2. Элементы договора мены.

• Стороны.

Законодатель, характеризуя стороны, использует выражения «одна сторона» и «другая сторона» без специальных обозначений. Стороны не имеют специального названия. В качестве сторон могут выступать любые субъекты ГП, с учетом объема и характера их право- и дееспособности.

Предъявляется ли к сторонам договора мены требование наличия титула для заключения соответствующего договора? Нет. Во-первых, к мене применяются правила о КП, в КП есть ст.455 ГК РФ, которая говорит о возможности заключения договора по поводу будущих объектов, это правило за счет отсылочной нормы применимо и к мене. Соответственно, предметом мены тоже могут быть будущие объекты, следовательно, наличие титула не является обязательным. Можно пойти и более удачным стратегическим путем - перед нами консенсуальный договор. Природа любого консенсуального договора (мена не является изъятием) предполагает, что соответствующий договор порождает только обязательственно-правовые последствия, это воплощение идеи «договор как обещание». Для того чтобы дать обещание, наличие титула не является необходимым, само по себе присутствие вещи в собственности к обещанию ничего не прибавляет, и ничего не убавляет.

Раз мена – консенсуальный договор, и никаких указаний на необходимость титула в рамках Главы 31 нет, равно за счет отсылок и в Главе 30 нет, значит, сторонами по договору мены могут быть любые субъекты, независимо от наличия или отсутствия у них титула в отношении предмета данного договора в момент его совершения.

• Предмет.

Никаких указаний относительно круга возможных предметов договора мены сама Глава 31 непосредственно не содержит. Однако описывая предмет, законодатель использует термин «товар». С этим термином мы уже встречались в КП. Поскольку используется одна и та же категория, очевидно, что товар в понимании конструкции договора КП и товар в понимании конструкции договора мены сущность являет собой одно и то же. С этим утверждением согласны все, никто его под сомнение не ставит. Это утверждение проистекает из необходимости систематического толкования закона.

Однако при том, что само это утверждение разделяется всеми исследователями, оно в дальнейшем является основанием для совершенно разных выводов. Например, в кафедральном учебнике И.В. Елисеев, описывая возможные предметы договора мены, и исходя из стратегической посылки, что товар в понимании КП и товар в понимании мены – это одно и то же, делает вывод: предметом договора мены может являться все то, что может являться предметом договора КП. Соответственно, И.В. делает вывод, что вещи и имущественные права могут быть предметом договора мены.

Есть иная точка зрения. Апологетом ее является В.В. Витрянский, который обращает внимание на следующее. Да, действительно, и в Главе 30 (КП), и в Главе 31 (договор мены) используется для описания предмета единая категория «товар», но что же является товаром по Главе 30? Товаром в силу Главы 30 являются только вещи. В легальном определении КП: одна сторона обязуется передать в собственность другой стороны определенную вещь (товар). В.В. говорит: обратите внимание, что товаром называется только вещь, а относительно имущественных прав термин «товар» не используется, а указывается, что к продаже имущественных прав применяются правила настоящего параграфа. Т.е. предметом то договора КП имущественные права быть могут, но при буквальном истолковании категории «товар» эти имущественные права не охватываются. Отсюда дальше очевиднейший вывод: раз товар в мене и товар в КП – это одно и то же, а товаром в КП по буквальному тексту Кодекса являются только вещи, значит, товаром, т.е. предметом договора мены, могут быть только вещи.

Такая позиция достаточно популярна. И поскольку В.В. обладал неким административным ресурсом, он сумел сделать так, что именно его позиция получила поддержку со стороны ВАС РФ. Речь идет об Информационном письме Президиума ВАС РФ №69 от 24 сентября 2002 года «Обзор практики разрешения споров, связанных с договором мены». В п.3 этого Информационного письма ВАС приводит следующий казус: между сторонами был заключен договор, по которому одна сторона обязалась передать вещь, а вторая сторона обязалась в ответ передать имущественное право. Поскольку в дальнейшем возник вопрос о квалификации заключенного договора, ВАС РФ делает следующий вывод: договор, по которому произведена передача товара на уступку права требования, не может рассматриваться как договор мены. Дальше пояснение этого всего - уступка права требования не может быть предметом договора, поскольку в этом случае невозможен переход ПС и не может быть соблюдено условие о передаче одного товара в обмен на другой.

