Xli. Незабываемый 1913 год

Пиком государственной карьеры Коковцова было событие, которое навсегда вошло в историю России. Оно связано с юбилейным 1913 годом и всенародным празднованием 300-летия Царствующего Дома Романовых.

По поводу сего великого события был издан Высочайший Манифест от 21 февраля 1913 года. С особым трепетом и любовью происходили по всей Империи торжества, посвященные благополучному Царствованию Святого Государя Императора Николая II и всего Царствующего Дома. В обеих столицах Российской Империи юбилей отмечался с большим размахом и отличался особой торжественностью.

Государев летописец С. С. Ольденбург писал о том:

"Государь не ограничился торжествами в столицах. Он решил, с наступлением весны, предпринять поездку по тем местам, где выросла и окрепла Суздальская и Московская Русь, где была вотчина бояр Романовых... Государь со всею Царской Семьею, несмотря на недомогание Наследника, отбыл из Царского Села и проехал через Москву во Владимир; оттуда на автомобиле в Суздаль; посетил село Боголюбова. Прибыв в Нижний Новгород, Царская Семья проследовала оттуда на пароходе "Межень" по Волге в Кострому и Ярославль. Оба берега Волги были покрыты толпами крестьян, которые десятками тысяч собрались взглянуть на Государя. Пристани и дома на берегах были украшены флагами и зеленью… " (С.С.Ольденбург, 483 стр.).

В.Н.Коковцов предчувствовал, что он становится свидетелем уходящего времени. Времени, когда Самодержавное Царство Русское пребывало в своем расцвете. Не объясняя своего дурного предчувствия, он написал в мемуарах, что во время поездок Государя Николая Александровича, он уже не замечал «настоящего энтузиазма».

О поездке в Кострому, где был зван на Царство Русским народом Михаил Романов (1613 – 1645 гг.) Коковцов написал:

"Большое впечатление произвела только Кострома. Государь и Его семья были окружены сплошной толпой народа, слышались неподдельные выражения радости… Цесаревича несли на руках казаки охраны… Так как процессия остановилась.… Я ясно услышал скорбные восклицания при видении бедного безпомощного младенца, Наследника Трона Романовых…" (Р.Мэсси, "Николай и Александра", 209 стр.).

Юбилейные торжества прошли успешно:

"Поездка Царя была естественным атрибутом Семейных торжеств. Идея государства и Правительства была отодвинута на задний план, а личность Царя стала господствующей. Мизансцена была так составлена, что Правительство казалось барьером между народом и Царем, на которого они смотрели со слепой преданностью, как на помазанника Божия... Ближайшие друзья Императора при Дворе были убеждены, что Монарх может делать что-либо, только основываясь на безграничной любви и полной преданности народа. Министры... с другой стороны... и Дума... считали, что Монарх, наконец, должен понять - чаяния общества сильно изменилась с того дня, как Романовы стали Царями и повелителями земли Русской…" (209 стр.).

В подтверждение этих слов можно процитировать П.Н.Милюкова:

«…переживания революционной поры 1905-1906 годов сменились наступившим за семь лет внутренним спокойствием и дали место идее величия личности Государя и вере в безграничную преданность ему, как помазаннику Божию, всего народа, слепую веру в него народных масс... В ближайшем окружении Государя, несомненно, все более и более внедрялось сознание, что Государь все может сделать один, потому что народ с ним. Министры, не проникнутые идеей так понимаемого абсолютизма, а тем более Государственная Дума, вечно докучающая Правительству своею критикой, запросами, придирками и желанием властвовать и ограничивать исполнительную власть… и чем дальше держать этот неприятный аппарат от Государя, - тем лучше и тем менее вероятности возникнуть на пути всяким досадливым возражениям... требующим приспособляться к каким-то новым условиям, во всяком случае, уменьшающим былой престиж и затемняющим ореол "Царя Московского ", управляющего Россией, как своей вотчиной…" (2 т. 87-88 стр.).

В.Н.Коковцов, к несчастью для него, не разделял этого мнения, и ему приходилось напоминать Государю, что "…нельзя более делать так, как было…", и сдерживать порывы "…так понимаемого абсолютизма…" (там же).

В характере Коковцова была "…черта внутреннего самоуважения и требования признания его от других, которая давала основание шутить над его суетностью и тщеславием... То обстоятельство, что Коковцов шел на явный неуспех, оставаясь верен себе и своей роли, не могло не вызывать уважения к нему…» (88 стр.).

Быстрый экономический рост России привлек внимание ее врагов, как внутри страны, так и за рубежом, к отрицательным сторонам хозяйственного быта Русского общества. Внешне все было прекрасно - налоги давали с каждым годом все больше дохода без повышения ставок. Несмотря на растущие военные расходы и ежегодное повышение кредитов на нужды образования - дефицита бюджета просто не было. Огромная часть государственного дохода поступала от винной монополии. Она и стала камнем преткновения.