55.Состав, методика публикации “Полоцких грамот” в 1970-80-е гг.

С именем же академика М.Н.Тихомирова и деятельностью Института истории АН СССР связана публикация в 1970-80-е гг. и другого важнейшего источника по истории Беларуси, теперь уже актового характера. Речь идет о “Полоцких грамотах Х111—ХУ1 веков”

Идея отдельного издания документов, ограниченных хронологическими и географическими рамками, возникла еще в 1960-е гг., когда будущий составитель “Полоцких грамот” А.Л.Хорошкевич по иниицативе М.Н.Тихомирова вела собирание материалов по истории Полоцкой земли. В защищенной ею в 1974 г. докторской диссертации “Очерки социально-политической истории Северной Белоруссии в ХУ веке” грамоты давались в качестиве приложения.

Предпринимая затем отдельное издание грамот (в 5-ти вып., ротапринтным способом: Вып. 1., М., 1977; Вып. 11. М., 1978; Вып. 111. М., 1980; Вып. 1У. М., 1982; Вып. У. М., 1985; Указатели. М., 1989), составитель исходил из того, что этим шагом изучение истории Полоцкого княжества и полоцкой земли в Х111—ХУ1 вв. будет поставлено на прочную документальную основу. Таким образом, в основе выбора объекта публикации лежал преимущественно историографический фактор (необходимость изучения истории данного региона).

Уже на этапе отбора документов для публикации А.Л.Хорошкевич столкнулась с рядом проблем, обусловленных особенностями политической истории Полоцка и Полоцкого княжества. Дело в том, что под указанным названием –“полоцкие грамоты”—в сборник включались документы как Х111—Х1У вв., когда Полоцкое княжество существовало самостоятельно, так и документы конца Х1У—ХУ1 вв., когда княжество потеряло самостоятельность и вошло в состав Великого княжества Литовского. Это обстоятельство составитель оговаривает в предисловии, отмечая при этом: “Довольно большое количество документов, касающихся внутреннего положения Полоцка, происходит из литовской великокняжеской канцелярии и лишь условно может быть названо “полоцкими” документами. Однако поскольку без этих документов история Полоцкой земли выглядела бы крайне односторонне, и они включены в издание”.

Вдвойне условным было название и вида документов—“грамоты”. Во-первых, под ним объединялись весьма разнообразные документы, создававшиеся в древности: акты, делопроизводственная переписка, договоры и т.п.Во-вторых, с половины ХУ в., когда в языке стало заметно сказываться польское влияние, в Полоцке вместо термина “грамота” начинает применяться другое слово --“лист”.

В сборник вошло 325 документов: из них 110 публиковалось впервые. В соответствии с содержанием они условно подразделялись на два раздела. Первый составляли документы, характеризовавшие дипломатические сношения Полоцка и Полоцкой земли с Ливонией, Московским государством, Короной Польской. Во второй вошли материалы, свидетельствовавшие о внутренней истории Полоцкой земли. Документы первого раздела извлечены преимущественно из бывшего Рижского городского архива, а также архивов Геттингена, Гданьска, Варшавы; грамоты второго раздела хранились в 1—40 книгах записей , 1—5 книгах судных дел Литовской метрики, а также в архивах бывших городских и церковных учреждений, в частных архивах.

В сборнике преобладали документы международного характера. Это объяснялось тем, что они откладывались в архивах за пределами Беларуси, где им была обеспечена большая сохранность. “Бурная политическая история Полоцка,--подчеркивала А.Л.Хорошкевич,-- входившего то в состав Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, то Русского государства(с 1564 по 1581 гг.), то вновь завоеванного Речью Посполитой, то, наконец, вернувшегося в состав России, уже в пределы Российской империи, не способствовала сохранению памятников письменности и в первую очередь актов.Частные архивы уничтожались вместе со сменой владельцев земли. Та же участь постигла большинство монастырских архивов, погибших в результате превращения православных монастырей в униатские или католические”.

А.Л.Хорошкевич проделала значительную работу по выявлению, археографической подготовке и комментированию публикуемых документов. Достаточно сказать, что на 500 страниц текста собственнно документов вместе с легендами (опубликованы в 1, 11 и части 111-го выпусков ) приходится 360 страниц комментариев (занимают часть 111-го, 1У и часть У-го выпусков), а также историко-археографическое предисловие (39 страниц 1-го выпуска) и источниковедческий очерк “Полоцкие грамоты как исторический источник” ( 155 страниц У-го выпуска). К сборнику в виде отдельной книги приложены указатели: именной, географический, предметно-терминологический. Здесь же находятся списки замеченных опечаток и филиграней на документах, хранившихся в Рижском архиве (знаки систематизированы в таблице по алфавитному принципу с отсылкой к номерам грамот, с указанием их публикаций и т.п.).

