение их прав, отделил судебную власть от административной, изменил организационно-правовой и функциональный статус прокуратуры, изменил порядок дознания и следствия. Император преследовал цель «водворить в России суд скорый, правый, милостивый и равный для всех подданных наших, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и вообще утвердить в народе нашем то уважение к закону, без которого невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянно руководителем действий всех и каждого, от высшего до низшего». И Судебные уставы полностью соответствовали этой высокой цели, в частности они, наконец, преобразовали само судопроизводство, обратив его из тайного, следственного в гласное, состязательное и устное, и создали официальный институт судебной защиты в лице присяжных поверенных. К этому времени российское общество уже осознало необходимость создания адвокатуры как института, необходимого для обеспечения реальной независимости суда и поддержания принципов законности в ходе гражданского и уголовного судебного производства. Именно это время историки справедливо считают точкой отсчёта в развитии классической российской адвокатуры.

В разработке судебной реформы 1864 г. принимали участие виднейшие отечественные юристы того времени: С. И. Зарудный, Д. А. Ровинский, Н. И. Стояновский. С учётом традиций нашей страны и опыта западноевропейских держава был воспринят отчасти немецко-австрийский тип адвокатуры, отличающийся соединением в одних руках функций правозаступничества и представительства в суде, хотя и далеко не все юристы дореволюционной школы относились к этому положительно. Так, Е. В. Семеняко пишет: «Профессор Васьковский, например, отстаивавший необходимость разделения двух функций адвокатуры, считал, что при таком положении «адвокат из учёного эксперта и судебного оратора, каким он был в качестве чистого правозаступника, становится практическим дельцом, маклером по юридической части, имеющим тем больше успеха в публике, чем больше сметливости, юркости и даже неразборчивости в средствах он проявит при устройстве материальных интересов своих клиентов» ¹. Характером же внутреннего самоуправления, системой дисциплинарных взысканий и порядком дисциплинарного производства адвокатура в России во многом напоминала в организационном устройстве французскую. Адвокатура образца 1864 г. строилась на следующих принципах, сформулированных Е. В. Васьковским: совмещение правозаступничества с судебным представительством; относительная свобода профессии; формальное отсутствие связи с магистратурой; сословная организация и отчасти дисциплинарная подчинённость судам; договорное определение суммы гонорара. По судебным уставам в основе организации адвокатуры лежал принцип: адвокат-правозаступник, оратор и поверенный своего клиента. Работа адвоката заключалась в ведении тяжб и выступлениях перед судом и подготовке документов по уголовным и гражданским делам.

Адвокаты разделились на две категории-присяжных поверенных и частных поверенных. «Присяжные поверенные - корпорация, дававшая профессиональную присягу адвоката. Они играли среди адвокатов ведущую роль и набирались из наиболее образованной части русской элиты. Обязательным условием вступления в категорию присяжных поверенных являлся законченный курс юридических наук и не менее пяти лет работы в судебном ведомстве. Профессиональные объединения присяжных поверенных организовывались по территориальному признаку». «В сословии присяжных поверенных довольно быстро объединились юристы, которые по своим специальным познаниям, практическому опыту, ораторскому искусству и профессиональному таланту не уступали виднейшим западным юристам.

