2. Проблема возникновения права на жизнь

Проблема определения начала жизни человека имеет ог­ромное теоретическое и практическое значение. От ее решения зависит и определение правоспособности человека, правовой природы аборта и т.д. Правовое определение начала жизни че­ловека непосредственно связано с моментом приобретения че­ловеком права на жизнь и ее охрану.

Ввыделяются три подхода к определению начала жизни человека, «в соответствии с которыми право на жизнь у человека возникает:

1. с рождения.

2. с момента зачатия.

3. в различные сроки внутриутробного развития.

Каждая из представленных точек зрения имеет как своих последователей, так и противников.

1. Если исходить из текстуального содержания ст. 17 Конс­титуции РФ, то «основные права и свободы человека неотчуж­даемы и принадлежат каждому от рождения», т.е. правом на жизнь человек обладает с момента рождения. В различные стадии своего внутриутробного развития человек является частью матери, в утробе которой он находится и субъектом права на жизнь может быть только родившийся человек, поскольку реа­лизация прав и обязанностей возможна только реально сущес­твующим, родившимся человеком.

2. Если же за основу взять момент зачатия как эквивалент начала жизни, то здесь следующие доводы:

• Религиозная культура, свидетельствующая об уважении человеческой жизни с момента зачатия, что обусловливает осуждение абортов вне зависимости от сроков беременности.

• Нормативно-правовые акты, содержащие положения, косвенно свидетельствующие о наличии определенных прав у зачатого существа, будущего человека.

Данная проблема имеет давнюю историю. Из церковных определений можно отметить следующие: «Тот, кто будет че­ловеком, уже человек» (Тертуллиан, II — III вв.); «У нас нет различения плода образовавшегося и еще не образованного» (св. Василий Великий, IV в.).

Считается, что на всем протяжении внут­риутробного развития новый человеческий организм не может считаться частью тела матери», так как он генетически отли­чен от матери, телесно самостоятелен.

3. Если же за основу брать различные сроки внутриутробного развития в качестве начала жизни и возникновения права на жизнь, то какой именно брать за основу: момент формирования организма, момент начала работы мозга или момент начала работы сердца?

Современные исследования организма беременной жен­щины показывают, что уже на 18-й день от зачатия (3-я не­деля) у плода начинается сердцебиение, приходит в действие собственная система кровообращения, формируются основы нервной системы (с 6 недели регистрация электрофизиологи­ческой активности мозга), а с 12 недели беременности у плода функционируют все системы.

Доводы в защиту третьего положения:

Медицинские критерии, в соответствии с которыми жиз­неспособными считаются даже лица, родившиеся ранее сред­нестатистических сроков беременности с массой тела, намного меньшей, чем должно быть в норме.

Нормативно-правовые акты, содержащие положения, косвенно свидетельствующие о наличии определенных прав у плода в различные сроки внутриутробного развития.

В соответствии со 53. «Рождение ребенка» ФЗ от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (в действующей редакции) моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов. При рождении живого ребенка медицинская организация, в которой произошли роды, выдает документ установленной формы. Медицинские критерии рождения, в том числе сроки беременности, масса тела ребенка при рождении и признаки живорождения, а также порядок выдачи документа о рождении и его форма утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ч. 2 ст. 17 Конституции РФ основные права и сво­боды человека принадлежат каждому от рождения, соответс­твенно субъектом права жизнеспособный плод становится с момента отделения от организма матери. Заключение о смерти дается на основе констатации необратимой гибели всего голо­вного мозга.

Исходя из этого, с юридической точки зрения жизнь мож­но охарактеризовать как высшее благо, возникающее с момен­та отделения жизнеспособного ребенка от организма матери и продолжающееся в течение функционирования всего головно­го мозга.

Структура субъективного права выстраивается из четы­рех элементов: право-поведения (возможность определенного поведения самого управомоченного), право-требования (возможность требовать соответствующего поведения от других лиц), право-пользования (возможность пользоваться определенным социальным благом), право-притязания (возможность прибегнуть в необходимых случаях к мерам государственного принуждения).

