Глава IV

больше скорости, на которых происходит взаимодейст­вие противников. Анализировать ситуацию и прини­мать решение фехтовальщики могут либо до команды «Начинайте», либо в те краткие мгновения, когда они находятся на сверхдальней дистанции.

При сближении до дальней дистанции спортсмен «опирается» на специализированные чувства и реаги­рования. Коррекции, которые вносит спортсмен в свои действия уже минуют уровень сознания (времени для размышления нет) — все зависит от того, насколько сформирован навык технико-тактического действия.

На средней дистанции фехтовальщики и в напа­дении, и в обороне чаще действуют преднамеренно. Движения выполняются настолько быстро, что оцени­вается только конечный результат.

Тщательная отработка ритмических и пространст­венно-временных параметров действий в строгой «при­вязке» к определенной дистанции наряду с преимуще­ствами имеет и определенные недостатки. Если против­ник прочувствовал «время» фехтовальщика, которое привязано к ритму его действий, то он может либо отра­ботать контрприем, выполняемый вразрез этому ритму (в свое время такой была контратака А. Алыпана в боях против С. Миндергасова), либо отработать помеху, ко­торая была бы не вполне логичной по тактическому смыслу и по времени. Такая помеха вызывает обычно ориентировочную реакцию типа «что это такое? », а зна­чит, и нарушение ритма нападения.

Ориентировочная реакция по типу «что это та­кое?» всегда связана с некоторой задержкой, которая и используется противником для выигрыша темпа. Что­бы спровоцировать такую реакцию, фехтовальщику предлагается «другое» время в тот момент, когда это кажется «нелогичным», или когда неопределенность ситуации, а в связи с этим и степень риска очень вели­ки (например, на 2-й точке активного сближения с про­тивником).

Этот факт стандартизации ритма и трудности его из­менения следует учитывать в работе со спортсменами. Чем большая ответственность в построении двигатель­ного действия лежит на сенсорных коррекциях работы

Направления твшко-тактичвсшв вручения фехтовальщиков , |

мышц синергистов и антагонистов, тем более штампо­ванно это действие управляется. Движение отличается устойчивостью к помехам, т. к. хорошо отработанные координационные и ритмические компоненты его мало подвержены воздействию сбивающих факторов. Сохра­няется координационная взаимосвязь компонентов дви­жения и временного режима выполнения.

Тренеры, работающие в этом направлении, имеют возможность:

— увеличить число помех, предваряющих действие, что позволяет скрыть момент начала действия и его тактический смысл;

— нарабатывать типичные противодействия против­ника, характерные для различных дистанций фех­тования: сверхдальней, дальней, средней;

— отрабатывать со спортсменами действия в «рва­ном» ритме для разрушения дистанционных моде­лей противников.

В тех ситуациях пространственно-временного взаи­модействия, которые многократно апробированы с тренером и партнерами, фехтовальщики этого направ­ления обычно действуют безошибочно.

Этим направлением формируются коррекции собст­венного тела в стандартно-вариативной среде с учетом наиболее вероятных помех не по смыслу тактической игры, а по биомеханически «слабым» точкам (напри­мер, одноопорное положение) и по дистанции.

Фехтовальщик должен прочувствовать себя, свое движение, и тогда он не допустит дистанционной ошибки. Поэтому, как показали наши исследования, у спортсменов, тренирующихся в этом направлении, индивидуальный урок не улучшал время реагирования на движущийся объект (информативный показатель боевой готовности фехтовальщиков, которые работа­ют с тренерами «образного» направления). Причина этому— направленность урока и всей тренировки спортсмена: он учится ориентироваться не только на реакции противника, но и на свое внутреннее время.

Таким образом, сенсомоторно-перцептивное фех­тование направлено на развитие у спортсменов ощу­