1.4. Критика теории глобального потепления. Другие теории
Глобальные изменения климата, включая и весьма резкие, совсем не новость в геологической истории. Они происходили неоднократно в течение миллионов лет и, вероятно, будут происходить до тех пор, пока существует планета Земля (рис.).
Рис. . Долгосрочные тенденции концентрации CO2 и температуры за последние 400000 лет
http://www.c2es.org/facts-figures/trends/long-co2-temp
Википед
При этом современная средняя глобальная температура всё ещё существенно ниже той, которая существовала на Земле в среднем на протяжении геологической истории.
В ряде независимых исследований показано, что статистически изменения глобальной температуры представляют стационарный случайный процесс и выборка, включающая последние два столетия, не обнаруживает никакой специфики по сравнению с более ранними, относящимися к доиндустриальной эпохе, когда техногенное воздействие на окружающую среду отсутствовало.
В дебатах о роли углекислого газа в регуляции климата Земли роль воды и водяного пара, а также других парниковых газов, как правило, недооценивается. В целом, земная атмосфера представляет сложный фотохимический реактор, но главным механизмом поддержания теплового баланса Земли следует признать, всё-таки, циркуляцию воды и водяного пара, играющих, по существу, роль рабочего тела в термодинамическом цикле Земли.
Усилиями Межправительственного Комитета по Изменению Климата (IPCC) считается доказанным, что исторические изменения концентрации углекислого газа в атмосфере и вариации температуры приземного слоя очень хорошо коррелируют. В действительности это не совсем так. Начиная с середины XIX века концентрация углекислого газа монотонно возрастала, однако глобальная температура, в период с 40-х по70-е годы ХХ столетия, напротив, уменьшалась (рис. ). За последнее десятилетие средняя температура по всей толще земной атмосферы изменилась крайне незначительно, в то время, как содержание углекислого газа продолжало расти с темпом 4% в год. Кроме того, сейчас в воздухе примерно 390 частей CO2 на миллион (ppm), 400 млн. лет назад CO2 было в 10 раз больше — несколько тысяч ppm, а 300 млн. лет назад — лишь несколько сотен ppm.
Рис. Корреляция концентрации CO2 в атмосфере и вариации температуры
Но даже если принять доказанной значимую корреляцию между ростом атмосферной концентрации углекислого газа и повышением приземной температуры, остаётся открытым вопрос о их причинно-следственном соотношении.
Другими словами, в той же мере, в какой рост температуры может быть следствием роста концентрации углекислого газа, мыслимо и обратное: рост концентрации углекислого газа является следствием потепления, вызванного экстра-террестриальными механизмами. В таком аспекте вся проблема глобального потепления оборачивается грандиозной мистификацией: причина и следствие глобального потепления меняются местами. Что касается техногенной эмиссии углекислого газа, то она и вовсе не может играть роль ведущего фактора, несмотря на сколь угодно хорошие корреляции, поставляя лишь проценты к глобальному углеродному циклу.
Вполне допустимо, что оба случайных процесса, вообще, являются следствиями какого-то третьего, неизвестного или не принятого во внимание процесса, например, изменения солнечной активности или прохождения Солнечной Системы через неоднородности космического гравитационного поля, или прецессии оси вращения Земли, блужданий её магнитного поля и проч. Хотя, аккуратности ради, надо заметить, что в аспекте основных солнечных циклов Землю должно ожидать скорее похолодание, чем потепление.
Кроме того, если допустить, что углекислый газ является главным регулятором земной температуры, то трудно преодолеть противоречие, возникающее вследствие положительной обратной связи: главным резервуаром углекислого газа на Земле является мировой океан, при повышении глобальной температуры растворимость углекислоты в океанской воде уменьшается, поступившая в атмосферу углекислота приводит, вследствие парникового эффекта, к новому повышению температуры и так далее. Природа же, вообще говоря, не любит положительные обратные связи.
УДОБНАЯ НЕПРАВДА Калинин
Также остается вопросом вклад человека в проблему повышения концентрации углекислого газа в атмосфере. Естественный обмен СО2 между океаном и атмосферой составляет примерно 90 млрд. тонн углерода (С) в год, а дыхание и фотосинтез наземных экосистем – еще 60. То есть атмосфера ежегодно получает порядка 150 млрд. тонн углерода от природного СО2, в то время как человек выбрасывает около 7 млрд. тонн углерода в виде СО2.
Таким образом, антропогенный вклад в общий объем выбросов СО2 не превышает и 5 %.
http://rusecounion.ru/vopros1#otvet1
Но если техногенная эмиссия углекислого газа как причина глобального потепления и, соответственно, ответственность человечества за этот процесс могут быть подвергнуты сомнению, то таким же образом может быть подвергнута сомнению и способность человечества его остановить.
Абсолютное доказательство или опровержение подобной гипотезы невозможно в принципе: у нас нет второй Земли, чтобы поставить контрольный опыт, поместив ее в точно такие же условия, но исключив влияние человека.
Хотим мы этого или нет, все суждения о будущем Земли будут не более, чем предположением. Человек, вынужденный продвигаться в полной тьме, будет стараться это делать с максимальной осторожностью.
Точно также человеческой цивилизации в условиях неопределенности предпочтительнее исходить из той гипотезы, которая предписывает ей более осторожное собственное поведение. Именно такой гипотезой и является антропогенная теория изменения климата.
Волошин А., Горицына И. Механизмы распределения квот на выбросы по Киотскому протоколу //Intelligent Support of Decision Making. – 2009. – С. 175.
Проблему глобального изменения климата и, соответственно, выбросов парниковых газов нельзя называть сугубо экологической. В неменьшей мере она является экономической и политической. Теория глобального потепления, являясь общественно принятой, влияет на жизнь всего мирового сообщества, воздействует на мировой рынок, международные отношения, экономические механизмы. Таким образом, в не зависимости от нашего мнения относительно данной теории, не смотря на ее неоднозначность и научную недоказанность, проблема не может быть не замечена нами. Из статуса теории она перешла в глобальную политическую аксиому. И все силы развитых мировых держав направлены на борьбу с последствиями изменения климата.
Все что нам остается, это изымать максимум положительных побочных эффектов, сопровождающих решение этой "проблемы". А таковых не мало, и мы подробно остановимся на них. Наша задача, изъять из данной ситуации максимальную пользу.