Учебники / Введение в демографию

Россия опустилась ниже известных из литературы оценок для населения Запада. По-видимому, падение рождаемости в основном выразилось в откладывании, в том числе и на неопределенный срок, рождения второго (а не первого, как это можно было бы предположить, судя по западным примерам) ребенка. Можно поэтому ожидать, что интергенетический интервал между рождениями первого и второго ребенка в России более длителен чем в западноевропейских населениях (где он, по имеющимся оценкам, составляет около 3-х лет). Хотя прямых данных к такому заключению не имеется, косвенные оценки подтверждают это.

Заметим в заключение, что было бы неверно считать, что, говоря о рождаемости, Россия всегда стояла и стоит изолированно от европейского «ансамбля» наций. Во-первых, хотя населения Запада и сохраняют общие черты не присущие современному российскому населению, рождаемость европейских населений существенно разнится от страны к стране. Франция, например, обладает сравнительно низким уровнем бездетности, сравнимым с российским (при значительно большем СКР). Во-вторых, и в главном, современные черты рождаемости в России (такие, как малая бездетность, смещение деторождения к молодым возрастам) разделяли с ней многие бывшие социалистические страны Восточной Европы (например, Восточная Германия), а некоторые из них (судя по имеющимся оценкам, например, Венгрия, прибалтийские республики) сохранили, подобно России, эти черты и в первой половине 1990-х гг. Нельзя поэтому говорить об особом российском типе рождаемости. Но нельзя и считать, что принципиальные отличия в социально-экономическом строе не отражаются на репродуктивном поведении населения, на протекании демографического перехода в той или иной стране.

9.4.3. Региональные особенности рождаемости в России

Неоднородность населения бывшего Советского Союза по уровню рождаемости и характеристикам репродуктивного поведения постоянно обсуждалась как в профессиональной демографической литературе, так и в политических публикациях. Признавалось наличие двух типов рождаемости на территории страны (см. подробнее Вишневский и Волков, 1983, глава 3.4). Напротив, население России в современных границах, no-существу, демографически однородно. В среднем, различия регионов по суммарному коэффициенту рождаемости не выходят за пределы таких европейских стран, как Италия или Франция. Однако рождаемость некоторых регионов существенно отличается от рождаемости страны в целом, демонстрируя черты более ранней фазы демографического перехода, сравнимые с чертами, характерными для России в целом в 1960-е гг.

233

Восновном эти отличия связаны с различиями репродуктивного поведения у разных народов нашей страны и, следовательно, соотносятся с этническим составом населения регионов, но зависят также от их уровней урбанизации и от общей ориентации экономического развития.

Региональные различия в уровне рождаемости в России в 1990-егг. восновном повторяют различия, наблюдавшиеся в 1970-е и 1980-егг., хотя общероссийскийуровеньрождаемостиза эти годы претерпел значительные изменения. В большинстве регионов рождаемость близка к средней по стране, отклоняясь по уровню СКР не более чем на 0.15 ребенка на женщину. Особо низкие уровни рождаемости отмечаются в Центральном экономическом районе, Ленинградской, Мурманской и Магаданской областях. Ниже общероссийского уровня лежат также суммарные показатели рождаемости Северного и Северо-Западного района, Среднего Поволжья, индустриальных областей Урала и Западной Сибири, включая и некоторые национальные республики, и территорий российского Дальнего Востока. Несколько выше общероссийского уровня рождаемость ряда областей Центра и Нижнего Поволжья, большинства национальных республик европейской территории страны, краев и ряда областей Сибири1.

Этнический фактор не играет определяющей роли в выше упомянутых региональных различиях. Скорее, существенна здесь общая экономическая структура активного населения региона (например, структура трудовых ресурсов по отраслям квалификации и профессиональной подготовке) и, следовательно, масштаб и специфика проявления экономического кризиса на данной территории: уровень сокращения производства и масштаб безработицы, возможность прибегнуть к альтернативным источникам доходов, к подсобным промыслам, объемы имеющихся личных накоплений, уровень заболеваемости и состояние медицинского обслуживанияи т.п.

