Список использованных источников

1 Об обороне : ФЗ от 31.05.1996 г. № 61-ФЗ (в ред. от 12.02.2015 г.) // СЗ РФ. 1996. № 23. Ст. 2750.

2 Бараненков В. В. Проблемы недостаточной определенности юридической личности военных организаций в современной военно-правовой науке // Военное право. 2013. № 2. С. 32–36.

3 Волков А. Ю. Особенности воинской части как субъекта предпринимательской деятельности // Российское предпринимательство. 2007. № 4. С. 52–56.

4 Ковалев В. И. Актуальные вопросы соблюдения трудовых прав гражданского персонала в воинских частях, казенных и бюджетных учреждениях Министерства обороны Российской Федерации // Право в Вооруженных Силах. 2011. № 10. С. 73–79.

5 Шестаков А. Гражданско-правовая природа воинской части // Законность. 2000. № 2. С. 63–69.

УДК 347.126

В.В. Брянцев

Хабаровский государственный университет экономики и права

научный руководитель Н.В. Корнилова, канд. юрид. наук, доцент

О возникновении и развитии доктрины злоупотребления правом в россии (краткий очерк)

Работа посвящена описанию развития такого правового института как злоупотребление правом в России с учетом различных эпох исторического развития. Цель исследования – показать динамику развития доктрины злоупотребления правом в России с учётом исторических факторов.

Ключевые слова: злоупотребление правом, доктрина, концепция, поведение.

V.V. Bryantsev

ABOUT THE ORIGIN AND DEVELOPMENT OF THE DOCTRINE OF ABUSE OF LAW IN RUSSIA (BRIEF ARTICLE)

This paper describes the development of such a legal institution as an abuse of rights in Russia, taking into account different epochs of historical development. The purpose of the study is to show the development of the doctrine of abuse of law in Russia taking into account historical factors.

Keywords: abuse of law, doctrine, the concept, the behavior.

Злоупотребление правом относится к числу дискуссионных тем в теории гражданского права. Высказываются различные мнения (Поротикова О.А. [], Зайцева С.Г. [], Тимаева И.А. []) относительно того, корректно ли использовать подобную категорию в законодательстве, относится ли злоупотребление правом к числу противоправных действий (правонарушений), какие санкции могут применяться в отношении лица, злоупотребившего правом, в каких формах (разновидностях) может проявляться злоупотребление правом: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу (шикана), действия в обход закона с противоправной целью [], иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. При этом полагаю верным утверждение о том, что злоупотребление правом является неправомерным действием исходя из целей закона.

В целом, говоря о доктрине злоупотребления правом применительно к правовому опыту России необходимо хронологически взглянуть на данный правовой феномен. Однако говорить о злоупотреблении правом на этапе становления Древнерусского государства было бы несколько некорректно, и в данной ситуации автор полностью поддерживает позицию Волкова А.В., который отмечает, что «история отечественного законодательства мало что знает о проблеме злоупотребления правами в ее «чистом» виде» [. С. 29]. При этом А.В. Волков усматривает, что первый закон Древнерусского государства - Русская Правда и Соборное уложение 1649 г. уже содержали нормы о формах злонамеренного поведения с присущими ему определенные формами злоупотребления правом [. С. 30-31].

На протяжении более чем двух веков с момента принятия Соборного уложения 1649 г. говорить о планомерном развитии доктрины злоупотребления правом в Российской Империи нет оснований до определенного исторического факта, который состоялся 19 февраля 1861 года с принятием Императором Александром II Высочайшего манифеста «О Всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей, и обустройстве их быта», вошедший в учебники истории как крестьянская реформа 1861 года, в результате которой более двадцати трех миллионов [] подданных Российской империи получили свободу и соответствующие гражданские права. Вместе с тем судебная система описываемой данной исторической эпохи строилась на основе принципа сословности и была фактически не в состоянии организовать рассмотрение и разрешение гражданских споров в условиях, когда в стране численность свободных людей единовременно увеличилась на целую треть. По этой причине возникала необходимость скорейшего проведения реформы судоустройства и судопроизводства.

Таким образом, следующим этапом в развитии доктрины злоупотребления правом Волков А.В. отмечает период судебной реформы в Российской империи в 60-х гг. XIX в. [, С. 31], которая увы, по мнению учёного, не смогла выработать и развить судейское усмотрение о понятии и формах злоупотребления правом в Российской Империи.

