8.9. Мотивационные свойства личности

А. Н. Леонтьев пишет, что основной узловой вопрос становления личности превращается в вопрос о том, как мотивы (побуждения) превращаются в то устойчивое, что характеризует данную личность. С. Л. Рубинштейн тоже говорил, что закрепившиеся мотивы становятся свойствами личности. Если под мотивами по­нимать потребности, как это имеет место у С. Л. Рубинштейна, то он прав. Сильно выраженная потребность, становящаяся устойчивой и доминирующей над всеми ос­тальными, действительно может характеризовать личность (чревоугодие — чрево­угодник; любознательность — любознательный, дотошный; сластолюбие — сласто­любивый и т. д.). Однако чаще всего свойствами личности становятся закрепив­шиеся и предпочитаемые способы формирования мотивов поведения и деятельности (стили .мотивации, см. раздел 6.7). Эти способы формирования мотивов, как уже го­ворилось, разделяют на экстернальные и интернальные. Первые характеризуются податливостью человека к воздействиям извне, вторые — противодействием этим воздействиям и формированием мотива исходя из собственных побуждений.

К мотивационным свойствам личности, связанным с экстернальностью, отно­сятся:

а) безропотность, кротость, покорность-послушность, безоговорочное подчинение чужим требованиям, приказам (про обладателя таких свойств говорят, что он кроткий, безропотный, покорный, послушный);

б) уступчивость, покладистость, податливость на уговоры;

в) реактивность — легкость возникновения побуждения к совершению чего-нибудь под влиянием внешних воздействий {про таких людей говорят, что они «завод­ные*, азартные).

К мотивационным свойствам личности, связанным с интернальностью, отно­сятся:

а) инициативность — стремление к самостоятельному принятию решения, без по­сторонней помощи, подсказки;

б) упрямство — неуступчивость внешним воздействиям, стремление добиться сво­его вопреки разумным доводам, необходимости.

Можно выделить также мотивационные свойства личности, связанные с особен­ностями принятия решения, работой «внутреннего фильтра»:

1) догматичность — опора на положение, которое субъект считает непрелож­ной истиной, неизменной при всех обстоятельствах (такого называют догмати­ком, доктринером);

2) капризность, своенравность, самодурство — принятие человеком решения без учета обстоятельств, взбалмошность поступков («так хочу, так считаю»; такого называют самодуром);

3) эгоистичность— склонность к предпочтению своих, личных интересов в противовес интересам других людей, общества; пренебрежение последними при принятии решения (человека с такими склонностями называют эгоис­том);

4) нерешительность — наличие колебаний, необоснованных раздумий при при­нятии решения (выборе средства и способа удовлетворения потребности);

5) легкомыслие — поверхностность в принятии решения, планирование поступ­ков без учета последствий;

6) безрассудность — не сдерживаемое доводами рассудка принятие решения (от­сюда — безрассудные поступки как свойство личности);

7) безответственность — легкомысленность, игнорирование при принятии ре­шения чувства долга, обязанности, неприятных последствий для других людей, общества;

8) авантюрность — планирование поступков, действий в расчете на случайный успех (склонный к авантюризму — авантюрист);

9) делячество — проявление при принятии решения узкого практицизма, при котором упускается из виду общественная сторона дела (обладатель этого свой­ства — делец, деляга);

10) импульсивность — проявление активности под влиянием случайных импуль­сов, без рассмотрения возможных последствий; торопливость в принятии ре­шения действовать;

U) корыстолюбие— учет при формировании намерения прежде всего личной выгоды;

12) самоуверенность — большая уверенность в себе, в своих возможностях (са­моуверенный человек пренебрегает предостережениями и советами других при принятии решения);

13) самонадеянность (самонадеянный человек) — то же, что самоуверенность (самоуверенный);

14) своеволие— принятие решения по собственной прихоти (своевольный чело­век пренебрегает законами, нормами общежития и т. п.);

15) своенравие — проявление упрямства, капризности (своенравный человек по-. ступает так, как заблагорассудится);

16) предусмотрительность— учет при принятии решения возможных послед­ствий (предусмотрительный человек тщательно планирует свои действия и по­ступки; его программа отличается доскональностью, скрупулезностью);

17) дальновидность (дальновидный человек) — то же, что предусмотрительность (предусмотрительный человек);

18) благоразумие— обдуманность в поступках, тщательное взвешивание всех «за» и «против* (благоразумный человек — антипод авантюристу);

19) обстоятельность (обстоятельный человек) — то же, что благоразумие {бла­горазумный человек);

20) самостоятельность — склонность к принятию решения без посторонних вли­яний и помощи;

21) рисковость — склонность к принятию планов, решений, могущих привести к неудаче, опасности (рисковый человек принимает решения вслепую, безогляд­но, безрассудно, наобум, наудачу, напропалую, наугад).

Свойства личности могут определяться силой мотивов (желаний, влечений), их устойчивостью; человек может характеризоваться в этих случаях фанатичностью, одержимостью, заядлостью, страстностью, падкостью. Таких людей называют фа­натиками, одержимыми, заядлыми, страстными, падкими до чего-то. Говорят также о мечтателях, фантазерах (склонных к мечтаниям, фантазиям), искателях (увлечен­ных исканиями, поисками нового).