Столичные города — Москва и, особенно, Санкт-Петербург — исторически отличались от страны в целом по многим социально-экономи- ческим и демографическим показателям, в частности, обладали существенно более низким уровнем рождаемости. По данным микропереписи

1 С 2000 г. статистика дается не по экономическим районам, а по 7 федеральным округам. В 2001 г. наиболее высокой рождаемость была в Южном федеральном округе (10,4‰), наиболее низкой — в Центральном федеральном округе (8,0‰). Что касается областей и республик России, то наиболее высокой она была в Республике Ингушетия (18,9‰), Республике Дагестан (17,7‰) и Республике Тыва (16,1‰), наиболее низкой — в Тульской области (7,1%), Ленинградской, Рязанской, Смоленской и Пензенской областях, в которых общий коэффициент рождаеомсти составил 7,3‰, против среднероссийского в 9,1‰.

234

1994 г. можно установить и менее заметные отличия: более высокую долю бездетных (около 20% в гипотетическом поколении 1993 г. в СанктПетербурге), позднее начало деторождения (средний возраст при рождении первенца примерно на 2 года выше, чем в стране в целом), очень низкая пропорция двухдетных семей при практическом отсутствии трехдетных.

На другом полюсе находятся регионы с уровнем рождаемости, значительно превышающим общероссийский. Это, прежде всего, национальные

к ним территории. Особенно высокий уровень рождаемости наблюдается в Дагестане и Туве, где даже в 1990-е гг. СКР превышал отметку 2,0. Во многих национальных республиках высокая рождаемость обеспечивается высокой долей многодетных семей, характерной для ранней стадии демографического перехода (вероятность рождения третьего ребенка в этих республиках превышает 0.3, достигая около 0,5–0,6 в Туве и Дагестане, т.е. поднимаясь до общероссийского уровня начала 1960-х гг.). Кроме того, в сибирских республиках отмечается чрезвычайно низкий уровень бездетности, по существу достигающий биологического минимума (3–4 % в Туве) при очень раннем начале деторождения. Столь низкий уровень бездетности никогда не был зарегистрирован на общероссийском уровне, но, по оценкам, был характерен для населения Китая 1970-х и 1980-х гг.

В заключение подчеркнем, что наметившийся в последние годы (2000– 2001 гг.) небольшой подъем рождаемости в России (с 1,215 млн. рождений в 1999 г. при общем коэффициенте 8,3‰ и СКР в 1,17 до 1,267 млн. в 2000 г. и 1,312 млн. в 2001 г. при общем коэффициенте в 9,1 и СКР в 1,22) является явно недостаточным и обусловлен, в частности, «эффектом отложенных рождений», как и рядом других структурных факторов, и, скорее всего, будет кратковременным, если не изменить современные стереотипы по репродуктивному поведению российского населения и политику государства в отношении рождаемости.

235

ЛИТЕРАТУРА

1.Андреев Е.М., Баркалов Н.Б. Таблицы рождаемости по очередности рождения. Вопросы статистики, 1999. №5.

2.Андреев Е.М., Дарский Л.Е., Харькова Т.Л. Демографическая история России: 1927–1959. М.: Информатика, 1998.

3.Борисов В.А. Перспективы рождаемости. М.: Статистика, 1976.

4.Вишневский А.Г. Методы количественного анализа рождаемости // Методы исследования / Под ред. Л.Л. Рыбаковского. М.: Мысль, 1986.

5.Народонаселение. Энциклопедический словарь. М.: Большая Российская энциклопедия, 1994.

6.Современная демография / Под ред. А.Я. Кваши, В.А. Ионцева. М: Изд-во МГУ, 1995.

7.Avdeev A., Monnier A. A la découverte de la fécondité russe contemporaine. Population. № 49 (4–5). P. 859–901.

