Глава 2. Народные движения в поисках истинного правосудия

Недовольство судебным произволом в разное время вызывало мощные народные движения. При этом отдельные законодательные акты их оправдывали. Так, в "Саксонском зерцале" - своде законов Саксонии, составленном Э. фон Репковым в 1220 - 1235 гг., содержалась следующая норма: «Каждый может оказывать сопротивление противоправным действиям своего короля или своего судьи и даже оказывать помощь в обороне от них всяким способом и этим он не действует против своей обязанности верности»¹.

Нередко народ сам пытался установить новые начала правосудия. Об одном из таких эпизодов (о новых порядках, установленных во Флоренции в 1292 г.) летописец Дж. Виллани (вторая половина XIII в. - 1348 г.) рассказывал так: "Для их исполнения и охраны было решено, кроме шести приоров, управляющих городом, назначать по очереди от каждой сестьеры раз в два месяца... гонфалоньера правосудия, чего ранее никогда не было. Знамя справедливости вручалось в церкви Сан Пьеро Скераджо, куда по звону набата собирался народ. Еще по сестьерам избрали тысячу горожан... Все они должны были иметь оружие, щиты и латы с гербом в виде креста и в случае беспорядков по команде гонфалоньера собираться ко дворцу приоров, чтобы выступить против грандов. Позднее число выборных пехотинцев дошло до двух, а впоследствии до четырех тысяч"².

В Чехии во время Гуситских войн представители радикальной части революционного движения - табориты в 1420 г. выдвинули требование о коренном преобразовании всей системы судопроизводства таким образом, чтобы суд производился «сообразно с Божественным правом»³.

Попытку утверждения подлинного правосудия предпринял во Флоренции монах Дж. Савонарола (1452 - 1498). Он призывал свергнуть флорентийских правителей, поскольку считал, что тираны неисправимы, ибо горды, ибо любят лицемерные похвалы и не хотят возвратить обратно захваченное несправедливо; они предоставляют общественное управление дурным чиновникам, склоняются на лесть, не выслушивают несчастных, не судят богатых; кроме того они претендуют, чтобы бедные и крестьяне работали на них даром или терпят этот произвол со стороны своих чиновников, подкупают на выборах, продают право взимать пошлины, чтобы еще более отяготить народ"¹.

Стремление выполнять библейские заповеди правосудия лежало в основе Реформации и Крестьянской войны в Германии. Так, вдохновитель Реформации М. Лютер (1483 - 1546) призывал уничтожить существующее право, утверждая, что право и закон всегда враги², и требовал возродить истинное христианское правосудие.

Более радикальными были требования Т. Мюнцера (1490 - 1525), который предпринял попытку учредить «новое Царство Божие, царство братского равенства, свободы и радости», в котором будет уничтожено все, что губит правление Христово, все, что повергает народ в бедствие и держит его в нищете³.

В ряду актов, принятых во время Крестьянской войны, особый интерес представляют Двенадцать тезисов германских крестьян (1525), в которых отражены чаяния простого народа о новозаветном праведном суде. Так, в соответствии с данным актом, народу тяжко приходится из-за уголовных преступлений, для которых постоянно издаются новые статьи закона, и народ наказывают не по существу дела, а то по великой злобе к одним, то по чрезмерной благосклонности к другим. Представители народной массы выдвинули требование, чтобы на них налагались наказания по старому писаному закону, сообразно с наказуемым деянием, а не по пристрастию⁴.

Впрочем, идеализировать народное правосудие нельзя. Его почти всегда отличала слепая ненависть к классовым либо политическим врагам, о чем свидетельствуют многие хроники прошлого, описывающие народные бунты, стихийные волнения, судилища. Народные суды были столь же далеки от истинного правосудия, как королевские суды. При этом все они, какими бы ни были причины их создания и процессуальные формы, служили одной цели - борьбе за собственность и власть.

Природу этого явления блистательно раскрыл У. Шекспир в исторической хронике "Ричард VI". Один из ее героев - Кэд, возглавивший народный бунт, обещает перебить всех законников¹. Эти планы он озвучивает вслух. Свои же сокровенные мечты утаивает: «Самый гордый пэр в королевстве не сохранит головы на плечах, если не заплатит мне дани; ни одна девушка не выйдет замуж, пока не заплатит мне своей девственностью, а потом уж достанется мужу. Все люди будут зависеть от меня»².

Иное дело - народные бунты, когда народ превращается в "чудовище"³, лишенное правды, милосердия и справедливости. Стихия народных бунтов несовместима с правосудием, требующим не мгновенной и взрывной реакции, а вдумчивого и очень осторожного исследования обстоятельств дел, не вольного и хаотичного, а жестко регламентированного законом и обычаями ведения дел, не эмоциональных и произвольно-субъективных, а основанных на праве судебных решений.