§ 3.2. Тактика судебных допросов

Еще П. Сергеич указал, что "наиглавнейшая... заслуга сторон в ведении судебного следствия состоит в умении вести допрос" <1>.

--------------------------------

<1> Сергеич П. Искусство речи на суде. Тула: Автограф, 2000. С. 153.

Допрос - наиболее распространенное в уголовном судопроизводстве следственное действие, посредством которого компетентный субъект получает информацию о преступлении, которой обладают допрашиваемый. М.И. Еникеев обоснованно указал, что показания допрашиваемых лиц - "динамическая основа всего судебного процесса", поскольку эти лица могут отказаться от ранее данных показаний, усилить или ослабить их, могут дать показания о новых фактах, стать лжесвидетелями <1>.

--------------------------------

<1> См.: Еникеев М.И. Общая и юридическая психология: Краткий курс. С. 253.

А.Н. Стуликов называет следующие цели судебного допроса: 1) получение желательных и настолько убедительных показаний, что они не вызывают разумных сомнений у суда; 2) получение показаний, которые служат основанием для порождения недоверия к показаниям участника противной стороны <1>.

--------------------------------

<1> См.: Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представления доказательств. С. 17.

Тактика судебного допроса предопределена его целью - получением полных и объективных показаний. Допрос представляет собой активное взаимодействие допрашивающего и допрашиваемого, поэтому его успех в максимальной степени зависит от квалификации, умения, опыта допрашивающего, правильно подобранного им темпа речи при общении с допрашиваемым, от применения в предусмотренных законом рамках тактических средств.

Исследователи А.Б. Соловьев, А.М. Кустов выделяют в структуре допроса познавательный и удостоверительный аспекты, имея в виду, что допрашивающий сначала выявляет наличие, а затем в предусмотренном законом порядке фиксирует доказательственную информацию <1>.

--------------------------------

<1> См.: Соловьев А.Б. Процессуальные, психологические и тактические основы допроса на предварительном следствии. М.: Юрлитинформ, 2002. С. 8; Кустов А.М. Криминалистика и механизм преступлений. С. 272.

Под тактикой судебного допроса нами понимается разработанная и рекомендованная криминалистической наукой, апробированная судебной практикой система алгоритмов деятельности, осуществляемой в ходе судебного следствия компетентным субъектом, направленная на извлечение информации у сведущего лица, приглашенного с этой целью в судебное заседание, и производимая по заранее намеченному плану.

К числу общих положений тактики проведения допроса в доктрине отнесены: активность, целеустремленность, объективность, полнота, учет личностных свойств допрашиваемого <1>. Активность означает наступательность допроса, превосходство инициативы допрашивающего в достижении объективных результатов, использование эффективных тактических приемов, которые не только стимулируют мыслительную деятельность допрашиваемого, но и побуждают его давать объективную информацию. Целеустремленность предполагает проведение допроса с заранее определенной и проработанной целью, для получения конкретной информации, а не второстепенных, имеющих косвенное отношение к предмету допроса сведений. Объективность допроса обеспечивается непредвзятой, беспристрастной позицией должностного лица, отсутствием личной заинтересованности. Полнота допроса как общетактическое положение состоит в том, что показания в протоколе судебного заседания фиксируются дословно, насыщенно, с деталями.

--------------------------------

<1> См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. С. 63 - 64; Шурухнов Н.Г. Криминалистика: Учебник. М.: Юристъ, 2002. С. 275.

В литературе изучена проблема влияния на выбор тактики допроса ситуации, складывающейся между допрашиваемым и допрашивающими лицами (кооперативной, конфликтной с нестрогим соперничеством, конфликтной со строгим соперничеством) <1>. А.А. Закатов конфликтные ситуации подразделяет на явные и скрытые <2>. Конфликтная ситуация без строгого соперничества характеризуется тем, что допрашиваемое лицо обладает информацией, желает ее передать, но искажает ее, добросовестно заблуждаясь. Причины заблуждения, как указывает О.Я. Баев, могут быть различными: условия наблюдения допрашиваемым события, его роли и места нахождения в момент события, о котором оно дает показания, субъективные психологические особенности лица, его возможности по восприятию, сохранению в памяти и адекватной передаче информации <3>. Р.С. Белкин указал, что тактика допроса добросовестных допрашиваемых направлена на обеспечение получения полной и истинной информации при содействии этому самого допрашиваемого <4>. Этому служит свободный рассказ допрашиваемого, тактический прием допроса - использование ассоциативных связей.

--------------------------------

<1> Об этом см.: Баев О.Я. Тактика следственных действий. С. 113 - 148; Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. С. 64 - 65; Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии. С. 56; Кузнецова С.В., Кобцова Т.С. Тактика допроса несовершеннолетних: Практическое пособие. М.: Экзамен, 2004. С. 84 - 85.

<2> См.: Закатов А.А. Ложь и борьба с нею. Волгоград: Нижне-Волжское книжное издательство, 1984. С. 68.

<3> См.: Баев О.Я. Тактика следственных действий. С. 114.

<4> См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.: БЕК, 1997. С. 64.

Допрос в конфликтной ситуации чреват ложными показаниями, самооговором (для того чтобы избежать ответственности за более тяжкое преступление, чтобы освободить от ответственности других соучастников при групповом преступлении, а также ввиду временного расстройства психической деятельности допрашиваемого, его душевной болезни, слабоумия <1>). Конфликтная ситуация со строгим соперничеством характеризуется тем, что лицо намеренно скрывает определенную информацию или искажает ее при передаче. Тактические приемы изобличения допрашиваемого во лжи подразделяются Р.С. Белкиным на приемы эмоционального воздействия (направлены на побуждение допрашиваемого к раскаянию и чистосердечному признанию: антипатия, фактор внезапности при постановке неожиданных вопросов), логического воздействия (заключаются в предъявлении доказательств, опровергающих показания допрашиваемого или требующих их детализации, которая приведет к противоречиям между ними и показаниями соучастников, и в логическом анализе противоречий в показаниях допрашиваемого и его соучастников) и тактические комбинации (предполагают создание ситуации, рассчитанной на неправильную оценку ее допрашиваемым - при полной его свободе выбора позиции, что объективно приводит к его изобличению) <2>.

--------------------------------

<1> См.: Романов В.В. Юридическая психология. С. 418 - 419.

<2> См.: Белкин Р.С. Указ. соч. С. 65.

Тактика допроса определяется с учетом: 1) процессуального статуса носителя личностной доказательственной и ориентирующей информации, его отношения к содеянному, роли в содеянном; 2) заинтересованности или незаинтересованности в объективном расследовании, желании или нежелании активно этому способствовать; 3) степени осведомленности относительно устанавливаемых обстоятельств; 4) социально-демографических, нравственно-психологических, физических, психических и других особенностей носителя информации; 5) обстоятельств и условий доследственного восприятия носителем информации объекта допроса.

Тактика допроса имеет различные аспекты: 1) правовой - состоит в реализации соответствующих норм УПК при производстве допроса; 2) психологический - проявляется в процессе специфического общения его участников, на который влияет эмоциональное состояние лица, дающего показания, интеллектуальный уровень его развития, особенности характера, темперамента; 3) нравственный - заключается в соблюдении этических норм, норм морали и нравственности; 4) тактический и организационно-технический - включают в себя тактические приемы подготовки, осуществления, фиксации и оценки результатов процессуального действия <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Кустов А.М. Криминалистика и механизм преступлений. С. 272 - 273.

При выборе тактики судебного допроса субъекту необходимо учитывать следующие объективные и субъективные обстоятельства. Так, необходимо принимать во внимание, что допрос в суде сопряжен с эмоциональным дискомфортом, стрессом для допрашиваемого лица, что вызвано многими причинами: официальностью судебного учреждения, наличием большого количества людей, а также фактом того, что лицо приглашено в суд для допроса ввиду его отношения к преступному событию. Поэтому от председательствующего, а также от обвинителя и защитника требуется особый такт, предельная внимательность к состоянию допрашиваемого. М.И. Еникеев справедливо полагает, что в ходе судебного допроса лицу при необходимости может быть оказана мнемическая помощь, в том числе со стороны суда <1>. Также следует учитывать субъективные особенности допрашиваемого лица. Как верно отмечено в литературе: "Чем более значима для субъекта ситуация, в которой он находится, тем выраженнее его психофизиологическая реакция" <2>. Выбор правильной тактики допроса во многом зависит от определения специального типа допрашиваемого. По мнению В.Л. Васильева, можно выделить следующие типы: "художественный" тип (впечатлительный, эмоциональный, на него оказывает влияние вид жертвы), "абстрактный" тип (склонны к анализу, для него убедительны статистические данные, обобщение конкретных фактов и их последствий) <3>.

--------------------------------

<1> См.: Еникеев М.И. Общая и юридическая психология: Краткий курс. С. 256 - 257.

<2> Соколова О.В. Сущность наблюдения как метода, используемого в криминалистике и доказывании, и некоторые аспекты его применения // Актуальные проблемы криминалистики на современном этапе: Материалы Всерос. науч.-практ. конф. Краснодар: Куб. ГУ, 2002. С. 61.

<3> См.: Васильев В.Л. Юридическая психология: Учебник для вузов. СПб.: Питер, 2004. С. 498 - 499.

Тактика допроса различается на его этапах (в его структуре выделены подготовительный, рабочий и заключительный этапы <1>), выбор тактики зависит от вида и метода допроса. Так, по видам судебный допрос подразделяется на основной, дополнительный и повторный, по методам проведения - на прямой, перекрестный и шахматный <2>.

--------------------------------

<1> См.: Кустов А.М. Указ. соч. С. 273 - 288.

<2> См. об этом: Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. Минск: Вышэйшая школа, 1973. С. 295.