8.Barkalov N., Dorbritz J. Measuring period parity-progression ratios with competing techniques. An application to East Germany. Zeitschrift für Bevölkerungswissenschaft. № 21 (4). P. 459–505.

9.Brass W. Cohort and time period measures of quatum fertility: concepts and methodology. In: H. Becker (ed.) Life histories and generations. Vol. II: 455–476. Utrecht: The Nethelands Institute of Advance Studies in the Humanities and Social Sciences, 1990.

10.Easterlin R., Crimmins E. The fertility revolution: a supply-demand analysis. Chicago: University of Chicago Press, 1985.

11.Smith D. Formal demography. N.Y.: Plenum Press, 1992.

12.Patterns of fertility in low-fertility settings. ST/ESA/SER.A/131. N.Y.: UN Population Division, 1992.

236

ГЛАВА 10 БРАЧНОСТЬ

с институтом брака, трансформация процессов брачности во второй половине XX века усилили интерес к анализу брачности.

Вданном параграфе мы рассмотрим несколько понятий, необходимых нам в разговоре о брачности.

Брак — санкционированная и регулируемая обществом форма отношений между мужчиной и женщиной, определяющая их права и обязанности по отношению к друг другу и к детям.

Взависимости от целей исследования и способа сбора статистических данных брак может признаваться существующим либо в том случае, когда

он зарегистрирован (государственными органами, церковью), либо вне зависимости от регистрации.

Приведем некоторые определения категорий, которые мы будем использовать в дальнейшем при анализе брачности.

Брачность — это процесс образования супружеских пар в населении. Бракоспособное население — это совокупность мужчин и женщин, потенциально способных вступить в брак, то есть не состоящих в браке

инаходящихся в возрасте старше брачного совершеннолетия. Состояние здоровья или юридические запреты могут быть ограничением бракоспособности. Однако при оценке бракоспособного населения ими, как правило, пренебрегают.

Брачная когорта — это совокупность лиц, вступивших в брак в один

итот же период, например, в один календарный год.

Брачное состояние — статус мужчины или женщины, связанный с нахождением ими в той или иной брачной категории. Брачные категории можно проклассифицировать в зависимости от правовых норм и статистической практики в стране. Существуют состоящие и не состоящие в браке мужчины и женщины, которых можно отнести к следующим брачным категориям: женат (замужем), сожительствующий (ая) *, одинокий (ая), вдовец (вдова), разведен (а), разошедшийся (аяся)*.

Брачные категории, выделенные звездочкой *, относятся не к правовым категориям, а к социальным, и не отслеживаются текущей статистикой. Со- циально-демографические обследования и частично переписи населения учитывают эти категории (например, переписи населения СССР в 1979 и в 1989гг. включали брачную категорию «разошелся» («разошлась)»).

237

Брачный возраст — возрастные границы, в пределах которых закон (обычай) допускает вступление в брак. Чаще законодательно ограничивается минимальный брачный возраст, начиная с которого браки разрешены. Минимальный брачный возраст колеблется в пределах от 12 лет до 21 года, для женщин он меньше (или равен), чем для мужчин. В России этот возраст равен 18 годам для мужчин и женщин.

Безбрачие — отсутствие факта вступления в брак в течение всей жизни индивидуума. Безбрачие может быть вынужденным (физиологические причины, религиозные причины) и добровольным. Если мы учитываем только юридические браки, доля добровольного безбрачия будет выше. Уровень безбрачия в той или иной демографической когорте определяется долей лиц в этой когорте, не вступивших ни разу в брак к определенному возрасту. Возрастной порог обычно устанавливают в 50 лет, что связано с конечным порогом репродуктивного возраста. Однако, процесс постарения населения и социальный интерес к бракам в старших возрастах может сформировать второй возрастной порог для анализа, например, 70 лет.