Получается, что В.В. и сотоварищи при поддержке ВАС РФ полагают, что предметом договора мены могут быть только вещи, и только вещами предмет договора мены исчерпывается. Вопрос непростой, вопрос дискуссионный, но, на взгляд А.А., как исходной у позиции В.В. не было ни политико-правовых, ни логических обоснований, так и у позиции его поддержанным ВАС РФ этих обоснований ни на Йоту не прибавилось. Посмотрим аргументацию, почему же передача имущественного права не может быть предметом договора мены? Потому что, говорит ВАС, в этом случае невозможна передача товара в собственность. Но в КП в легальном определении тоже написано: передать товар в собственность, но разве это препятствует нам, признать предметом договора КП имущественное право? Нет, не препятствует. Просто это легальное определение рассчитано на наиболее распространенные стандартные ситуации, но не преследует цель ограничить возможный предмет соответствующего договора. Раз никакого противоречия с легальным определением нет в КП, почему оно должно появляться в договоре мены, если ситуации однотипны?

В о-вторых, хорошо, допустим, что передача товара против передачи имущественного права – это не договор мены. Тогда закономерный вопрос: что это за договор? Единственный вариант ответа – это видимо смешанный договор. А какие еще есть варианты? Кстати, ВАС РФ сам так говорит.

Получается, что товар и (напротив) имущественное право, это не КП, это смешанный договор (см. рис.). А какие же правила применимы к регулированию? В отношении смешанных договоров, у нас к смешанным частям должны применяться правила о тех договорных типах, в которых соответствующий предмет выполняет ключевую функцию. К части №1 будут применяться правила о договоре КП, потому что именно КП опосредует возмездную передачу имущества в собственность. А к части №2, о КП, потому что у нас иной договорной конструкции, опосредующей возмездную передачу имущественного права просто нет.

При таком выводе мы входим в некое противоречие с конструкции смешанного договора, что же тут смешивается? Но это в большей степени парадокс нашего отечественно законодательства в области исходного определения смешанного договора. Тут интересен другой вопрос: если в №1 применяются правила о КП, и в №2 применяются правила о КП, при этом, соответствующие трансферты взаимосвязаны, обязанности носят встречный, взаимообусловленный характер. Если мы скажем, как ВАС РФ, что это не договор мены, к нему будут применяться правила о КП, т.е. Глава 30. Если мы скажем, что это договор мены, к нему будут применяться правила Главы 31 (статьи 4) + правила о КП, но в этих 4 статьях закреплено регулирование, которое предопределено взаимообусловленным характером соответствующих обязанностей. На самом деле при характеристике, даваемой ВАС РФ, по гамбургскому счету, ничего в регулировании не поменяется. За одни нюансом – мы откажемся от использования норм, рассчитанных на встречное исполнение двух обязанностей, а во всем остальном правила будут одни и те же. Стоило ли ради этого заниматься буквоедством? И есть ли какой-то тайный смысл растаптывать ту ключевую сердцевину, которая предопределена встречным взаимообусловленным характером этих обязанностей? На взгляд А.А., вопросы являются риторическими и ответ на них очевиден.

Условие о предмете является существенным условием договора мены. По общему правилу, предмет – это единственное существенное условие договора мены. Здесь мы должны вспомнить– к договору мены применяются все правила о КП, не только §1, но и правила об отдельных разновидностях договора КП. А это значит, что в зависимости от ситуации, специфики предмета того или иного договора мены, или субъектного состава того или иного договора мены, круг существенных условий будет у нас увеличиваться. Например, если в договоре мены хотя бы одним из предметов является жилое помещение, к такому договору будут применяться правила §7 Главы 30. А это значит, что существенными условиями, помимо предмета, будет еще цена, и поскольку мы сказали «жилая недвижимость», то тот перечень лиц, сохраняющий права на жилое помещение с указанием объема и характера их прав. Если заключаемый договор мены с т.з. субъектного состава соответствует правилам о поставке, то вполне возможно, что к числу существенных условий такого договора помимо предмета будет относиться еще и срок.

