Принцип обеспечения подозреваемому и обвиняемому права на защиту (ст. 16 упк рф)

Данный принцип является, несомненно, конституционным принципом, поскольку предусмотрен статьями 48–51 Конституции РФ. Установление истины по уголовному делу невозможно при рассмотрении его исключительно с позиций обвинения, поэтому уголовное судопроизводство немыслимо без обеспечения подозреваемого и обвиняемого правом на защиту – всей совокупности предоставленных им законом процессуальных прав для опровержения возникшего подозрения или предъявленного обвинения.

Право на защиту неотделимо от гарантий его осуществления. Лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд обязаны обеспечить подозреваемому и обвиняемому возможность защищаться установленными законом средствами и способами, а также охрану их личных и имущественных прав (ст. 16 УПК РФ).

В этой связи можно отметить, что в уголовном судопроизводстве любому праву защищающейся стороны (подозреваемый, обвиняемый, защитник) корреспондирует (соответствует) законная обязанность того, в чьем производстве находится уголовное дело (дознаватель, следователь, суд). Например, обвиняемый вправе давать объяснения по предъявленному ему обвинению; следователь обязан допросить обвиняемого немедленно после предъявления ему обвинения, чтобы обвиняемый имел возможность выдвинуть определенные факты в свою защиту; обвиняемый имеет право по окончании предварительного расследования ознакомиться с материалами уголовного дела, а следователь обязан предоставить все материалы уголовного дела обвиняемому и обеспечить условия для их изучения.¹

Принцип свободы оценки доказательств (ст. 17 упк рф)

Согласно ст. 17 УПК РФ судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Оценка доказательств по внутреннему убеждению – принцип уголовного судопроизводства и нормативное требование, адресованные прежде всего лицам, в чьем производстве находится уголовное дело (следователю, дознавателю), а также таким участникам уголовного судопроизводства как прокурор и суд. Оценивая доказательства по своему внутреннему убеждению, дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны руководствоваться законом.

Во-первых, принцип свободной оценки доказательств предполагает запрет суду, следователю, дознавателю, прокурору принимать во внимание при оценке доказательств какие-либо мнения посторонних лиц, не участвующих в процессе, а равно не основанные на доказательствах утверждения сторон и иных участников судопроизводства. Согласно данному принципу доказательства оцениваются по внутреннему убеждению субъекта доказывания. Внутреннее убеждение – это полная уверенность субъекта оценки доказательств относительно достоверности полученных выводов. Однако оно должно основываться на оценке каждого из доказательств и всей их совокупности в целом. Указание о том, что доказательства оцениваются в совокупности, не означает, что смысл имеет лишь общее впечатление, которое произвели исследованные доказательства на судью, присяжного заседателя и др. Оценить доказательства в совокупности - значит не упустить ни одного из них. В описательно-мотивировочной части приговора суд в силу данного принципа обязан дать оценку всем исследованным им доказательствам и указать, почему он принимает за основу своего решения одни из доказательств и почему отвергает другие (п. 2 ст. 307 УПК).¹

Свободной оценке доказательств сопутствует положение о том, что никакие доказательства не имеют заранее установленной силы (ст. 17 УПК). При оценке доказательств недопустимо деление их на лучшие и худшие.

Оценка доказательств – это результат мыслительной деятельности субъектов уголовного процесса, который заключается в определении их допустимости, относимости, достоверности.

Данный принцип предлагает субъектам доказывания руководствоваться законом и совестью. Требование руководствоваться при оценке доказательств совестью - новое для нашего уголовно-процессуального законодательства. В УПК РСФСР (ст. 71) говорилось о необходимости в подобных случаях руководствоваться правосознанием, т.е. знаниями субъекта о праве и его отношением к нему. Очевидно, данное изменение учитывает особенности оценки доказательств присяжными заседателями, которые, как правило, не сведущи в законах, а потому могут испытывать затруднения при необходимости оценивать доказательства по правосознанию. Вместе с тем, на наш взгляд, формулировка УПК РСФСР была более удачной, поскольку являлась основанием для применения в уголовном процессе аналогии закона и аналогии права в тех ситуациях, когда необходимо было с помощью правосознания восполнить пробел в законе. Восполнение же его с помощью такой сугубо нравственной категории, как совесть, чревато отступлениями не только от закона, но и от общих правовых принципов в пользу разнообразных этических представлений.²