Как дирижировать интерпретацией

Затем, как пишут на бутылочках с шампунем, следует «вспенить, смыть, при необходимости повторить». Члены группы чередуют полевые и кабинетные исследования, а полученные ими знания влияют на текущие результаты, которые, в свою очередь, определяют направление будущих исследований – и так до тех пор, пока группа не достигнет точки крайнего насыщения данными или не поймет, что достигла предела своей профессиональной компетенции. В этот момент проект завершается и становится стартовой площадкой для возможного запуска новых, дополнительных проектов. Если на последних этапах проекта не обнаружатся пробелы в архивных данных, необходимых для проведения анализа и интерпретации, полевые исследования приостанавливаются, а группа переходит к кабинетной работе – кропотливому «просеиванию» полученной информации и ее интерпретированию.

На каждом стратегическом совещании я возвращаюсь к списку предложенных толкований, вовлекая в дискуссию как сторонников, так и противников предложенных выводов, чтобы каждый член группы постоянно проверял их на прочность. Такая проверка обеспечивает скрупулезность и системность обсуждения, а это весьма облегчает процесс кодирования. Для кодирования я использую диагностическую последовательность Спрадли и процесс открытого\осевого\избирательного кодирования Страуса и Корбин, как отдельно, так и соединяя их вместе. Однако любая схема кодирования будет хороша лишь настолько, насколько хороши обработанные данные, на которые она накладывается. Именно поэтому на стратегических совещаниях следует активно поощрять жесткие дискуссии. Этот герменевтический цикл рассуждений внутри группы подготавливает почву для окончательного кодирования.

Как только группе удалось согласовать все основные темы, мы начинаем процесс разделения, агрегирования и интегрирования тем в сценарии, которые затем превратятся в текст. Это процесс отбора похож на тот, что применяется в полевой работе: мы работаем индивидуально, в парах, тройках и как единая группа, сначала раздельно, затем – вместе, чтобы сократить объем полученных данных до приемлемых и наглядных размеров. Я выяснил, что удобнее всего работать в конференц-залах, где в распоряжении группы имеются доски, мел, фломастеры, видеоплееры и компьютеры, стенды и бумажные стикеры, а также весь массив полученных данных – такая рабочая среда чрезвычайно помогает групповой работе. Когда при помощи всего этого группе удалось достичь понимания и она готова предъявить полученный результат миру, можно вернуться со своими теоретическими находками в поле, чтобы получить комментарий людей, послуживших основными источниками информации. Этот процесс может стать, а может и не стать основой для дополнительного анализа, однако он позволяет испытать наши теории реальностью, а также служит этическим завершением для участников проекта. Теперь настало время серьезной писательской работы.

Написание отчета, репрезентация и авторство

Даже (или особенно) после 30 лет, проведенных в полевых исследованиях, мне, как исследователю потребительского рынка, труднее всего дается преобразование результатов в текст. Этнографы относятся к материалу своего исследования как к неделимому целому и раздражаются при одном лишь упоминании «минимально пригодного к публикации материала». Будучи антропологом, я всегда склонялся к жанру монографии: я предпочитаю излагать результаты своего анализа как можно полнее, описывать феномен как можно целостнее и на едином дыхании. Эта манера не годится там, где превыше всех остальных форматов ценятся краткие журнальные статьи. Мне стоит нечеловеческих усилий писать куцые отчеты объемом всего в 60 страниц.

Теперь представьте, что в рамках одного проекта сотрудничают несколько подобных писателей. В этом случае итогом групповой этнографической работы станет документ в несколько сотен страниц. Подобный продукт можно экспортировать в смежные научные области, где ценятся книги, но для аспирантов это досадная преграда на пути к профессорской должности. Коллективные статьи – вот Священный Грааль групповой этнографии.

Как только исследовательский проект подошел к той стадии, когда его участникам становятся приблизительно понятны минимальные параметры его основного феномена, я прошу членов группы подумать о формах, в которые можно будет облечь результаты. В нашей области каждый журнал имеет четкую ориентацию, поэтому заранее можно представить себе, какие статьи могут заинтересовать читательскую аудиторию того или иного печатного издания. Распределение полученных результатов по категориям в процессе исследования также помогает избежать плагиата на стадии написания отчетов – ведь массив данных будет настолько обширным и разнообразным, что его и без всяких повторов хватит на несколько публикаций. Я, как руководитель группы, обладаю широкоформатным видением, поэтому я считаю очень полезным работать с коллегами, обладающими более фрагментарным зрением и понимающими ценность разрозненных частей единого проекта. Эта комбинация подходов позволяет еще на ранних стадиях полевого исследования запланировать серию статей. Заручившись мнением команды о том, что является возможным и разумным в данной области, я приблизительно распределяю будущие публикации по журналам и выбираю ответственного за каждую публикацию или ее часть. Их обязанностью будет формирование некоего ядра, вокруг которого затем будет развиваться написание статьи. Когда появляются черновые варианты публикаций, они становятся предметом обсуждения, дискуссии и, иногда, жарких споров всей группы. Как и на прочих стадиях исследования, каждый член группы привносит в создание текстов собственные таланты – красноречие, научные познания, выразительность, дипломатичность и т.д. В результате рождается черновой вариант текста, который осталось отредактировать.

Окончательный черновик подвергается строгой внутренней критике со стороны членов группы и внешней – со стороны тех незримо присутствующих в проекте учебных заведений, которые представляют члены группы. Затем принимается решение о направлении рукописи в журнал. Чтобы текст не выглядел так, как будто его сочиняли отдельные авторы, команда выбирает редактора или редакторов, которые приводят текст к единому знаменателю. Впрочем, иногда разноголосица намеренно усиливается в репрезентативных целях.

На этой стадии процесса члены коллектива должны стараться соблюдать дипломатичность и такт, если они заинтересованы в результате общей работы. Одно дело, когда журнальный рецензент заявляет вам, что ваш текст это «гадкий утенок», и совсем другое, когда вашу гениальную прозу или выводы отвергают члены команды. Здесь готовность идти на жертвы должен продемонстрировать, прежде всего, руководитель проекта. Не менее полезно выбрать из числа участников проекта «мастера на все руки», который позаботится о том, чтобы все неиспользованные материалы были переработаны в еще одну рукопись (или стали отправной точкой нового проекта). Например, в центре внимания группы, исследовавшей торгово-развлекательный центр ESPN Zone Chicago, была гендерная принадлежность посетителей, однако по мере продвижения проекта возникло множество иных областей для теоретизирования, и системное изучение гендерных различий отошло на второй план, оставшись на страницах самых ранних рукописей. Впоследствии из этих оставшихся на задворках залежей материала выкристаллизовался отдельный текст, от которого группа не захотела полностью отказываться. И, наконец, следует определить порядок упоминания авторов, и сделать это необходимо открыто и по всеобщему согласию. Мой проверенный метод это использование алфавитного порядка, если вклад всех авторов был примерно равным, и расстановка авторов по значимости, если их вклад был неодинаковым. Порядок может меняться в процессе редактирования.

Как только получены отзывы официальных рецензентов и предложения о правке со стороны журнального редактора, группа переписывает статью примерно таким же способом, каким велись стратегические совещания. Все изменения надо согласовывать, может понадобиться сбор дополнительных данных, теоретические построения могут видоизменяться. Тем временем ответственный за публикацию руководит процессом создания текста, направляя его к окончательному варианту, а купюры и неиспользованные в работе предложения рецензентов поступают в ведение «ответственного за отходы производства», который решает, можно ли их использовать для написания дополнительных статей.