II. Главная часть

1. Определение понятия «Духовность»

Что же такое духовность?

Викисловарь дает следующее определение этого понятия: Духовность - это 1) свойство человека или явления, характеризующее его ориентированность на духовные ценности; 2) составляющая человеческого существа, не связанная с материальным, ориентированная на жизнь духа (9).

Искони русская литература имела дидактический характер, воспитывала в читателях такие морально-нравственные и духовные качества, как жертвенность, смирение, мудрость, искренность, трезвение, умение прощать, патриотизм, целомудрие, верность слову, долгу, семье, Отечеству, учила любить. В данной работе под «духовными тенденциями» мы подразумеваем тенденции развития человеческого духа в условиях современности. Остановимся на нескольких аспектах проблемы.

2. Аспекты проблемы, рассматриваемые в данной работе

Рассмотрим деление литературы на три слоя: массовую литературу, беллетристику и литературу элитарную. Каждому из этих слоев присущи определенные особенности, каждому соответствует и свой тип читателя.

Еще во времена Петра I, «прорубившего окно в Европу», изменилась русская литература, ушли в прошлое ее идеалы, не скрывая, начала она описывать страсти человеческие, вымысел стал возможен, характер произведений стал проще, доступнее для всех слоев общества. И уже в конце Х1Х – начале ХХ века появляется такое явление, как массовый читатель. В результате в ХХ столетии произведения стали ориентироваться или на высокоэрудированную элиту, или на не слишком грамотную массовую аудиторию. Так получают распространение элитарная и массовая культура – но грань между ними появилась много раньше, уже с возникновением письменности.

Элитарная литература создается привилегированной частью общества либо по ее заказу профессиональными творцами. Она трудна для понимания непод-готовленного человека. Круг ее потребителей – высокообразованная элита. Классическое, высокое или элитарное искусство, как показало время, является тем фундаментом, на котором создаются и будут создаваться ценности, пополняющие духовный арсенал человечества.

Беллетристика стоит посередине между этими пластами литературы: заинтересовывая читателя и удерживая его внимание, подобно литературе массовой, она в то же время учит состраданию, размышлению, умению находить в произведениях глубинные слои.

3. Массовая литература

Она занимает огромное и, пожалуй, все более и более значительное культурное пространство. Ее называют популярной литературой и индустрией развлечений, потребительской и коммерческой литературой, «кичем». Более полное представление о массовой литературе предлагают ученые, рассматривающие ее функции. Опираясь на их труды, скажем о движении человеческого духа в сторону деградации, человеческой души – к опустошенности посредством влияния этого литературного пласта: массовая литература векторно направлена к бездуховности, во тьму.

Какие же элементы бездуховности и потворства грехам можно в ней найти? Одни теоретики видят сущность бездуховности массовой литературы в том, что “она осуществляет стандартизацию духовной деятельности человека”, при которой совершенно игнорируется и даже вымывается индивидуальная неповторимость каждого (22, c.13). Другие отмечают, что ей присуще “стремление придавать всем элементам культурной системы определенность, абсолютную схожесть”, когда все стороны жизни нивелируются (19, c. 25).

Массовая литература всегда строится на каких-то стереотипах: архетипических образах, ситуациях, на определенных моделях, которые читатели очень легко опознают. Например, если в произведении описывается история двух друзей, один из которых, умирая, просит другого присмотреть за своим дитем, то мы понимаем, что это будет что-то вроде стереотипной ситуации Золушки – падчерица и злая мачеха, и мы даже можем предположить, как она разрешится.

Массовая культура ориентируется на самые низкие вкусы и оценки, поэтому “популярное искусство не только дает плоскую и ограниченную картину жизни, но поощряет людей к сужению эмоций и интересов. С помощью массового искусства мы приспосабливаемся к нормам жизни несовершеннолетних” (7, c. 711). Французский социолог Э. Морен считает, что для массовой культуры характерны система “звезд”, реклама, эротика, насилие, хеппи-энд. “Воображаемое в ней имитирует реальное, а реальное окрашивается в цвета воображаемого” (6, c. 432). Массовая литература осуществляет уход от практических нужд повседневности, бегство от реальности в мир фантазий, становясь как бы своеобразной мифологией XX века.

