3. Лирико-мемуарное

Хорошо, но мало. Ни исследовательский интерес, ни даже восхищение перед хитроумием и блеском Роулинг не были способны сподвигнуть нас на пот и пахоту, потребные для создания БИ. Пусть знает уважаемая общественность, что мы люди на редкость ленивые и совершаем подвиги исключительно ради любви.

Тут аффтары настоятельно попросят убрать отсюда свои взоры (желательно навсегда) тех, для кого любовь есть сладострастные стоны по идеалу. Людей, считают аффтары, надо любить не за совершенство, ибо идеальных людей не бывает. К чему заниматься самообманом?

Однако люди бывают прекрасны и особенны. Мы бы даже осмелились заявить, что хороший человек прекрасен именно своей особенностью. И вот если это понять, то любовь сразу становится из трагически-самообманной процедуры делом веселым, полезным, увлекательным и бесконечно разнообразным.

Предмет нашей большой любви есть человек прекрасный и особенный настолько, что он не просто не нуждается в ретуши. Напротив! Любой его подгон под идеал, может, и полезен для оргазма сладострастно стенающих, но сразу и жестко обедняет образ. Настолько, что аффтары, как люди любящие, воспринимают подобное посягательство как личное оскорбление.

Ну а поскольку две оскорбленных женщины — это страшная сила, на несколько порядков превышающая страшную силу в одну оскорбленную женщину, мы с удовольствием выйдем из себя. И скажем о любимой звезде действительно все, что думаем, не щадя ничью стыдливость и совершенно не стесняясь в выражениях.

А что еще делать-то? Каждый берет чем может. Конечно, почитавши, что пишут про Сириуса преклоняющиеся / самоотождествляющиеся / сладострастно стенающие, мы остро захотели воскликнуть по Высоцкому: «А как же мы? И мы ничем не хуже! Мы тоже можем много выпивать!». Но, со скорбью осознав, насколько ничтожен наш совместный потенциал перед силой сих могучих умов, мы твердо вознамерились превзойти их если не интеллектом, то хотя бы последовательной трезвостью рассудка. Ни рюмки нам, ни понюшки, пока не допишем! Клянемся в этом, положив руку на монитор с сириусоолдменовской обоиной.

Далее, мы торжественно обещаем придерживаться канона (ввиду того, что доверяем бездарной примитивной Роулинг все-таки немного больше, чем толпе гениальных фанфикописцев). Конечно, умный фэндом давно знает, что именно из его гениального творчества крайне ограниченная писательница детских сказочек берет идеи для развития своих т.н. сюжетов. Мы же с обычной нашей грубостью и дерзостью осмелимся доложить уважаемой общественности, что Дж.К.Роулинг пофиг фэндом и она вполне себе самодостаточна легкие штрихи, которыми обрисован в саге любой (а не только чернозвездный) образ, подобраны писательницей с крайним тщанием и удивительной точностью.

Автор саги о ГП вообще большой специалист по развешиванию ружей и выдаче богатой информации в каждом, даже самом скудном, намеке. И это прекрасно. Ибо, при всей нашей безмерной любви к черной звезде, мы должны признать, что Сириус Блэк далеко не главный персонаж саги: сцены, в которых он принимает активное участие, занимают страниц так тридцать пять вордовского текста. Однако поскольку эта зараза Роулинг, как говаривала прабабушка одного из соаффтаров, словечка в простоте не скажет, материала для углубленной характеристики обвиняемого нам более чем достаточно.

А кому для кайфа остро необходимы дополнительные детали, не предусмотренные Роулинг, те, конечно, вольны решать проблему в меру своего воспаленного воображения восприятия образа бурной художественной интуицией. Но и мы совершенно вправе относиться к подобным попыткам подогнать Сириуса под себя идеал совершенно определенным образом. Пушкинский Сальери был резко не прав, изрекая в ситуации прослушивания подобных слепых скрыпачей: «Мне не смешно, когда маляр презренный Мне пачкает Мадонну Рафаэля»! В таких случаях пушкинский Моцарт очень веселился, и мы с радостью и удовольствием последуем его примеру.

P.S. Ах да, нас читают дети… ну хорошо, хорошо, некоторые из тех выражений, в которых мы обещаем не стесняться, так и быть, будут спрятаны под точками. Но матерное слово «любовь», предупреждаем на берегу, будем писать часто и полностью. И даже временами с большой буквы!