3. Схема общения в языке.

3.1.Акт коммуникации по Ф. де Соссюру состоит в следующем:

1. Связывание в голове у говорящего образа понятия А с акустическим образом слова А¹;

2. Передача к органам произношения импульса, соответствующего А¹;

3. Говорение. Распространение волн известной частоты;

4. Передача акустического образа А¹ в мозг слушающего;

5. Ассоциация в голове у слушающего акустического образа А¹ и понятия А.

- 1 и 5 представляют собой явления психические;

- 2 и 4 представляют собой явления физиологические;

- 3 есть явление физическое

 

3.2. Другой выдающийся ученый, представитель функционального направления в лингвистике, Р. Якобсон предложил следующую схему акта коммуникации [Якобсон 1975: 193-230]:

 

Рисунок 4.

 

Контекст

 

Отправитель                           Сообщение                            Получатель

 

Контакт

 

Код

 

     Отправитель посылает сообщение получателю. Для того, чтобы состоялся акт коммуникации сообщение должно вписываться в некий лингвистический контекст или быть частью экстралингвистической ситуации, к которой оно отсылает. Сообщение передается с помощью кода (языка) известного и отправителю и получателю. Наконец, сообщение требует установления контакта. Это может быть как физический, так и психологический канал, устанавливаемый и поддерживаемый  между отравителем и получателем сообщения во время акта коммуникации.

 

3. Язык, мышление и внеязыковая действительность

 

     Язык способен накапливать, хранить и передавать опыт, накопленный человечеством за время его существования. Является очевидным тот факт, что язык самым тесным образом связан с мышлением, а, следовательно,  и с окружающей действительностью. При помощи органов чувств человек отражает мир, через ощущение, восприятие, впечатление формирует представление и, наконец, высшую форму отражения – понятие, связанное с мыслительной деятельностью. Понятие оформляется в слове. В триаде язык – мир – человек, язык оказывается связующим и опосредующим звеном между внутренним миром человека и внешним миром, окружающим его.

     В связи с вышеизложенным, возникает ряд вопросов. Во-первых, является ли язык оригинальным способом мировидения и членения мира или же слова всего лишь «этикетки» для вещей. Соответствуют ли они внеязыковой действительности, объективно ли они передают ее устройство и организацию? А может быть язык – это всего лишь договоренность его носителей, своего рода номенклатура, более или менее соответствующая действительности и более или менее удобная в использовании?  Когда мы говорим ‘душа’, имеем ли мы в виду некую реально существующую субстанцию, или же это всего лишь способ выражения, своего рода фикция. ‘Небытие’, это всего лишь слово, или за ним стоит определенная реальность? Во-вторых, каково соотношения языка и мышления? Что первично, а что производно? Если язык вторичен по отношению к мышлению, то существует ли мышление до и вне языка, и является ли язык всего лишь формой, способом выражения мышления, или же язык, возникнув как производная мышления, сам начинает воздействовать на него.  И, наконец, еще один вопрос, вытекающий  из предыдущих:  все ли языки устроены одинаково, есть ли у них глубинное сходство структур или же разные языки устроены по разным моделям и члены разных языковых коллективов выражают накопленный ими опыт по-разному. Иначе говоря, каково соотношение в языке универсального (общего для всех языков), типологического (общего для определенной группы языков) и специфического.

     Разные лингвистические концепции по-разному отвечали на поставленные вопросы. Соотношение языка и действительности было ключевой проблемой Античности, где существовали теории в духе фюсей, т.е. природного происхождения названий предметов и теории в духе тесей, т.е. происхождения имен по-договоренности, по установлению. Последователи логических школ в языкознании признавали приоритет мышления, оставляя за языком лишь функцию выражения мысли. В концепциях великого немецкого ученого В.фон Гумбольдта, а также русских ученых А.А. Потебни и И.А. Бодуэна де Куртенэ язык рассматривалтся в нерасторжимом единстве и взаимовлиянии с мышлением.