Среди иллюзий массовой литературы существует еще и та, что она обращена к каждому, поскольку не заставляет читателя работать духовно над ее освоением – это «легкое чтиво» на досуге, воспитывающее в человеке потребителя, провозглашающее, что главное в жизни – удовлетворение сиюминутного желания, и в результате девальвируется понятие жертвенности, воспитываются эгоизм, потребительство, безответственность, инфантильность.

Массовая литература предлагает иллюзию общения, иллюзию причастности людей к человеческому сообществу. Но мы понимаем, что это мнимые пе-реживания, что все это очень большое упрощение. Так, герой боевика остается для читателя на протяжении всего произведения «хорошим парнем», несмотря на то, что где-нибудь к середине книги на нем уже «висит» человек двадцать убитых.

Массовая литература рассчитана на то, чтобы просто привлечь внимание и удерживать его. Вы никогда не найдете в ней психологических зарисовок, мо-тивации поступков, противоречивости характеров. Есть хорошие и плохие герои, у каждого поступка и плохого, и хорошего героя всегда определенный мотив: хочет «плохая» героиня убить Билла, она будет стремиться к этому всю книгу. А «хороший» герой будет ей в этом мешать, и причины его поведения предельно понятны каждому: например, она угрожает его семье.

Самые различные авторы отмечают, что внутренней, существенной стороной массовой культуры является ее устремление к пошлости – снижению идеала до уровня “усредненности”, обыденности, повседневности, недаром ее называют часто псевдокультурой или контркультурой.

Расцвет массовой литературы, не нацеленной на сопереживание – это способ отвлечения от насущных проблем современности, самоуспокоения путем самообмана. Это признак неблагополучия в обществе, острого и критического умножения беззаконий, поиска способов заглушить в человеческих сердцах любовь к ближним. Это трагедия современного общества: «…и по причине умножения беззаконий во многих охладеет любовь…» [Мф., 24: 12] – не о нашем ли времени эти слова Священного Писания?

Мир массовой культуры огромен: он включает в себя популярные жанры – любовный роман, фэнтези, детектив, боевик и некоторые другие, например, научная фантастика или альтернативная история. Разные жанры массовой литературы отражают комплексы, психические отклонения определенных групп людей. Наиболее распространенные из них – это, конечно, любовный роман, фэнтези, боевик и детектив.

А) Любовный роман

Здесь мы видим погружение в мир произведения, строящегося на определенных штампах, стереотипах, которые, пожалуй, существуют на уровне архети-пов в сознании всех людей всех времен и народов. Любовный роман привлека-ет читательниц с психопатическим типом характера и поддерживает в них такую психическую особенность, как истерия. Героини любовных романов боятся настоящих отношений между людьми, дружбы, любви, не видят и не понимают настоящих чувств. Им хочется кого-то любить, но они не могут себе этого позволить и начинают выстраивать ряд препятствий между собой и лю-бимым человеком. И любовный роман строится как преодоление (по большей части не героиней, а ее избранником) этих многочисленных преград.

Так, например, в романе Инги Берристер «Жду признания» (30) слишком многое заставляет главных героев относиться друг к другу с недоверием, а то и презрением – и любовь-то их рождается из обиды и уязвленного самолюбия, да и во взаимоотношениях их нет самого человека, нет истинно христианской, жертвенной любви, а есть только безумная страсть. Здесь ярко прослеживается стремление женщины встать на ступень выше мужчины, героев романа обуревают эгоистические страсти, самолюбие. Что же будет с ними дальше? Способны ли они к совместной жизни? Но читательнице любовного романа это и неважно, главное – героиня завоевала своего избранника.

