24 Лекция 6

культурной важности, так как была при звана дать формы обще-

нию «кавалеров» и «дам», определить тип соци ального поведения

внутри дворянской культуры. Это повлекло за собой ритуализа-

цию бала, создание строгой последовательности частей, выде-

ление устойчивых и обязательных элементов. Возникала грам-

матика бала, а сам он складывался в некоторое целостное

театрализованное представление, в котором каждому элементу

(от входа в залу до разъез да) соответствовали типовые эмоции,

фиксированные значения, стили поведения. Однако строгий ри-

туал, приближавший бал к параду, делал тем более значимыми

возможные отступления, «бальные вольности», которые ком-

позиционно возрастали к его финалу, строя бал как боре ние

«порядка» и «свободы».

(6) Бал обладал стройной композицией. Это было как бы не-

которое праздничное целое, подчиненное движению от строгой

формы торжест венного балета к вариативным формам хорео-

графической игры. Однако для того, чтобы понять смысл бала как

целого, его следует осознать в противопоставлении двум крайним

полюсам: параду и маскараду.

(1) Танцы были важным структурным элементом дворянско-

го быта. Их роль существенно отличалась как от функции тан-

цев в народном быту того времени, так и от современной.

(7) Парад в том виде, какой он получил под влиянием своеобразно-

го «твор чества» Павла I и Павловичей: Александра, Константина и

Николая, пред ставлял собой своеобразный, тщательно продуманный

ритуал. Он был про тивоположен сражению. И фон Бок был прав, назвав

его «торжеством ничто жества». Бой требовал инициативы, парад —

подчинения, превращающего армию в балет. В отношении к параду бал

выступал как нечто прямо проти воположное. Подчинению, дисципли-

не, стиранию личности бал противопо ставлял веселье, свободу, а суровой

подавленности человека — радостное его возбуждение. В этом смысле

хронологическое течение дня от парада или подготовки к нему — экзер-

циции, манежа и других видов «царей науки» (Пушкин) — к балету,

празднику, балу представляло собой движение от под чиненности к

свободе и от жесткого однообразия к веселью и разнообразию.

(12) Парад и маскарад составляли блистательную раму

картины, в центре которой располагался бал.

(8) Однако и бал подчинялся твердым законам. Степень жест-

кости это го подчинения была различной: между многотысячны-

Творческие задания при работе с текстом 25

ми балами в Зимнем дворце, приуроченными к особо торжествен-

ным датам, и не большими балами в домах провинциальных

помещиков с танцами под крепостной оркестр или даже под

скрипку, на которой играл немец-учи тель, проходил долгий и

многоступенчатый путь. Степень свободы бы ла на разных сту-

пенях этого пути различной. И все же то, что бал предполагал

композицию и строгую внутреннюю организацию, ограни чивало

свободу внутри него. Это вызвало необходимость еще одного эле-

мента, который сыграл бы в этой системе роль «организованной

дез организации», запланированного и предусмотренного хаоса.

Такую роль принял на себя маскарад.

(9) Маскарадное переодевание в принципе противоречило глубо-

ким цер ковным традициям. В православном сознании это был один

из наибо лее устойчивых признаков бесовства. Переодевание и

элементы маска рада в народной культуре допускались лишь в тех

ритуальных действах рождественского и весеннего циклов, кото-

рые должны были имитиро вать изгнание бесов и в которых наш-

ли себе убежище остатки языче ских представлений. Поэтому

европейская традиция маскарада прони кала в дворянский быт