84.Противоречия экономического и социального развития Казахстана в 70-е – первой половине 80-х гг. Хх в.

Общественно-политическая жизнь Казахстана в 70 — 80-е годы проходила и развивалась в системе централизованного государства СССР, в условиях командно-административной системы. Централизованные партийно-государственные структуры игнорировали интересы национального развития. В республике преобладал ведомственный, бюрократическо-усредненный подход во всем — от размещения производительных сил до проблем языка, культуры.

 

В политической системе Казахстана ведущая роль принадлежала Компартии Казахстана. В принятой Конституции Казахской ССР в 1978 г., точно как в союзной Конституции, в статье 6 была зафиксирована ведущая роль КПСС. Институты демократических организаций таких, как Советы, профсоюзы, комсомол, трудовые коллективы и другие, носили чисто декларативный характер. А зафиксированные права и обязанности граждан Казахстана носили формальный характер. Не работал институт судебной, законодательной и исполнительной власти. И все-таки в развитии общественно-политической и экономической жизни Казахстана были и свои тенденции и особенности. В современной изданной официальной исторической, как учебной, так и научной литературе, многие процессы, происходившие в эти годы в Казахстане, еще не полностью раскрыты. Следует выделить главную особенность, что в эти годы Казахская ССР. была выведена из зоны критики. Почему это случилось? Полного ответа на этот вопрос пока в научной литературе нет.

 

 Высшим руководством Республика Казахстан объявляется лабораторией дружбы и согласия народов всех наций и народностей. А как же было в реальной действительности:

 

1. Все застойные явления, которые складывались в СССР, проникали уже в Казахстан.

 

2. Застойные явления в Казахстане не столько коснулись экономики, сколько общественно-политической жизни.

 

3. Особенно это проявилось в подборе и расстановке кадров. Подбор осуществлялся не по деловым качествам, а по клановой системе: т. е. по родовому, жузовому принципу. Постоянно подсчитывалось, сколько представителей в высшем руководстве республики от юга, севера, востока, запада. Была введена строгая регламентация по вертикали, т. е. сверху донизу. Если первый казах, то второй русский, и наоборот. Все эти родственные и клановые подходы породили взяточничество, коррупцию, которая проникла даже в сферу вузов.

 

 4. Особенно осложнились межнациональные отношения. Деформации и ошибки в политике не могли не сказаться и на национальных отношениях. Повсеместная абсолютизаций значения интернационализма фактически приводила к отрицанию национальных интересов, пренебрежительному отношению к национальным традициям и национальной психологии. Республика не имела возможности регулировать демографическую, миграционную и языковую политику, участвовать в распределении трудовых ресурсов.

 

В 1979 г. для Казахстана стало неожиданным решение Политбюро ЦК КПСС о создании на части территории Целиноградской, Павлодарской, Карагандинской, Кокчетавской областей немецкой автономии со столицей в г. Ерементау, Безусловно, это известие вызвало резкий протест населения Казахстана, особенно его молодежи и конкретно северного региона. По признанию Д. А. Кунаева, о создании автономии внес предложение на Политбюро Председатель КГБ СССР Ю. В. Андропов. Под лозунгом «Дружбы народов» и «Создание исторической общности—советский народ» был нанесен ущерб казахской духовности. Было принято несколько решений в республике «об улучшении изучения русского языка», в то же время не было принято ни одного решения по казахскому языку. И, естественно, в этот период практически закрылись национальные казахские школы. В вузах и техникумах преподавание осуществлялось в основном на русском языке. Командно-административная, партийная система в угоду центру пошла еще дальше.

 

В 1975 г. вышла книга Олжаса Сулейменова «Аз и Я». Но вскоре она была изъята из продажи, библиотек, запретили ее новые издания. Суть в следующем: Олжас Сулейменов в своем исследовании показал, что «Слово о полку Игореве» (ХПв.) появилось на принципе двух энтическиХ миров — славянского и тюркского, и в нем ярко отразились реалии двух соседних культур. Партократии это показалось кощунством. В ряде выступлений книга прямо определялась как националистическая, пантюркистская, антирусская. Поэта обвинили в переоценке и преувеличении роли тюрков в истории.

