§ 4. Крестьянство в Гражданской войне. «Третий путь»

Поскольку крестьяне составляли подавляющее большинство населения страны, от их колебаний зависел ход Гражданской войны. В Центральной России крестьяне в основном поддерживали большевиков, закрепивших за ними захваченную помещичью землю, но значительная их часть (середняки, зажиточные) была против продовольственной политики советской власти. Эта двойственная позиция отразилась на многих событиях. Так, с массовым набором крестьян в Красную армию белые стали реже расстреливать пленных. «К осени 1918 г. жестокий период Гражданской войны "на истребление" был рее изжит»,— констатировал Деникин.

Более того, пленных красноармейцев стали включать в ряды белых войск. 70% из них сражались хорошо, 10% уходили к большевикам, 20% уклонялись от боев. В целом принцип себя оправдал. В свою очередь, красные довольно часто пополняли свои ряды пленными белыми солдатами, а иногда и офицерами. В местах базирования антибольшевистских сил крестьяне, наоборот, чаще поддерживали большевиков.

В Ставрополье разрозненные выступления крестьян под руководством эсеров против продовольственной политики власти начались в конце апреля 1918 г., но антибольшевистские выступления сдерживались соседством белой Добровольческой армии, которой ставропольские крестьяне очень опасались.

Эта тенденция особенно сильно проявилась в казачьих областях. «Крестьянство на Дону единодушнее, чем где бы то ни было в России, было всецело на стороне Советов»,— признавали современники. Крестьянские красноармейские формирования, созданные в казачьих областях, были наиболее стойкими.

Введение большевиками продразверстки усилило недовольство крестьян. Участились крестьянские восстания. Всего в 1918 — первой половине 1919 г. было отмечено 340 восстаний в 20 губерниях. Но в марте того же, 1919 г., сообщая о крестьянском восстании в Симбирской губернии, Троцкий отмечал: «Восставшие в массе своей с уважением и доверием относятся к центральной власти». Иначе говоря, крестьяне виновниками своих бед по старинке считали местные власти.

Начиная наступление, белые надеялись на эти восстания, однако аграрный вопрос оказался для них непреодолимым барьером. Имея сильное помещичье лобби, они старались избежать ясности в аграрном вопросе, оставляя решение будущему Учредительному собранию. Но реально, вступив в области, где ранее было развито помещичье землевладение, белогвардейцы начинали восстанавливать прежние порядки. В результате начался перелом в настроениях крестьян. В Красную армию вернулись 975 тыс. дезертиров. Те же повстанцы обращали свое оружие против белых. А крестьяне, мобилизованные в Белую армию, выйдя за пределы своих губерний, разбегались.

Разрастание Гражданской войны, поляризация сил, переворот в Сибири в пользу Колчака — все это заставило партии эсеров и меньшевиков выработать новую политику по отношению к советской власти. Она была провозглашена в декабре 1918 г. Социалисты-революционеры объявили борьбу одновременно на два фронта: как против большевиков, так и против Колчака и Деникина, или, как они говорили, против реакции и слева, и справа. Это и был так называемый «третий путь». Учитывая патриотические настроения, IX совет Партии социалистов-революционеров высказался против иностранной интервенции и блокады Советской республики. Были попытки выработать общую линию с большевиками против интервентов и Колчака. Большевики не пошли на союз. 14 марта 1919 г. ЦК РКП(б) принял решение «усилить травлю» в прессе меньшевиков и эсеров.

В целом эсерам не удалось собрать вокруг себя крупные силы под лозунгом «третьего пути». Но восстания под похожими лозунгами вспыхивали по всей стране.

В 1919 г. на Южном фронте в районе Балашова около 40 тыс. «зеленых» (назвавшихся так в противовес «красным» и «белым») выдвинули лозунг: «Да здравствует Учредительное собрание! Смерть коммуне! Власть народу!» Но белое движение они не поддержали.

К «третьему пути» тяготели и казаки. Некоторые готовы были «помириться, коль скоро советская власть согласится не нарушать их станичного быта». Но наибольшую степень самоорганизации под лозунгами «третьего пути» проявило украинское крестьянство, в массе своей сохранявшее нейтралитет. Если полуторамиллионное донское казачество в конце 1918 г. выставило в Донскую и Красную армию свыше 100 тыс. бойцов, то из 33-миллионного населения Украины за оружие взялось лишь 0,25%.

