Глава 4

НАРУШЕНИЕ КОНТАКТА

И РАЗВИТИЕ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ

РАЗВИТИЕ ЦЕНТРАЛЬНОЙ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ (ЦНС)

При психопатиях некоторые исследования показывают наличие у взрослых людей аномалий и нестабильности ЦНС (Hare 1985, Christiansen 1972), такие как отсутствие или запаздывание реак­ции активации (способность быстро реагировать на стимуляцию путем мобилизации энергии, бодрствование и внимание на сти­мулы), высокую частоту случаев эпилепсии и легко диагности­руемое отсутствие контроля над импульсами. Если взглянуть на выше приведенные факты, то можно отыскать причины подобной нестабильности/незрелости уже в самом начале детства. Но суще­ствует еще больше свидетельств тому, что под влиянием депривации и других нарушенных контактов в раннем детстве, мозг может навсегда остаться функционально нестабильным, и развитие мозга может затормозиться. Похоже, что наиболее губительным для развития ЦНС на первом году жизни является исключение из коммуникативного опыта ребенка возможности прикоснове­ний (стимулы, влияющие на осязание) и передвижений ребенка (вестибулярная стимуляция, равновесие тела).

Riede (1979) в лабораторных экспериментах с шимпанзе обна­ружил, что отсутствие прикосновений матери в течении 14 дней (краткосрочная разлука) на первом году жизни вызывали хро­ническое нарушение ритмов в функциях мозга и тела. Это обнаруживалось даже тогда, когда отсутствовал только физический контакт с матерью. Шимпанзе и ее детеныш могли видеть, чув­ствовать запах и слышать друг друга, но между ними было окно. Были выявлены аномальные показатели ЭЭГ, нарушения дыхания, сна, питания, изменения частоты пульса, и эти нарушения продол­жалась, даже после того, как "ребенка" возвращали матери, и он, очевидно, снова обретал утешение. Были также обнаружены нару­шения иммунной функции и повышенная частота заболеваний на ранней стадии (Laudeslager 1982). Однако, таких физических про­блем не обнаруживалось, когда мать и ребенка разделяли только железные прутья, что позволяло им прикасаться и прислоняться друг к другу.

У шимпанзе, которые в детстве, в течение первого года жизни, лишались физического контакта на 14-дневные периоды (кратко­срочная разлука) во взрослом возрасте развивалось неуверенное боязливое поведение и поиск ласки (что в переводе в рамки чело­веческих отношений можно истолковывать как невротический страх отделения). Они постоянно цеплялись друг за друга и не принимали участия в такой обычной для них деятельности, как ловля блох, игры и поиск пищи. У тех особей, которых на первом году жизни изолировали на более длительный срок (долгосрочная разлука), сформировалось агрессивное «нападение или бегство» поведение, они не были способны ни узнавать других обезьян, ни подчиняться социальным нормам обезьяньей общины и по этой причине другие особи сторонились их. Они были асоциальны.

В другом исследовании была обнаружена задержка разви­тия лимбической системы головного мозга (зоны мозга, которые отвечают за эмоциональную функцию). Обычно, когда мозг сти­мулируется при адекватном взаимодействии с матерью, нервные клетки передают импульсы посредством дендритов (древовидных отростков). Но, как и при краткосрочном, так и при длительном разлучении у шимпанзе наблюдалась остановка или значительная задержка развития дендритов лимбической системы (Heath 1975, Bryan 1989). Это, очевидно, означает, что внутренняя коммуни­кационная сеть, формирующаяся соединительными дендритами,

не развивается должным образом при отчуждении ребенка от матери. Ученые убеждены, что все это также применимо к чело­веку, т.к. между человеком и шимпанзе на ранних стадиях разви­тия ЦНС установлено очень большое сходство, особенно в функ­ционировании лимбической системы. Последствия прекращения роста дендритов вследствие отчуждения от матери на раннем этапе жизни, проявляются в том, что неврологическая "внутрен­няя сеть", соединяющая различные функциональные участки мозга становится неточной и нестабильной. Недавние исследова­ния, по-видимому, указывают на то, что критический период для формирования сетей в префронтальном участке коры головного мозга начинается в возрасте 10-18 месяцев. Эти сети соединяют эмоциональные реакции с более высокоорганизованными участ­ками мозга, что позволяет комбинировать мышление, планиро­вание и язык с чувствами. Успешное формирование таких связей, очевидно, зависит от правильной заботы и общения родителей с ребенком.