Перекрестный и шахматный допрос - это необходимые составляющие в тактическом обеспечении судебных допросов. Уголовно-процессуальный закон не содержит понятий "перекрестный" и "шахматный" допрос. Эти категории выработаны наукой и успешно применяются практиками. Так, термин "шахматный" допрос впервые упоминается в методическом письме Прокуратуры СССР по вопросу об участии прокурора в судебном следствии <1>. Шахматный метод допроса был впервые научно разработан М.С. Строговичем <2>, позднее содержание шахматного допроса раскрыл А.Л. Цыпкин <3>. Сущность шахматного допроса заключается в том, что один допрашивающий попутно ставит вопросы нескольким лицам по поводу одних и тех же обстоятельств. Цель шахматного допроса состоит в уточнении и конкретизации отдельных обстоятельств, в выяснении характера их восприятия разными лицами, и в итоге, для уяснения истинной картины произошедшего, причем не обязательно при наличии противоречий в показаниях допрошенных лиц. В юридической литературе высказано мнение, что шахматный допрос - это разновидность очной ставки на суде <4>. Т.П. Николаева верно разграничивает шахматный допрос и очную ставку по тому основанию, что очная ставка проводится между двумя ранее допрошенными лицами, в показаниях которых имеются существенные противоречия, тогда как шахматный допрос может проводиться между более чем двумя лицами, в показаниях которых существенных противоречий может и не быть.

--------------------------------

<1> См.: Социалистическая законность. 1938. N 8. С. 45 - 56.

<2> См.: Строгович М.С. Участие прокурора в судебном следствии // Социалистическая законность. 1938. N 8. С. 45 - 46.

<3> Цыпкин А.Л. К вопросу о тактике судебного допроса // Ученые записки Саратовского юридического института. 1940. Вып. 1. С. 102 - 124.

<4> См.: Соловьев А. Допрос в суде // Советская юстиция. 1971. N 9. С. 17.

Что касается перекрестного допроса, то это, как отмечено А.Л. Цыпкиным, допрос, производимый на судебном следствии участниками процесса в отношении всех лиц, допрашиваемых на суде <1>. То есть его сущность состоит в том, что по ходу выяснения того или иного обстоятельства вопросы допрашиваемому ставятся как обвинителем, так и защитником (но не судом, который допрашивает лицо последним). Перекрестный допрос в значительной степени способствует устранению неясностей, пробелов и противоречий в показаниях, а также предотвращает их односторонность. А.Н. Стуликов указывает, что "перекрестный допрос лежит в основе судебного следствия как лучшее средство деконструкции доказательственных фактов" <2>. Однако при практическом использовании данного метода судья должен особо бдительно контролировать поступающие от сторон вопросы, отсекая наводящие, сдерживая темп и увеличивая временной разрыв между ними до степени, когда допрашиваемое лицо сможет осознанно и спокойно ответить на них. Еще в начале 20 века известный судебный деятель П.С. Пороховщиков указал, что перекрестный допрос - "есть то искусство, посредством которого можно заставить человека отречься от всего, что он знает и назвать себя не своим именем..." <3>. Р. Рахунов писал, что к перекрестному допросу следует прибегать лишь в крайних случаях <4>.

--------------------------------

<1> См.: Цыпкин А.Л. Право на защиту в советском уголовном процессе. Саратов: Изд-во Сар. ун-та, 1959. С. 275.

<2> Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представления доказательств. С. 18 - 19.

<3> Приводится по: Гаврилов С.Н. Адвокат в уголовном процессе. М.: Юристъ, 1996. С. 105.

<4> См.: Рахунов Р. Допрос подсудимого и свидетелей в судебном заседании // Социалистическая законность. 1953. N 10. С. 62.

Перекрестный и шахматный допрос являются распространенными способами преодоления лжи в показаниях допрашиваемого лица. Проведение перекрестного и шахматного допроса в суде возможно лишь после допроса лица в обычном порядке <1>. В.С. Максимов указывает, что шахматный допрос продолжает основной допрос <2>, но скорее все же - следует за ним.

--------------------------------

<1> См.: Пименова З.И. Указ. соч. С. 95.

<2> См.: Максимов В.С. Теория и практика очной ставки на предварительном и судебном следствии: Дис. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1975. С. 123.

Выбор тактики допроса включает в себя подбор определенных тактических средств. Выделяются следующие наиболее часто используемые тактические приемы производства допросов в суде, применимые ко всем (или большинству) участников судебного следствия. Так, широко употребляемым является тактический прием предоставления участнику процесса возможности изложения показаний в форме свободного рассказа. В специальной литературе также использован термин "свободные показания" <1>. Такой тактический прием позволяет: 1) судить о личности допрашиваемого; 2) выявить степень осведомленности лица об обстоятельствах дела; 3) получить представление о правдивости даваемых показаний; 4) получить информацию о ранее неизвестных фактах. Такие соображения высказаны в специальной литературе применительно к стадии предварительного расследования <2>, между тем считаем возможным использование их и при допросе в судебном следствии. Каждому допрашиваемому должна быть предоставлена возможность свободно изложить свои показания, а вопросы задаются, как правило, по окончании такого рассказа. Тактические особенности стадии свободного рассказа состоят в том, что 1) допрашиваемый излагает известную ему информацию в определенной избранной им последовательности (хронологической, поэпизодальной или иной); 2) при этом нежелательно кому-то прерывать или останавливать свободный рассказ; 3) содержание свободного рассказа максимально полно и точно от первого лица отражается в протоколе судебного заседания; 4) сторонам и суду следует проявить тактичность и внимательность, заинтересованность в заслушивании показаний, не демонстрировать недоверия к ним <3>.

--------------------------------

<1> См.: Загорский Г. Процессуальный порядок проведения судебного следствия // Советская юстиция. 1983. N 7. С. 25.

<2> См.: Криминалистическое обеспечение предварительного расследования / Отв. ред. В.А. Образцов. М.: 1992. С. 151.

<3> См. также: Гаврилин Ю.В. Криминалистическая тактика и методика расследования отдельных видов преступлений в определениях и схемах. С. 41.

Далее решается вопрос определения последовательности и постановки вопросов допрашиваемому лицу (кроме наводящих вопросов, запрет на которые установлен ч. 2 ст. 189 УПК <1>). Е.В. Сарычев обозначил вопрос как "логическую форму мышления, представляющую собой требование (просьбу) сообщить новую или дополнить недостающую информацию" <2>. В доктрине высказаны рекомендации по постановке вопроса, касающиеся его формы <3> и содержания <4>.

--------------------------------

<1> В литературе высказано не основанное на законе мнение о допустимости в суде наводящих вопросов, особенно при перекрестном допросе. См.: Вель Ги Де. Этика судьи. С. 69.

<2> См.: Сарычев Е.В. Практическая логика в деятельности адвоката: Учебное пособие. М.: Российская академия адвокатуры им. Ф.Н. Плевако, 2000. С. 7.

<3> См.: Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 271; Романов В.В. Указ. соч. С. 383.

<4> См.: Криминалистика: Учебник для вузов / Отв. ред. Р.С. Белкин. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2002. С. 607 - 608; Леви А.А., Пичкалева Г.И., Селиванов Н.А. Получение и проверка показаний следователем: Справочник. М.: Юридическая литература, 1987. С. 13 - 14.

К.К. Арсеньев предупреждал стороны судопроизводства от применения к свидетелям "системы придирчивых и сбивчивых вопросов", но при этом указывал, что "излишняя мягкость, преувеличенная деликатность допроса столь же неуместны, как и крайняя настойчивость его и резкость. Сторона не должна избегать вопросов, неприятных для свидетеля, если они имеют существенно важное значение; но она не должна напирать на них больше, чем столько безусловно необходимо для разъяснения дела, не должна вести их дальше той черты, за которой страдание, причиняемое ими свидетелю, не уравновешивалось бы возможною от них пользой" <1>.

--------------------------------

<1> Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 269 - 270.

В литературе обоснованно обращено внимание на поведение допрашивающего лица: культуру его речи, выдержанность, тактичность <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Леви А.А. Указ. соч. С. 13.

Криминалистической науке и следственной практике известны следующие разновидности вопросов, которые могут быть заданы допрашиваемому: дополняющие (с целью восполнить полученные показания и ликвидировать имеющиеся в них пробелы), уточняющие (с целью детализации и конкретизации полученных сведений), напоминающие (для оживления памяти и вызова тех или иных ассоциаций), контрольные (для проверки полученных показаний), изобличающие (призванные вскрыть ложь, очевидную для следователя) <1>.

--------------------------------

<1> Криминалистика: Учебник для вузов / Отв. ред. Р.С. Белкин. М.: Норма, 2002. С. 602 - 603.

При этом вопросы должны быть сформулированы так, чтобы исключить предположительный ответ, а также простое утверждение или отрицание. К последовательности вопросов также следует подходить внимательно. В юридической доктрине разработаны следующие правила постановки вопросов в ходе допроса (на стадии предварительного следствия), но успешно применимые в судебном следствии:

1. Применение нейтральных вопросов вместо наводящих (например, какого цвета была рубашка? А не: рубашка была голубая?), что минимизирует опасность искажающего воздействия.

2. Избегание вопросов в отрицательной форме, так как это демонстрирует уверенность собеседника (нельзя спрашивать: не могли бы Вы вспомнить...? Необходимо использовать формулировку: Вспомните...).

3. Избегание грамматически сложных вопросов, поскольку их трудно понять и, соответственно, не будет достигнут ожидаемый результат.

4. Избегание профессионального сленга и жаргонных выражений. Это приемлемо для разговора с сослуживцами и коллегами, но может быть непонятно для рядовых граждан.

5. Совместное использование закрытых (например, какого цвета был автомобиль?) и открытых (опишите...) вопросов. Их сочетание будет способствовать получению полной и исчерпывающей информации <1>.

--------------------------------

<1> См.: Образцов В.А., Богомолова С.Н. Допрос потерпевшего и свидетеля на предварительном следствии. М.: Омега-Л, 2003. С. 51 - 54.

