Снова на фронт

Закончился мой отпуск. Как-то быстро пролетело время, надо было уезжать на фронт в свою стрелковую роту. О моем отъезде знали все жители села. Правление колхоза выделило лошадь с повозкой, а ведь в то время каждый лошадиный шаг был на учете, но как только она появилась у нашего дома, то стали подходить и люди.

Сколько в тот день я услышал проклятий в адрес фашистов! Сколько было сказано добрых пожеланий мне и моим товарищам, которые сражаются на фронтах Великой Отечественной войны! В тот день я еще раз убедился, как тяжело переживают вместе со всем народом мои земляки невзгоды войны.

Сколько гектаров земли они перекопали лопатами и перепахали конным плугом, «впрягаясь» в него по 4-5 человек. Перед глазами стояли куски хлеба, который я видел в каждом доме, где приходилось бывать, это был како-то суррогат, а назвали его колхозники не хлебом, а бардашниками, потому, что в нем было большинство картофельной барды (мязга) и другие примеси. А тут еше частые похоронки и гибели родных. Скорби и печаль ложилась непосильной ношей на всех.

Наступило время расставанья, но никто не пошел к своим хатам, а все потянулись за околицу села. Каждый протягивал мне руку и старался обнять в последнюю минуту расставания.

Я медленно уходил от села, а люди стояли на том же месте и махали мне вслед руками, фуражками, платками. Я никогда не забывал тех дней встречи с односельчанами и тот день расставания, а в тяжелые моменты на войне всегда чувствовал их поддержку. Они как бы удесятеряли мои силы и в сотни раз увеличивали ненависть к врагу.

До Великих Лук я доехал хорошо, там надо было делать пересадку на Невель. Около военной комендатуры увидел фотографа и сфотографировался. А пока наводил справки о поездах на Невель и регистрировал документы, фотограф сделал фотокарточки. Там же в комендатуре встретил разведчика нашей полковой разведки сержанта Сапегина. Я его знал еще в 1943 году. Он рассказал мне, что дивизия находится во втором эшелоне, прибывает новое пополнение, готовимся к наступательным боям. У нас время еще было, и мы пошли посмотреть город.

Город был полностью разрушен. Мы могли увидеть только груды щебня, золы и головешек. Пришлось увидеть мне Великие Луки гораздо позднее. Я не мог поверить, что из руин, пепла и гари восстал новый город, гораздо шире раздвинул свои границы, и у меня родилось желание написать о городе. В год сорокалетия освобождения города от фашистских варваров родились вот эти строки:

Великие Луки.

Жестокость войны ты сполна испытал,

С лихвой перенес и невзгоды и муки.

Ты Сашу Матросова Родине дал,

Бесстрашный наш город Великие Луки.

Фашистские варвары грабили, жгли,

Твой мирный народ в кабалу угоняли.

Но что кончится мрак и свобода придет,

Твердо об этом все жители знали.

И грянул январь сорок третьего года.

Армия наша идет в наступление,

В город приносит родную свободу,

И от фашистской чумы избавление.

Изгнали врагов из пределов твоих,

И навсегда уничтожили рабство.

Воинам Третьей народ говорит:

«Спасибо за счастье и братство».

Из пепла, развалин ты заново встал.

Прекрасный наш город Великие Луки,

Примером народного подвига стал.

Тебя возродили рабочие руки.

Подошло время ехать на Невель. Так вместе мы добрались до расположения полка. Разыскал я свою 1-ю стрелковую роту, встретился с боевыми друзьями. Рота была уже укомплектована новым пополнением, и я сразу же пошел по взводам знакомиться с товарищами.

Вместе со мной пошел и командир роты Пономарь Николай Иванович. Надо было взять на учет коммунистов, рассказать бойцам и командирам о боевых делах нашей роты. Работы оказалось много. Мы посетили два взвода и собрались идти в третий, но в это время прибежал писарь Коля Кряжевских и сообщил, что меня вызывает парторг батальона старший лейтенант Оленин Николай Павлович.

Он объявил мне, что получен боевой приказ, и завтра выходим на исходные рубежи для наступления, а сегодня к вечеру состоится митинг полка, я должен на митинге выступать.

На нем я рассказал о жизни тружеников тыла, об их напряженном труде для фронта и передал привет всему личному составу полка от своих земляков.

23 июня началась значительная операция под кодовым названием «Багратион». Это было начало массового изгнания оккупантов за пределы нашей Родины. Война шла туда, откуда она началась, на территорию Германии и ее сателлитов.

Наша дивизия в этой операции принимала активное участие с первого и до последнего дня. В числе передовых подразделений была наша 1-я стрелковая рота. В эти тяжелые дни наступательной операции много боевых дел было записано на мой счет. Выполняя наказ своих земляков, я беспощадно истреблял гитлеровских захватчиков. После этих боев, 4-го сентября 1944 года, я был назначен на офицерскую должность - парторгом стрелкового батальона.

А 10 сентября этого же года командир полка подполковник Чаботарев Николай Михайлович подписал наградной лист с ходатайством о присвоении мне высокого звания Героя Советского Союза, но это будет в сентябре 1944 года.