Список использованных источников

1 Алешин А. А. Применение исковой давности как способ сокращения срока рассмотрения дела / А. А. Алешин // Вестник Челябинского гос. ун-та. 2011 № 35 (250).

2 Грибков Д. А. Исковая давность и сроки обращения в суд в гражданском судопроизводстве : дис. … канд. юрид. наук / Д. А. Грибков. М., 2009.

3 Ильин А. В. Применение судом исковой давности / А. В. Ильин // Закон. 2011. № 11.

4 Кошкарова И. Н. Применение судом последствий пропуска срока исковой давности в контексте проблемы индивидуализации иска / И. Н. Кошкарова // СПС «КонсультантПлюс». 2014

5 Корнилова Н. В. Общий и специальные сроки исковой давности / Н. В. Корнилова // Экономическое правосудие на Дальнем Востоке. 2006. № 2.

6 Толстой Ю. К. Исковая давность / Ю. К. Толстой // Правоведение. 1992. № 4.

УДК 343.132

М.А. Елина

Хабаровский государственный университет экономики и права

научный руководитель А.А. Белавин, канд. юрид. наук, доцент

Производство следственных действий на стадии возбуждения уголовного дела

Работа посвящена анализу разновидностей следственных действий, производство которых возможно до возбуждения уголовного дела. Цель исследования – определение перечня следственных действий, производство которых допустимо до возбуждения уголовного дела.

Ключевые слова: возбуждение уголовного дела, следственные действия, следственный осмотр, освидетельствование, экспертиза.

M.A. Elina

PRODUCTION OF INVESTIGATIVE ACTIONS AT THE stage

of a criminal case

In the present article the analysis of various investigative actions which are made before initiation of legal proceedings is carried out. The purpose of this article – the definition of those types of investigative actions which production is allowed before initiation of legal proceedings.

Keywords: initiation of legal proceedings, investigative actions, investigative survey, survey, examination.

В советском и российском уголовном процессе длительное время было незыблемым правило, согласно которому следственные действия могли производиться только после возбуждения уголовного дела.

Так, принятый 27 октября 1960 г. и введенный в действие с 1 января 1961 г. УПК РСФСР ^[5] вообще не предусматривал возможности производства следственных действий в стадии возбуждения уголовного дела. Но практика показывала, что принятию решения о возбуждении уголовного дела во многих случаях предшествует осмотр места происшествия, результаты которого и дают основания для принятия этого решения.

Разработчики УПК РФ^[1] не могли не обратить внимания на эти предложения и не учесть их. Но сделали это довольно странным образом. Так, в статьях, определяющих порядок производства следственных действий, не предусматривалась возможность производства какого-либо следственного действия до принятия решения о возбуждении уголовного дела, за исключением осмотра места происшествия (гл. 24 - 27 УПК РФ).

Казалось, что УПК РФ полностью унаследовал идею запрета на производство следственных действий в стадии возбуждения уголовного дела. Однако в ст. 146, определяющей не условия и порядок производства следственных действий, а порядок рассмотрения сообщения о преступлении, среди процессуальных документов, направляемых для проверки прокурору с постановлением о возбуждении уголовного дела, значились протокол освидетельствования и постановление о назначении экспертизы (ч. 4). Хотя с точки зрения законодательной техники такое упоминание об этих процессуальных документах в этой статье, да еще помещенное в скобках, было не безупречным, все же оно косвенно указывало на возможность производства указанных следственных действий до возбуждения дела. Сложно определить степень полезности для практики этого законодательного нововведения, но то, что оно вывело дискуссию о производстве следственных действий в стадии возбуждения уголовного дела на новый виток, - это факт. Одни авторы ратовали за расширение круга следственных действий в этой стадии, обосновывали свою позицию их необходимостью для успешного решения задач, стоящих перед ней, предлагая дополнения не только в виде иных видов осмотра, но и позволения задерживать лицо в этой стадии, производить личный обыск, обыск в помещении, допрос и другие следственные действия ^[10].

Другие авторы, наоборот, считали, что расширять перечень следственных действий до возбуждения уголовного дела не только нельзя, но и опасно тем, что это неминуемо повлечет за собой усиление произвола и злоупотреблений со стороны органов предварительного расследования и их должностных лиц [8].

Законодатель же Федеральным законом от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ^[2] не только кардинально изменил соотношение полномочий прокурора и руководителя следственного органа, но и попутно внес изменения в ч. 4 ст. 146 УПК, исключив упоминание в ней об освидетельствовании и экспертизе. Казалось, что законодатель вновь вернул в уголовный процесс непременное условие допустимости доказательств - производство освидетельствования и экспертизы после возбуждения уголовного дела.

