Глава 23.

«Перенесение бесконечного шара на актуальность божественного бытия».

У бесконечного шара мы обнаруживаем три сходящиеся в центре максимальные линии длины, ширины и глубины. Но так как шар бесконечный, то центр равен его диаметру и окружности. То есть центр и есть все эти три линии: длины, ширины и глубины. Так же и бесконечный максимум будет всякой длиной, шириной и глубиной, которые в нём есть единая неделимость. Шар есть форма форм. И он является действительностью линии, треугольника и круга. Также и абсолютный максимум есть максимальное актуальное бытие в котором любое заключающееся в нём несовершенство являет как совершенство. Кривизна в нём есть прямизна, составность – простота, различие – тождество, инаковость – единство.

Через подобие максимума шару мы видим, что он есть точнейшая мера всего во Вселенной. Бог же есть единое, простейшее основание всего мирового целого и всех круговращений.

Глава 24.

«Об имени Бога и утвердительной теологии».

Если максимум есть тот максимум просто, которому ничего не противостоит, то ему не может подходить никакое имя. Ведь имена даются исходя отличию вещей одного от другого и их противопоставления. Там же где все вещи суть единое никакое противопоставление невозможно. То же четырёхбуквенное имя которое принято давать Богу правильнее всего перевести как: «единое и всё» или «всё в единстве». Но ещё более точным именем будет: «единство». Но единство это не является обычным единством, которому противостоит множественное. Богу подходит не это единство, а такое, которому не противостоит ни различие, ни множество, ни многочисленность. Такое единство, связывающее всё в своей простоте, и будет его максимальным именем.

Если какие-либо утвердительные имена и подходят ему, то лишь в аспекте творений. Они подходят ему по его бесконечной потенции к творчеству. Но перенося утвердительные имена с творений на Бога, ради обозначаемых ими совершенств, должно помнить, что ещё от века эти совершенства ещё от века в свёрнутом виде содержались в нём как в высшем совершенстве и в его бесконечном имени.

Даже имя Троицы и составляющих её лиц: Отца, Сына и Святого Духа прилагается к Богу только по его отношению к творениям. Так Сын именуется Сыном, исходя из того, что он есть равенство единства, то есть бытия и существования. Бог есть Отец, так как он родил равенство единству, и он есть Святой Дух, так как он есть их любовь по отношению друг к другу. Всё это тоже по отношению к творениям.

Глава 25.

«Язычники именовали Бога по-разному в аспекте творений».

Язычники также именовали Бога ввиду различных сторон его творения. Все эти мена показывали частные совершенства, развёртываемые из всесодержащего единства несказанного имени. Они называли его Юпитером, ради чудесного милосердия; Сатурном, ради глубины помыслов и изобретения необходимых для жизни вещей, Марсом, ради воинских побед и т. д. Соответственно различных имён здесь может быть великое множество и оно никогда не иссякнет. Каждое из них относится к имени собственому и неизречённому как конечное к бесконечному.