Разборки, часть первая

С объяснениями у Сириуса всегда было худо и за двенадцать годочков в Азкабане нисколько не получшело. Похоже, он не только разучился пользоваться собственным голосом, но так и не научился пользоваться собственной головой. Обстановочку он растолковывает Гарри примерно так же просто, понятно и доходчиво (и примерно с тем же успехом), как в свое время толковал аврорам и вообще сотрудникам министерства, что действительно произошло между ним и Питером.

Помилуйте, можно ли уж совсем так.

1) [наставив палочку на Гарри] «Я так и думал, что ты придешь на помощь другу. Твой отец сделал бы то же самое для меня. Очень храбро с твоей стороны, не позвать учителя. Я благодарен тебе… так будет намного проще…»

2) [злодейски оскалясь] «Сегодня здесь произойдет только одно убийство, — ответил Блэк, и его ухмылка сделалась шире».

3) [держа Гарри за горло] «Нет уж, я ждал слишком долго…»

4) [валяясь окровавленной кучей] «Хочешь убить меня, Гарри?»

5) [продолжая валяться вышеозначенной кучей] «Я не отрицаю этого [того, что убил Джеймса и Лили]. Но… если бы ты знал всю историю целиком… Ты должен выслушать меня. Ты будешь жалеть, если не сделаешь этого… Ты не понимаешь…»

Ужас как доходчиво. Думается нам, двенадцать лет назад Сириус так же стучал себя кулаком в грудь, крича: «Я УБИЛ ИХ!! Я УБИЛ ДЖЕЙМСА И ЛИЛИ!! Я, Я, ИМЕННО Я ИХ УБИЛ, ВСЕ СЛЫШАТ???». Ну как после этого не получить отсидку в Азкабане? Никак.

Правда, надо отметить, что Гарри Сириуса вполне стоит. Мы уж молчим о твердом намерении Гарри как-нибудь убить Сириуса с помощью волшебной палочки (а ведь ничего еще мальчик не знает об Аваде). Но какова свалка, которую гаврики устроили! Ничьей жизни по-настоящему не угрожает, зато как колоритно…

Подросток кидается на взрослого дядю, «совершенно забыв о магии» (и соотношении сил тоже — кррровушки! кррровушки!), и, само собою, не обращает внимания, что Сириус этой самой магией ему не врезал вовсе не «от шока, что Гарри решился на такой глупый поступок», но скорее от восхищения. Оба отлетают к стене. Гарри молотит Сириуса что есть сил (вау, и правда истинный сын Джеймса! — радуется Сириус), маньяк душит Гарри. Крукшанс на кровати и Директор у перископа наблюдают за кучей-малой с чисто мужским исследовательским интересом, не торопясь вмешаться (пусть, пусть мальчики немножко сбросят пар, спокойнее будут).

Но тут в бой вступают дамы. Куда именно Гермиона ударила ногой Сириуса, точной информации нет. Хотелось бы верить, что ему было не очень больно.

Рон, забыв о сломанной ноге, тоже подключается к процессу. Пока они дружно спасают Гарри, тот поспешно выбирается «из-под клубка тел», кидается к собственной волшебной палочке, которая катится по полу… и тут его не по-детски дерет когтями вроде бы свой Крукшанс, за что вполне закономерно получает от Гарри хороший пинок («Ты вообще чей друг, мой или медведя?!»).

А между тем Крукшанс, как умный кот, в отличие от глупой собаки и не менее глупых людей, отлично ориентируется в ситуации и понимает, кого от кого по-настоящему нужно защищать. Сириуса от Гарри, вот так.

Что он и делает. Причем успешно. Вплоть до риска для собственной жизни (ну а вдруг Гарри бы знал про Аваду или что-нибудь другое все-таки придумал?).

В общем, все идет нормально.

«Мгновения тянулись. Гарри продолжал стоять на месте с поднятой палочкой, Крукшанс лежал на груди у Блэка, Блэк не отрывал взгляда от Гарри. От кровати доносилось прерывистое дыхание Рона; Гермиона не шевелилась».

Кто-то сомневается, что Гарри рано или поздно опустит палочку? Тогда пусть вспомнит, чем кончилась очень похожая сцена в парной к УА шестой книге, где тоже подросток, пусть и постарше, собирался убить взрослого (тоже, кстати, за папу). Конечно, в ПП имеет место уже второй — трагический — отыгрыш аналогичной ситуации. А здесь и сейчас вполне еще смешно. И тоже с самого начала понятно: ничегошеньки у подростка не выйдет.

И вот тут, как планировал Дамблдор с самого начала, предварительно набив друг другу морды, Настоящие Мужчины опустят свои револьверы, выяснят отношения, обнимутся и сдадут Петтигрю в Азкабан. Директор отлепится от перископа, сделает большие глаза и воскликнет: «Кто бы мог подумать! Корнелиус! Вы слышите?», не обращая внимания на скрежет зубовный из зельдельческого подвала и отправив туда домового эльфа с подносом сладких пирожков. Фадж растерянно арестует Сириуса одновременно с объявлением о пересмотре дела. Ногу Рону вылечит мадам Помфри. Гарри, счастливый и гордый очередным спасением невиновного, проберется к камере крестного с фляжкой огневиски, и они отметят начало крепкой дружбы. А верного коня, то есть Крукшанса, который будет сопровождать Гарри, Сириус скупо потреплет по холке (может, еще шуточку какую-нибудь отпустит).

Гип-гип-ура.

Щас. Ибо внезапно раздается «новый звук», и бедный Дамблдор у перископа начинает понимать, где именно пойдет наперекосяк его блистательная задумка.