 

Всячески власти пресекали проявление свободомыслия среди ученых казахов. Так, в 1976 г. запрещено было издание книги «Познание мира традиционным казахским искусством», подготовленной авторским коллективом и Институтом философии. Идейно-вредной была признана книга антрополога О. Исмагулова «Этническая генгеография. Казахстана». Автора обвинили в ошибках методологического характера в односторонней трактовке родоплеменных факторов в связи с современностью. Позже все эти обвинения были сняты. Или еще один пример посягательства на национальную казахскую культуру. Ильяс Есенберлин написал историческую трилогию «Кочевники». В ней воссоздается история казахского народа с XV до середины XIX века. Показаны процесс объединения казахских племен после распада империи Тимура, борьба с иноземными завоевателями и дается историческое обоснование добровольного присоединения Казахстана к России. Отдел ЦК Компартии Казахстана по идеологическим вопросам ему чуть было не присвоил ярлык националиста. Справедливость восторжествовала. Впоследствии (1986 г.), ему была присуждена Государственная премия Казахской ССР.

 

Хотя Казахстан и находился в зоне повышенного интереса центра, в республике развились застойные явления и был создан тип торможения дальнейшего развития Казахстана по союзному принципу.

 

Следует отметить что экономика Казахстана в 70-е — первой половине 80-х годов развивалась на экстенсивной основе при игнорировании экономических стимулов. Но в целом по Казахстану нельзя отрицать определенного нарастания экономического потенциала. И все же экономика развивалась противоречиво. Во-первых, в эти годы продолжалось бурное развитие черной металлургии: строились Соколовско-Сарбайский и Лисаковский горнообогатительные комбинаты. Было завершено строительство всего комплекса Карагандинского металлургического комбината. Вступили в строй и на полную мощность стали работать Ермаковский и Актюбинский ферросплавные заводы. Начали давать продукцию Павлодарский тракторный, Целиноградский сельхозмашиностроения и другие заводы. Высокими темпами развивалась добыча угля в Карагандинском и Экибастузском угольных бассейнах: при 28 млн. тонн в 1955 г. она достигла 132 млн. тонн в 1986 г. Выработка электроэнергии за эти же годы возросла с 14.5 млн. кВт часов до 85 млн. кВт часов. Вдвое возрос общий объем добычи газа и нефти на Мангышлаке.

 

Во-вторых, однобокая структура промышленности как направляющая сырьевая база окончательно закрепилась в 70-е годы. Доля добывающих отраслей промышленности Казахстана в начале 80-х годов была в 1,7 раза выше, чем по СССР Более половины экономического потенциала республики находилось в ведении союзных министерств. Выкачивая природные национальные богатства республики, центральные ведомства почти не вкладывали средств в республиканский бюджет, совершенно не принимали участия в охране окружающей среды.

 

В-третьих, многолетняя ориентация на развитие сырьевых отраслей в форме гигантских предприятий привела к тому, что не получили развития наукоемкие производства, был низкий уровень обрабатывающей и перерабатывающей промышленности, слабо развивалось производство товаров народного потребления. Около 60% потребляемых продовольственных товаров завозилось. В экономике республики появились все те же деформации которые были характерны для народного хозяйства СССР в целом.

• Казахстан в 70-80-е гг. Нарастание кризисных явлений.