Право-поведение -- центральное звено субъективного права рассматривается как возможность вести себя активно, совершать действия, не запрещенные законом и предусмотренные юридическими нормами. Применительно к праву на жизнь — это будет любая деятельность гражданина, направленная на обеспечение своего собственного биологичес­кого существования. Данный аспект обеспечивается через закрепление иных активных правомочий или через введение отраслевых институтов. Примером служит фиксация права на достойную жизнь в основных нормативных документах, т.е. речь идет о таком укладе жизни, который позволял бы удов­летворять основные потребности, отсутствие каковых ведет к различного вида чрезвычайным состояниям, могущим выли­ваться в различные негативные последствия вплоть до пре­ждевременной смерти (наступающие раньше, чем это могло бы быть при соблюдении всех благоприятных условий).

Другая научная позиция доказывает , что сложное по своей структуре субъективное право на жизнь включает в себя следующую со­вокупность правомочий:

1. право на неприкосновенность жизни;

2. право на сохранение жизни;

3. право на распоряжение жизнью;

4. право на смерть, в т. ч. на безболезненную и достойную (право на эвтаназию);

5. право на объективную констатацию факта смерти.

Иными словами, к трем традиционным звеньям добавляются еще два прямо связанные со смертью.

Жизнь человека ограничена двумя пределами во времени: началом (моментом рождения) и концом жизни (моментом смер­ти), которые являются биологическими и юридическими грани­цами жизни. Правовые и морально-этические вопросы ученых концентрируются вокруг следующих проблем: определения момента рождения и смерти человека; возникновения и прекра­щения его правоспособности; статуса эмбриона человека; право­мерности манипуляций с половыми клетками и с эмбрионом че­ловека. Правовая наука и законодательная практика поставлены перед необходимостью решения этих проблем. Жизнеспособным считается младенец семимесячного внутриутробного развития, длина тела которого не менее 35 см, вес не менее 1000 г. (хотя возможны случаи рождения детей с меньшими весом и ростом). В практике известны факты рождения недоношенных детей с весом 500 г.

Новорожденные (плоды), родившиеся с массой тела до 2500 г, считаются плодами с низкой массой при рождении; до 1500 г — с очень низкой; до 1000 г — с экстремально низкой.

Живорождением является полное изгнание или извлечение продукта зачатия из организма матери вне зависимости оп продолжительности беременности, причем плод после такого отделения дышит или проявляет другие признаки жизни, такие как, сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры, независимо от того, перерезана пуповина и отделилась ли плацента. Каждый продукт такого рождения рассматривается как живорожденный.

Учреждения здравоохранения осуществляют регистра­цию в медицинской документации всех родившихся живыми и мертвыми, имеющих массу тела при рождении 500 г и более, независимо от наличия признаков жизни. Соответственно в ор­ганах ЗАГС регистрации подлежат: плоды, родившиеся живы­ми или мертвыми с массой тела 1000 г и более (или, если масса при рождении неизвестна, длиной тела 35 см и более, или сро­ком беременности 28 недель и более), включая новорожденных с массой тела менее 1000 г — при многоплодных родах; — все новорожденные, родившиеся с массой тела с 500 до 999 г, так­же подлежат регистрации в органах ЗАГС в тех случаях, если они прожили более 168 часов после рождения (7 суток).

Тогда можно полагать, что ст. 20 Федерального закона «Об актах гражданского состояния» противоречит ст. 47 ГК РФ. В соответствии с п. 2 ст. 20 «в случае, если ребенок умер на пер­вой неделе жизни, производится государственная регистрация его рождения и смерти», но выдается только свидетельство о смерти ребенка. Если в течение, хотя бы ограниченного срока ребенок находился в живых и обладал правоспособностью, для реализации которой необходимо индивидуализировать субъ­екта путем регистрации его имени, под которым он приобрета­ет гражданские права и обязанности (ст. 19 ГК РФ), например, право наследовать имущество. В соответствии с п. 2 ст. 47 ГК РФ регистрация актов гражданского состояния производится путем внесения соответствующих записей в актовые книги и выдачи гражданам свидетельства на основании этих записей. Таким образом, выдача свидетельства о рождении является необходимым элементом процедуры регистрации.

