Кузнецов вс. Государство и религии в кнр. - м., 1999. С. 250.

ганизация или отдельная личность не могут заставить граждан исповедовать или не исповедовать какую-либо религию»; «Ни­кто не может использовать религию, чтобы заниматься деятель­ностью, которая нарушает общественный порядок, наносит вред здоровью граждан, а также вмешиваться в государственную систему просвещения». Кроме того, в Конституции КНР сказа­но, что «религиозные учреждения и религиозные дела не явля­ются субъектами какого-либо иностранного государства».

Закон о национальной районной автономии, общие принци­пы гражданского закона, Закон об образовании, Закон о труде, Закон об обязательном образовании, Избирательный закон о выборах в народные собрания, Органический закон сельских комитетов, Закон о рекламе и другие законы устанавливают: все граждане независимо от их религиозных верований имеют пра­во выбирать и быть кандидатом для избрания; законная собственность религиозных объединений — субъект защиты за­кона; образование отделено от религии, и все граждане незави­симо от их религиозных убеждений пользуются равными обра­зовательными возможностями; люди всех этнических групп должны уважать другие языки, обычаи и привычки, и никакие рекламные объявления или торговые марки не должны вклю­чать дискриминационное содержание против какой-либо этни­ческой группы или религии.

Китайским правительством утверждены правила об управле­нии местами религиозной деятельности: «всякий, кто покушает­ся на законные права и интересы мест религиозной деятельнос­ти, будет нести ответственность по закону». Но оговорено, что религиозная деятельность, осуществляемая в этих местах, долж­на соответствовать законам и принятым правилам.

В Китае действуют Условия управления религиозной дея­тельностью иностранцев в пределах территории КНР. Документ гласит, что Китай уважает свободу вероисповедания иностран­цев в пределах китайской территории и защищает их культурные и академические контакты с китайскими религиозными круга­ми. Иностранцы могут участвовать в религиозной деятельности в определенных местах китайской территории. Религиозные направления могут проповедовать по приглашению китайских религиозных учреждений на уездном уровне и выше.

Защита прав граждан на свободу вероисповедания постепен­но приводится в соответствие с международными документами и конвенциями. Особенность китайского законодательства в том, что все организации и частные лица, включая религиозные, должны защищать народные интересы, святость закона, этни­ческое единство и целостность страны. Об этом провозглашено в Белой книге Государственного совета КНР, составленной в со­ответствии с документами ООН и конвенциями о правах челове­ка и другими международными актами. Белая книга говорит о равенстве граждан, исповедующих ту или иную религию. Одна­ко, провозглашая приверженность КНР общим принципам ми­рового сообщества относительно прав личности, китайская власть сохраняет исключительное право не следовать безогово­рочно статьям международных деклараций, мотивируя это мно­гими аргументами. Например, в Белой книге говорится, что каждая страна имеет свою историю, культуру и национальные особенности, которые определяют специфику защиты религии в каждой стране.

Китайское правительство считает, что религиозная вера — это личное дело граждан, но провозглашает строительство соци­алистической страны с передовой культурой, а также защиту го­сударственного суверенитета и национального достоинства, что отвечает общим интересам китайского народа, т. е. всех этни­ческих групп, включая исповедующих религию и не исповедую­щих никаких религиозных взглядов. КНР официально заявляет, что религия не самодовлеющее явление, она должна служить современным задачам, которые поставила Коммунистическая партия Китая перед китайским обществом.

Белая книга гласит, что религия должна приспосабливаться к обществу. Это универсальный закон для существования и разви­тия религии. Современный Китай — это социалистическая стра­на с китайской спецификой. Китайская власть требует, чтобы религия приспосабливалась к реальности. Но такая адаптация не требует от граждан ни отказа от религии, ни того, чтобы ка­кая-либо религия изменила свою доктрину. В Китае существует жесткое условие: религиозная деятельность должна проходить в сфере, предписанной законом, и адаптироваться к обществен­ному прогрессу.