Воспроизводство брачной структуры населения — совокупность процессов брачности, овдовения и разводимости или динамика изменения брачных состояний мужчин и женщин.

Календарь брачности — распределение вступающих в брак по возрасту в реальных поколениях.

Матримониальное поведение — поведение индивидуума на брачном рынке, нацеленное на заключение брака (или расторжение брака).

Овдовение— прекращениебрака по случаю смертиодного изсупругов. Развод — юридическое прекращение брака по заявлению супругов или одного из супругов. Фактическое прекращение брака (в отличие

от юридического) формирует брачную категорию «разошедшиеся».

10.2. ФОРМЫБРАКА

Достаточно сложно представить себе единую классификацию форм брака, так как в основе различных форм брака лежат свои критерии дифференциации брака. Экономические, религиозные, юридические, социокультурные мотивы, переплетаясь, определяют различные формы брака. Человечество «придумывает» различные формы брака, чтобы выжить и воспроизвести себя. Религиозные брачные предписания, как правило, являлись в социуме неким рациональным выводом из экономических, демографических и социальных мотивов и препятствий для выживания человека.

Критерий юридического оформления и общественного признания брака порождает такие формы брака, как юридический брак и фактический

брак или консенсуальный союз.

238

Вставка 10.1. По свидетельствам этнографических источников, в древности распространены были различные формы брака, связанные с недостаточной численностью женщин или с недостаточной численностью мужчин. Высокая смертность женщин при родах и девочек, порождая «дефицит невест», приводила к распространению такой формы брака, как полиандрия — несколько мужей у одной женщины. Высокая смертность мужчин в результате войн, порождая «дефицит женихов», приводила к полигинии — несколько жен у одного мужчины. В большинстве современных стран распространен парный брак — у мужа толькоодна жена, у жены толькоодин муж.

Полигиния, например, и в наше время в большей степени распространена в тех странах, где жену по обычаю «покупают». Если жених не имеет достаточно имущества, то он и не имеет возможности заключить брак. Богатые мужчины «покупают» себе больше жен на избыточном брачном рынке. Снижение зависимости людей от религиозных предписаний и природных циклов в современном мире ослабляет жесткую необходимость придерживаться той или иной формы брака (например, полигинии), сглаживает сезонные колебания брачности — массовое заключение браков в периоды после сбора урожая, практическое отсутствие брачных церемоний в периоды религиозных постов.

Возможность заключать несколько браков в течение жизни приводит к существованию последовательного полигамного брака. Полигамия (многобрачие),

вероятно, была распространена на ранних стадиях развития человечества. Средние века характеризовались наличием моногамного брака (единобрачие), призванного сохранить накопленное имущество домохозяйства и поддержать принцип передачи наследства от поколения к поколению. В настоящее время с ростом числа разводов и повторных браков принцип моногамии ослабевает. Правда, мы не применяем термин «полигамия» к современной ситуации. Однако в связи с появлением социальной возможности заключать несколько браков на протяжении жизни возникают новые термины: по очередности брак может быть первым или повторным (вторым, третьим и т.д.). Интересно, что средняя продолжительность браков сохраняется в течение ряда столетий: раньше брак прерывался смертью одного из супругов, а в настоящее время высока вероятность развода.

Консенсуальный брак — брак, в котором мужчина и женщина сожительствуют друг с другом, но юридически не оформляют свой брак. Информация о наличии таких браков собирается в процессе проведения переписи населения или социологического обследования на основе самоопределения мужчин и женщин. Обязательным условием признания такого брака является проживание супругов в совместном домохозяйстве, эпизодические встречи сексуальных партнеров не могут считаться консенсуальным браком. Вторым условием признания такого брака является его длительность, однако, установить четкие временные рамки в данном случае не представляется возможным, поэтому это условие считается относительным.

Синонимами консенсуального брака являются следующие понятия:

фактический брак, гражданский брак, нерегистрируемый брак, консенсуальный союз, сожительство.