С точки зрения развития мозга и реагирования на окружаю­щую среду, важное значение имеет и ретикулярная активирую­щая система. Зона ретикулярной активирующей системы (РАС), в свою очередь, активизирует все остальные зоны мозга. Ее можно назвать "кнопкой включения/выключения" для активи­зации мозга. Эту функцию называют активацией; это мобилиза­ция активности мозга, которая охватывает такие процессы как внимание, пульс, дыхание, деятельность желез и гормонов. РАС обеспечивает адекватное состояние сознания, концентрацию и эмоциональную реакцию по отношению к стимуляции. Она также отвечает за соответствующую реакцию в случае опасности.

Когда здоровый человек предполагает наличие опасности, у него возникает реакция активации. То же самое происходит, когда человек слышит слова с эмоциональной нагрузкой, такие как "мать", "ненависть", "любовь" и т.д. Hare (1988) было установлено, что у взрослых людей с НП этого не происходит. Также как и у взрослых психопатов эти нормальные эмоциональные и физиче­ские реакции, очевидно, отсутствуют.

Сама ретикулярная активирующая система, в свою очередь, приводится в действие сенсорной стимуляцией, особенно при тактильном и вестибулярном контакте. Можно предположить, что отсутствующие реакции РАС у психопатов-мужчин были вызваны отсутствием стимуляции в раннем детстве.

В исследовании молодых макак-резусов (Мазоп1975) срав­нивались две группы. В одной группе имелся матерчатый макет матери, чем обеспечивалась тактильная стимуляция. В другой группе такой же макет был привязан к качелям, и обезьянки в этой группе постоянно получали вестибулярные стимулы. Обезьянки из первой группы выросли робкими, нерешительными и боялись контакта, а вторая группа проявляла нормальный уровень любо­пытства и интереса к контакту и самостоятельно инициировала прикосновения и зрительный контакт. Это открытие показывает, что укачивание, а не спокойное лежание является главным фак­тором развития социальных способностей детей, хотя соответ­ствующий механизм в мозгу еще не определен. В других недавних исследованиях отмечается, что под действием прикосновений и вестибулярных стимулов в мозгу высвобождаются естественные опиаты, делая контакт с матерью приятным опытом. Ребенок ста­новится "контакт-зависимым" и кричит, если мать уходит. Однако, этот механизм может сойти на нет, если периоды разлуки будут длиться слишком долго.

Мы можем заключить, что в первые два года жизни ребенку необходимо обеспечить как тактильную, так и вестибулярную стимуляцию. Можно также сделать вывод о том, что у матерей, которые не могут обеспечить такую стимуляцию, дети попадают в группу повышенного риска развития НП. Согласно исследова­нию автора данной книги, это матери психопаты (56%), матери в состоянии психоза (10%) или матери, имеющие пограничное расстройство личности (23%), и матери в критической ситуации, страдающие от насилия (12%), (голод, война, бедность, эмиграция в другую культуру), которые не в состоянии заботиться о своих детях в период с момента рождения до двух лет.

ГИПОТЕЗА О РОЛИ НЕВРОЛОГИЧЕСКИХ ДИСФУНКЦИЙ В ФОРМИРОВАНИИ НП

McLean (1949) указывает на три различные функциональные зоны мозга, один за другим, последовательно развивавшиеся на протяжении эволюционного развития видов. McLean называет свою модель "Триединый Мозг в Конфликте», подчеркивая, что эти три зоны развились «одна на другой». Они не имеют прочных связей.

Рисунок 2 иллюстрирует модель McLean с тремя основными зонами мозга. В последующих разделах описаны возможные неврологические дисфункции каждой из этих зон.

Самая древняя и самая примитивная из этих составляющих - рептилийный мозг, который определяет поведение животного. Если была запущена характерная для рептилийного мозга модель поведения, остановить ее до окончания действия уже невозможно. Когда границы территории животного кем-то нарушаются, живот­ное захвачено деструктивным поведением, оно убегает или зами­рает. Рептилийный разум после рождения не зависит от «родитель­ской заботы», потому как рептилия готова к жизнедеятельности уже сразу после вылупления из яйца. Животное не делает различий между родственными и чужими особями и в случае провокации поедает родственника также как любого другого. Reid (1986) описы­вает психопата, как личность с преобладающим рептилийным пове­дением. В случае провокации в управлении поведением доминирует рептилийный мозг, психопат ищет жертву, поведение, ориентиро­ванное на охоту прорывается безо всякого раздражения и аффекта; хладнокровный убийца - прямая противоположность поведению под управлением второй и третьей частей мозга.