Обязательный компонент любовного романа – момент непонимания между главными героями; и герои почти расстались, но что-то им помешало. Так Анна Копылова, героиня романа Ольги Шпилевой «Мой главный враг» (13) – девушка с характером, дерзкая, своевольная и решительная, но все это скрыто под маской наивности и нежной, милой эмоциональности. Где тут почитание старших, послушание родителям? Его нет. Зато ярко проявляется своевольная агрессивность и стремление добиться того, чего хочет она, любыми средствами. И она добивается своего любимого – но опять-таки встает вопрос: как будут они жить дальше, ведь так важно в семейной жизни уметь уступать друг другу, терпеть и прощать? Главная героиня такими качествами не обладает!

И совсем иначе воспринимаются произведения о любви двух православных писательниц: Наталии Сухининой и Ирины Денисовой. Над их книгами надо поразмыслить, нелукаво всмотреться в себя и привести свои чувства в соответствие с непреложным законом любви по Господним меркам.

В «маленькой повести о большой любви» «Полет одуванчиков» Наталии Сухининой мы встречаемся с семьей, из которой ушла любовь. «Почему уходит любовь?» – задает вопрос главный герой Илья и не находит ответа. Но автор ярко показывает его эгоизм, самоуверенность, неумение и нежелание понять жену, насмешливое к ней отношение: «Он вообще плохо понимает других людей, если уж он считает так, значит так и только так…» (39, с. 21). Не замечает Илья Викиной усталости от нескончаемых домашних хлопот после напряженного рабочего дня, не замечает ее заботы о нем: «Стараюсь, угождаю и никакой благодарности. Творог купила, муж из командировки, я ему любимые сырники, а он даже не заметил, что сырники…» (39, с. 26).

Накопившиеся взаимные обиды не дают двоим расслышать друг друга, а советы «доброжелателей» лишь подливают масла в огонь – и вот уже Вика не доверяет мужу и выгоняет его из дому, и вот уже Илья встречается с Дашей, и эти встречи залечивают его душевные раны, воскрешают его душу своими чистотой и целомудрием, а неприязнь к Вике обостряется до предела.

Но Вика – человек воцерковленный, работающий над собой, не позволяющий злым, горьким мыслям завладеть ее душой. И постепенно она прекращает винить предавшего ее мужа, пресекая мысли обиды словами «Илья хороший». Сочувствие батюшке, потерявшему жену (умерла при родах), вновь открывает Викино сердце для молитвы – она читает Псалтирь об упокоении души матушки и «с каждой новой кафисмой Вика исцелялась от усталости… Радость молитвы коснулась ее сердца, и она корила себя, что так долго от нее ограждалась». (39, с.76).

А для Ильи «чистота отношений подняла образ Даши на такую недосягаемую высоту, что захотелось воспевать свою даму сердца. Вот где скрыто истинное преклонение перед женщиной. В сдержанности чувств. Сдержанность чувств рождает тайну». (39, с. 98) Пришло время, когда Даше захотелось поблагодарить Пресвятую Богородицу за подаренное ей счастье – и они с Ильей пришли в храм, куда после ухода мужа устроилась на работу Вика. Бог подарил встречу им троим, и эта встреча даровала Вике испытать радость прощения во всей ее полноте.

Но «истинная любовь – жертвенная. Это когда человек готов ради другого пожертвовать здоровьем, славой, благополучием, личным счастьем, которого ждал всю жизнь. Только такая любовь угодна Богу и Им благословлена» (39, с. 168), – и Даша, узнавшая о том, что Илья был женат и что у него дети, отказывается от своего счастья ради счастья детей. Отказывается еще и потому, что видит разрушающую силу своей любви.

Мы видим, как на протяжении повести герои совершенствуются, закаляются в страданиях, как очищаются и освящаются их души, какую большую роль в их становлении играет Православная Церковь. Илья вернулся в семью, и нелегким было для него это решение, а впереди – самое трудное: восстановить былую целостность семьи будет непросто. Но мы знаем, что Божией милостью и взаимной помощью герои сумеют преодолеть все жизненные трудности.

