Матвей Башкин: опасные мысли.

Верность Божьим заповедям и страстное стремление к их самостоятельному исполнению в «домостроевской» жизни могли привести человека к тому, что случилось с Матвеем Башкиным…

В 1553 г. В Великий постМатвей Башкин пришел к попу Симеону с «молением» принять его на исповедь. Симеон его принял, и Башкин поделился сомнениями: соблюдают ли все христианские заповеди. Домострой был создан, чтобы в эпоху эсхатологических ожиданий обезопасить саму систему общественных отношений от подобных самостоятельных оценок, что есть «добро». Ведь буквальное следование евангельским заповедям могло разрушить само православное государство.

Матвей Башкин самостоятельно пришел к твердому убеждению, что для спасения необходимо не только читать священные тексты, но и делами осуществлятьзаповеди и правила. Решимость этого человека быть праведным по собственному усмотрению пугала тех иерархов церкви, кто не мог принять столь ярко выраженноесамовластие христианской личности.

В июне 1553 г. Сильвестр поставил в известность царя о «новоявившейся ереси». И.М.Висковатый уже склонен был обвинить в ереси и Матвея Башкина, и попа Симеона, и самого Сильвестра.

25 октября 1553г. В присутствии царя и бояр Висковатый решился обвинить Сильвестра и Симеона в пособничестве Матвею Башкину.

В такой обстановке началось дело Матвея Башкина. Он был призван виновным в ересях. Трудно сказать, насколько эти обвинения правдивы. После долгих и жестоких пыток Башкин признался, что он «злое учение принял от Литвы».

Зиновий Отенский и Феодосий Косой.

Феодосий Косой, создавший свое «рабье учение», был самой заметной фигурой среди тех, кто пытался самостоятельно искать «истину», полагаясь на свой «разум духовный».

Косой отрицал ту область, которая традиционно относилась к вере, как ее понимали в средние века. Он отрицал всю обрядовую сторону религии и утверждал, что «един есть бог… и един Бог сотвори небо и землю». Сакральны только книги Священного Писания и некоторые труды отцов церкви , остальное – человеческое предание. Феодосий Косой утверждал, что необходимо «делать правду и бояться Бога! Феодосий Косой довел до логического завершения то, что так или иначе присутствовало в русской общественно-религиознаой мысли. В своем порыв Феодосий Косой утверждал, что дух, одухотворенное тело спасительны, а не форма.

Иосиф Волоцкий: человек «правил».

Герасим Ленков принадлежал к волоцкому дворянству. Ленковы были теснейшим образом связаны с Волоколамским монастырем. В 1551 г. Герасим Ленков участвовал в Стоглавом соборе. Среди Ленковых был и Тихон, которому поручалось надзирать за Максимом Греком в 1525-1531 гг.

Сам волоцкий игумен был человеком, который глубже многих своих современников осознал силу правил.

Около апреля 1509 г. Иосиф Волоцкий был отлучен от церкви решением новгородского архиепископа Серапиона. События, предшествующие этому решению, знаменательны. Иосиф будучи настоятелем монастыря, терпел много бед от удельного князя Федора Борисовича, который жестоко грабил всех удельных и монастырь. Тогда Иосиф решился на то, чтобы нарушить привычный порядок вещей ради спасения монастыря. Он обратился с жалобой к великому князю, попросив принять монастырь под свое покровительство. В те времена было не принять жаловаться на своего хозяина, даже если он не праведный. Но иосиф обязан был сообщить новгородскому архиепископу о своем решении и получить согласие на подобный необычный шаг.

Великий князь согласился взять под покровительство монастырь, а Серапион провинившегося игумена отлучил от церкви.

Между Иосифом и Серапионом завязался заочный спор о «правде».

Иосиф принял решение: написал письма великому князю и митрополиту, изложив там будто Серапион отлучил его от церкви из-за самого факта перехода под княжеский патронат, а не потому, что совершилось это без согласия архиепископа. Иосиф ухватился за формальный повод обвинить Серапиона в том, что тот буквально назвал волоцкого князя «небесным», и великого князя «земным».

Серапион был осужден и лишен своего сана из-за того подтекста. Он оказался в ловушке. Поняв это, он не стал унижаться оправданиями, а напротив, - произнес нечто, что возмутило Иосифа.

Волоцкий игумен представлял себе суть «всякой правды»: «Ино, господине, всякая правда бывает по свидетельству божественных правил». Выгодный и пусть даже неправедный поступок в ловких манипуляциях игумена превращался в поступок, освещенный церковными правилами. Сведенная к таким правилам правда мертвеет, создавая вокруг себя пустоту безличности и атмосферу страха.

Иосиф Волокий в «Послании епископу Нифонту Суздальскому» раскрыл смысл того, что он понимал под ересью «жидовствующих». Иосиф, обвиняя митрополита во всех смертных грехах и определяя его как «антихристова педтечю», утверждал, что время – «последнее».

Иосиф пишет об «отступлениях». Характерно, что его не беспокоит «беззаконие» или «неправда», которым уделено немало внимания в православной схатологие.