24. Концепция человека в русской литературе XIX века (Достоевский ф.М., Толстой л.Н.).

Творчество Достоевского антропоцентрично.

Он пришел к идее преобразования жизни путем морально-религиозного перерождения людей, считая основными путями к этому христианскую проповедь сближения с народной моралью, личные благодеяния и примеры подвижников и филантропов. Он не отрицал воздействия среды на человека, но считал для человека унизительным пассивно подчиняться обстоятельствам. Преувеличивая силу среды и драматически подчеркивая нравственную необходимость активного деяния, Достоевский приходил к трагическому представлению о жизни и положении человека в мире. «Невмешательство» бога в судьбы людей представляется ему грозной опасностью. Единственным ориентиром для человека по Достоевскому становится Иисус Христос.

Уже в «Записках из Мертвого дома» (1861) Достоевский выражает идею исключительного своеобразия каждой человеческой личности. Природа человека не укладывается ни в какую схему: «Действительность бесконечно разнообразна, сравнительно со всеми, даже и самыми хитрейшими, выводами отвлеченной мысли, и не терпит резких и крупных различений. Действительность стремится к раздроблению».

Для творчества Достоевского характерен принцип исключительности каждой личности. Одно из главных положений антропологии Достоевского, заключается в том, что в каждом человеке скрыто неистребимое этическое ядро. Достоевский не верит, что «человек по природе добр», он видит в человеке борьбу добра и зла, трактуя ее с поразительной непоследовательностью. Борьба добра и зла в героях Достоевского в основном принимает форму борьбы эгоистического разума и гуманного подсознания. Каждый человек есть единство и борьба противоположностей, контраст материального (личного) и идеального (всеобщего). Он ищет в человеке идеальное начало, представляет в драматических картинах мучительное восхождение человека, его борьбу с самим собой (отразилось в Приеступлении и наказании). Итак, свобода воли — подлинная сущность человека у Достоевского.

В творчестве Толстого проблема человека всегда была непосредствен­ным объектом его художественного исследования. По мнению Толстого, человек с рождения чист и добр. И в творчестве Толстого человек изображается в системе бытовых, общественных, нравственно-этических и прочих отношений. Человеческая сущность показана Толстым в самых разных аспектах. Герои Толстого стремятся к новой жизни.

Для подтверждения высказанного выше достаточно указать хотя бы на центральную идею романа «Воскресение». Здесь героиня, подводя итоги пройденного ею жизненного пути, воспроизводимого в сюжете, не только постигает меру господствующей несправедливости и обиженности» «про­стого народа», но и обретает необходимое и благодетельное, по Толстому, отношение ко всякому злу. «Воскресение» человека y Толстого 80-90-x гг. включает в себя как безусловное отрицание основ существующего общества, так и усвоение морали всепрощения. Именно к «всепрощению» приходят, «воскресая», и Катюша, и Нехлюдов, но каждый своим путем.

Писатель сумел воссоздать неповторимый психологический портрет личности. Крупнейшим творческим достижением писателя яв­ляется раскрытие процесса духовного роста человека. Подлинное развитие личности заключалось в форми­ровании и самоопределении характера, в постепенном выявлении его типиче­ских свойств.

Писатель убежден в том, что натуре человека присуща способность к духовным переменам. Отрицая принципиальную и всеобщую замкнутость характеров, он подчеркивал, что, духовно изменяясь, человек часто оказыва­ется непохожим на себя прежнего и одновременно сохраняет свою цельность.

Концепция человека y Толстого 90-x гг. отличается от концепции предыду­щих его произведений. Он испытывает своего героя, ставя его в экстремальные ситyации. Его герой путем самосовершенствования приходит к поставленной цели, и эта цель есть религия. Человек Толстого 90-х годов, который также занят поиском самого себя, своего назначения, через долгие поиски и страдание при­ходит к тем принципам, которые выработаны всем христианством. Теперь человек Толстого не живет философией русского мужика, не кончает свое восхожде­ние пpиобщением к немy, a прямо обращается к Христу».