Постановка наводящих вопросов относится к числу незаконных и безнравственных приемов, поэтому не должна допускаться к использованию на практике. В соответствии с положениями ч. 2 ст. 189 УПК РФ в ходе допроса задавать наводящие вопросы запрещается. При допросе недопустимы обман, а также улавливающие вопросы. Улавливающим называется вопрос, "состоящий из двух частей (акцентирующей и неакцентирующей) и содержащий риск того, что утвердительный ответ на первую часть в любом случае может быть истолкован в смысле утвердительного ответа и на вторую его часть" <1>. Например: "Видели ли Вы, как И. сел в машину, после того как он выбежал из дома?". А вообще видел ли свидетель, что И. выбежал из дома? То есть нужно было спросить предварительно о том, откуда вышел И.?

--------------------------------

<1> Леви А.А. Получение и проверка показаний следователем. С. 14.

В ходе допроса может возникнуть ситуация, когда допрашиваемый не может вспомнить какие-либо факты. В теории и практике разработаны тактические приемы, направленные на оживление и восстановление памяти <1>: 1) допрос с использованием ассоциативных связей: допрашивающий задает допрашиваемому вопросы, относящиеся не к искомому, а к смежным с ним фактам, помогает установить сначала их, а потом, по ассоциации, искомый; 2) допрос на месте: восстановлению памяти нередко способствует восприятие той же обстановки, в которой происходило событие; 3) предъявление для восприятия предметов, связанных с интересующими обстоятельствами: их вид способствует появлению ассоциаций и припоминанию фактов. На практике нередко используется этот метод получения правдивых показаний посредством остенсивного определения сути вопроса <2>; 4) повторный допрос по ограниченному кругу обстоятельств: состоит в обращении к реминисценции, то есть психологическому явлению, заключающемуся в усилении в памяти новых смысловых связей при отсроченном воспроизведении.

--------------------------------

<1> См.: Криминалистика: Учебник для вузов / Отв. ред. Р.С. Белкин. М.: Норма, 2002. С. 607 - 608.

<2> От латинского "ostendo" - показываю.

Полагаем, что возможности моделирования являются составной частью тактического обеспечения судебного допроса, что может выражаться в виде реконструкции, макетирования, графического воспроизводства ситуации или отдельных предметов. Моделирование при производстве судебного разбирательства используется для проверки имеющихся и получения новых доказательств, выдвижения и исследования версий в тех случаях, когда непосредственное изучение объекта, явления или процесса, связанного с преступным событием, невозможно или нецелесообразно <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом: Кустов А.М. Криминалистика и механизм преступлений. С. 251.

Исследователь И.М. Лузгин допускает возможность проведения допроса с реконструкцией обстановки (например, с выездом на место происшествия), но указывает, что таковой сложен в тактическом отношении, поскольку требует особой подготовки и особых приемов в подготовке. Он таит в себе опасность перерастания в так называемое "объединенное следственное действие" типа "допрос-осмотр", "допрос-предъявление для опознания", "допрос-обыск" и др., а при этом "утрачивается индивидуальность каждого следственного действия, каждого источника информации, смешиваются информационные потоки" <1>. Цель допроса в реконструированной обстановке - конкретизация показаний, получение наиболее полной и точной информации о событии. Реконструкция может состоять в полном или частичном восстановлении обстановки на месте происшествия, в восстановлении условий восприятия (звуковых, световых). Исследователь И.М. Лузгин до проведения такого допроса рекомендует установить, какой памятью обладает допрашиваемый, его отношение к допросу в реконструированной обстановке, посоветоваться с психологом, выработать научно обоснованную линию поведения на допросе <2>. Эта позиция относится к стадии предварительного расследования, но, думается, что моделирование и реконструкция при допросе могут иметь место и на стадии судебного следствия как составляющие его тактического обеспечения.

--------------------------------

<1> Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. М.: Юридическая литература, 1981. С. 61 - 62.

<2> Указ. соч. С. 62.

С.П. Сухов называет следующие тактические приемы допроса в судебном следствии: 1) направленные на восполнение пробелов свободного рассказа (конкретизация показаний); 2) способствующие восстановлению забытых обстоятельств дела (оживление ассоциативных связей при помощи вопросов и предъявление различных объектов); 3) определяющие наиболее эффективную последовательность исследования обстоятельств; 4) направленные на преодоление мотивов сокрытия и разоблачение ложных показаний; 5) способствующие выяснению и устранению противоречий (сопоставление нескольких разноречивых доказательств) <1>.

--------------------------------

<1> См.: Сухов С.П. Тактические особенности судебного следствия: Дис. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1972. С. 95.

Предмет допроса определен в законе (ст. 73 УПК), но по каждому уголовному делу он конкретизируется с учетом обстоятельств данного дела, той своеобразной ситуации, которая складывается. Так, при рассмотрении дела в суде часто возникают непредвиденные ситуации, обусловленные изменением ранее данных показаний подсудимыми, потерпевшими, свидетелями.

Тактика допроса различается в зависимости от того, дает ли лицо в суде последовательные показания или изменило их по сравнению с ранее данными показаниями <1>. Важным фактором противодействия изменению показаний является строгое следование требованиям закона при его производстве, а также профессионализм и объективность суда.

--------------------------------

<1> О причинах изменения показаний, методах исследования в суде изменившихся доказательств см.: Бабаева Э.У. Предупреждение изменения показаний подследственным и свидетелем на предварительном расследовании. М.: Экзамен, 2001. С. 6 - 9, 15; Власов В.И. Расследование преступлений: проблемы качества. Саратов: Изд-во СГУ, 1988. С. 127; Златкович В. Исследование и оценка доказательств, изменившихся в стадии судебного следствия // Социалистическая законность. 1953. N 6. С. 36 - 51; Кисленко С.Л. Тактика судебного следствия и ее место в системе криминалистики. С. 94 - 95, 168; Кореневский Ю.В. Государственное обвинение в условиях судебной реформы (процессуальный, тактический и нравственный аспекты). М.: Юридическая литература, 1994. С. 63; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса: В 2-х т. М.: Наука, 1968 - 1970. Т. 2. С. 281 - 282.

"Не умея установить истинные причины изменения показаний, - справедливо отмечает Ю.В. Кореневский, - обвинители впадают иногда в одну из двух одинаково недопустимых и вредных для дела ошибок: либо некритически, без должной проверки и сопоставления с другими доказательствами воспринимают показания, данные в суде, и только на них основывают свои выводы, либо безосновательно отвергают, а порой и просто игнорируют объяснения допрашиваемого в судебном разбирательстве и исходят главным образом из материалов предварительного следствия" <1>.

--------------------------------

<1> Кореневский Ю.В. Государственное обвинение в условиях судебной реформы (процессуальный, тактический и нравственный аспекты). М.: Юридическая литература, 1994. С. 63.

Суд не всегда выясняет причины изменения показаний участниками судебного разбирательства. Так, Урванским районным судом Кабардино-Балкарии были оправданы Б. и Т. за недоказанностью участия в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 117 УК РСФСР. Верховным судом Кабардино-Балкарской Республики приговор оставлен без изменения, а кассационный протест прокурора - без удовлетворения. В основу оправдательного приговора суд положил измененные в суде показания несовершеннолетней потерпевшей З., где она стала отрицать факт изнасилования ее Б. и Т. При этом судом не были выяснены причины изменения показаний З., ее допрос в суде производился в отсутствие педагога, ей не разъяснялась моральная обязанность давать правдивые показания. Суд не принял во внимание факт скорого после происшедшего и предшествующего судебному разбирательству замужества З. за одним из подсудимых Т.; судом не была дана оценка имеющемуся в деле письму матери подсудимого Б. к З., в котором она просит потерпевшую изменить показания и выйти замуж за любого из насильников по ее выбору под угрозой распространения позорящих сведений о ней. Также не была дана оценка заключению судебно-медицинской экспертизы потерпевшей З., а судебная биологическая экспертиза пятен животного происхождения с одежды потерпевшей вообще не проводилась. Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 25.11.1992 оправдательный приговор по этому делу был отменен <1>.

--------------------------------

<1> Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1993. N 8. С. 8.

Устранение последствий изменения показаний требует длительного времени, что может привести к утрате доказательственной информации, нарушению нормального хода процесса. "Допущенные при проведении, протоколировании (и иных видах фиксации) следственных действий неточности, упущения, небрежности нередко оборачиваются процессуальными, тактическими ошибками и могут привести к нарушению законности, что является основой для дальнейшего изменения показаний в суде" <1>. Практика показывает, что далеко не единичны примеры, когда именно в суде допрашиваемые дают достоверные показания, чего не могли сделать раньше из-за неумелого поверхностного допроса, необъективности и предвзятости следователя, а порой и применения им незаконных методов допроса <2>. Ситуация усугубляется также особым психологическим настроем современного общества, а именно страхом обывателей перед правоохранительными органами и судом, уверенностью в предрешенности каждого дела и безнаказанности "избранных", подсознательным ожиданием доказательств беспредела власть имущих и бессилия рядовых граждан, правовым нигилизмом некоторых слоев общества. В целях возможного изменения показаний допрашиваемых лиц в суде в необходимых случаях суду следует решить вопрос о целесообразности допуска в зал судебного заседания представителей средств массовой информации.

--------------------------------

<1> Бабаева Э.У. Предупреждение изменения показаний подследственным и свидетелем на предварительном расследовании. М.: Экзамен, 2001. С. 15.

<2> См. об этом: Конин В.В. Тактика профессиональной защиты подсудимого в суде первой инстанции. С. 124.

М.С. Строгович указал, что если имеются два показания одного и того же лица, противоречащие друг другу, то есть два противоречащих друг другу доказательства, то задача состоит в том, чтобы оба доказательства проверить по совокупности всех обстоятельств дела и выяснить, какие показания правильные, какие ложные <1>.

--------------------------------

<1> См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса: В 2-х т. М.: Наука, 1968 - 1970. Т. 2. С. 281 - 282.

