Элементы кондикционного обязательства

• Стороны

Кредитор и должник. Кредитор - потерпевший, а должник - приобретатель. В качестве кредитора-потерпевшего может выступать только то лицо, за счет которого произошло обогащение. В качестве должника-приобретателя выступает лицо, в хозяйственной сфере которого без правового основания образовалась имущественная выгода. При этом указанные требования к фигуре приобретателя и потерпевшего отнюдь не ограничивают круг субъектов, которые могут в таком качестве выступать.

Потерпевший может быть гражданином, ЮЛ, публично-правовым субъектом. Да, потерпевший это только тот, за счет которого произошло обогащение, но в этом качестве может выступать любой субъект ГП. То же самое и с приобретателем. Да, приобретателем выступает только тот, кто обогатился, в чьей хозяйственной сфере образовалась в виде приобретения или сбережения некая имущественная выгода, но в этом качестве все равно может выступать любое лицо - и гражданин, ЮЛ, это может быть и ППО. Поэтому с т.з. возможных категорий к субъектам выступающим в качестве стороны кондикционного обязательства никаких особых требований закон не выдвигает. Кроме того, поскольку у нас кондикционное обязательство может иметь основание возникновения любой юридический факт, то иррелевантными являются предпосылки право- дееспособности.

Недееспособный может выступать в качестве потерпевшего, и в качестве приобретателя. Если бы в основе кондикционного обязательства лежала сделка, тогда бы такое было исключено. Но поскольку юридические факты, влекущие возникновение кондикционного обязательства могут быть самого разного порядка, предпосылка право- и дееспособности не имеет никакого значения. Любые лица вне зависимости от объема и характера их право- и дееспособности.

• Предмет

В качестве предмета выступает неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. При неосновательном обогащении в форме сбережения, обогащение всегда носит денежный характер. Тут нет сомнений.

Особый интерес представляет ситуация неосновательного приобретения. В отечественной литературе часто указывается, что в качестве предмета неосновательного обогащения могут выступать только родовые вещи. К сожалению, это в качестве общего места рассматривается и в нашем кафедральном учебника, и в учебнике МГУ. Эта величина достаточно давно выступает в качестве господствующей позиции, а оправдание в такому подходу находится в том, что предметом кондикция отличается от виндикации. При виндикации предметом выступает индивидуально-определенная вещь, а предметом кондикции является родовое. Т.е. в зависимости от того, что мы истребуем - если индивидуально-определенное, то это виндикация, если родовое - кондикция. Этот подход, даже будучи господствующим, очень сложно обоснуем и противоречит закону и здравому смыслу.

Противоречие закону. В Главе 60 есть п.2 ст.1104, который решает частный и утилитарный вопрос - риск случайной гибели или повреждения имущества. Если бы предметом кондикции выступало только родовое имущество, то вопрос о риске случайной гибели был бы абсурдном. О какой гибели, ухудшении или недостаче может идти речь, если имущество не индивидуализировано. Получается, что п.2 ст.1104 имеет право на существование, только в том случае, когда речь идет о вещи индивидуально-определенной. Т.е. эта норма уже показывает, что предметом кондикции может быть индивидуально-определённая вещь.

С т.з. здравого смысла. В ситуации, когда основание отсутствует изначально, может быть сложно привести пример в виде неосновательного обогащения в виде приобретения индивидуально-определённой вещи, потому что если основания нет, то поскольку у нас общий догматический посыл - каузальность распорядительных сделок, то раз нет основания, то считается, что право не переходит, а раз право не переходит, то ничего не присоединяется. Но если мы возьмем формат не исходного отсутствия основания, а последующего его отпадения, то примеры с возникновением кондикционного обязательства в виде индивидуально-определенной вещи станут для нас более чем доступным. Мы приводили пример с отменой дарения. А при дарении предметом может быть все, что угодно, в том числе и индивидуально-определённая вещь.

При осуществлении дарения ПС на эту вещи переходит к одаряемому, последующая отмена дарения влечет отпадение правового основания и ранее подаренное должно быть возвращено. Индивидуально-определённая вещь может быть предметом кондикционного обязательства.. Опять же если мы возьмем пример с расторжением договора, то предметом договора, той же КП индивидуально-определённая вещь вполне может быть. Получается, что исходный тезис о предмете кондикции только как родовых вещах не выдерживает никакой критической проверки.

Этот тезис должен быть давно сдан в утиль уже давно. Предметом кондикции могут быть абсолютно любые вещи. Признавая подобное мы не стираем грань между виндикацией и кондикцией, потому что разница между ними не в характере вещи как таковой, а в том, чье возвращается. При виндикации предметом выступает только индивидуально-определённая вещь, лицо пытается возвратить свое. При кондикции, здесь тоже может быть индивидуально-определённая вещь, лицо пытается возвратить чужое, которое ему не принадлежит в данный момент, но эта не принадлежность образовалась в виду несправедливого распределения благ, по причинам исходного отсутствия, либо по причинам последующего отпадения основания ранее сделанного предоставления.

Поэтому нет причины держаться за идею ограничения предмета кондикции только родовыми вещами, и закон и жизнь, и здравый смысл вполне дают основания для иного, более широкого подхода. Кроме того при этом подходе никакого догматического поражения мы не терпим, потому что не происходит стирание грани между кондикцией и виндикацией как защите прав участников гражданских правоотношений.