70-е гг. Советская экономика всё больше отставала от экономики развитых стран по техническому и технологическому уровню, показателям эффективности, и, что более важно, СССР утрачивал преимущества в темпах экономического роста. Весь период с 1961-1985 гг. сопровождался непрерывным падением темпов экономического развития. К середине 80-х гг. Кризис советской системы приобретает открытый характер. На рубеже 70-80-х гг. в мире начался новый этап научно-технической революции, получивший название “микроэлектронная революция”.  С этого времени уровень развития той или иной страны определяется уже не количеством выплавленной стали, добытого угля, а использованием информационных технологий. По этому показателю СССР отставал не только от ведущих западных стран, но и от новых индустриальных стран (Южной Кореи, Тайваня) на десятилетия. Советская экономика, лишённая внутренних стимулов роста, продолжала развиваться экстенсивно, в её основе по-прежнему находились устаревшие отрасли тяжёлой индустрии, которые требовали колоссальных сырьевых ресурсов. Советский сырьевой сектор работал с постоянными перегрузками. Чтобы покупать новейшие технологии и продовольствие, СССР вынужден был всё больше сырья поставлять на экспорт. Видимость благополучия народного хозяйства, сохранявшаяся в 70-е гг., обеспечивалась за счёт “нефтяного допинга”. Именно экспорт нефти, цены на которую на мировом рынке выросли за эти годы почти в 20 раз, позволял стране относительно безбедно существовать, “решая” продовольственную, космическую и другие “комплексные” программы. В 70-е гг. экономика страны была предельно милитаризирована. Наиболее современные производства высокой технологии работали главным образом по военным заказам. Третья часть всех занятых в добывающих и обрабатывающих отраслях работала непосредственно на военные нужды. Военная экономика, по существу, разоряла страну. В начале 80-х гг. из-за начавшегося падения цен на мировом рынке иссякает поток нефтяных денег в страну, вслед за этим прекращается основанный на нефтедоходах экономический рост. Отражением общего экономического неблагополучия становиться лавинообразное наращивание внешнего долга СССР. Обслуживание взятых за рубежом кредитов шло за счёт получения новых. Нарастание кризисных явлений в экономике разрушает основы внутренней социальной стабильности советского общества. К концу 80-х прекращается рост жизненного уровня. Одновременно слабеет трудовая дисциплина, пьянство и алкоголизм охватывают всё более широкие слои населения. Всё отчётливей обнаруживает себя коррупция и разложение в партийно-государственном аппарате. Демагогия, щедрые раздачи орденов и самонаграждения престарелых руководителей вызывали в народе глухое недовольство. В общественном сознании именно разрыв в уровне потребления с Западом становится главным критерием сравнения эффективности двух общественных систем и главным направлением критики советских порядков. В конце 70-х гг. дискомфорт в той или иной мере ощущали все слои советского общества особенно интеллигенция, давно жаждавшая подлинной демократии и свободы. Начиная с 60-х гг. различные варианты реформирования общества и государства обсуждались и в научных, и в диссидентских кругах. Однако в конечном итоге целостной программы реформ к середине 80-х гг. так и не было создано. Главная особенность почти всех предлагаемых проектов реформирования – микроэкономический характер реформ, т.е. их реализация на уровне предприятий и работников. При таком подходе сохранялись принципиальные основы советской экономической системы: Госплан, Госснаб и другие директивные органы. В концепциях также не был решён принципиальнейший вопрос о реформировании собственности. К моменту прихода М.С. Горбачёва к власти в силу закрытости советской системы большая часть населения страны  находилась в плену старых представлений и привычек. Диссидентское движение переживало тяжелейший идейный и организационный кризис. В этих условиях реальные преобразования в обществе могли начаться только по инициативе “верха” и под его руководством. К началу 80-х гг. часть высшего советского руководства осознавала необходимость срочного принятия мер для улучшения экономической и социальной ситуации. Смерть в ноябре 1982 г. Л.И. Брежнева и приход к власти более здравомыслящего политика Ю.В. Андропова пробудил в обществе надежды на возможное изменение жизни к лучшему. Он принял ряд мер по наведению элементарного порядка и производственной дисциплины, стимулировал расследования уголовных дел, связанных с коррупцией. Однако попытки Андропова придать эффективность бюрократической системе без структурных изменений только с помощью организационно-административных мер не могли вывести страну из кризисного состояния. Растущая социальная апатия, отсутствие значительных социальных групп, прямо заинтересованных в реформах, изначально обрекли на неуспех консервативный, нерыночный вариант модернизации страны. По-прежнему продолжалось участие СССР в войне в Афганистане, усилилась борьба с инакомыслием. Были восстановлены органы безопасности на железнодорожном, морском и воздушном транспорте, а также в армии и ВМФ. Вновь стали просматриваться письма граждан, почта различных организаций. После смерти в феврале 1984 г. Ю.В.Андропова консервативные силы в руководстве страны выдвинули на должность Генерального секретаря ЦК КПСС престарелого К.У. Черненко. Год его правления был возвратом в брежневскую эпоху, в “застой”.

Новые требования, выдвигавшиеся второй половиной 20-го века, ставили задачу с особой ответственностью подойти к изучению жизни советского общества в 70-е, первой половине 80-х годов. Это один из наиболее сложных периодов в истории СССР. С одной стороны, это были годы дальнейшего развития социализма, напряженного труда миллионов советских людей, с другой — время накапливающихся нерешенных проблем и застойных явлений, которые привели к кризисной ситуации. Изучаемый период вошел в историю под названием застоя. Именно в эти годы с особой силой проявляются деформации социализма, омертвляются целые звенья экономической и политической системы. Советские люди жили эйфорией третьей программы партии (XXII съезд КПСС — 1961 год), что нынешнее поколение будет жить при коммунизме.