В литературе предлагается использовать различные методы исследования судом и сторонами изменившихся доказательств: 1) метод сопоставления измененного показания с другими доказательствами; 2) метод последовательного исследования измененного показания; 3) метод сопоставления показаний между собой <1>. С.Л. Кисленко называет следующие тактические приемы, подлежащие применению в случае изменения каким-либо из участников процесса в ходе судебного заседания своих показаний: детализация показаний, постановка перед допрашиваемым контрольных, уточняющих и напоминающих вопросов, использование перекрестного допроса и т.д., что направлено на установление причин, обусловивших изменение доказательств, определение достоверности доказательств и возможности использования их для установления истины <2>.

--------------------------------

<1> См.: Златкович В. Исследование и оценка доказательств, изменившихся в стадии судебного следствия // Социалистическая законность. 1953. N 6. С. 36 - 51.

<2> См.: Кисленко С.Л. Тактика судебного следствия и ее место в системе криминалистики. С. 94 - 95.

В доктрине рекомендовано допрашиваемому применять при судебных допросах следующие тактические приемы, способствующие разоблачению ложных показаний участников судопроизводства и установлению объективной картины произошедшего: 1) перекрестный и шахматный допрос; 2) подробный и детальный допрос (детализация и уточнение показаний); 3) сопоставление показаний, данных на предварительном следствии и в суде, анализ выявленных противоречий; 4) использование доказательств, анализ судебных экспертных заключений; 5) создание психологического напряжения (путем формулирования внезапных вопросов, неожиданных доводов, напоминания о нравственной оценке содеянного) <1>.

--------------------------------

<1> См.: Клочков А.В., Янин С.А., Бирюков С.Ю. О некоторых тактических особенностях производства допроса в ходе судебного следствия // Мировой судья. 2010. N 6. С. 8 - 11.

При изменении показаний в суде следует использовать тактический прием в виде оглашения ранее данных показаний. При его применении (при наличии на то законных оснований) надлежит наблюдать за поведением соответствующих лиц.

Тактическое обеспечение допроса подсудимого. Давать в суде показания - это право подсудимого. В дореволюционной доктрине справедливо отмечено, что молчание подсудимого не должно быть принято за признание лицом своей вины, поскольку оно может обусловливаться разными причинами (смущением, стыдливостью и др.) <1>. При допросе подсудимого следует учитывать, что участие в судебном разбирательстве ставит его в необычные условия и создает дополнительную психологическую нагрузку, для преодоления которой требуется мобилизация психики <2>.

--------------------------------

<1> Об этом см.: Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 199 - 200.

<2> См. об этом: Волков В. О значении психологического контакта с подсудимым // Советская юстиция. 1971. N 3. С. 23; Конин В.В. Указ. соч. С. 105 - 106.

При согласии подсудимого давать показания тактика его допроса избирается с учетом положений ст. 275 УПК - первыми его допрашивают защитник и участники судебного разбирательства со стороны защиты, затем государственный обвинитель и участники со стороны обвинения; председательствующий отклоняет наводящие вопросы и вопросы, не имеющие отношения к уголовному делу. По нашему мнению, здесь нет противоречия между нормами ст. 274 и ч. 1 ст. 275 УПК, поскольку в ч. 3 ст. 275 УПК особо оговорено, что допрос подсудимого производится в соответствии со ст. 275 УПК.

С разрешения председательствующего подсудимый вправе давать показания в любой момент судебного следствия (ч. 3 ст. 274 УПК). По нашему мнению, существующий порядок способствует максимальному обеспечению прав подсудимого, соблюдению принципов уголовного процесса, объективному рассмотрению обстоятельств уголовного дела и тактически оправданно в ряде случаев практически использовать данную норму закона <1>. Однако предоставляемая законом подсудимому возможность не должна служить препятствием процессу исследования доказательств либо реализации законных прав других участников процесса.

--------------------------------

<1> По данным проведенных опросов, это право подсудимого на практике не ограничивается.

При допросе подсудимого должен использоваться тактический прием предоставления ему возможности выступить со свободным рассказом до постановки вопросов. При этом целесообразно предложить ему построить свободный рассказ в хронологическом порядке согласно предъявленному обвинению <1>.

--------------------------------

<1> См. об этом также: Зайцева И.А. Тактика допроса подозреваемого и обвиняемого, проводимого при участии защитника: Дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2002. С. 148.

После этого подсудимому задаются вопросы. В специальной литературе исследована тактика постановки вопросов подсудимому на примере деятельности защитника <1> - вопросы следует задавать в определенной логической последовательности и по принципу - от общего к частному, потом от причины - к следствию. Согласно ч. 3 ст. 275 УПК суд задает вопросы подсудимому после его допроса сторонами. Согласимся с мнением В.В. Конина, что не следует задавать сложных для восприятия подсудимого вопросов, которые включают в себя разноплановую информацию; вопросы должны быть четкими, краткими и ясными <2>.

--------------------------------

<1> См.: Сарычев Е.В. Практическая логика в деятельности адвоката: Учебное пособие. М.: Изд-во Рос. академии адвокатуры им. Ф.Н. Плевако, 2000. 96 с.

<2> См.: Конин В.В. Указ. соч. С. 104.

Тактически оправданно не ограничивать подсудимого в его праве пользоваться при допросе письменными заметками, которые предъявляются суду по его требованию (ч. 2 ст. 275 УПК).

Для того чтобы подсудимый имел возможность излагать свою позицию последовательно и, по его мнению, логически выдержанно, закон предоставляет ему возможность пользоваться письменными заметками. Мы полагаем, что такой тактический прием на практике лучше всего зарекомендует себя в длительных и сложных процессах. Однако само использование такого рода записей не ставится в зависимость от сложности дела, длительности судебного разбирательства, равно как и от того обстоятельства, выступает ли подсудимый со свободным рассказом либо отвечает на поставленные вопросы. На практике бывают случаи, когда подсудимый предварительно готовит свои пояснения в письменном виде, в том числе с участием защитника, иногда даже зачитывает ответы на вопросы защитника, а после оглашения таковых ходатайствует перед судом о приобщении данного текста к материалам дела. Практикующими юристами в специальной литературе высказано мнение о том, что отказ подсудимого в предоставлении суду имеющихся у него заметок может быть расценен как нарушение порядка в судебном заседании <1>. Мы полагаем, что факт отказа подсудимого в предоставлении суду указанных заметок по его требованию должен быть зафиксирован в протоколе судебного заседания без каких-либо неблагоприятных последствий для лица в силу положений ст. 51 Конституции РФ и принципов уголовного процесса. Думается также, что подсудимый не может быть допрошен по поводу этих заметок, вправе лишь по собственной инициативе давать какие-либо пояснения по ним, в том числе сообщить об их составителе.

--------------------------------

<1> См.: Научно-практическое пособие по применению УПК РФ / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Норма, 2004. С. 95.

По нашему мнению, определенные тактические возможности при допросе подсудимого заключаются в оглашении его показаний, осуществляемом в порядке ст. 276 УПК.

При участии в уголовном деле нескольких подсудимых избрание тактики представления ими доказательств определяется судом с учетом мнения сторон. При этом суд вправе по ходатайству стороны изменить порядок их допроса, установленный ч. 1 ст. 275 УПК (ч. 5 ст. 275 УПК). Очевидно, что суд должен руководствоваться исключительно соображениями удобства исследования всех доказательств; при этом недопустимо следовать желанию изобличить подсудимых в совершении преступления.

В некоторых случаях, исходя из особенностей конкретного уголовного дела, тактически оправданно производить допрос подсудимого в отсутствие другого подсудимого (по ходатайству сторон или по инициативе суда), о чем выносится определение (постановление). После возвращения подсудимого в зал судебного заседания председательствующий сообщает ему содержание показаний, данных в его отсутствие, и предоставляет ему возможность задавать вопросы подсудимому, допрошенному в его отсутствие. При этом удаление одного подсудимого на время допроса другого может иметь лишь единственную цель - освободить допрашиваемого от возможного нравственного давления со стороны соучастника, чем обеспечить искренность и полноту его показаний.

Тактика допроса подсудимого во многом определяется фактом признания или отрицания им своей виновности, а также объемом и качеством доказательств по уголовному делу.

В литературе верно отмечено, что при допросе подсудимого, не признающего своей вины, следует предлагать ему вопросы только по мере представления и исследования сторонами доказательств, при этом не следует запутывать подсудимого, стремясь получить от него признательные показания <1>. Обоснованным представляется мнение Л.Е. Ароцкера о том, что при рассмотрении уголовного дела в отношении нескольких подсудимых целесообразно в первую очередь допросить тех из них, которые на предварительном следствии давали наиболее полные показания, затем допрашивать частично признающих себя виновными лиц, и, наконец, подсудимых, отрицающих свою вину <2>. Такая последовательность допроса тактически оправдана, так как позволяет использовать показания одного подсудимого для изобличения другого, отрицающего свою вину.

--------------------------------

<1> См.: Александров А. Оглашение показаний подсудимого // Законность. 2003. N 12. С. 18; Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 177.

<2> Об этом см.: Ароцкер Л.Е. Использование данных криминалистики в судебном разбирательстве уголовных дел. С. 36.

В ситуации дачи подсудимым ложных показаний необходимо выяснить, является ли ложь в показаниях допрашиваемого результатом сознательного желания ввести в заблуждение суд и стороны, либо следствием добросовестного заблуждения или порождением логически неправильного мышления. Следует помнить, что ложь - это преднамеренное возведение заведомо неправильных представлений в истину <1>, а заблуждение - непреднамеренное несоответствие суждений или понятий объекту <2>.

--------------------------------

<1> См.: Алексеев П.В., Панин А.В. Философия: Учебник. М.: Проспект, 2001. С. 235.

<2> См.: Там же. С. 239.

При этом может иметь место оговор других лиц либо самооговор. В специальной литературе отмечается, что формой воздействия на подсудимого, дающего ложные показания, является убеждение, разъяснение ему значения правдивых показаний, бессмысленности и вредности лжи <1>.