3 конце 1980-х годов в некоторых районах страны появились организации, под видом религиозного учреждения занимающи­еся незаконной и даже криминальной деятельностью. Не­которые из проповедников псевдорелигиозных доктрин распро­страняли ереси, вводили в заблуждение массы, отказались под­чиняться государственным законам и настраивали народ на свержение правительства. Чтобы защитить государственные ин­тересы, отмечается в Белой книге, а также право граждан на сво­боду вероисповедания, китайские правоохранительные органы в соответствии с законодательством ведут борьбу с этим явлени­ем, считая, что сегодня ни одна страна не будет терпеть незакон­ную и криминальную деятельность, проводимую под знаменем религии.

Китайское государство определяет наказания для государ­ственных служащих за нарушение прав граждан на свободу веро­исповедания. Статья 251 Уголовного кодекса КНР устанавлива­ет: «Государственный служащий, который незаконно лишает граждан их свободы вероисповедания и покушается на обычаи и привычки национальных меньшинств, когда обстоятельства носят серьезный характер, осуждается на срок до двух лет содер­жания под арестом как уголовный элемент». Выработаны опре­деленные стандарты контроля за нарушениями представите­лями государственных структур личных прав граждан этой страны. Народные прокуратуры должны регистрировать и при­нимать к исполнению дела, когда государственный функционер неправомерно лишает кого-либо законной свободы вероиспове­дания: вмешательство в законную религиозную деятельность, принуждение верующего к отказу от его принадлежности к ре­лигии или принуждение гражданина к исповеданию определен­ной веры или принадлежности к религиозному направлению — когда возникают серьезные отрицательные последствия. Проку­ратура регистрирует дела о нелегальном закрытии или разруше­нии культовых зданий и предметов. В последние годы китайское правосудие сталкивается с нарушениями соответствующих за­конов. В Китае религиозные объединения и места религиозной деятельности регистрируются правительством в соответствии с законодательством КНР. Заявления при такой регистрации должны содержать указание на:

1. постоянное место нахождения и название организации;

2. наличие управления, составленного из приверженцев со­ответствующей религии;

3. духовный персонал для исполнения религиозной деятель­ности или персонал, имеющий определенную квалификацию;

4. правила управления.

Правительственные органы откладывают регистрацию или временно утверждают регистрацию религиозных организаций, которые не могут удовлетворить этим основным требованиям.

Кроме того, Правительство КНР как носитель суверенной власти страны провозгласило за собой право утверждать в сане ламаистских иерархов. В 1992 году Комитет по делам религий при Госсовете КНР утвердил в качестве 17-го Гьялва Кармапы, главы секты кагьюдпа, мальчика, признанного таковым по пра­вилам упомянутой религиозной организации. В 1995 году китайское правительство руководило поисками мальчика, в ко­тором, по учению ламаизма, воплотилась душа усопшего Пан- чен-ламы X, второго ламаистского иерарха, и утвердило интро­низацию Панчен-ламы XI.

Для некитайского населения Китая выполнение заповедей религии — не только вера, но и средство выражения националь­ной принадлежности. Религия выступает как аспект националь­ного вопроса. Поэтому китайское государство уделяет особое внимание исламу и религии неханьцев. Соответствующие адми­нистративные учреждения занимаются организацией хаджа — паломничества китайских мусульман в Мекку. С учетом пище­вых запретов и погребальных обрядов мусульман, введены пра­вила о производстве для них халяльной (дозволенной) пищи и открытии только мусульманских кладбищ. В последние годы, говорится в Белой книге, китайские правоохранительные органы обеспечили юридическую защиту законных прав мусульман. Не­которые дела, касающиеся публикаций, оскорбляющих религи­озные чувства мусульман, рассматривались в судебном порядке.