Теме любви и семьи посвящена и книга Ирины Денисовой (ныне монахини Иулиании) «Две повести о любви». Ее герои встретились в зрелом возрасте, оба разведены. Сразу между ними появляется взаимное доверие – это необходимое ощущение для возникновения истинной любви. Впечатляет чистота отношений этих двух взрослых людей, их целомудрие: мы видим, что для них «интимные отношения – это результат любви, а не ее причина. Это итог, а не начало», (44, с.22) - как отличается жизненная установка, даваемая нам автором, от установок любовных романов!

Но в жизни героев не все так просто: первый брак героини был венчанный, и она знает, что «этим венчанием, этими нерасторжимыми узами, данными обетами Господь хранит меня от безумных поступков, от искушений и грехов и в конечном счете приучает жить целомудренно». (44, с.44) И другие православные истины вкладывает Ирина Денисова в уста Арины: «во всем, что посылает мне Господь, есть высокий спасительный смысл, даже в страдании, особенно в страдании… Еще одну истину я узнала из поучений Серафима Саровского: оказывается, цель христианской жизни – в личном спасении. В личном! Не в том, чтобы спасать кого-то, чтобы творить добрые дела, чтобы помогать людям, – а в том, чтобы, делая все это, спастись… В том-то и дело, что спастись можно, только любя ближних – прощая их, не обижая, не завидуя никому – то есть выполняя заповеди Божии» (44, с.42). И эти слова, объясняю-щие христианские истины, открывают нам богословский пласт произведения.

Но возвращается блудный муж Арины, и ей приходится отказаться от своей любви: «…Жалко себя, плачу, как больная: никогда больше не увижу, не услышу, не прикоснусь, не будет ничего больше – ни руки, ни улыбки, ни дождя, ни листьев, ни черной шапочки над глазами любимыми, ни счастья земного…» (44, с.77) Трудна для женщины эта борьба с собой – и вспоминается Моление Христа о Чаше страданий, и вспоминается Книга Иова, когда читаешь слова плача Арины: «Как я могу соревноваться с Тобой, Господи? Кто я перед Тобой? Я хочу, чтобы моя судьба складывалась по моему плану, в котором, по обычным жизненным меркам, нет ничего предосудительного и, главное, ничего разрушающего. Я хочу выйти замуж, любить человека, заботиться о нем. Но, оказывается, у Тебя другие планы, и я знаю, что должна подчиниться, потому что…я боюсь Твоей немилости, Господи!..» (44, с.75)

Неисповедимы пути Господни, и все они – благо и истина. Первого мужа Арины ведет Господь Ему Одному ведомыми путями спасения, и корабль семейного быта уже не для его души – вскоре он уходит в монастырь, и теперь уже навсегда освободившаяся от уз первого брака Арина начинает созидать новую семью с любимым. Но человеческая душа падка на грехи – и поверившая грубой клевете Арина перестает доверять мужу, а поселившаяся в ее душе ревность убивает ее любовь. Тяжело переживает это Сенцов: «Она мне не верит. Она меня не слышит, не хочет слышать, она уже похоронила – и нашу любовь, и себя вместе с ней» (44, с.141) Согревает душу, укрепляет его силы слово встреченного им священника: «А ты не бойся. Только верь… И люби. «Любовь все покрывает, всему верит…» – помнишь апостола-то? Вернется к тебе твоя Арина. – И отец Федор осенил Сергея благословляющим крестом. В тот момент Сенцов и не подозревал, сколь необходимо и спасительно было для него это благословение мудрого, доброго московского батюшки». (44, с.143)

Долго Арина не могла оправиться от своей душевной болезни, но когда Сергей попал в беду, сердцем почувствовала несчастье, поспешила в Троице-Сергиеву лавру и долго-долго, не вставая с колен, вымаливала у преподобного Сергия Радонежского сохранение жизни любимому. И услышал ее Господь, Божией помощью, Божией милостью выцарапала она своим сердцем, полным любви, мужа из лап смерти. Воскрешение почти умершего, воскрешение души, воскрешение любви – все это находим мы в повестях Ирины Денисовой, в которых за увлекательным сюжетом таятся обширные культурные, философские и богословские пласты.