Современные причины роста доли фактических браков заключаются в целом ряде причин. В частности, экономическая независимость женщин,

239

развитие медицины и контрацепции изменили систему ценностей у людей, трансформировали институт брака, провоцируя рост консенсуальных союзов. Относительно мотиваций и характеристик супругов, заключающих консенсуальный союз, можно выделить следующие браки. Пробные браки заключаются для того, чтобы партнеры лучше смогли узнать друг друга до брака. «Студенческие» браки формируются в молодых возрастах — молодежь учится, делает карьеру, накапливает капитал для заключения официального брака, создания семьи и рождения детей. «Взрослые» браки формируются среди людей старшего возраста (после 40 лет), не считающих юридическое оформление брака необходимым по тем или иным причинам, для совместного проживания, рождения и воспитания детей. Как правило, эти браки являются повторными.

Вставка 10.2. В разных культурах консенсуальные браки имели различный статус, определенную мотивацию и характеристики супругов. В Древнем Риме были распространены консенсуальные браки — конкубинат (от лат. con — вместе, cubo — лежу) — вследствие запрета сочетаться законными узами людям из разных социальных сословий. Конкубинат был отражен в законодательстве императора Августа: конкубина (супруга) не получала сословных привилегий брачного партнера, а рожденные ею дети не получали привилегий отца. В Советском Союзе в 1926 – 1944 гг. консенсуальные браки с точки зрения юридических последствий были приравнены к законным. Л.Е. Дарский, например, отождествляет современный консенсуальный брак с церковным браком, придавая ему статус признания со стороны конфессии (I, с. 187). В современном российском кодексе о браке фактический брак не порождает юридических прав и обязанностей супругов.

Говоря о формах брака, следует вспомнить и гомосексуальные браки, имеющие в ряде стран полноценный юридический статус (например, в странах Северной Европы, в Нидерландах, во Франции и т.д.), а супруги полноценные юридические права. С демографической точки зрения такие браки менее интересны, так как не могут быть институтом воспроизводства человека, а лишь институтом воспитания уже имеющихся детей.

10.3. ТИПЫБРАЧНОСТИ

Социально-экономические мотивы объясняют не только существование различных форм брака, но и возникновение определенных типов брачности в населении с присущими им характеристиками. Если в древности почти все бракоспособное население вступало в брак, возраст вступления в первый брак был низким и уровень безбрачия в населении был очень незначительным, то с XV века, по мнению Дж. Хаджнала, формируется европейский тип брачности (Хаджнал, 1979), для которого характерны более поздние браки и более высокая доля безбрачия в населении. Высокий возраст вступления в брак был особенно характерен для мужчин, так как им

240

необходимо было накопить первоначальный капитал для создания семьи, то есть создать экономическую базу для формирования нового домохозяйства. Средний возраст вступления в первый брак для средневековых европейских мужчин — 28 лет, для средневековых женщин — 25 лет.

Строго говоря, под европейским типом брачности Дж. Хаджнал понимает западноевропейский тип брачности, ибо доля окончательного безбрачия в странах восточной Европы была очень низка (не более 5%), а средний возраст вступления в первый брак относительно низок (около 21 года). Таким образом, мы имеем примеры западноевропейского (европейского) типа брачности (Франция, Голландия, Германия, Швеция, Испания, Финляндия и другие страны) и восточноевропейского типа брачности (Босния, Болгария, Россия, Румыния, Сербия). В странах с западноевропейским типом брачности существенная доля населения не вступает в брак на протяжении всей жизни: доля окончательного безбрачия равна в среднем по странам 15% для мужчин и 17% для женщин при том, что доля безбрачия не снижается ниже 10%. А в восточноевропейских странах не состоящих в браке практически нет. В возрастах 20–24 года в европейских странах около 75% женщин еще не замужем, тогда как в восточноевропейских странах в этой возрастной группе 75% женщин уже состоят в браке. Можно выделить и так называемый промежуточный тип (Венгрия, Греция), который имеет промежуточные характеристики доли безбрачия и среднего возраста вступления в брак. Уровень окончательного безбрачия считается низким, когда менее 5% женщин вообще не вступает в брак, средним — при 5–9% и высоким при 10% и более. Средний возраст вступления в первый брак для женщин считается низким, если женщина вступает в брак до 21 года, средним — в 21–23 года, высоким — в 24 и более лет.