Одновременно известны случаи, когда в условиях прекра­щения жизнедеятельности организма матери рождается здо­ровый ребенок. Так, в Уругвае будущая мать скончалась по пути в роддом. «Благодаря искусственному поддержанию кро­вообращения через 45 минут после смерти родилась здоровая девочка».

Ведущиеся научные исследования о биологической сущ­ности человеческого эмбриона доказывают, что с момента за­чатия, т.е. слияния мужских и женских половых клеток, чело­веческий эмбрион имеет в наличии все характеристики челове­ческого индивидуума:

1. Имеет новую специфическую человеческую сущность со своей программой жизни и развития.

2. Имеется динамизм, определенный и управляемый гено­мом и направленный на постепенное развитие вплоть до фор­мирования взрослого человека.

3. Существует в виде независимого организма.

4. Является самоконтролируемым в своей генетической программе.

Законодателю необходимо учитывать это обстоятельство, так как обсуждаемая проблема затрагивается при производстве искусственного прерывания беременности (аборте), использо­вании тканей и органов эмбриона (плода) для трансплантации, применении экстракорпоральных методов оплодотворения, причинении вреда плоду, проведении медицинских эксперимен­тов с участием беременных женщин, клонировании. В литера­туре уже высказывались идеи о том, что ст. 17 ГК РФ должна быть изменена.

Высказыавется позиция, что закрепление в ст. 17 ГК РФ правила, в соответствии с которым начало жизни че­ловека считать не с момента его рождения, а с момента достижения плодом жизнеспособности; с этого же момента за плодом должна быть признана относительная правоспособность, а сам плод — квазисубъектом. При этом правовым критерием жизне­способности предлагается признать возраст плода (семь меся­цев), а медицинским критерием— комиссионное медицинское заключение, подтверждающее жизнеспособность плода.В перспективе правовыми последствиями этой законода­тельной политики должны стать: а) исключение социальных показаний к искусственному прерыванию беременности, ко­торые в своем большинстве носят условный, характер, что не повлечет нарушения права женщины самостоятельно решать вопрос о материнстве, поскольку за ней сохранится право на производство аборта при сроке беременности до 12 недель; б) сохранение медицинских показаний к искусственному пре­рыванию беременности, если существует прямая угроза жизни или здоровью матери или плода.

Начало и конец жизни человека представляют собой юри­дический факт-событие, с которым связано возникновение, из­менение и прекращение правоотношений, в том числе семей­ных, наследственных и др.

Законодательство знает случаи возникновения правосубъ­ектности у человеческого эмбриона при условии, что он родит­ся живым. Статья 1116 ГК РФ гласит: «К наследованию могут призываться граждане, находящиеся в живых в день открытия наследства, а также зачатые при жизни наследодателя и ро­дившиеся живыми после открытия наследства».

Наука ставит качественно иные проблемы. Возможна ли «выбраковка» детей еще до их рождения? Возможны ли опе­рации по отношению к неродившимся детям? Возможно ли использование абортированного материала в медицинских целях?

При постановке таких вопросов краеугольным камнем вы­ступает отношение к эмбриону: как к предмету (тогда его мож­но будет покупать, продавать, уничтожать) или как к части че­ловека (прочеловеку), нуждающейся в особой защите.

В российском законодательстве существует еще много пробелов в отношении прав неродившегося ребенка. Напри­мер, согласно ст. 1116 ГК РФ зачатый, но неродившийся ребе­нок относится к категории «лица», а в ст. 1163 И 1166 ГК РФ они названы наследниками, а не плодом или частью материнского организма. Стоит согласиться с мнением Н.И. Беседкиной, что проблема правового статуса зачатого, но неродившегося ре­бенка, более широкая, чем правоспособность, поскольку охва­тывает права ребенка с момента его возникновения, до и после рождения и что «нельзя разделить без ущерба для правовой охраны ребенка отдельные этапы его жизненного развития. Тот, кто имеет право родиться, в нашем понимании точно такой же ребенок и член семьи, как и тот, которому посчастливилось появиться на свет».