 

Однако большинство мероприятий, ориентированных на достижение прогрессивных методов, остались нереализованными. Необходимого перелома в переходе от экстенсивных факторов к интенсивным не удалось добиться. Следует отметить, что в 70-80-е годы осуществлялись такие крупные по социально-экономическим последствиям проекты, как БАМ, мощные гидростанции на сибирских реках. Продолжалось мирное освоение космоса, осваивались уникальные месторождения тюменской нефти и так далее. Возникает закономерный вопрос: все ли у нас было плохо? Нет: в 70-80-х годах впервые были выдвинуты приоритетные задачи обеспечения благосостояния советских людей, повышения материального и культурного уровня. Только в первой половине 70-х годов во всех сферах были установлены новые ставки и оклады. В результате заработная плата реально повысилась. За 1971— 1985 годы было введено 1500 млн. квадратных метров жилья, вследствие чего получили и улучшили жилищные условия 150 млн. человек. И что же все-таки случилось?

 

Главной причиной складывания механизма застоя и торможения, неудач многих преобразований была недостаточная включенность творчества масс. И, как следствие этого, деформация и ослабление политико-управленческой деятельности.

 

Демократические тенденции, начавшиеся после 20-го съезда КПСС (1956 г.), в 70—80-е годы ослабли. Силы бюрократии и консерватизма не только одержали верх, но еще больше укрепились. Система управления через государственный и партийный аппарат власти стала еще более разветвленной и сильной. Любая критика рассматривалась как посягательство на исторические достижения советского строя, то есть социализма. В 1977 году была принята новая Конституция СССР, которая фактически представляла собой свод формальных правил. А статья 6 законодательно закрепила, что партия является направляющей и руководящей силой общества. Реальная демократия, права, социальная защищенность, политические институты— все это оставалось не просто закрытым для критики, а священными понятиями, о которых можно было говорить в превосходной степени. Следовательно, появление застоя в СССР началось к началу 70-х годов. 

 

Застой в социально-экономическом развитии приводит к поворотам в идеологической сфере. Явным отходом от линии XX съезда КПСС стали последовательные действия, направленные на реабилитацию И. В. Сталина. Попытки осмыслить негативные явления отсекались как враждебные социализму взгляды. Стал возрождаться порочный Метод сталинских времен — приклеивание инакомыслящим политических ярлыков. В 70—80-е годы власть в партии перешла к первым лицам, роль и влияние рядовых коммунистов совершенно исчезли. Одним из проявлений этого неблагополучного застоя явился зародившийся культ личности Л. И. Брежнева. В национальных республиках, в том числе и в Казахстане, широко был развит «вождевизм» по вертикали сверху вниз. Фактически были бесправными Советы. Сложившаяся ситуация в стране в 70-е— начале 80-х годов все больше мешала реализации демократического потенциала Советов. Одной из самых уродливых сторон жизни партии этого периода является ее кадровая политика. Имитация многими руководителями своих служебных функций, подмена организаторской деятельности парадностью, конъюнктурщиной, распространение протекционизма, взяточничества, кумовства позволили десятки лет недостойным людям занимать высокие и ответственные посты. Все это способствовало тому, что постепенно ржавчина разъедала не только экономику, но и души людей. Партия не проявляла стремления к изменению существующего положения.

 

Приход Ю. В. Андропова в 1982 г. к власти, его радикальные реформы в принципе не смогли изменить ни политической, ни экономической ситуации, а с приходом К. У. Черненко к власти в 1984 году положение еще более осложнилось и резко отрицательно сказалось на развитии общества. (Более подробно см.: Нурсултан Назарбаев: Без правых и левых. М., 1991 г.). Подводя итоги тяжелого и трудного периода, следует отметить:

 

1. Сложившаяся командно-административная система в условиях сталинщины после оттепели 1956 г. к 70—80 годам принимает уродливые формы в СССР, в том числе и в Казахстане.

 

2. Ненаучность, недальновидность, бездеятельность, неспособность партийного и государственного аппарата в научном прогнозировании.

 

3. Ответственность в целом несет элита партийного и государственного аппарата, ибо она была выведена из-под контроля демократических институтов.

 

Все это вместе взятое отразилось на развитии экономики, политики, социальной и духовной сфере, привело к застойным явлениям в обществе и к механизму торможения, положило конец Великому социалистическому эксперименту ХХ-го века — строительству реального социализма в одной отдельно взятой стране и в мировом масштабе, а в дальнейшем и к распаду СССР.