Хотя в случае с ребенком зона рептилийного разума и верхняя доля спинного мозга могут быть не повреждены физически, эта функция может оказаться нарушенной и неразвитой по причине ненормальной стимуляции в раннем возрасте. Ретикулярная акти­вирующая система, создающая в мозгу уровень общей активно­сти, не получала достаточного количества стимулов посредством

РИСУНОК 2.

ВОЗМОЖНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ДЕФОРМАЦИЙ

РАЗВИТИЯ ЦНС НА РАННИХ СТАДИЯХ У ДЕТЕЙ С НП

ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА (шимпанзе и человек)

Этот участок может оставаться недоразвитыми без заданной и отлаженной программы действий вследствие отлучения ребенка от матери и переживания им сенсор­ной депривации. Нарушается процесс формирования эмоцио­нальной привязанности и социального поведения.

РЕПТИЛИЙНЫЙ МОЗГ

Этот участок излишне доминирует в руководстве поведением по причине недостаточной руководящей спо­собности в высших системах мозга. Депривация также может вызвать задержку реакции активации в ответ на стимулы, проблемы регуляции внимания и активности (гипер-игипо-активность), нестабильность функций РАС (нерегулярный сон, нестабильный ^пУльс, нарушения дыхания и питания).

НЕОКОРТЕКС

Этот участок, вероятно, не способен в достаточной степени доминировать над более низ­кими участками мозга. Нарушены тонкая сенсомоторная обработка и регуляция/контроль импульсов. Однако интеллект может оста­ваться относительно неповре­жденным.

прикосновений и вестибулярной стимуляции, в результате чего появились нестабильные модели основных ритмов организма (питание, дыхание, сон, колебания электроэнцефалограммы). К числу таких нарушений относятся и задержка активации в ответ на стимулы, гипер-/гипоактивность, дефицит внимания и сбои иммунной системы.

Самым существенным последствием может явиться нарушение способности лобных долей управлять процессом сосредоточения внимания и поведением, если мозговая активность, контролиру­емая зоной рептилийного мозга, слишком слаба. Эти симптомы описаны ниже, в контрольном перечне.

ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ И СОЦИАЛЬНЫЙ МОЗГ (ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА): СВЯЗЬ ВОСПРИЯТИЯ И МОДЕЛЕЙ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ РЕАКЦИЙ

Вторая составляющая - это лимбический мозг (или эмоциональ-ный\социальный мозг). Очень схож у человека и других прима­тов. Этот участок отвечает за эмоциональные реакции, заботу, глубокое понимание и осуществление социального поведения, за принадлежность к группе и одной определенной матери и спо­собность выделять ее среди других. Этот участок главным образом формируется в период с рождения до возраста двух лет. Наибо­лее важным моментом является тот факт, что каждый контакт с матерью способствует развитию модели эмоциональной реакции у ребенка. Слово "эмоция" означает "то, что движет нами" (фран­цузский: "emouvoir": двигать).

В зависимости от изменяющихся сенсорных качеств контакта с матерью ребенок сохраняет свои эмоциональные реакции на сти­мулы в лимбической части мозга. Поэтому всякий раз, когда позд­нее в жизни встречается схожий набор стимулов, снова активи­руется изначальная основная эмоциональная реакция (изменения

активации, механизмы защиты, выделение природных опиатов и гормонов, мускульное напряжение). Например: если перед вашим носом подержать мыло какой-то знакомой вам марки, вспомнив запах, вы сразу заговорите о старой ферме, тогда тон вашего голоса изменится, и вы можете даже пролить слезу и почувствовать серд­цебиение (это и есть реактивация старой модели сенсорной реак­ции!). Или, если эта марка мыла ассоциируется у вас с больницей и разлукой с матерью в детском возрасте, то вы можете ощутить необъяснимый гнев или тошноту. Понюхав любую другую марку вы можете вообще не ощутить у себя никакой реакции, так как ваша мать никогда ее не использовала.

Эти смешанные модели реакций комфорта/дискомфорта, испытываемые ребенком на материнской груди или в колыбели, являются подсознательными. Они, вероятно, составляют основу наших реакций в общении с другими людьми на всю оставшуюся жизнь после возраста двух лет. В природе детеныш шимпанзе или гориллы в первые годы своей жизни держится около матери, фор­мируя "импринтинг" социального поведения.

Ограниченная социальная агрессия прорывается в тот момент, когда какой-либо член отклоняется от своей роли в иерархии, но такая агрессивность не является деструктивной, она стаби­лизирует иерархию в группе и прекращается сразу, как только провинившийся подчиняется порядкам группы. Этот вид агрес­сии существенно отличается от рептилийной агрессии бегства\ борьбы\замирания, т.к. служит для защиты всех членов группы.