Наиболее активными были крестьяне на юге Украины. Хозяйства здесь развивались в значительной мере по американскому, фермерскому пути. Основная масса повстанцев состояла из «хуторских элементов». Эсеры, видевшие путь к социализму через крестьянскую общину, существенного влияния не имели. Волна крестьянского движения нашла свое выражение в анархистской идеологии. Основу этого движения составили повстанческие отряды во главе с Н.И. Махно, прославившегося партизанской борьбой против немцев. Политическое кредо движения заключалось в следующем: большевики объявлялись контрреволюционерами, ведущими социалистическую революцию к гибели; идеалом признавались Советы без политической власти, ведающие экономическими вопросами; верховным органом провозглашался Союз экономических Советов. Махно цель своего движения видел в том, чтобы наладить товарообмен города с деревней без посредника — политической государственной власти. В жизнь эта идея воплощалась путем подвоза хлеба в захваченные махновцами города и вывоза награбленных (и выменянных) вещей. Характерной чертой движения было то, что в нем уживались крестьяне-собственники и уголовная вольница, люди, «для которых идеалом была праздная и пьяная жизнь».

7 января 1920 г. махновцы опубликовали программу «истинного советского социалистического строя». Она предполагала отмену всех распоряжений деникинской и коммунистической властей, шедших вразрез с интересами крестьян и рабочих. Полезность или вредность распоряжений должны определить сами крестьяне на сходах и рабочие на заводах. Помещичья земля передавалась крестьянам, «живущим своим трудом»; фабрики, заводы, рудники и прочее — рабочим, которые в лице профсоюзов создают систему управления промышленностью «и стремятся связать всю промышленность страны в единый целостный организм»; власть переходит к вольным рабоче-крестьянским Советам, Советы состоят только из тружеников, без участия представителей политических организаций; органы государственной власти упразднялись, провозглашались демократические свободы и свободное хождение всех денег.

При всей своей популярности Махно не мог самостоятельно устоять против белых и петлюровцев и трижды заключал союз с большевиками. Первый раз это произошло зимой 1918—1919 гг. Однако в ответ на введение продразверстки началось восстание украинских советских войск (ранее перешедших к красным от гетмана) под руководством атамана Н.А. Григорьева, а 29 мая 1919 г. под лозунгом «Бей жидов, гони комиссаров, спасай революцию!» выступили против советской власти отряды Махно.

Вместе с тем Махно боролся за власть с Григорьевым и убил его 27 мая 1919 г. Все это способствовало наступлению Деникина на Украине. «Мы были разбиты не стратегически, а потому что этот мужицкий фронт всем своим острием был направлен против нас», — объясняли свое отступление с большей части Украины большевики.

Характерной чертой крестьянского движения на Украине в тот период был антисемитизм. Волна еврейских погромов, поднятая войсками Петлюры, прокатилась по всей Украине. «У нас бог знает что творится в селах: все грабят и бьют жидов», — сообщали из Подольской губернии в июне 1919 г. «Везде восстания крестьян, жидов топят, убивают; на жидов везде недовольство», — вторили им в Киевской губернии.

Выступления, созвучные с принципами «третьего пути», принимают явно бандитский характер. «Для деревни (лишенной текстильной мануфактуры) всякий город становится приманкой для грабежа и насилия...»

С повстанчеством как с разрушительной силой вели борьбу все режимы: государственники-белогвардейцы, национальные государственники, петлюровцы и государственники поневоле — большевики. Троцкий считал крестьянские восстания опасными для любой власти. Он писал в 1919 г.: «...не исключена возможность того, что в течение ближайшего года восстания украинских крестьян будут подавляться не нами, а Деникиным, подобно тому, как в течение прошлого года с крестьянскими восстаниями в Сибири бороться приходилось не Советской власти, а Колчаку».

Осенью 1919 г. махновцы, имевшие до 40 тыс. бойцов, деморализовали деникинский тыл, но большевики были настроены к ним непримиримо.

Однако в начале 1920 г. у них еще не было достаточно сил, чтобы самим «раз и навсегда» покончить с Махно, и они использовали его, как и другие повстанческие силы, против белых, вступали в переговоры, подтверждали прежние союзы.

Как мы видим, крестьяне, восставшие под лозунгами «третьего пути», были непримиримы к белым, но как-то мирились с большевиками. Прямо противоположная ситуация наблюдалась среди казаков, если только они изначально не вставали под красные знамена (Ф.К. Миронов).