Характеристики брачности неевропейских стран1 приближены или

в возрастной группе 45–49 — менее 2%. Такой тип брачности считается

традиционным.

Современные типы брачности имеют схожую структуру, выделяются страны с так называемым западноевропейским, восточноевропейским, ази-

атским и латиноамериканским типами брачности. Внутри каждого типа существуют свои подтипы, характеризующие особенности брачности в том или ином регионе. Например, азиатский тип брачности включает в себя традиционный тип брачности и японский тип брачности; Север, Центр и Юг Западной Европы демонстрируют свои нюансы в процессах формирования браков.

1 Под неевропейскими странами Дж. Хаджнал понимает азиатские и африканские страны.

241

Мы будем использовать следующую укрупненную терминологию в типологии современной брачности: европейский тип брачности, азиатский тип брачности (с низкой долей безбрачия, низким возрастом вступления в брак для женщин) и латиноамериканский тип брачности (с высокой долей фактических браков). Но это достаточно условное выделение, так как существует значительный разброс характеристик брачности в азиатских и латиноамериканских странах. Многообразие брачного поведения в африканских странах (и определения понятий «семья», «брак», «домохозяйство») не позволяет определить единый тип брачности. Кроме того, незарегистрированные браки часто не поддаются строгому статистическому учету, попытки анализа таких браков наталкиваются на определенные трудности, связанные со сбором данных и с интерпретацией понятия незарегистрированный брак. В современной Европе также наблюдается рост доли незарегистрированных браков, что затрудняет анализ трансформации типов брачности.

Причем, если азиатский тип брачности по характеристикам является прямой противоположностью европейского типа брачности, то латиноамериканский тип брачности заключает в себе несколько иные критерии оценки — помимо возраста вступления в брак и доли безбрачия анализируется также доля консенсуальных (незарегистрированных) браков. Высокая доля таких браков является признаком данного типа брачности.

Доля женщин, состоящих в консенсуальных союзах в возрастной группе 15–49 лет (данные переписей, FPC и DHS обследований, начало 1990-х гг.) колеблется от 59,7% в Доминиканской Республике до 11,6% в Чили. Причем, кроме Мексики (15,3%), Бразилии (15,3%), Чили и Уругвая (12,6%) остальные страны демонстрировали величину этого показателя, превышающую 21% (Коста–Рика, Аргентина, Боливия) и даже 30% (Куба, Сальвадор, Никарагуа, Гондурас, Гватемала и другие страны). А для возрастной группы 15–24 года этот показатель в ряде стран превышал 70% (Доминиканская Республика, Сальвадор, Панама). Динамика доли женщин, состоящих в консенсуальных союзах, оставалась достаточно стабильной на протяжении 1970-х – 1990-х гг. По социально-демографическим характеристикам это женщины, среди которых больший процент составляют молодые женщины, сельские женщины, женщины с относительно низким уровнем образования и более ранним возрастом вступления в первый брак

(Gubry, 1984, С. 941–949).

По темпам изменения характеристик брачности выделяют также так называемый японский тип брачности: значительный и быстрый рост возраста вступления в брак (21,1 год в 1925 г. и 25,1 год в 1980 г.) сопровождался относительно низкой долей окончательного безбрачия (4,4% в 1980 г.). Подобные изменения наблюдались в 1980-х гг. в Гонконге, Малайзии, Сингапуре, Тунисе, Шри-Ланка и Южной Корее (см. Тольц, 1984, С. 146–148).

242