--------------------------------

<1> См.: Вахитов Ш.К. Судебное рассмотрение дел о преступных нарушениях правил охраны труда. М.: Юридическая литература, 1986. С. 49; и др.

Тактика судебного допроса потерпевшего и свидетелей. Свидетель может быть допрошен о любых относящихся к уголовному делу обстоятельствах, в том числе о личности обвиняемого, потерпевшего и своих взаимоотношениях с ними и другими свидетелями. А.Ф. Кони в этом смысле обоснованно отмечал, что свидетели "несут случайную повинность, всегда более или менее тягостную" <1>. Во исполнение ст. 264 УПК явившиеся свидетели до начала их допроса удаляются из зала судебного заседания. Судебный пристав принимает меры к тому, чтобы не допрошенные судом свидетели не общались с уже допрошенными, а также с иными лицами, находящимися в зале судебного заседания. Свидетели допрашиваются порознь и в отсутствие недопрошенных свидетелей (ст. 278 УПК).

--------------------------------

<1> Кони А.Ф. Уголовный процесс: нравственные начала. М.: Изд-во СГИ, 2000. С. 23.

В соответствии со ст. 249 УПК судебное разбирательство происходит при участии потерпевшего и (или) его представителя. При неявке потерпевшего суд может рассмотреть уголовное дело в его отсутствие, за исключением случаев, когда явка потерпевшего признана судом обязательной.

При избрании тактики допроса потерпевшего и свидетелей и оценке их показаний следует учитывать психофизиологические и характерологические особенности их личности. В литературе также исследована проблема влияния биологического пола и обусловленных им анатомо-физиологических особенностей на поведение и показания потерпевшего <1>.

--------------------------------

<1> См.: Будякова Т.П. Индивидуальность потерпевшего и моральный вред. СПб.: Юридический центр "Пресс", 2005. С. 106 - 119.

При определении тактики судебного допроса потерпевшего следует учитывать, что на формирование его показаний влияет неприязненное отношение к подсудимому, причинившему ему вред, а также опасение мести со стороны подсудимого и противодействия близких подсудимому людей. У потерпевшего может возникнуть депрессивная либо аффективно-шоковая психогенная реакция на происходящее в судебном заседании, от чего он может вести себя неадекватно <1>. Допрашивая потерпевшего в суде, нельзя упускать из виду виктимологический аспект и, в частности, предрасположенность отдельных лиц к роли жертвы. Следует учитывать и тот факт, что, возможно, лицо ранее уже было потерпевшим по другим делам, в том числе не один раз. В доктрине справедливо подмечено, что потерпевшие внушаемы больше, чем свидетели, особенно тогда, когда внушаемые сведения соответствуют их интересам <2>. Потерпевший заинтересован в восстановлении своего нарушенного права, но не всегда его интересы соответствуют интересам судебного разбирательства. Так, он может быть заинтересован в том, чтобы помешать установлению отдельных обстоятельств совершения преступления, изобличению действительного преступника и др. Это может быть вызвано опасениями личной ответственности за собственное преступное или неблаговидное поведение, за характер взаимоотношений с подсудимым и т.п.

--------------------------------

<1> Так, при рассмотрении в ВС Северной Осетии уголовного дела по обвинению К. (дело о теракте в школе N 1 г. Беслана 01.09.2004) возникла неожиданная ситуация: обезумевшие от горя матери погибших школьников убеждали подсудимого сказать "правду", что теракт произошел по вине федеральных властей. Также потерпевшие обещали ходатайствовать о помиловании подсудимого. См.: Куликов В. Защита Кулаева: суд над террористом столкнулся с неожиданными проблемами // Российская газета. 16.06.2005. N 127(3796).

<2> См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. С. 420.

Потерпевший непосредственно воспринимал обстоятельства происшествия, и нередки ситуации, когда его показания являются едва ли не единственным доказательством вины подсудимого по делу. В этой связи в специальной литературе рекомендовано не исключать из способов доказывания показания даже психически больных лиц, поскольку они хорошо ориентируются в знакомой им обстановке, местности, среди знакомых <1>. Показания этих лиц не будут являться доказательствами, но сведения, полученные от подобных граждан, могут приниматься во внимание сторонами и судом при разработке и изучении соответствующих версий.

--------------------------------

<1> См.: Мустаханов Р. О показаниях психически больных граждан // Законность. 2000. С. 30.

Перед допросом свидетеля и потерпевшего председательствующий устанавливает их личность, выясняет отношение к подсудимому, потерпевшему (для свидетеля), разъясняет права, обязанности и ответственность соответствующего участника в судебном разбирательстве (в порядке ст. ст. 56, 268 УПК). Допрос потерпевшего в суде производится по правилам допроса свидетеля. Таким образом, тактические условия допроса этих участников процесса в суде схожи между собой, но потерпевшего допрашивают ранее свидетелей. Кроме того, согласно ч. 2 ст. 277 УПК потерпевший с разрешения председательствующего может давать показания в любой момент судебного следствия. При участии в деле нескольких потерпевших суду следует устанавливать последовательность их допроса с учетом мнения сторон.

Тактика судебного допроса потерпевшего и свидетеля предполагает их первоначальный свободный рассказ об известном по делу с последующими ответами на поставленные вопросы суда и сторон. Первым вопросы потерпевшему задает государственный обвинитель; свидетелю - та сторона, по ходатайству которой он вызван в судебное заседание; судья задает вопросы после сторон. Законодательство дореволюционной России предусматривало аналогичный порядок допроса свидетелей <1>.

--------------------------------

<1> Об этом см.: Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 263.

По мнению В.В. Конина, поведение вызванного в судебное заседание свидетеля может выражаться в следующем: 1) свидетель обладает необходимой информацией, свободно и объективно, без принуждения и уточняющих вопросов передает эту информацию суду; 2) свидетель обладает необходимой информацией, свободно и объективно излагает ее, но из-за различных дефектов, препятствующих правильному восприятию, информация может быть искажена; 3) свидетель обладает необходимой информацией, но в силу каких-либо причин умышленно скрывает или искажает ее; 4) допрашиваемый в качестве свидетеля не обладает необходимой информацией, но суд и стороны ошибочно полагают, что лицо умышленно скрывает ее <1>. Такие ситуации требуют избрания соответствующих тактических приемов допроса свидетеля, поскольку в первом случае допрос протекает в бесконфликтной обстановке; остальные случаи приводят к конфликтной ситуации <2>.

--------------------------------

<1> См.: Конин В.В. Указ. соч. С. 122 - 123.

<2> Об этом также см.: Замылин Е.И. Психологические основы и тактика допроса в конфликтной ситуации: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 1998. С. 6.

Для тактического обеспечения допроса свидетеля в суде могут быть полезными следующие рекомендации: 1) не следует спрашивать свидетеля об очевидных или бесспорно установленных фактах; 2) не следует спрашивать о фактах, не имеющих отношения к делу; 3) задавая вопрос, необходимо избегать сложных научных и профессиональных терминов, иносказательных выражений и др., которые могут быть непонятны свидетелю, вызвать у него раздражение, неприязнь; 4) задавая вопросы, следует быть тактичным и вежливым; 5) формулировка вопроса и его смысл должны учитывать уровень знаний и личный профессиональный и жизненный опыт допрашиваемого в затронутой вопросом сфере <1>.

--------------------------------

<1> Об этом см.: Конин В.В. Указ. соч. С. 126.

Потерпевший и свидетель могут пользоваться письменными заметками, которые предъявляются суду по его требованию (согласно ст. 279 УПК).

Определенный тактический потенциал заключен в возможности оглашения ранее данных свидетелем и потерпевшим показаний. Заявленный в суде отказ потерпевшего или свидетеля от дачи показаний не препятствует оглашению их показаний, данных в ходе предварительного расследования, если эти показания получены в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 11 УПК - с соблюдением норм о свидетельском иммунитете. Показания этих участников процесса могут быть оглашены и в случае их неявки в судебное заседание. В практике ВС Северной Осетии при рассмотрении уголовного дела по обвинению К. в акте терроризма в школе N 1 г. Беслана имел место прецедент оглашения показаний 1347 не явившихся в зал судебного заседания потерпевших (явились двое из 1349 человек). Судом были зачитаны показания всех неявившихся лиц, которые были даны ими на предварительном следствии <1>.

--------------------------------

<1> См.: Федосенко В. В пустом зале с террористом: Потерпевшие не хотят приходить на процесс // Российская газета. 02.11.2005. N 246(3915).

Статья 281 УПК РФ предусматривает исчерпывающий перечень ситуаций для такого оглашения и часть первая данной статьи позволяет огласить показания потерпевшего и свидетеля, ранее данные при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, а также продемонстрировать фотографические негативы и снимки, диапозитивы, сделанные в ходе допросов, воспроизвести аудио- и (или) видеозаписи, киносъемку допросов с согласия сторон в случае неявки потерпевшего или свидетеля, за исключением случаев, предусмотренных частью второй настоящей статьи (случаев смерти потерпевшего или свидетеля, тяжелой болезни, препятствующей явке в суд, отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда, стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд, - в этих случаях по ходатайству стороны или по собственной инициативе суд вправе принять решение об оглашении ранее данных свидетелем показаний). Таким образом, для практического применения нормы ч. 1 ст. 281 УПК РФ необходимо согласие обеих сторон процесса. При этом, как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 20 марта 2008 г. N 173-О-О, сомнения в допустимости или достоверности оглашенных в суде показаний должны истолковываться в соответствии с общими принципами уголовного судопроизводства в пользу подсудимого.

Полагаем, что реализация нормы ст. 281 УПК и соответствующие тактические приемы способствуют решению задач, связанных с разоблачением лжи, устранением добросовестного заблуждения, оказанием помощи лицу при вспоминании обстоятельств дела и др.