Развитие новых биотехнологий, методов принатальной (дородовой) диагностики и успехи в медицинской науке при­вели к широкому распространению исследований на челове­ческих эмбрионах и поставили перед учеными, научной об­щественностью ряд этико-правовых вопросов, среди которых определение пределов реализации репродуктивных прав че­ловека, выявление правомерности использования человечес­ких эмбрионов для научно-исследовательских и терапевти­ческих целей.

В основе указанных проблем лежит отсутствие четкого правового статуса эмбриона человека. Хотя с точки зрения мо­рали и христианской религии все четко определено. Но с пра­вовых позиций, в частности, не определен момент развития, с которого человеческий эмбрион находится под защитой закона и наделяется правом человека на жизнь.

Примечательна позиция согласно кото­рой современное право решительно должно определять., что жизнь человека начинается с оплодотворения яйцеклетки»; «жизнь эмбриона — это реальная данность, которая должна обосновы­вать... правовую защиту»; «начало жизни должно определяться с момента зачатия»; «биологическая жизнь восходит своим на­чалом к эмбриональному состоянию человеческого организма... социальная жизнь человека начинается с момента его рожде­ния», «жизнь человеческого эмбриона обладает той значимос­тью, которая дает основание для ее защиты...».

Между тем МН. Малеина, Г.Б. Романовский, Н.В. Кальченко считают, что зачатого ребенка вряд ли следует рассматривать в качестве об­ладателя правоспособности, т.к. несмотря на то, что зачатый ре­бенок в будущем может стать субъектом права, вряд ли следу­ет рассматривать его в качестве обладателя правоспособности и другими правами еще до рождения. Субъективные права мо­гут возникнуть лишь у реально существующего объекта.

По данным ВОЗ, ежегодно в мире беременеют 200 млн. женщин, но только у половины из них беременность кончается родами, около 600 тыс., женщин погибают от абортов, а 500 тыс., становятся инвалидами.

Конституционное закрепление «права на жизнь челове­ческого эмбриона с момента зачатия может рассматриваться в качестве базы для правового регулирования репродуктивных прав человека, правомерного использования человеческих эм­брионов для научно-исследовательских и терапевтических це­лей. Более того, данное конституционное положение закрепит право но жизнь как абсолютную ценность и будет способство­вать формированию гуманного и морально оправданного отно­шения к человеческому эмбриону в современном российском обществе».

Безусловно, это будет способствовать повышению мо­рального состояния общества, решению демографической проблемы.

В преамбуле «Конвенции о правах ребенка» от 20 ноября 1989 г. отмечается, что «дети имеют право на особую заботу и помощы ...ребенок, ввиду его физической и умственной незре­лости, нуждается в специальной охране и заботе, включая над­лежащую правовую защиту как до так и после рождения...».

Согласно п. 1 ст. 6 Конвенции «государства-участники признают, что каждый ребенок имеет неотъемлемое право на жизнь».

В соответствии с п. 2 этой же статьи «государства-участ­ники обеспечивают в максимально возможной степени выжи­вание и здоровое развитие ребенка».

Еще в Древнем Риме существовали нормы, указывающие на то, что гражданская правоспособность возникает у челове­ка еще до рождения. В законе XII таблиц предусматривалось, что ребенок, родившийся после смерти отца-наследодате­ля, считался наследником и мог быть упомянут в завещании. Аналогичное положение было закреплено и в более поздних правовых источниках — Институциях Гая и Дигестах Юсти­ниана. По закону Юния Веллея (26 г. н. э.), в целях охраны на­следственных прав человеческого зародыша ему по просьбе беременной матери назначался попечитель, уполномоченный управлять имуществом, которое должно унаследовать дитя в случае рождения. Иное дело взрослый человек, осознающий свое право на жизнь.