Список использованных источников

1 Гражданский кодекс Российской Федерации (Ч. 1) : принят Государственной Думой РФ 30.11.1994 г. // СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.

2 О рынке ценных бумаг : ФЗ от 22.04.1996 г. № 39-ФЗ // СЗ РФ.1996. №17. Ст. 1918.

3 О переводном и простом векселе : ФЗ от 11.03.1997 г. № 48-ФЗ // CЗ РФ. 1997. № 11. Ст. 1238.

4 Об обязательном экземпляре документов : ФЗ от 29.12.1994 г. № 77-ФЗ // CЗ РФ. 1995. № 1. Ст. 1.

5 Постановление Президиума ВАС РФ от 14.05.2009 г. № 16501/07«О взыскании вексельного долга» // СПС «КонсультантПлюс».

6 Лицо, заявляющее требование об исполнении вексельного обязательства, обязано представить суду подлинный документ, на котором оно основывает свое требование, поскольку осуществление права, удостоверенного ценной бумагой, возможно только по ее предъявлении : постановление Президиума ВАС РФ от 16.01.2007 г. № 11986/06 по делу № А40-66649/04-27-321 // СПС «КонсультантПлюс».

7 О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей : постановление Пленума ВС РФ № 33, Пленума ВАС РФ № 14 от 04.12.2000 г. // Вестник ВАС РФ. 2001. № 2.

8 Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с применением норм о залоге и иных обязательственных сделках с ценными бумагами : информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21.01.2002 г. № 67 // Вестник ВАС РФ. 2002. № 3.

9 Обзор практики разрешения споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акций : информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21.04.1998 г. № 33 // Вестник ВАС РФ. 1998. № 6.

10 Обзор практики о разрешении споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте : информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 № 18 // Вестник ВАС РФ. 1997. № 10.

11 Корнилова Н. В. Об определении ценной бумаги в зарубежном праве / Н. В. Корнилова. В сборнике научных трудов по итогам международной научно-практической конференции «Теория и практика современной юридической науки». – Самара, 2015.

12 Митин Б. М. Векселя и взаимозачеты : налоги, учет, арбитражная практика / Б. М. Митин // Современная экономика и право. М., 2000.

13 Мурзин Д. В. Ценные бумаги – бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг / Д. В. Мурзин. М., 1998.

УДК 343

Н.В. Олейник

Хабаровский государственный университет экономики и права

научный руководитель Е.Ю. Антонова, д-р юрид. наук, доцент

Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)»: проблемы законодательной техники

Работа посвящена проблемам законодательной техники ст. 210 УК РФ предусматривающей уголовную ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации). В статьи проводится анализ недостатков выявленных научным сообществом за время существования исследуемой нормы, которые не позволяют обеспечить ее реализацию в полной мере. В работе предлагаются некоторые возможные способы решения недостатков допущенных при формировании законопроекта, путем обобщения и систематизации наиболее рациональных предложений, имеющихся в научной литературе.

Ключевые слова: структура организованной преступности, преступное сообщество, преступная организация, иерархия, организатор, руководитель.

N.V. Oleynik

A CRIMINAL ORGANIZATION) OR PARTICIPATION IN IT (HER)":

PROBLEMS OF LEGISLATIVE TECHNIQUES

The work is devoted to problems of legal technique of article 210 of the criminal code granting criminal liability for organization of a criminal community (pre-criminal organization). In article the analysis of the shortcomings identified by the scientific community during the existence of the studied regulations that do not allow for its implementation in full. The paper suggests some possible solutions to the shortcomings made during the formation of bill, by generalization and systematization of the most rational proposals available in the scientific literature.

Key words: structure of organized crime, criminal Association, criminal organization, hierarchy, organizer, leader.

Структура организованной преступности ее уровень и степень вовлеченность в государственные институты однозначно определить достаточно сложно. В каждом государстве существуют свои критерии и механизмы оценки исследуемого явления. Причем в различных государственных органах, коммерческих и некоммерческих организациях и различных общественных объединениях эти критерии и механизмы могут изменяться в зависимости от целей и задач той или иной структуры.

Такое многообразие, по нашему мнению, объясняется тем, что уровень организованной преступности в государстве, напрямую указывает на его способность по обеспечению общественного порядка, его политическую и экономическую состоятельность, в том числе и на межгосударственном уровне.

Следовательно, считаем возможным утверждать о том, что организованная преступность представляет собой своеобразный индикатор стабильности государства и развития гражданского общества.

Однако структура организованной преступности не однородна и она может меняться и подстраиваться под складывающуюся обстановку. Так, организованная преступность в начале 1990-х годов, в большей степени, занималась разделом сфер влияния и вымогательство денежных средств у предпринимателей, а сейчас преступное сообщество (преступной организации) может состоять из лиц занимающихся коммерческой деятельностью или должностных лиц и их противоправная деятельность может быть направлена в область высоких технологий и иные направления, требующие специальной подготовки.

Таким образом, законодателю, вслед за изменением структуры организованной преступности и накоплением судебной практики необходимо своевременно решать проблемы и недостатки, допущенные при разработке уголовного законодательства в области борьбы с организованной преступностью.