Особый интерес и научно-методическое значение имеет названная составителем “правилами публикации” археографическая часть предисловия, а также его историческая часть, в которой содержится не только обстоятельная характеристика публикуемых документов, но и излагается история всех предшествовавших публикаций этого вида источников.

В сборник вошли документы, которые дошли в подлинниках (172), копиях (147), в виде актов-пересказов (25). Составитель включил в публикацию и три подложных документа, изготовленных в конце ХУ—ХУ11 вв и отнесенных к Х1У—ХУ вв. Большинство грамот написано кириллицей; 22 документа исполнены на немецком, 7—на латинском, 4—на польском языках. Кроме того, две грамоты сохранились и в русском (белорусском) подлиннике, и в немецком переводе.

При археографической обработке документов , в частности, при составлении заголовков, А.Л.Хорошкевич столкнулась с проблемами, обусловленными неразработанностью принципов классификации документов Х111—ХУ1 вв., поэтому она совершенно оправданно включила в заголовки и самоназвания документов; напр.: [1486 г.] августа 1.—Уставная грамота (“декрет”) в.к.л. и кор. пол. Казимира о сборе госналогов с бояр, мещан и др. горожан г. Полоцка, о порядке решения городских дел, о восстановлении должности подвойских и запрещении пол. еп. держать закладней в городе (№ 195);[ 1496 г.] июля 15.-- Судная грамота (“привилей”) в.к.л. Александра по делу пол. бояр и мещан с архиеп. пол. Лукой о принадлежности Никольского Лученского монастыря (№ 214); [1499 г.] июля 12.—Уставная грамота ( “вырок”, “постановенье”) в.к.л. Александра боярам и мещанам о наместничьем и войтовском суде (№230) и др.

В зависимости от происхождения документов решались вопросы передачи их текстов. Так, подлинники воспроизводились с максимальной точностью, с сохранением вышедших из употребления букв(“ижица”, “ять”, “юсы”, “фита”, “омега” и др.). Выносные буквы вносились в строку и выделялись курсивом; восстановленные буквы заключались в круглые скобки: Кн з(ь) Гердень клан етьс(я) всем темь, кто видить / сую грамот(у)...”—[1263 г.] декабря 28.—Договорная грамота кн. Лит. Герденя с лив. Магистром (Кондрадом фон Мандерном) и гг. Ригою, Полоцком и Витебском (№ 1).

При этом пропущенные буквы восстанавливались в соответствии с нормами языка Х1У—ХУ вв. (если их можно было определить по материалам грамот), или современного русского языка. Мягкий знак восстанавливался перед гласными, в конце слов и в окончаниях глаголов настоящего и будущего времени в 3-м лице.

Тексты позднейших копий передавались по упрощенной транскрипции, с употреблением букв современного алфавита. Буквенные обозначения цифр во всех грамотах заменялись арабскими цифрами (исключение составляли лишь спорные случаи). В подлинных грамотах конец строки обозначался одной вертикальной линией, конец страницы—двумя линиями. Ошибки писцов в тексте не исправлялись; правильное прочтение предлагалось в подстрочных примечаниях.

Учитывая отсутствие у большинства публикуемых документов точных дат и с учетом сложности их установления составитель оправданно вынес обоснование датировки грамот в примечания по содержанию ( а не в подстрочные, что характерно для документов нового и новейшего времени).

Особое значение имели легенды. В них помещались сведения о месте хранения документа, времени его написания или составления копии. В легендах к подлинным документам сообщались также их размеры, указывались степень сохранности, наличие дефектов, материал (если документ был написан не на бумаге). При наличии филиграни и печати в легенде приводились их описания; здесь же воспроизводились все позднейшие пометы на лицевой и оборотной сторонах, отмечались предыдущие публикации документа (как полные, так и частичные).

Скрупулезность в передаче текстов, высокий уровень научно-справочного аппарата, особенно примечаний по содержанию, дают основание причислить “Полоцкие грамоты” к разряду археографических публикаций научного типа. Особого внимания заслуживает то обстоятельство, что составитель указал на необходимость разработки проблем дипломатики применительно к публично-правовым и частно-правовым актам белорусского происхождения. Обозначив данную проблему, составитель в дальнейшем попытался решить ее, подготовив совместно с известным российским специалистом в области дипломатики С.М.Каштановым “Методические рекомендации по изданию и описанию Литовской метрики” (Вильнюс, 1985). Рекомендации явились результатом не только научных изысканий обоих ученых, но и своеобразным итогом их деятельности в сфере практической археографии