В целях совершенствования практики оглашения ранее данных показаний в литературе предложено сопровождать оглашение просмотром видеоприложения к протоколу допроса <1>. Очевидно, что при наличии технической возможности это предложение является рациональным. Исходя из анализа нормы ст. 281 УПК, мы приходим к выводу о допустимости в общем порядке оглашения ранее данных показаний свидетелями, выступающими в судебном процессе под псевдонимами. Так, в ходе судебного следствия по уголовному делу по обвинению К. и А. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК, по инициативе государственного обвинителя Ульяновским районным судом было принято решение об оглашении показаний неявившегося свидетеля, давшего в ходе предварительного следствия показания под псевдонимом "Иванова" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Павловский О. Состязательное правосудие нуждается в дополнительном источнике права // Российская юстиция. 2003. N 7. С. 44.

<2> См.: Архив Ульяновского районного суда Ульяновской области за 2003 год.

При возникновении сомнений в реальности существования лица, давшего показания, в случае заявления сторонами обоснованного ходатайства о раскрытии подлинных сведений о лице, дающем показания, в связи с необходимостью осуществления защиты подсудимого либо установления каких-либо существенных для рассмотрения уголовного дела обстоятельств суд вправе предоставить сторонам возможность ознакомления с указанными сведениями в порядке ч. 6 ст. 278 УПК РФ.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает возможность допроса потерпевшего и свидетеля без оглашения подлинных данных об их личности в условиях, исключающих их визуальное наблюдение другими участниками разбирательства. Вопрос о возможности сокрытия подлинных анкетных данных свидетелей и участия их в уголовном процессе под псевдонимом до введения такой нормы в действующий УПК был дискуссионным. Некоторые исследователи полагали необходимым включение соответствующей нормы в уголовно-процессуальный закон <1>, другие - выступали противниками этого. Так, И.Л. Петрухин считал "возвратом к инквизиции" исключение из материалов дела, утаивание от участников процесса и неоглашение на суде сведений о лицах, изобличающих подсудимого в совершении преступления <2>. В.И. Слеткин считал введение такой нормы нарушением принципов уголовного процесса, которое "может воссоздать картину 30-х годов, когда полным цветом расцветало стукачество, прикрываемое кличками" <3>. А.М. Ларин полагал "грубейшим извращением принципов состязательности и объективной истины" правила, допускающие, чтобы по мотивам безопасности потерпевшие и свидетели фигурировали в деле под псевдонимами, а действительные их имена и другие сведения об этих лицах были известны прокурору и суду, но не обвиняемому и защитнику, поскольку "этим открывается простор для использования подставных свидетелей и других фальсификаций" <4>. В настоящее время острота данной проблемы устранена законодательным путем, вместе с тем вышеприведенные мнения доктринеров интересны с научной точки зрения.

--------------------------------

<1> См.: Комиссаров В. Свидетель и потерпевший в уголовном судопроизводстве // Российская юстиция. 1994. N 8. С. 50; Любичева С. Защита потерпевшего от преступления: правовые аспекты // Уголовное право. 1998. N 1. С. 65.

<2> См.: Петрухин И.Л. Письмо Института государства и права РАН в Верховный Совет от 25.09.1992 N 14202-2115.1 - приводится по: Зайцев О.А. Государственная защита участников уголовного процесса. М.: Экзамен, 2002. С. 273 - 274.

<3> Слеткин В.И. Письмо Государственно-правового управления Президента РФ в Верховный Совет от 14.09.1992 N А19-05-53-84 - приводится по: Зайцев О.А. Указ. соч. С. 274.

<4> См.: Ларин А.М. О принципах уголовного процесса и гарантиях прав личности в проекте УПК-1997. С. 10.

Законодатель не регламентировал порядок производства допроса в порядке ч. 5 ст. 278 УПК. К решению этого вопроса практики подходят индивидуально при рассмотрении конкретных уголовных дел <1> - без применения технических средств и с применением технических средств (возможностей специального оборудования): а) путем обмена записями с "законспирированными" лицами с последующим их оглашением; б) с передачей слов от допрашиваемого залу и наоборот через посредника (при этом, как справедливо отмечено автором, оба способа нарушают уголовно-процессуальные принципы устности и непосредственности судебного разбирательства; в) с использованием ширмы или иной преграды между допрашиваемым лицом и залом.

--------------------------------

<1> См.: Мягков Р. Система допроса свидетеля в Рязанском областном суде: создание и применение // Судья. 2005. N 8. С. 49 - 51.

Применяя положения ч. 5 ст. 278 УПК, судьи районного звена, ввиду более скромных возможностей по техническому оснащению процедуры, порой проявляют незаурядную изобретательность при решении этой задачи. Так, Ульяновским районным судом при рассмотрении уголовного дела по обвинению К. и А. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162 УК, при допросе свидетелей под псевдонимами "Некрасов" и "Голубева" использовалась плотная ширма (за которую вставали эти свидетели), а также жестяное ведро (свидетели, давая показания, говорили в ведро, которое искажало голос). Для слушания дела использовался зал с двумя выходами, а эти свидетели заходили и выходили из помещения через иной выход, чем все остальные лица, и оказывались отделенными от суда и публики ширмой, что исключало возможность их визуального наблюдения другими участниками судебного разбирательства <1>.

--------------------------------

<1> См.: Архив Ульяновского районного суда Ульяновской области за 2003 год.

Считаем, что тактические приемы допроса свидетеля (потерпевшего) в порядке ч. 5 ст. 278 УПК такие же, что при обычном их допросе. Однако при постановке вопросов суду и сторонам следует избегать ряда тем, освещение которых позволит присутствующим точно или приблизительно определить анкетные, биографические, социологические и иные данные о личности допрашиваемого. Исследователь Л. Брусницын полагает, что подсудимый может задавать вопросы лицу, выступающему под псевдонимом, и получать от него ответы только через суд или прокурора с правом последних отклонить этот вопрос <1>. Полагаем, что следование этому нарушит принципы непосредственности, устности и гласности в судебном следствии. Обозначенная проблема должна быть решена путем повсеместного оснащения судов соответствующими современными техническими устройствами.

--------------------------------

<1> См.: Брусницын Л. Потерпевшие и свидетели под псевдонимом: национальное законодательство и прецеденты Европейского суда по правам человека // Уголовное право. 2002. N 2. С. 126.

Тактика судебного допроса несовершеннолетних подсудимых, потерпевших и свидетелей. При избрании тактики допроса этих участников процесса субъекту следует учитывать психофизиологические, нравственные и социальные особенности формирующейся личности. Поскольку показания несовершеннолетних часто весьма эмоциональны, непоследовательны и противоречивы, изобилуют специфичным подростковым сленгом, то записать их со слов секретарю судебного заседания бывает очень сложно. В таких случаях в специальной литературе справедливо рекомендовано суду использовать научно-технические средства фиксации показаний с их последующим просмотром (прослушиванием) в совещательной комнате при постановлении приговора <1>.

--------------------------------

<1> См.: Синигибский И.А. Указ. соч. С. 162; Кузнецова С.В. Указ. соч. С. 91.

Под тактикой судебного допроса несовершеннолетних, по нашему мнению, следует понимать осуществляемую компетентным субъектом в строгом соответствии с положениями действующего законодательства деятельность по извлечению в ходе судебного следствия информации у сведущего лица, не достигшего к моменту производства допроса 18 лет, по заранее намеченному плану с учетом психолого-возрастных особенностей допрашиваемого.

При выборе тактических средств допроса несовершеннолетних в суде должны учитываться следующие обстоятельства: 1) меньший, чем у взрослых, объем знаний и опыта; 2) меньшая способность к сосредоточенному вниманию; 3) повышенная внушаемость; 4) меньшее развитие аналитических способностей при восприятии и оценке воспринятого; 5) тенденции к смешению реально воспринятого и воображаемого; 6) эмоциональность суждений и действий. Несовершеннолетние обладают повышенной эмоциональной возбудимостью, неуравновешенностью характера, им присущи эгоизм, выражающийся в неспособности увидеть и понять интересы других, отсутствие развитого интеллекта и эмпатии <1>, демонстративная дерзость по отношению к старшему поколению, проявление в поведении элементов игры, стремление к отстаиванию своей зрелости и самостоятельности <2>, что сказывается на их показаниях. Анализ материалов судебной практики свидетельствует, что особенно криминально податливы подростки с пониженным самоуважением и недостатком рефлексивности, к которым нередко добавляются чувства ложного товарищества, качество "групповой аутичности" <3>.

--------------------------------

<1> То есть способности вообразить себе страдания другого лица.

<2> См. также: Подольный Н. Криминалистическая типология личности члена молодежной преступной группировки // Уголовное право. 2004. N 3. С. 103 - 104; Блэкборн Р. Психология криминального поведения. СПб.: Питер, 2004. С. 249.

<3> То есть отстранение от общества, замыкание на себе, взгляд на все сквозь призму своих ценностей. См.: Подольный Н. Криминалистическая типология личности члена молодежной преступной группировки. С. 104; Он же. Молодежная организованная преступность. М.: Юрлитинформ, 2006. С. 213 - 220.

Эффективность судебного допроса несовершеннолетнего в значительной степени зависит от полноты информационного обеспечения лица, производящего допрос. В ст. 421 УПК определены обстоятельства, подлежащие установлению при судебном производстве дел о преступлениях несовершеннолетних, наряду с доказыванием указанных в ст. 73 УПК обстоятельств. Суд обязан интересоваться уровнем интеллектуально-волевого развития несовершеннолетнего подсудимого, для чего следует использовать показания родителей, опекунов, педагогов, наставников, товарищей подсудимого, а также письменные характеристики, медицинские и другие документы <1>; при необходимости несовершеннолетний может быть подвергнут судебно-психологическому обследованию <2>.

--------------------------------

<1> Об этом см.: Болдырев Е.В., Соя-Серко О.А. Особенности производства по делам несовершеннолетних // Комментарий судебной практики за 1975 год; отв. ред. Е.В. Болдырев, И.А. Пергамент. М.: Юридическая литература, 1976. С. 131 - 133; Макаренко И.А. Информационное обеспечение допроса несовершеннолетнего обвиняемого как предпосылка его эффективного проведения // Вестник криминалистики. 2001. N 2. С. 61 - 66.

