53

Алексей Нелаев

NelaevAleksei@gmail.com

+7 963 068 03 18

ВИНОВАТЫ ПРИЗРАКИ

пьеса

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ДОМИНГО САНЧЕС – мэр города. Мужчина 60-ти лет, прикованный к инвалидной коляске, пользующийся уважением горожан, но не имеющий достаточно жёсткого характера для наведения порядка в городе.

Преподобный ПЕТРУС БЕРЕНДЖЕР – городской священник. Лысеющий мужчина 40-ка лет в чёрной рясе с белым воротничком и скрюченным, как у стервятника носом. Очень влиятельный человек в городе, пользуется большим доверием как горожан (однако, не всех), так и лично мэра Доминго Санчеса.

ДЖУЛИЯ БЕРЕНДЖЕР – его дочь, в будущем ведьма. Красивая девушка 18-ти лет с рыжими волосами и с мощной внутренней энергией.

БАРТУС ЛИХТЕНШТЕЙН – местный банкир и ростовщик. Человек лет 50-ти в твидовом жилете, белоснежной рубашке и очках пенсне. Самый богатый житель города; занимается ростовщичеством, известен тем, что на протяжении своей карьеры погубил множество горожан, загнав их в долговую яму.

РОМАН ЙОХАНСОН – фермер-работяга лет 40-ка с мозолистыми руками, густой бородой и вечной бейсболкой на голове, которую он привык носить, чтобы защититься от солнца во время работы в поле.

АНТОН ЙОХАНСОН – его сын, молодой человек Джулии. Антону 19, он много работает в поле и в будущем готовится перенять дело своего отца. Как и отец, ненавидит Бартуса, всеми силами старающегося прибрать к своим рукам дом и земли Йохансонов.

ДЮК НЭШ – мускулистый фермер лет 35-ти, один из самых сильных и уважаемых жителей города. Состоит в хороших отношениях почти со всеми горожанами; знаком с такими понятиями как «честь», и «совесть» и никогда не лжёт; скорее умрёт, чем скажет неправду.

РИКО РАМИРЕЗ – его друг, местный доктор; образованный человек лет 40-ка в очках со светлыми волосами, собранными сзади в хвостик.

ТАЛБОТ – болезненный человек лет 45-ти, не имеющий своего мнений и вечно желающий кому-либо насолить. Приспешник Бартуса Лихтенштейна.

ЛЮСИЯ – его десятилетняя дочь; многие жители города отмечали, что Люсия совсем не похожа на отца, в глазах у неё, в отличие от Талбота, есть какая-то жёсткость, и почти все, только встретившись с ней взглядом, стараются сразу же отводить глаза.

ХЭЙМОН ХАГГАРД – человек лет 30-ти с грязными волосами и недельной щетиной. Проворным и жестокий вор, ни перед чем не останавливающийся, чтобы достичь своей цели и чем-либо поживиться или выполнить задание нанимателя.

ДИАНА УОТФОРД – женщина лет 50-ти в строгом деловом костюме с идеально наложенным макияжем и тёмными волосами, собранными в тугой пучок. Государственный следователь, жестокий и беспощадный; пойдёт на любой приём, даже самый грязный, чтобы получить нужную ей информацию.

Жители города и другие

Действие происходит в далёком (а, может, и недалёком) будущем после ядерной катастрофы.

Картина первая

Ночь. На небе светит полная луна, изредка перекрываемая обрывками серых облаков. Старый дом Швартцмана, напротив которого стоят Антон Йохансон и Джулия Беренджер, ярком освещён лунным светом; под его ставнями образовываются тени, как мешки под глазами у невыспавшегося человека.

В руках у Антона толстая ветхая книга в тёмно-сером переплёте, за спиной – потрёпанный рюкзак.

ДЖУЛИЯ. Что-то не так...

АНТОН. А?

ДЖУЛИЯ. Я слышу что-то.

АНТОН. Джули, это всего лишь дом.

ДЖУЛИЯ. Нет, правда, Антон. У меня какое-то чувство...

АНТОН. У меня чувство, что нам надо попасть в дом до девяти вечера, а сейчас уже начало девятого. Кто знает, сколько времени нам понадобится, чтобы это... сработало.

ДЖУЛИЯ (берет его за руку). Антон... Посмотри мне в глаза. (После паузы Антон всё же делает это.) У нас всё получится. Обещаю. Ты мне веришь?

Вместо ответа Антон целует Джулию.

Я надеюсь, это значит "да".

АНТОН. Это значит, что нам пора идти. (Берёт руку Джулии в свою.) Правда.

ДЖУЛИЯ. Мне нравится, как ты это делаешь.

АНТОН. Что?