Формирование постреволюционного гражданского законодательства и как следствие судебной практики – очередная историческая веха в развитии доктрины злоупотребления правом. А почему в развитии? Так потому, что статья 1 Гражданского кодекса РСФСР 1922 г. (далее также ГК РСФСР 1922 г.) предусматривала принципиальное положение того, что «гражданские права охраняются законом, за исключением тех случаев, когда они осуществляются в противоречии с их социально-хозяйственным назначением» [].

При этом, оценивая формирование доктрины злоупотребления правом в раннем советском периоде, следует согласиться с Волковым А.В., который отмечает, что, хотя по своей юридической конструкции норма ст. 1 ГК РСФСР 1922 г. охватывала определенные случаи злоупотребления экономическими правами, на практике же положения указанной статьи использовались лишь как жёсткий инструмент классовой борьбы, не имеющий никакого отношения к проблематике злоупотребления гражданскими правами [, С. 35].

Недооценка роли и значения принципа недопустимости злоупотребления правом в социалистическом обществе нашла свое выражение в работах Агаркова М.М. [, С. 465] и Вильнянского С.И. [, C. 267], по мнению которых ст. 1 ГК РСФСР 1922 г. была введена в гражданское законодательство исключительно в целях борьбы со злоупотреблением нэпом, была рассчитана на переходный период и потому естественно должна была в дальнейшем утратить свое значение.

В значительной мере такие взгляды были вызваны опасениями того, что закрепление в законе принципа недопустимости злоупотребления правом даст достаточно широкий простор для судейского усмотрения, что может привести на практике к нарушению основного принципа советского гражданского права - принципа социалистической законности, к незаконному ограничению прав социалистических организаций и граждан.

Догматический механизм советского гражданского права, направленный на реализацию в первую очередь интересов государства и общества, и уже после этого - граждан, объективно свидетельствовал об отсутствии автономии воли, равенства сторон и свободы договора. При этом подход к пониманию злоупотреблению правом посредством описанной категории интереса через интерес публичный (государство и общество), а уже потом индивидуальный (не частный) отразился и в конституционном законодательстве более позднего советского периода. Так согласно в ст. 39 Конституции СССР 1977 г. было предусмотрено положение, в соответствии с которым использование гражданами прав и свобод не должно было наносить ущерб интересам общества и государства, правам других граждан.

С учётом чётко прослеженной линии поведения в развитии и возможном обосновании доктрины злоупотребления правом в советский период все же в литературе указанной эпохи об исследуемом юридическом феномене имели место значительное количество работ известных ученых-юристов (Бару М.И. [], Рясенцев В.А. [], Братусь С.Н. []), в которых особо рассматривался вопрос о проблеме пределов осуществления гражданских прав. Однако в указанных работах имелись две характерные особенности: во-первых, изучение проблемы как применительно к Гражданскому кодексу 1922 г., так и Основам гражданского законодательства СССР 1961 г. в основном сводилось к рассмотрению ст. 1 Гражданского кодекса РСФСР 1922 г. и ст. 5 Основ гражданского законодательства СССР 1961 г., и, во-вторых, исследование этой проблемы до определенного момента не выходило за рамки отдельных статей, освещавших ту или иную сторону вопроса, и монографически эта проблема в науке советского гражданского права не исследовалась.

В 70-е гг. XX в. проф. Грибанов В.П. предложил рассматривать злоупотребление правом как особый тип гражданского правонарушения, при котором управомоченное лицо осуществляет принадлежащее ему субъективное право с использованием недозволенных конкретных форм в рамках дозволенного ему законом общего типа поведения [, С. 62-63], при этом указанная концепция получила признание в отечественной науке, послужив отправной точкой для последующих научных исследований.

Подводя итог краткому очерку о возникновении и развитии доктрины злоупотребления правом в отечественном гражданско-правовом опыте, необходимо особо отметить планомерно реализуемую в последние пять лет концепцию развития гражданского законодательства Российской Федерации [] (далее - Концепция), одним из результатов которой явилось внесение изменений (дополнений) [] в статью 10 ГК РФ, согласно пункта 1 которой не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). При этом, внесённые поправки – это лишь реализация уже выработанных в судебной практике подходов [], касающихся применения доктрины злоупотребления правом.