<2> Об этом см., например: Обидина Л. Судебно-психологическая экспертиза несовершеннолетних обвиняемых // Советская юстиция. 1985. N 20. С. 11 - 12; Хисматуллин Р.С. Современные проблемы судебной деятельности по делам несовершеннолетних: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 2002. С. 27; Шишков С. Правомерен ли вопрос экспертам о соответствии несовершеннолетнего обвиняемого своему календарному возрасту? // Законность. 1999. N 9. С. 27 - 29.

Согласно ст. 428, ч. 4 ст. 280 УПК в судебное заседание обязательно вызываются законные представители несовершеннолетнего подсудимого; могут быть приглашены законные представители несовершеннолетних потерпевшего (свидетеля), достигшего возраста 14 лет (допрос не достигшего 14 лет лица проводится с обязательным участием законного представителя). Законный представитель может быть допрошен в суде в качестве свидетеля, например, об условиях жизни подростка, его воспитании, поведении. В то же время присутствие законного представителя в зале суда может оказать негативное воздействие на несовершеннолетнего (он может растеряться, замкнуться). В судебной практике отмечаются случаи недостойного поведения в зале суда родителей несовершеннолетних, появление их в состоянии алкогольного опьянения и т.п. <1>. В таком случае законный представитель может быть отстранен судом от участия в судебном разбирательстве в порядке ч. 2 ст. 428 УПК, к участию в деле допускается другой законный представитель.

--------------------------------

<1> См.: Салеева Н. Преступления, совершаемые несовершеннолетними, требуют особого рассмотрения в суде // Российская юстиция. 2003. N 2. С. 39 (Салеева Н. - судья районного суда г. Омска).

При допросе потерпевших и свидетелей в возрасте до 14 лет (по усмотрению суда также в возрасте от 14 до 18 лет) участвует педагог. Допрос несовершеннолетних потерпевших и свидетелей, имеющих физические или психические недостатки, проводится во всех случаях в присутствии педагога. Неисполнение судом этих требований закона влечет отмену постановленных решений. При судебном рассмотрении уголовного дела в отношении М. и Б., обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п. п. "а", "б", "в" ч. 2 ст. 158 УК, суд не обеспечил участие педагога либо психолога для Б. (который на момент рассмотрения дела не достиг возраста 16 лет) и для М. (который согласно заключению комплексной психолого-психиатрической экспертизы в силу врожденной умственной отсталости отличается от нормального подростка). Судом кассационной инстанции приговор по делу был отменен, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд <1>.

--------------------------------

<1> См.: Архив Ульяновского районного суда Ульяновской области за 2004 год.

Допрос несовершеннолетнего в суде тактически оправданно начинать с его свободного рассказа, после чего переходить к постановке вопросов. Постановка вопросов должна осуществляться в доступной для соответствующего лица форме с использованием понятных подростку терминов и выражений. В специальной литературе рекомендовано в начале судебного допроса несовершеннолетнего подсудимого выяснить круг его интересов и увлечений <1>. Это предложение следует взять на вооружение стороне обвинения и суду, не сводя его на практике к пристрастному установлению подробностей личной жизни подростка, а в той мере, чтобы выяснить уровень его интеллекта, кругозор, способность быть участником судебного диалога. Что касается защитника, то он к моменту судебного заседания, как правило, хорошо осведомлен о вышеназванных чертах подростка, что может использовать при выстраивании линии защиты.

--------------------------------

<1> См.: Кузнецова С.В. Тактика допроса несовершеннолетних. С. 85.

Особого внимания заслуживает проблема установления психологического контакта с подростком в зале судебного заседания. Допрос несовершеннолетнего будет малорезультативным при недостижении психологического контакта с подростком <1>, что сложно обеспечить в условиях открытого публичного слушания дела. Необходимым элементом психологического контакта с несовершеннолетним является такт, темп и тон речи председательствующего. С любым подростком разговор должен вестись на серьезном официально-деловом уровне. В обращении с несовершеннолетним недопустимы слишком громкая и резкая речь, которая вызывает нервозность и может создать конфликтную ситуацию в суде; целесообразен небыстрый темп и спокойный тон речи председательствующего, - по ним подросток определяет настроение судьи, его доброжелательность или раздражительность. С этической и воспитательной точек зрения недопустимо "заигрывание" с несовершеннолетним, употребление жаргонных выражений и т.п., а определенная эмоциональность побуждающего характера в отношении подростка допустима только для защитника <2>.

--------------------------------

<1> Об этом см. также: Макаренко И.А. Понятие и условия установления психологического контакта с несовершеннолетним обвиняемым // Уголовное право. 2003. N 1. С. 85 - 86.

<2> См. об этом: Букаев Н.М., Мальцев В.В. Расследования преступлений несовершеннолетних. Ростов н/Д: Феникс, 2006. С. 62 - 63; Рогачевский Л. Беседа адвоката с несовершеннолетним обвиняемым // Советская юстиция. 1985. N 3. С. 14 - 15; Синигибский И.А. Указ. соч. С. 139 - 140.

По мнению Р.С. Хисматуллина, складывающиеся в суде при исследовании показаний несовершеннолетнего подсудимого ситуации можно классифицировать следующим образом: 1) подсудимый признает свою вину на предварительном следствии и в судебном разбирательстве; 2) признавая свою вину на стадии предварительного следствия, несовершеннолетний отрицает ее в судебном разбирательстве; 3) несовершеннолетний не признает себя виновным в процессе предварительного следствия и в суде; 4) несовершеннолетний подсудимый отказывается давать показания в суде <1>.

--------------------------------

<1> См.: Хисматуллин Р.С. Современные проблемы судебной деятельности по делам несовершеннолетних. С. 26.

Таким образом, в ходе судебного допроса несовершеннолетнего могут сложиться как конфликтная, так и бесконфликтная ситуации. При последней допрашиваемый охотно дает показания, отвечает на вопросы, при конфликтной ситуации он отказывается давать показания либо сообщает ложные сведения. Указанные ситуации определяют особенности тактики допроса несовершеннолетних. Так, при допросе подсудимого, признающего свою вину, будет оправданным использовать тактический прием наглядности, заключающийся в предъявлении несовершеннолетнему доказательств, схем, планов для получения более точных и конкретных показаний. В случае отрицания подростком своей причастности к совершенному преступлению целесообразно сначала внимательно выслушать его, а затем продолжить допрос, используя тактические приемы по склонению допрашиваемого к даче правдивых показаний (детализация показаний, постановка контрольных вопросов и др.). При отказе несовершеннолетнего подсудимого от дачи показаний целесообразно оглашение ранее данных им показаний.

Очередность допроса несовершеннолетних подсудимых при судебном рассмотрении групповых преступлений должна определяться в зависимости от позиции, занимаемой подростком в начале судебного следствия. Мы согласны с высказанным мнением, что целесообразно начинать исследование показаний с заслушивания того подростка, который давал наиболее полные показания в ходе предварительного расследования. Если совместно с подростком в совершении преступления обвиняется взрослый, то в первую очередь рекомендуется заслушивать показания несовершеннолетнего. Поскольку авторитет и влияние взрослого соучастника на подростка велики и после совершения преступления, то несовершеннолетние подсудимые нередко корректируют свои показания с учетом показаний взрослого подсудимого <1>.

--------------------------------

<1> См.: Хисматуллин Р.С. Современные проблемы судебной деятельности по делам несовершеннолетних. С. 29.

В некоторых случаях будет тактически оправданным применение судом нормы ст. 429 УПК об удалении несовершеннолетнего подсудимого из зала судебного заседания на время исследования обстоятельств, которые могут оказать на него отрицательное воздействие, а после его возвращения в зал суда сообщить ему в необходимых объеме и форме содержание происшедшего в его отсутствие, и предоставить возможность задать вопросы допрошенным в его отсутствие лицам.

Гарантией успешности проведения судебного допроса несовершеннолетних лиц, не достигших возраста 16 лет, является разъяснением судом до их допроса значения для уголовного дела полных и правдивых показаний. Как показывает изучение материалов судебной практики, ложные показания несовершеннолетних свидетелей и потерпевших, кроме случаев сознательного отказа говорить правду, могут объясняться самовнушением, влиянием взрослых, а также быть плодом их фантазии или следствием немотивированного желания солгать.

Основным средством изобличения во лжи лица в возрасте до 14 лет являются приемы эмоционального воздействия, поскольку средства логического убеждения могут оказаться малоэффективными в силу непонимания допрашиваемым самого факта изобличения его во лжи. Несовершеннолетнему следует облегчить переход от ложных показаний к правдивым показаниям путем установления причин лжи и разъяснением возможности и необходимости изменить свою позицию в интересах установления истины и для облегчения собственной участи.

При допросе несовершеннолетнего эффективное воздействие окажет прием стимулирования положительных качеств допрашиваемого лица, обращения к его достоинствам для повышения его самооценки.

Практика подтверждает целесообразность применения также следующих тактических средств судебного допроса несовершеннолетних: 1) использование ассоциативных связей; 2) допрос на месте происшествия, моделирование игровой ситуации; 3) выяснение источников осведомленности.

С учетом нравственно-психологических и возрастных особенностей несовершеннолетних правонарушителей в литературе предложено возложить обязанность осуществления правосудия по делам с участием подростков на специализированный орган - Семейный суд по делам несовершеннолетних, действующий в пределах каждого района <1>. В России уже действуют звенья будущей системы ювенальной юстиции, в судах приказами председателей предусматривается специализация судей, рассматривающих дела о преступлениях несовершеннолетних, с соблюдением повышенного требования к их опыту и компетенции. Целесообразно наличие у таких судей познаний в вопросах педагогики, социологии, психологии, то есть необходима организация курсов повышения квалификации в данных областях знаний.

