Глава V

сначала берут на себя решение всей двигательной зада­чи действия: спортсмен, не осознавая того, планирует движение (прием, действие), затем выполняет и соз­нательно контролирует результативность движения (приема, действия); и лишь позднее, по мере формиро­вания двигательного навыка, высшие уровни передают соответствующие функции нижележащим уровням, во время поединка, задавая, в соответствии с выбранной тактикой, обобщенные команды «техническим испол­нителям» (нижележащим уровням А, В, С).

Каждый человек представляет собой индивидуаль­ность, и эта индивидуальность проявляется не только в росте или в отношении к противоположному полу. Раз­личия наблюдаются во всем и конечно же в развитии уровней построения движений и действий.

Мы уже упоминали выше, что рефлексивный «диа­лог» с целью предвосхищения намерений противника проводят оба фехтовальщика, но чаще побеждает один, т. к. он более прозорлив. Однако это совсем не повод для радости или грусти. Прекрасный тактик может иметь проблемы с движениями уровня пространствен­ного поля (уровень С), а значит, даже при правильной оценке намерений противника, у него возникнут про­блемы с точностью и своевременностью исполнения.

К примеру, при ограниченном потенциале коррекций уровня В и подуровня С1 движения могут быть в конеч­ном итоге хоть и точными, но корявыми, выполняемыми грубо и с большой амплитудой. Обучение идет с трудом, но перенос приема в бой не представляет труда. Или же, у другого ребенка прекрасно «работают» уровни В и О, но при этом уровни С2 и D «отстают», и тренер получает фехтовальщика, который легко и быстро осваивает раз­личные приемы, но с большим трудом переносит их в бой. Он просто не понимает, что делать, когда и как.

Тренер и спортсмен обнаруживают эти сильные и слабые стороны достаточно быстро. И, опираясь на сильные, отдают большее предпочтение либо тактике, либо технике.

Фоновые уровни и фоновые коррекции. Для того чтобы действие было выполнено правильно, необхо­димо множество нервно-мышечных коррекций, вы­

Управление фехтовальным действием

полняемых на различных уровнях. Но если они будут выполняться сами по себе, то получится большая нераз­бериха, и все смешается. Значит каким-то образом эти коррекции должны быть упорядочены и уровни согла­сованы.

Высший уровень D, на котором лежит основная за­дача выполнения действия, не способен в принципе его выполнить самостоятельно. Действительно, в его рас­поряжении есть возможность быстро оценивать ситуа­цию, активно подключать свои смысловые коррекции для выполнения действия. Коррекции же остальных уровней всегда остаются в пределах доступного только им класса движений. Получается парадоксальная ситуа­ция: будучи «умнее и ловчее» нижележащих уровней в смысле понимания и оценки обстановки, высшие уров­ни (D и G) сами часто не могут справиться с задачей или справляются с ней плохо. Им нужна помощь. Но эту помощь практически всегда готовы предоставить ниже­лежащие уровни, корригируя как раз те компоненты движения, которыми они управляют.

Вспомним мультфильм о Бременских музыкантах. Конечно, в этой разноголосой и разноживотной компа­нии тон задавал юноша. Он определял, куда они пойдут и что будут исполнять. Наверное, поэтому ему и доста­лась влюбленная принцесса. Но будем откровенны, что осталось бы от этой истории, не будь в ней осла, соба­ки, кота и петуха? Именно они устрашили разбойников своей многоэтажной пирамидой и создали такой фон, на котором банальная любовная история получила му­зыкально-сказочную привлекательность.

А теперь вернемся к фехтованию и взаимосвязи уровней между собой. Возьмем простой пример: укол с переводом с шагом вперед.

Подуровень пространственного поля С2 обладает очень мощными системами органов чувств, так назы­ваемыми телерецепторами (зрение, слух), чтобы обес­печить сенсорные коррекции, проникающие в смысл этого действия. Тогда как смысл— это обеспечение точного укола.

Но вот оказывается, что этого еще недостаточно. Сенсорные коррекции этого уровня, контролируя точ­