Современной проблемой государства является политизация ислама и ламаизма. Эти конфессии выступают как идейная сила для той части некитайского населения (тибетцев, монголов, уйгуров), которая борется за национальную независимость и создание собственной государственности. Самое крупное столкновение на этнорелигиозной основе состоялось в феврале 1997 года в Кульдже. Целью уйгурских выступлений является восстановление исламского независимого Восточного Турке­стана. В 1987 году ламаистское монашество в Лхасе стало орга­низатором политических демонстраций с требованием освобо­дить Тибет от китайской власти. В результате Пекин в 1989 году ввел военное положение в Лхасе¹.

В китайском государстве существуют межконфессиональные и межэтнические проблемы, вызывающие национальный сепа­ратизм и религиозный экстремизм. Борьба с этими явления­ми — одна из актуальных задач на ближайшую перспективу. В октябре и ноябре 1999 года Правительство КНР определило «еретические культы», являющиеся новыми религиозными на­правлениями (например, «Фалуньгун» — структурированная ре­лигиозная система убеждений, включающая элементы буддизма и даосизма). За 2005—2006 гг. более 400 последователей этого направления заключены в тюрьму или в трудовые лагеря для «перевоспитания» (по данным «Дуйхуа» — организации, кото­рая собирает информацию по политическим заключенным в КНР).

1 марта 2005 г. правительством Китая введены правила наци­онального уровня — современный комплекс законов по защите религиозных свобод граждан Китая. Однако чиновники подав­ляют религиозную активность, которая выходит за рамки под­контрольной государству религиозной системы. В КНР задер­живаются и арестовываются верующие, закрываются религиоз­ные сайты, налагаются ограничения на передвижения, контакты, визиты и переписку верующих. По словам директора правоза­щитной организации Human Rights Watch по Азии Брэда Адам- са, «китайские власти заявляют, что новые правила охраняют религиозную свободу, но в них существует неясность в форму­лировках постановлений, что позволяет подавлять неугодных персон или группы»². Например, правила утверждают, что раз­решена «нормальная» религиозная активность, но не определя­ют, что же это означает.

См.: Мировой опыт государственно-церковных отношений. — М., 1999.

http: // savetibet.ru/1143871740.html

Религиозная литература тщательно контролируется. Основ­ные тексты должны печататься только в аккредитованных ти­пографиях и распространяться через официально одобренные каналы. В ноябре 2005 года за попытку восполнить неудовлетво­ренный спрос на религиозную литературу Цай Чжуохуа получил три года заключения. В Синьцзяне несколько молодых людей были задержаны с запрещенными религиозными текстами и на­казаны¹.

Конституцией КНР гарантировано право на свободу вероис­поведаний. Однако Human Rights Watch отмечает, что эти пра­вила требуют, чтобы религиозные организации и верующие «оберегали единство страны и стабильность общества», избегая «иностранного доминирования». Любая религиозная деятель­ность «находится под надзором отдела по делам религий и призвана сообщать о своих доходах и расходах».

Начиная с документа 1982 года — Основы позиции и полити­ки по религиозному вопросу в социалистический период — ки­тайское руководство посредством политических указаний и по­становлений пытается преследовать двойную цель: ущемить религиозную свободу и искоренить произвольное применение правил на уровне местных кадров.

Таким образом, правительство КНР провозгласило легитим­ными только пять религий. Под свою защиту государство берет только ту религиозную деятельность, которую оно считает «нор­мальной» (но юридического понимания этого термина не суще­ствует). По всей стране введена система контроля, требующая, чтобы каждая мечеть, храм, церковь, монастырь регистрирова­лись при правительстве. Регистрация предусматривает прави­тельственный контроль и надзор за финансами, персоналом, публикациями, деятельностью религиозных сообществ, а также цензуру отдельных религиозных принципов. Незарегистриро­ванные религиозные объединения являются нелегальными и подлежат административным и уголовным наказаниям.

Международное право предписывает, что практика свободы вероисповедания должна защищаться государством. Правитель­ство может в определенных обстоятельствах наложить легитим­