--------------------------------

<1> См.: Хисматуллин Р.С. Процессуальные и тактические основы судебного рассмотрения дел о преступлениях несовершеннолетних: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 1991. С. 9 - 11; Хисматуллин Р.С. Современные проблемы судебной деятельности по делам несовершеннолетних. С. 29 - 30.

Тактическое обеспечение судебного допроса эксперта. Вызов эксперта и его допрос осуществляются в порядке, установленном ст. ст. 205, 269, 282 УПК. При этом речь идет именно о приглашении для допроса в суд лица, обладающего специальными знаниями. Одно и то же лицо не может быть экспертом и свидетелем по делу <1>. Если же эксперт непосредственно воспринимал определенные обстоятельства прошлого, то он подлежит допросу как свидетель по соответствующим правилам.

--------------------------------

<1> Подробнее об этом см.: Уразгильдеев Л. Допрос эксперта в суде // Российская юстиция. 1997. N 6. С. 29.

Суд вправе вызвать для допроса эксперта по ходатайству сторон или по собственной инициативе для разъяснения или дополнения данного им заключения (ч. 1 ст. 282 УПК). Законодательство дореволюционной России также допускало возможность приглашения эксперта в суд не только по ходатайству сторон, но и по инициативе суда <1>. Вместе с тем полученные нами результаты опросов судей свидетельствуют о том, что судьи редко выступают инициаторами вызова в суд экспертов.

--------------------------------

<1> См.: Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 274.

Исследователь А. Александров справедливо, на наш взгляд, полагает, что положения УПК об оглашении в судебном заседании ранее данных показаний свидетелей и потерпевшего распространяются также на показания эксперта и специалиста, если они ранее давали показания по делу или составляли заключение <1>. Другие исследователи предлагают в случае неявки эксперта по вызову в суд назначать судебную экспертизу в порядке ст. 283 УПК <2>. И.А. Синигибский обоснованно указывает, что допрос эксперта носит "специальный характер" в силу научной направленности вопросов, ему задаваемых, и ответов, от него получаемых <3>.

--------------------------------

<1> Александров А. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля в судебном следствии по уголовному делу // Уголовное право. 2004. N 2. С. 87.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (под ред. А.Я. Сухарева) включен в информационный банк согласно публикации - НОРМА, 2004 (2-е издание, переработанное).

<2> См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А.Я. Сухарев. М.: Норма, 2002. С. 485; Громов Н., Попова Е. Показания эксперта как источник доказательств // Уголовное право. 2003. N 3. С. 82.

<3> См.: Синигибский И.А. Указ. соч. С. 15.

Ю.К. Орлов называет следующие цели допроса эксперта: 1) устранение терминологических или стилистических неясностей; 2) дополнительная аргументация выводов; 3) сообщение общих положений из какой-либо отрасли знания; 4) установление новых конкретных обстоятельств дела <1>.

--------------------------------

<1> См.: Орлов Ю.К. Производство экспертизы в уголовном процессе. М.: ВЮЗИ, 1982. С. 41 - 42.

По мнению Е.Р. Россинской, возникшие у суда вопросы к эксперту, по которым не требуется проведение дополнительных исследований, могут быть разъяснены специалистом в зале суда без приглашения эксперта (например, возможности использованной в исследовании методики, суть специальных терминов и формулировок и пр.) <1>. Е.В. Селина, напротив, считает бессмысленным привлекать другое сведущее лицо для разъяснения имеющегося заключения эксперта <2>. Полагаем, что допрос эксперта не может быть заменен консультацией специалиста. При этом допускаем, что в судебном заседании при необходимости может быть допрошен эксперт по заключению, составленному не им, а другим экспертом.

--------------------------------

<1> См.: Россинская Е.Р. Судебная экспертиза в уголовном, гражданском, арбитражном процессе: Практическое пособие. М.: Право и закон, 1996. С. 49.

<2> Селина Е.В. Применение специальных познаний в уголовном процессе. М.: Юрлитинформ, 2002. С. 91.

По нашему убеждению, это может иметь место в исключительных случаях для целей, обозначенных в ст. 282 УПК РФ (для разъяснения или дополнения заключения, если для этого не требуется дополнительных исследований), например, при длительном отсутствии эксперта (болезни, пребывании в отпуске с выездом) либо при его увольнении с замещаемой должности с последующим переездом (иногда на отдаленные расстояния), когда процессуальные сроки рассмотрения конкретного уголовного дела не позволяют отложить слушание дела на длительный срок для обеспечения явки такого лица. Поскольку, как правило, судебные экспертизы в уголовном процессе производятся государственными судебными экспертами (исключение могут составлять, например, эксперты-товароведы), то есть аттестованные работники государственного судебно-экспертного учреждения, производящие судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей (согласно ст. 12 ФЗ РФ от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации"), то считаем, что допрос в определенных случаях иного штатного сотрудника того же учреждения и полученные в ходе такого допроса сведения являются судебными доказательствами и подлежат оценке полномочным субъектом в совокупности с иными доказательствами по уголовному делу. Нам кажется, что было бы практически целесообразным и оправданным включение соответствующего положения в УПК РФ.

Особенности тактики судебного допроса эксперта заключаются прежде всего в том, что он начинается не со свободного рассказа, а с постановки лицу конкретных вопросов. По смыслу ч. 1 ст. 282 УПК, допрос эксперта в суде имеет своей целью либо разъяснение либо дополнение данного заключения, когда для этого не требуется дополнительных исследований, иначе должна быть назначена дополнительная экспертиза. В то же время при допросе в суде эксперт может привести дополнительную аргументацию сделанных им выводов.

В литературе отмечено, что если эксперт приглашается в суд только для допроса по поводу имеющегося в деле заключения, то допрос такого эксперта в суде должна начинать та сторона, по чьей инициативе назначалась экспертиза на предварительном следствии, вне зависимости от того, по чьей инициативе эксперт вызван в суд <1>. Считаем возможным согласиться с мнением, что вопросы эксперту первой задает сторона, которая ходатайствовала о его вызове, а также суд - если он пригласил эксперта по собственной инициативе <2>.

--------------------------------

<1> См.: Громов Н. Показания эксперта как источник доказательств. С. 82.

КонсультантПлюс: примечание.

Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (под ред. В.М. Лебедева, В.П. Божьева) включен в информационный банк согласно публикации - Юрайт-Издат, 2007 (3-е издание, переработанное и дополненное).

<2> См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева, науч. ред. В.П. Божьева. С. 512.

Поставленные вопросы должны касаться объектов, исследованных экспертом в пределах вопросов, которые им разрешались и нашли отражение в выводах. Эксперту в ходе судебного допроса могут быть заданы вопросы, касающиеся обоснованности научных положений проведенного им исследования, правомерности применения конкретной методики и т.п. М.А. Чельцов-Бебутов и Н.В. Чельцова полагают, что "сколько-нибудь сложные вопросы должны задаваться эксперту в письменном виде" <1>. По мнению Л.Е. Ароцкера, ответы эксперта на предложенные в письменном виде вопросы должны даваться им также в письменном виде <2>. Полагаем достаточным то, что вопросы, задаваемые эксперту, и ответы на них должны точно фиксироваться в протоколе судебного заседания. При необходимости суд вправе предоставить эксперту время, необходимое для подготовки ответов на вопросы суда и сторон (согласно ч. 3 ст. 282 УПК).

--------------------------------

<1> См.: Чельцов-Бебутов М.А., Чельцова Н.В. Проведение экспертизы в советском уголовном процессе. М.: Госюриздат, 1954. С. 213.

<2> См.: Ароцкер Л.Е. Использование данных криминалистики в судебном разбирательстве уголовных дел. С. 193.

Эксперту не могут быть заданы вопросы по поводу сведений, ставших ему известными в связи с производством судебной экспертизы, если они не относятся к предмету данной судебной экспертизы (ч. 2 ст. 205 УПК) <1>, если они не связаны с представленным заключением. При допросе эксперта нецелесообразно ставить ему вопросы, на которые дан полный и ясный ответ в заключении. В специальной литературе обоснованно отмечено, что перед вызванным в судебное заседание экспертом нельзя ставить вопрос о том, подтверждает ли он свое заключение <2>. Мы согласны с Л. Уразгильдеевым, допускающим возможность использования при допросе эксперта в суде тактических приемов перекрестного и шахматного допроса <3>.

--------------------------------

<1> О предмете экспертизы см.: Зинин А.М., Майлис Н.П. Судебная экспертиза: Учебник для вузов. М.: Право и закон; Юрайт-Издат, 2002. С. 20.

<2> См.: Настольная книга мирового судьи / Отв. ред. В.М. Лебедев. С. 75.

<3> См.: Уразгильдеев Л. Указ. соч. С. 29.

В специальной литературе верно отмечается, что в случае проведения комиссионной экспертизы, в результате которой эксперты пришли к общему выводу, в суде следует допрашивать эксперта, оглашающего заключение; а раздельно членов комиссии целесообразно допрашивать в случае возникновения между ними разногласий, если каждый из них составил отдельное заключение <1>.

--------------------------------

<1> Там же.

Возможность одновременного допроса в суде нескольких экспертов, даже при отсутствии между ними единогласия, допускал К.К. Арсеньев. При этом исследователь особо указывал, что, если одновременно допрашиваются эксперты с разным уровнем подготовки и опытом, сначала следует допрашивать в суде менее авторитетных экспертов, а затем - более влиятельных их коллег <1>.

--------------------------------

<1> См.: Арсеньев К.К. Указ. соч. С. 317 - 318.

В гл. 37 УПК нет специальной нормы о допросе специалиста в суде, но возможность этого предусмотрена п. 3.1 ч. 2 ст. 74, ст. 58 УПК. Специалист допрашивается в суде по вопросам, входящим в его компетенцию. Первой специалиста допрашивает сторона, которая ходатайствовала о его вызове для допроса, затем - другая сторона и суд.