Присяжный адвокат стал занимать значимое место в светской жизни России. Мнением адвокатов начали интересоваться при решении важных общественных вопросов». Так, в 60–70-е гг. XIX в. сформировалась отечественная адвокатская школа, состоящая из таких представителей как Д. В. Стасов, являвшийся «единственным лицом, прослужившим в российской присяжной адвокатуре все время её существования, буквально с первого и до последнего дня», В. Д. Спасович, воспринимавшийся в России «как патриарх и совесть адвокатской корпорации, величайший русский адвокат», А. И. Урусов, Ф. Н. Плевако, о котором Н. А. Троицкий пишет: «За всю историю отечественной адвокатуры не было в ней человека более популярного, чем Ф. Н. Плевако. И специалисты, правоведы, и обыватели, ценили его выше всех адвокатов как «великого оратора», «гения слова», «старшего богатыря» и даже «митрополита адвокатуры». Сама фамилия его стала нарицательной как синоним адвоката экстра-класса…» -, Н. П. Карабчевский, остававшийся «звездою первой величины» даже в начале XX в., В. Н. Герард, П. А. Александров, А. С. Зарудный, О. О. Грузенберг и, конечно же, Н. К. Муравьёв, выдающийся адвокат и видный общественный деятель (председатель Комитета Политического Красного Креста, председатель Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 1917 г.), душеприказчик Льва Толстого, осмеливавшийся защищать Н. Э. Баумана и Л. Д. Троцкого, Н. И. Бухарина и А. И. Рыкова, М. Н. Покровского и Н. А. Рожкова ¹. Организационно российская адвокатура распределялась по округам судебных палат. Если в таком округе насчитывалось 20 и более присяжных поверенных, то учреждался их Совет в количестве от 5 до 15 человек. Задачей Совета присяжных поверенных было отправление административных и дисциплинарных функций. О своей деятельности Совет присяжных поверенных ежегодно обязан был отчитываться на Общем собрании. К полномочиям Советов относились: решение о принятии в ряды присяжных поверенных; рассмотрение жалоб на присяжных поверенных; установление очередности между присяжными поверенными одного округа по оказанию бесплатной юридической помощи лицам, пользующимся правом бедности в судах; определение величины гонорара присяжного поверенного в случае возникновения спора об этом. В заседаниях Общих собраний принимали участие присяжные поверенные округа. Все решения принимались простым большинством голосов. Также Совет был вправе наложить на присяжного поверенного дисциплинарное взыскание: предостережение; выговор; запрет отправлять обязанности поверенного в течение определённого срока, но не более одного года; исключение из числа присяжных поверенных; предание уголовному суду в особо тяжких случаях. «Поскольку Советы, как и само сословие присяжных поверенных, были учреждениями новыми, то им пришлось, по свидетельству А. Ф. Кони, «вырабатывать одновременно и приёмы адвокатской техники, и правила адвокатской этики так, чтобы другим, на то глядючи, повадно не было так делать». В 70–80-е гг. XIX в. председателями Советов присяжных поверенных избирались наиболее авторитетные адвокаты. Был определён и порядок вступления в присяжные поверенные: чтобы стать присяжным поверенным необходимо было подать прошение в Совет поверенных, указав в нём все необходимые в соответствии с законом требования. К прошению прилагались документы, подтверждающие, что проситель удовлетворяет всем условиям, требуемым для поступления в присяжные поверенные, такие как образование, стаж работы. После чего Совет принимал соответствующее решение и принятии или непринятии лица в число присяжных поверенных.

В утвердительном случае лицо приводилось к присяге по правилам вероисповедания принимаемого и вносилось в список поверенных, о чём делалась соответствующая надпись на свидетельстве, выданном ему Советом. Сообщение о принятии лица в присяжные поверенные подлежало опубликованию. Кандидатура утверждалась (или не утверждалась) министром юстиции, его решение могло быть обжаловано в Сенате. Не допускались в адвокатуру лица: моложе 25 лет; иностранцы, то есть не российские подданные; объявленные несостоятельными должниками; состоящие на службе от правительства или по выборам, за исключением лиц, занимавших почётные или общественные должности без жалованья; подвергшиеся по судебным приговорам лишению или ограничению прав состояния, а также священнослужители, лишённые духовного сана по приговорам духовного суда; состоявшие под следствием за преступления и проступки, влекущие за собой ограничение или лишения прав состояния, и те, которые, состояв под судом за такие преступления или проступки, не оправданы судебными приговорами; исключённые со службы по суду или из духовного ведомства за пороки или из среды обществ и дворянских собраний по приговорам тех сословий, к которым они принадлежат; те, кому по суду воспрещено хождение по чужим делам, а также исключённые из числа присяжных поверенных.