Т.е. за счет возможности применения к мене правил от отдельных разновидностях договора КП, круг существенных условий договора мены, предписанный законом, будет видоизменяться соответствующим образом.

• Цена

Договор мены является возмездным, поэтому параметр цены как встречного предоставления в нем может быть вычленяем. Однако поскольку во многих ситуациях встречное предоставление в мене характеризуется исключительно товарным характером, цены как таковой в денежном выражении мена вполне может и не знать.

Применительно к мене, что такое цена? Это встречный передаваемый товар, поэтому, уже согласуя условия о предмете, стороны тем самым автоматически согласуют и условие о цене, и ни в каком отдельном выражении, выражении денежном, этот параметр выделяться не должен. Поэтому когда мы констатировали круг существенных условий для договора мены, предметом которого является жилая недвижимость, и называли в этом качестве цену, мы никоим образом против истины не грешили. КП жилой недвижимости, цена – существенное условие, значит, оно существенное и для договора мены. Но признание его здесь существенным условием не предполагает для нас необходимости выражения этого ценового показателя в деньгах. Согласования предмета уже достаточно для того чтобы согласовать эту самую цену.

К сожалению, многие правоприменители мыслят иначе. Нотариусы очень любят предъявлять такое требование, им же размер пошлины считать в зависимости от стоимости отчуждаемого предмета, поэтому они очень часто настаивают, чтобы в договоре мены еще и содержалась денежная оценка передаваемых предметов.

• Срок.

ст.569 ГК РФ устанавливает общее правило одновременной передачи товара. «Одновременной» – это имеется ввиду по отношению друг к другу, а что касается момента такой одновременной передачи с т.з. общей темпоральной оси, то поскольку в мене нет никакого на сей счет регулирования, а к мене применяются правила о КП, а в КП идет отсылка к ст.314 ГК РФ с т.з. передачи товаров, это явно не существенное условие. Но когда одновременно тогда должны передаваться товары? За счет отсутствия специального регулирования – ст.314 ГК РФ – в разумный срок после возникновения обязательства, в приведенном примере – в разумный срок после заключения договора, причем, одновременно.

Однако и 1, и 2 является лишь общим правилом, ст.569 УК РФ диспозитивна, следовательно, соглашением сторон может быть установлено иное. Это может быть и рассинхронность передач по отношению друг к другу, установление иного срока передачи с т.з. срока заключения соответствующего договора.

• Форма.

В Главе 31 никаких правил относительно формы договора мены не содержатся. Это значит, что сначала мы должны использовать правила Главы 30. В Главе 30 в §1 по общему правилу никакого регулирования нет, т.е. форма договора мены по общему правилу будет определяться с помощью общих правил Главы 9, в зависимости от субъектного состава и цены сделки. Причем, эта форма в тех случаях, когда, исходя из субъектного состава и (или) цены, требуется письменная, эта форма не будет выполнять конститутивного значения, и несоблюдение требуемой письменной формы будет приводить к невозможности ссылаться на свидетельские показания в подтверждение факта и условий совершенной сделки.

Однако через эту двойную отсылку (в Главе 31 нет – смотрим в Главе 30, в §1 Главы 30 нет – значит, Глава 9), через эту двойную отсылку мы констатируем лишь общие правила, поскольку к мене применяются все правила о КП, в т.ч. правила об отдельных разновидностях данного договора. В отдельных случаях через отсылку, применение специальных правил о КП мы будем получать иные выводы. Например, если предметом договора мены является недвижимое имущество, договор должен быть совершен в письменной форме, посредством составления единого документа. К такому выводу мы приходим через применение к договору мены правил, содержащихся в ст.550 ГК РФ. Причем, в данном случае форма, за счет применения правил ст.550 ГК РФ, будет играть конститутивное значение, и ее несоблюдение будет влечь недействительность договора.

Получается, что применимость к мене правил всей Главы 30 дает нам возможность констатировать наличие общего регулирования, относительно формы через Главу 9 и специального регулирования для отдельных случаев за счет применения правил об отдельных разновидностях договора КП.