У ребенка с НП и особенно у взрослого психопата эта часть мозга может быть "не запрограммированной". Человек страдает" социальной слепотой". Психопаты, к примеру, с трудом распоз­нают лица и слабо реагируют на социальные стимулы.

КОРА ГОЛОВНОГО МОЗГА: РЕГУЛЯЦИЯ И КОНЦЕНТРАЦИЯ

Третья составляющая - это неокортекс, которая управляет поведе­нием только у людей. Формирование этого участка, очевидно, про­исходит, начиная с возраста 12 месяцев и далее. Все более высокие и сложные интеллектуальные функции, включая торможение двух низших уровней мозга и способность сочувствовать, программи­руются здесь через контакт с матерью и с другими наиболее важ­ными лицами в группе, главным образом до 14 лет. Здесь распола­гается центр управления наиболее сложными движениями: речь и моторика пальцев, управление движениями языка и губ. Перед­ние доли осуществляют все наиболее сложное управление мозгом, и также преобразуют или подавляют импульсы поступающие из других участков мозга.

В случае повреждения функции лобных долей человек ведет себя во многом «психопатично» и импульсивно, поскольку утра­тил «главный центр контроля».

Существуют 4 главные причины нарушения функции лобных долей:

1. Физическая травма, наблюдаемая, например, при автомобильных авариях, производственных травмах.

2. Контакт с алкоголем или другими жирорастворяющими жидкостями, что можно наблюдать при алкогольном синдроме плода, или органическими растворителями.

3. Сниженный уровень активности мозга, наблюдаемый у недостаточно стимулируемых детей.

4. Инфекции, воздействующие на ткани коры мозга.

Эта зона мозга развивается позже (в возрасте 1-14 лет), чем лимбическая система, и этим объясняется тот факт, почему у мно­гих психопатов интеллект не особенно повреждён. Нарушение контакта в первую очередь повлияло на зоны «эмоционального

программирования», в отличие от интеллектуального развития, зависящего от стимуляции на более поздних этапах жизни.

Префронтальная часть коры головного мозга, по-видимому, играет главную роль в управлении эмоциональными процессами, зарождающимися в лимбической системе, а формирование успеш­ного контроля над эмоциями в значительной степени зависит от коммуникации между младенцем и воспитателем.

Schore (2002) отмечает, что мать осуществляет эмоциональный контроль, эмпатически стимулируя, а затем успокаивая ребенка. Если в период от 10-18 месяцев такое общение не является регу­лярным, тогда префронтальная зона не обучается сдерживать активность миндалевидного тела, "центр тревоги" лимбического мозга. В более позднем возрасте ребенок будет не способен сдер­живаться или в целом контролировать интенсивность своих эмо­ций, (легкий страх часто заканчивается приступом паники).

Различные типы стрессов (до сих пор мы еще не знаем, какой из них является наиболее разрушительным) у детей с НП явля­ются причиной недостатков формирования неврологических функций и созревания функциональных систем мозга. Наиболее губительные дефекты развития касаются лимбической системы, где должно происходить базовое эмоциональное программи­рование и обучение. Лимбическая система, очевидно, наиболее восприимчива к обучению в период с рождения до двух лет, воз­раста, в котором дети с НП обычно в большей степени страдали из-за нехватки контакта. Отсутствие тормозящего воздействия со стороны лимбической системы и лобных зон мозга вызывает у ребёнка склонность к воспроизведению агрессивных и импуль­сивных моделей поведения, являющихся результатом работы рептилийной системы мозга.

Мы можем сделать вывод, что окружающие условия на ранних стадиях жизни ребенка с НП крайне неблагоприятны для разви­тия ЦНС и формирования функциональной неврологической системы. Мы можем гипотетически утверждать, что в наиболее тяжелых случаях, неврологическими последствиями этого стано­вится: остановка развития функциональных систем мозга, про-

являющаяся в нестабильности базовых ритмов организма, осла­блении иммунной функции и частой заболеваемости детскими болезнями. Также возможно характерное для рептилийного раз­ума, агрессивное и защитное поведение, "социальная слепота" вследствие дефектов формирования лимбической системы и неспособность анализировать сенсорные стимулы и реагировать на них (дефицит активации).

КОНТРОЛЬНЫЙ ПЕРЕЧЕНЬ СИМПТОМОВ ДЕПРИВАЦИИ У МАЛЕНЬКИХ ДЕТЕЙ

Этот перечень послужит дополнением к вашим собственным наблюдениям. Проявление одного из симптомов может не являться поводом для тревоги, всегда следует иметь в виду, что эти сим­птомы могут быть вызваны и другими причинами, такими как временный кризис или болезнь.

