66. История Западной Беларуси в документах и материалах

Остановимся далее еще на двух группах сборников, объединенных темами «История Западной Беларуси» и «История Беларуси в годы Великой Отечественной войны». Они, как и выше рассмотренные издания, готовились в кооперации научных и архивных учреждений республики. В первую группу входит двухтомное фундаментальное издание «Борьба трудящихся Западной Белоруссии за социальное и национальное освобождение и воссоединение с БССР» (первый том вышел в 1962 г., второй — в 1972 г.). Оно было подготовлено Главархивом, Институтом истории партии, госархивами Брестской, Гродненской обл., Филиалом госархива Минской обл. в г. Молодечно. Тематически к нему примыкают документальный сборник «Революционный авангард трудящейся молодежи Западной Белоруссии (1921—1939 гг.)» (Мн., 1978), а также сборник воспоминаний и документов о концлагере в Березе Картузской «Они не стали на колени» (Мн., 1966). Последний не представляет особого интереса вследствие того, что собственно документы в нем занимают слишком незначительное место; к тому же он носит популярный характер. Что же касается двух вышеназванных сборников, то анализ их содержания может оказаться полезным в плане изучения методики публикации иноязычных документов. Дело в том, что большинство публикуемых в сборниках документов были исполнены в оригинале на польском языке, часть — на белорусском и некоторые — на русском. Все документы на польском языке составителями да-вались в переводе на русский язык, тексты на белорусском и русском — на языке оригиналов. В археографической части предисловия ко второму тому сборника «Борьба трудящихся...» составители оговорили, что в документах на польском языке названия специфических учреждений и должностей (дефензива, сейм, секвестратор, пшодовник и т. п.) не переводились , а давались в русской транслитерации. В современной транскрипции давались географические наименования (Козельщина, Крулевщина, а не Козельщизна, Крулевщизна и т. п.). Сохранялись названия административно-территориальных единиц (воеводство, повет, гмина, а не область, район, сельсовет и т. п.) Что же касается имен, то те из них, которые, по мнению составителей, относились к «русским»(белорусским), приводились в русской транскрипции (Владимир, Кирилл, Федор, а не Влодимеж, Цырыл, Тодар), явно польские передавались с сохранением их фонетических особенностей (Юзеф, Ежи, а не Иосиф, Юрий и т. п.).

Археографическое оформление сборников предпринято на русском языке. Это привело к тому, что тщетно искать упоминаемую в док. Второго тома «Борьбы трудящихся... » стн. Аранчыцы в географическом указателе на букву «а»; название станции мы находим в указателе на букву «о» — Оранчицы. Значительный разнобой встречается в археографическом оформлении документов, взятых из периодической печати. В обоих сборниках названия газет, журналов в заголовках и легендах приводятся на языке оригинала: «Барацьба», «Правда», «Kurjer Polski», однако даты обозначаются по-разному (в двухтомнике — по-русски, независимо от языка издания газеты или журнала : Барацьба. № 1. Октябрь1932; Dzien Dobrу; № 82. 23 марта 1937 г.; в молодежном же сборнике — на языке оригинала: Малады камуніст. 1933. № 2(46). люты, Kazetemowieс. 1931. № 4. Listopad и т. п.). Этот разнобой, на наш взгляд, обусловлен тем, что в действовавших на то время «Правилах» отсутствовали указания, как следует поступать в подобных случаях. (Кстати говоря, эти нюансы отсутствуют и во второй, дополненной и

исправленной редакции «Правил» 1990 г.) Думается, что составители молодежного сборника поступали более правильно, сохраняя язык оригинала в легендах.