Структура знания

Знание состоит из двух компонентов: данные чувственного опыта плюс логические категории рассудка. Чувства поставляют нашему мышлению материал, а рассудок придает этому материалу логическую форму.

Деятельность чувств протекает по схемам пространства и времени. Мы не можем воспринимать предметы иначе, как существующие в трех пространственных измерениях и изменяющиеся во времени. Такова природа наших чувств, так они устроены.

Пространство – это форма «внешнего чувства», присущий нам способ созерцания явлений внешнего мира, физических тел. Время же есть общая форма всех наших чувств, внешних и внутренних. Простейшими элементами чувственного восприятия являются ощущения. При помощи форм пространства и времени наше воображение упорядочивает и вяжет многообразные ощущения в «узелки», создавая чувственные образы вещей.

Скажем, образ яблока складывается из ощущений округлой формы, красного или желтого цвета, приятного запаха, кислого или сладкого вкуса. Что же связывает столь разные ощущения в цельный образ яблока? Суть в том, что эти свойства яблока являются нашим чувствам вместе, смежно, в соседних точках пространства-времени повседневного опыта.

Пространство и время – своего рода «клей», более или менее прочно скрепляющий ощущения (цветá, геометрические формы и величины, вкусы и осязания, запахи и звуки) в целостные, конкретные чувственные образы.

Далее в дело вступает рассудок. Его задача – связать готовые образы чувств логически. Так образуются эмпирические суждения, умозаключения и теории. Орудиями работы рассудка служат категории: количество и качество, причина и следствие, утверждение и отрицание, необходимое и случайное, и так далее.

Например, когда мы размышляем, почему нечто существует, мы пользуемся категориями причины и следствия. Говоря «все», «любые», «некоторые», «отдельные», «вот эти» вещи, мы оперируем категориями всеобщего, особенного и единичного. Когда мы считаем что-либо, в дело вступают категории количества и качества.

Мы всегда считаем нечто качественно определенное – будь то дни, деньги или овечки от бессонницы. Сами числа, при помощи которых мы считаем, и те имеют особого рода качества: они бывают натуральными, рациональными, вещественными и т.д.

Категории рассудка более или менее явным образом присутствуют в любом нашем суждении. Люди мыслят категориями на каждом шагу, не обращая на них внимания, так же как дышат, не замечая вкуса и запаха обычного воздуха.

Категории образуют невидимый скелет человеческого мышления, а ощущения и чувственные образы – это его живая плоть.

Ясно, что ощущения приходят к нам извне, от предметов, действующих на наши органы чувств, но вот откуда взялись в человеческой душе категории и формы пространства-времени? Этого мы не знаем и никогда не сможем узнать, уверяет Кант. Человеческая душа так устроена, что воспринимает вещи в трехмерном пространстве и наблюдает, как они меняются со временем. Но можем ли мы увидеть время и пространство как таковые, отдельно от вещей? Нет – их можно лишь помыслить. Чувственного опыта о категориях или формах пространства и времени у нас нет и никогда не появится. Мы обладаем ими до всякого опыта. Говоря языком Канта, они априорны¹.

Без схем пространства и времени мы ничего не смогли бы почувствовать, а без категорий ничего нельзя было бы помыслить. Это два корня, из которых вырастает древо человеческого познания. Чувства без рассудка слепы, рассудок без чувств – пуст.

При помощи такого вот компромисса Кант решает спор эмпириков, утверждавших, что всякое знание должно опираться на чувственный опыт, с рационалистами, считавшими первоистоком знаний рассудок. У миротворца Канта знание превращается в подобие кентавра, состоящего из двух абсолютно разных по своей природе половинок. В дальнейшем он пытается объяснить, как могли срастись в одно целое чувства и рассудок – две формы мышления, у которых, по его мнению, нет абсолютно ничего общего, никакого единого основания или корня. Такая философская позиция называется дуализмом (от лат. dualis – «двоякий, двойственный»).