Однако через полтора года Федеральным законом от 2 декабря 2008 г. № 226-ФЗ^[3] он не только восстанавливает возможность производства освидетельствования до возбуждения уголовного дела, внеся изменения в ч. 1 ст. 179 УПК, но и предусматривает в этой стадии осмотр трупа, дополнив ч. 4 ст. 178 УПК. Затем Федеральным законом от 9 марта 2010 г. № 19-ФЗ^[4] вносит изменения в ч. 1 ст. 144 УПК, предоставившие право лицам, осуществляющим проверку сообщений о преступлениях, привлекать специалистов к исследованию трупов, документов и предметов. Коль стало возможным исследовать не только трупы, но документы и предметы, следовательно, этому действию, как и исследованию трупа, должно было предшествовать следственное действие, именуемое соответственно осмотром документов и осмотром предметов. Если вывод о производстве этих следственных действий только логически следовал из редакции ч. 1 ст. 144 УПК, то с принятием Федерального закона от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ этот логический вывод текстуально закреплен в ней. Этим же Законом к уже перечисленным следственным действиям законодатель добавил такое комплексное следственное действие, как назначение и производство экспертизы. Разработчики этого Закона, понимая, что назначению и производству экспертизы всегда предшествует деятельность следователя, дознавателя, направленная на подготовку материалов для экспертного исследования, не могли не предусмотреть такого действия, как получение образцов для сравнительного исследования (ч. 1 ст. 144 УПК). Но, как известно, только этим способом и осмотром места происшествия не всегда можно собрать исчерпывающий круг объектов для экспертного исследования. Нередко их приходится собирать, принудительно изымая у физических и юридических лиц. Способами такого изъятия выступают такие следственные действия, как выемка и обыск. Но законодатель в ч. 1 ст. 144 УПК не конкретизирует следственные действия, которые можно использовать в качестве способов получения искомых предметов и документов, а указывает, что их следует изымать «в порядке, установленном настоящим Кодексом». Такая формулировка некоторым авторам показалась неопределенной, требующей пояснения того, что надо понимать под порядком, установленным законом ^[6]. Другие авторы считают, что в этой стадии законно изъять предметы и документы можно лишь в рамках одного следственного действия - осмотра места происшествия ^[9].

Нам же представляется, что примененная законодателем формулировка «в порядке, установленном настоящим Кодексом» не требует какого-либо дополнительного пояснения, ибо она не нова для УПК, встречается во многих его статьях. Законодательная техника не мыслима без этого приема. В противном случае Кодекс представлял бы собой повтор одних и тех же положений в разных его статьях, что делало бы его неоправданно громоздким. Так что в этом случае использован привычный для УПК законодательный прием. Разъяснять в ст. 144 УПК порядок изъятия документов и предметов нет нужды, так как он определен соответствующими статьями УПК и известен каждому правоприменителю - это (кроме осмотра) выемка и обыск.

Отдельные авторы, в частности А.С. Каретников и С.А. Коретников, говорят о том, что отыскание и изъятие предметов, документов в процессе производства осмотра места происшествия - это все же не единственная цель указанного следственного действия. Более того, обнаруженных и изъятых предметов и документов в процессе этого следственного действия может и вовсе не быть, либо их может оказаться недостаточно для производства экспертного исследования. В этих случаях для их восполнения выемка и обыск выступают как предусмотренные УПК способы отыскания и изъятия необходимых предметов и документов. В некоторых случаях - единственные способы. Заметим, что потребность в предметах и документах возникает не только в связи с необходимостью назначения экспертизы, но и для установления иных обстоятельств, имеющих значение как для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, так и для успешного его расследования. Поэтому обыск и выемка с принятием Закона № 23-ФЗ могут стать обыденными следственными действиями для стадии возбуждения уголовного дела ^[7].

Вместе с тем, не согласимся с мнением о том, что обыск и выемка относятся к следственным действиям, возможность проведения которых допустима на стадии возбуждения уголовного дела. Данное мнение противоречит УПК РФ.

Таким образом, можно сделать вывод, что в настоящее время должностные лица в процессе проверки сообщения о преступлении вправе производить следующие следственные действия: следственный осмотр (места происшествия, трупа, предметов и документов), освидетельствование, экспертизу (в рамках времени, отведенного на проверку сообщения), получение образцов для сравнительного исследования.