По нашему мнению, стали очевидны некоторые недостатки в ст. 35 УК РФ и ст. 210 УК РФ, которые были допущенные при разработке, а так же вследствие не своевременной реакции на современные тенденции развития организованной преступности.

Так, в юридической литературе указывают на следующие недостатки:

1. Закон не устанавливает каких-либо правовых различий между понятиями «преступное сообщество» и «преступная организация».

2. Имеет место уравнивание ответственности руководителя преступного сообщества с руководителем структурного подразделения, руководителем (лидером) организованной группы) входящей в преступное сообщество, а так же лиц принимающих участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений и влечет ответственность по ч.1 ст. 210 УК РФ.

3. Статья 210 УК РФ не в полной мере соответствует понятию преступного сообщества как формы соучастия, признаки которого изложены в ч. 4 ст. 35 УК РФ, а именно:

– ничего не сказано о действиях виновных для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды,

– не оговорены признаки таких понятий, как «преступная иерархия» и «лицо, занимающее высшее положение в ней», отсутствует значение термина «наличие связи» с экстремистскими и (или) террористическими организациями или наличие коррупционных связей.

4. Примечание к ст. 210 УК РФ не разъясняет к кому из членов преступного сообщества оно применимо [1, с. 182-184].

Анализируя рассматриваемую норму, видно, что существующие недостатки взаимосвязаны и имеют одну природу, а значит могут быть сформулированы и объединены в один – отсутствие в УК РФ однозначного определения понятия преступного сообщества и преступной организации с указанием степени общественной опасности каждого структурного звена преступного сообщества (преступной организации) и его членов.

По нашему мнению, законодателем должна быть разделена ответственность по степени общественной опасности между руководителями преступного сообщества, руководителем его структурного звена и его участниками. Это необходимо для соблюдения принципа индивидуальной уголовной ответственности лица и недопущения объективного вменения, когда лицо являющееся руководителем организованной преступной группы входящей в состав организованного преступного (сообщества) должен нести ответственности в качестве руководителя всего сообщества за преступления других групп к которым он лично и его группа отношение не имеет, объективную сторону которых не выполняет.

Так, руководители и организаторы преступного сообщества (преступной организации) должны нести ответственность по ч.1 ст.210 УК РФ, руководители структурного подразделения (преступной группы) по ч.2 ст.210 УК РФ с учетом ч.3 ст.33 УК РФ применительно к преступлениям совершенным его преступной группой, а исполнители по ч.2 ст.210 УК РФ. Тем более, что все не групповые преступление совершенные членами преступного сообщества после вменения им ст.210 УК РФ, незамедлительно переквалифицируются в деяния совершенные организованной группой. Например, в том случае если в рамках расследования преступления будет установлено, что лицо задержанное по подозрению в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ совершило его являясь участником преступного сообщества (преступной организации) для целей данного криминального объединения, то его деяния будут переквалифицированы по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ.

Участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп, по нашему мнению, так же не наделяет указанных лиц полномочиями руководителей преступного сообщества (преступной организации), а, соответственно, не может квалифицироваться по ч.1 ст.210 УК РФ.

Помимо этого считаем целесообразным извлечь из ч.4 ст.35 УК РФ в качестве целей преступной группы получение прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. Поскольку в настоящее время не совсем понятно, как квалифицировать действия членов преступного сообщества (преступной организации), которые совершают преступления и получают выгоду неимущественного характера или совершали преступления для нужд преступного сообщества (преступной организации) по мотивам мести, религиозной нетерпимости или находясь в родственных отношениях с членами сообщества.

В качестве лица занимающего высшее положение в преступной иерархии необходимо, по нашему мнению считать такого организатора и/или руководителя преступного сообщества (преступной организации), который привлек, временно или на постоянной основе, хотя бы одну уже существующую ранее не зависимую от такого лица организованную группу в состав созданного и/или руководимого им преступного сообщества, а равно в состав созданной им и/или руководимой организованной группы в момент создания им преступного сообщества (преступной организации) для совершения одного и более тяжких или особо тяжких преступлений.

Вопрос о необходимости установления каких-либо правовых различий между понятиями «преступное сообщество» и «преступная организация» не кажется существенными, если вывести его рассмотрение из юридической плоскости. Так, согласно толкового словаря, сообщество – это объединение людей, народов, государств, имеющих общие интересы, цели [3, с. 776]. Наиболее полно понятие организации раскрывает портал правовой помощи «Правотека», согласно которого организация (от лат. organizo – устраиваю; англ. organization; фр. organisation) – это в широком смысле совокупность людей, групп, объединенных для достижения какой-либо задачи на основе разделения труда, обязанностей и наличия иерархической (управленческой) структуры [2]. Таким образом, сообщество подразумевает под собой объединение во имя какой-то определенной идеи, а понятие организации рассматривает саму структуру такого объединения. Исходя из этого полагаем, что извлечение изтекста УК РФ понятия «преступное сообщество» с заменой его на понятие «преступная организация» приведет к разрешению вопросов связанных с разночтением этих понятий и к однозначному толкованию нормы.