НЕДОСТАТОЧНАЯ ПРИВЯЗАННОСТЬ И ОТСУТСТВИЕ РЕАКЦИИ

Ребёнок не реагирует, когда вы пытаетесь установить зрительный контакт. Его взгляд не фокусируется на вашем лице, и выражение лица не меняется в зависимости от вашего выражения. Создаётся впечатление, что ребёнок намеренно избегает зрительного и физи­ческого контакта, или же контакт с самого начала прерывается. Здоровый ребёнок реагирует, имитируя выражение вашего лица (с 5-30 секундной задержкой), здесь же вы сталкиваетесь с избега­нием или отсутствием реакции.

Двухлетка может проявлять парадоксальную привязанность, когда осуществляет определенный шаг к контакту (например, начинает двигаться к взрослому в поисках утешения), но зами­рает на полпути. Он может начать биться головой о стену, развернуться и убежать, может впасть в истерику и так далее. Усевшись на колени, ребёнок может повернуться к вам спиной. Важно то, что ребёнок воспринимает вас как своего защитника и в тоже самое время как потенциального врага. Этот психологический конфликт - это тупик для ребёнка, и поэтому он проявляется в противоре­чивых контактных шаблонах (борьба/бегство), где потребность в заботе и страх разлуки конфликтуют со страхом перед возможным злоупотреблением или насилием.

ДЕПРЕССИЯ: ПОНИЖЕННЫЙ МЫШЕЧНЫЙ ТОНУС

"Депрессия" в клиническом смысле слова - это физиологический термин, означающий низкую скорость обработки и низкий уро­вень активности, в то время как в психологии "депрессия" относится к настроению или эмоциональному состоянию. У ребёнка отсутствие стимуляции (особенно физического контакта или дви­жений тела, таких как укачивание в колыбели) вызывает физиче­скую депрессию, одним из симптомов которой является понижен­ный мышечный тонус. Позотонические рефлексы (разворачивание тела в направлении роста, выпрямление тела в стоячее положение) не запускаются в достаточной мере, и ребёнок сжимается обратно, принимая положение плода.

Ребёнок, лёжа на животе или стоя на четвереньках, не может поднять голову, не может сидеть прямо в соответствующие пери­оды развития (гипотония). Мышечный тонус ребенка не реаги­рует на то, что его взяли на ручки или приласкали.

НЕСТАБИЛЬНОСТЬ ОСНОВНЫХ РИТМОВ ТЕЛА

Если ребёнка не качали или не касались в достаточной мере, то общий уровень активности мозга падает, поскольку базовые ритмы организма, которые обычно возникают у новорожденных, нестабильны. Ритмы сердцебиения, дыхания, регуляции температуры тела, внимания, глубокой релаксации и сна, пищеваре­ния (включая контроль аппетита, деятельности мочевого пузыря и кишечника) не стабилизируется все то время, пока ребенок не получает достаточной стимуляции. Симптомы могут иногда при­водить к смерти (вследствие остановки сердечной деятельности, отсутствия аппетита и нарушений пищеварения), в более мягких случаях появляется гипер- или гипоактивность, нарушения при­ёма пищи и общая неспособность справляться с внешними пере­менами и достигать эмоциональной стабильности. Еще одним сим­птомом может явиться психосоциальная карликовость (маленькая окружность головы, медленная прибавка в весе и в росте), так как именно прикосновения и вестибулярное стимулирование способ­ствуют продуцированию гормонов роста.

ИММУННАЯ ФУНКЦИЯ, СНИЖЕННАЯ ИЛИ НАХОДЯЩАЯСЯ В ПОСТОЯННОМ СТРЕССЕ

Отсутствие физической стимуляции и отчуждение, пережитые в раннем возрасте, могут привести к недостаткам иммунной функ­ции. Симптомом этого является чрезмерная восприимчивость младенца или ребенка ко всем заболеваниям (сниженное образо­вание и дифференциация Т - клеток). Медицинская карта ребёнка часто включает целый перечень перенесенных им болезней, а также часто встречаются колики, диарея, респираторные инфекции.

В более легких случаях, когда причиной стресса становится травматическое отлучение или насилие в семье, под действием частых травматических переживаний может возникнуть гиперактивная иммунная функция, симптомами которой служит склон­ность к заболеванию астмой, аллергии, сыпь и детский артрит. В нескольких исследованиях отмечено, что взрослые, пережившие в детстве травмирующее отлучение, раньше заболевают сердеч­ными болезнями, сахарным диабетом, и другими расстройствами, связанными со стрессом, чем люди, не имевшие подобных травм.