ДЖУЛИЯ. Мне нравится, как ты берёшь меня за руку. Нежно, но уверенно. Мне так тепло сразу становится. Если бы я была мороженкой, я бы растаяла. (Прижимается к Антону.)

АНТОН. Я приходил сюда вчера.

ДЖУЛИЯ. Что? Ты не говорил.

АНТОН. Я хотел понять, что в нём такого особенного, в этом доме.

ДЖУЛИЯ (оглядывается по сторонам, ёжится, начинает дрожать). Может и правда, пойдём уже внутрь.

АНТОН. Я смотрел на него, на прогнившие доски, покосившиеся окна, кривую крышу и ничего не понимал. Почему все так боятся этого дома Шварцмана? Да, я знаю, все эти истории про привидения, но... да чёрт побери, кто вообще верит в привидения?!

Вдруг где-то позади раздаётся хруст ветки, и Джулия крепко прижимается к Антону.

ДЖУЛИЯ. Слышал?

АНТОН (после паузы, колеблясь). Нет. Ничего я не слышал. А если и слышал, это просто кошка пробежала. Или ветер подул.

ДЖУЛИЯ (смотрит Антону в глаза). Привидения есть.

АНТОН. Это твой отец на тебя так влияет.

ДЖУЛИЯ. Антон. Я люблю своего отца.

АНТОН. Я знаю. Преподобный Петрус – хороший человек. Но то, что он говорит про нечисть... Глупости. Легко во всех бедах винить сверхъестественные силы. У нас нет урожая – виноват Сатана! Сгорел сарая? Виноваты злые духи! Вода в колодце грязная? Виноваты призраки. А то, что сто пятьдесят лет назад всё покатилось в тартарары – в этом тоже призраки виноваты? И то, что сейчас всё продолжает туда катиться – это всё призраки, да?

ДЖУЛИЯ (с обидой отворачивается). Ты не понимаешь… И вообще, если ты не веришь в потустороннее, зачем мы сюда пришли?

Пауза. Антон вздыхает.

АНТОН. Я и сам не знаю. (Притягивает к себе Джулию и целует её в волосы.) Извини.

ДЖУЛИЯ. Я их видела. Привидения, они существуют.

АНТОН. Видела? Когда? Ты мне не говорила.

ДЖУЛИЯ. А ты мне не сказал, что приходил сюда несколько дней назад. Квиты?

Джулия протягивает Антону руку.

АНТОН (после паузы). Квиты.

Антон пожимает Джулии руку, и него выпадывает книга. Антон поднимает её, рассматривает.

ДЖУЛИЯ. Надеюсь, эта штука сработает. Или мне и моему отцу конец.

АНТОН. Сработает. Я же говорю, всё будет хорошо.

Антон целует Джулию в щёку.

ДЖУЛИЯ. А ещё я надеюсь, что отец не заметит пропажи до того, как я положу её на место.

АНТОН. Не волнуйся. По крайней мере сегодня вечером бояться нечего. Преподобный Петрус ... будет слишком увлечён своей лекцией, чтобы беспокоиться о пропавших книгах.

ДЖУЛИЯ. Это не просто книга, и ты это знаешь.

АНТОН. Конечно, я знаю. Иначе зачем бы нам было её тащить сюда.

ДЖУЛИЯ. Заклинание сработает. Я тебе обещаю.

АНТОН. Я на это надеюсь. Это мой последний шанс.

Вдруг раздаётся шум, похожий на движение человека в траве. Джулия вздрагивает.

ДЖУЛИЯ. Ты слышал?

АНТОН (после паузы). Может быть.

ДЖУЛИЯ. Там кто-то есть?

АНТОН. Не знаю.

ДЖУЛИЯ. Обернись, пожалуйста. Что, если ОНО подбирается к нам?

АНТОН. Не мели чепухи, Джулия. (Оборачивается, но сзади никого не видит.) Никого.

ДЖУЛИЯ. Пойдём, Антон, правда.

Антон и Джулия идут к дому. Антон периодически оглядывается через плечо.

Когда они исчезают за домом, кусту неподалёку начинают шевелиться, и из-за них появляется прятавшийся там всё это время человек. Он одет в засаленную болоньевую куртку и потёртые джинсы; на голове у него чёрная шапочка. Он достаёт потрёпанный и перемотанный скотчем телефон раскладушку, набирает на нём номер, прикладывает к уху и слушает. Как только на другом конце провода отвечают, человек в болоньевой куртке (который позже станет известен нам как Хэймон) говорит?

ХЭЙМОН. Книга у них. (Слушает.) Слушаюсь, шеф.

Хэймон кладёт трубку, достаёт из-за пазухи ржавый ломик и крадущимся шагом идёт туда, где только что скрылись Джулия и Антон.