     Для господствующей в ХХ в. структурной лингвистики, берущий начало в концепции Ф. де Соссюра характерно последовательное различение денотата (совокупности реальных предметов, обозначаемых знаком, например, ‘стол’ обозначает любой стол) и обозначаемого (понятия, концепта), образа, возникающего в голове носителя языка. Лингвист рассматривает язык как некую замкнутую систему знаков (или правил) и изучает ее единицы в той мере, в какой они соотносятся друг с другом в пределах данной системы. Таким образом, получается, что  реально существующие столы не имеют прямого отношения к лингвистике. Каждый язык располагает разным набором противопоставленных по какому-либо признаку единиц. В испанском языке различаются leña, madera, bosque, selva, французский различает bois и forêt. Лингвист не задается вопросом, какая из предложенных структур лучше, правильней и более объективно отражает действительность. Равно как он не в состоянии судить о том, какая глагольная система удобнее и правильнее: русская, с развитой системой вида или французская, с развитой системой времен.

     Ценность единицы языка полностью обусловлена ее принадлежностью к данной языковой системе. Значение слова вытекает из значений других слов данного языка, а не из физических или психологических реальностей. Французское прилагательное marron противопоставлено прилагательным brun, jaune, orange и т.д. и не имеет ничего общего с тем цветовым спектром, на который оно указывает. Это язык заставляет нас думать о физической единице, соответствующей слову marron. Так, английское слово brown не имеет эквивалента во французском языке и может переводиться словами brun, marron или даже jaune в зависимости от конкретного цветового оттенка и от существительного, с которым оно употребляется. Сравните с употреблением и переводом на разные языки русских словкоричневый, каштановый, карий, гнедой. Таким образом, реальное положение дел не имеет прямого отношения к языку.

Таблица 4.

 

Итальянский	Французский	Немецкий	Дацкий	Русский	Зона различий
albero	arbre	Baum	trae	дерево	‘дерево’
legno	bois	Holz		Дерево, лес	‘строительный материал’; ‘топливо’
			skov	дрова
bosco		Wald			‘небольшое пространство, поросшее деревьями’
				лес
foresta	forêt			лес	‘большое пространство, поросшее деревьями’

 

     Совершенно по-иному решался данный вопрос в лингвистической концепция, получившей название теории лингвистической относительности, или  гипотезы Сепира – Уорфа. Здесь утверждается, что человек живет не только и не столько в мире объективной действительности, а в мире своего языка. Членение внеязыковой действительности осуществляется в разных языках по-разному, каждому языку соответствует своя логика мышления, и бессмысленно ставить вопрос:  а какой язык ближе к истине, к реальному положению вещей? Каждый язык прав, каждый имеет право на свое видение мира.

     Еще один подход к языковому материалу сосредоточил внимание на поиске языковых универсалий, то есть структур, присущих любому языку. Языковые различия характерны для поверхностных языковых структур, на уровне глубинных структур разные языки обнаруживают много общего. Действительно, фонемный состав разный в разных языках, но любая фонема – это определенный набор дифференциальных признаков, число которых ограничено и они одинаковы для всех языков. (Об этом см. ниже). Действительно, семантическое (смысловое) членение по-разному организовано в разных языках (см. примеры с цветом), но значение любого слова – это набор сем (минимальных смыслов), которые универсальны! Проиллюстрируем таблицей, заимствованной из книги B.Pottier «Vers une sémantiquemoderne», где по горизонтали приведены семы, а по вертикали слова, включающие тот или иной набор сем.

Таблица 5.

 

Слово	Чтобы садиться   S1	На ножках   S2	Для одного человека S3	Со спинкой   S4	С подлокотниками   S5	Из твердого материала S6
Стул	+	+	+	+	-	+
Кресло	+	+	+	+	+	+
Табурет	+	+	+	-	-	+
Канапе	+	+	-	+	+/-	+
Диван	+	+	-	+	+	+
Пуф	+	-	+	-	-	-

 

В разных языках эти признаки могут группироваться по-разному, но общий набор сем останется неизменным.

     На уровне глубинных структур все языки устроены по одним и тем же общим моделям и правилам, а на всех уровнях языковой структуры (фонетическом, морфологическом, синтаксическом, лексическом)  существуют языковые универсалии. Лингвистика, таким образом, интересуется не только разными способами представления в языке внеязыковой действительности, но и общим ядром, адекватно отражающим психологические. Физические или логические связи внешнего мира.