Таким образом, между мотивацией и свойствами личности имеется обоюдосто­ронняя связь: свойства личности.влияют на особенности мотивации (у А. С. Пушки­на эпиграф к «Евгению Онегину» прекрасно иллюстрирует это: «Проникнутый тщеславием, он обладал сверх того еще особенной гордостью, которая побужда­ет признаваться с одинаковым равнодушием в своих как добрых, так и дурных по­ступках» [курсив мой. — Ё. И.]), а особенности мотивации, закрепившись, стано­вятся свойствами личности.

В связи с этим, как отмечает П. М. Якобсон, имеет смысл поставить вопрос, в какой мере личность выявляется в ее мотивационной сфере. А. Н. Леонтьев, на­пример, писал, что основная структура личности представляет собой относитель­но устойчивую конфигурацию главных, внутри себя иерархизированных. мотива-ционных линий. П. М. Якобсон, однако, справедливо отмечает, что далеко не все то, что характеризует личность, сказывается на ее мотивационной сфере (можно сказать и обратное: не всякие особенности процесса мотивации превращаются в свойства личности). И Г. Олпорт (G. Allport, 1938) об этом же говорит, что будет неточным, если сказать, что все мотивы являются чертами; некоторые из черт име­ют мотивационное (направляющее) значение, а другие более инструментальное значение.

Безусловно, к первым можно отнести такие особенности личности, как уровень притязаний, стремление к достижению успеха или избеганию неудачи, мотив аффи-лиации или мотив отвергания (склонность к общению с другими людьми, к сотруд­ничеству с ними или, наоборот, боязнь быть не принятым, отвергнутым), агрессив­ность (склонность решать конфликты путем использования агрессивных действий) (см. раздел 12.2).

Стремление к достижению успеха по Ф. Хоппе (F. Норре, 1930) или «мотив достижения» по Д. Макклелланду — это устойчиво проявляемая потребность инди-

вида добиваться успеха в различных видах деятельности. Впервые эта диспозиция (мотивационное свойство) была выделена в классификации Г. Мюррея, который понимал ее как устойчивую потребность в достижения результата в работе, как стремление «сделать что-то быстро и хорошо, достичь уровня в каком-либо деле». Эта потребность носит генерализованный характер и проявляется в любой ситуа­ции, независимо от конкретного ее содержания.

Д. Макклелланд начал изучать «мотив достижения» в 40-х годах XX века и со своими сотрудниками создал первый стандартизированный вариант методики его измерения — Тест тематической апперцепции (ТАТ). При этом были выявлены два вида «мотива достижения»: стремление к успеху и стремление избежать неудачи. В дальнейшем В. Мейер, X. Хекхаузен и Л. Кеммлер (W. U. Meyer, H. Heckhausen, L. Kemmler, 1965) создали вариант ТАТ для обоих «мотивов достижения». Мотив стремления к успеху понимается как склонность к переживанию удовольствия-и гордости при достижении результата. Мотив избегания неудачи — как склонность отвечать переживанием стыда и унижения на неудачу.

Разные авторы по-разному смотрят на соотношение между стремлением к успе­ху и избеганием неудачи. Одни считают (например, Д. Аткинсон), что это взаимоис­ключающие полюса на шкале «мотива достижения» и если человек ориентирован на успех, то он не испытывает страха перед неудачей (и наоборот, если он ориенти­рован на избегание неудачи, то у него слабо выражено стремление к успеху). Дру­гие доказывают, что отчетливо выраженное стремление к успеху вполне может со­четаться с не менее сильным страхом неудачи, особенно если она связана для субъекта с какими-либо тяжелыми последствиями. И действительно, имеются дан­ные, что между выраженностью стремления к успеху и избегания неудачи может быть положительная корреляция. Поэтому скорее всего речь идет о преобладании у того или иного субъекта стремления к успеху или избеганию неудачи при наличии того и другого. Причем это преобладание может быть как на высоком, так и на низ­ком уровне выраженности обоих стремлений.

Субъекты, мотивированные на успех, предпочитают задачи средней или чуть выше средней трудности. Они уверены в успешном исходе задуманного, им свой­ственны поиск информации для суждения о своих успехах, решительность в неопре­деленных ситуациях, склонность к разумному риску, готовность взять на себя от­ветственность, большая настойчивость при стремлении к цели, адекватный сред­ний уровень притязаний, который повышают после успеха и снижают после неудачи. Очень легкие задачи не приносят им чувства удовлетворения и настояще­го успеха, а при выборе слишком трудных велика вероятность неуспеха; поэтому они не выбирают ни те, ни другие. При выборе же задач средней трудности успех и неудача становятся равновероятными и исход становится максимально зависимым от собственных усилий человека. В ситуации соревнования и проверки способно­стей они не теряются.

Субъекты со склонностью к избеганию неудачи ищут информацию о возможно­сти неудачи при достижении результата. Они берутся за решение как очень лег­ких задач (где им гарантирован 100% успех), так и очень трудных (где неудача не воспринимается как личный неуспех). Бирни с коллегами (R. Birney, H. Burdick, R. Teevan, 1969) выделяют три типа боязни неудачи и соответствующие им защит­ные стратегии: 1) боязнь обесценивания себя в собственном мнении, 2) боязнь

обесценивания себя в глазах окружающих и 3) боязнь не затрагивающих «Я» по­следствий.

По данным Д. Макклелланда, формирование «мотива достижения* во многом за­висит от воспитания ребенка в семье, начиная с раннего детства (соблюдение режи­ма, ориентация ребенка на овладевающее поведение и самостоятельность).

Р. В. Уайт {White, 1959) для тех, кто стремится к высокому мастерству, ввел тер­мин «мотивация эффективности». Он считает, что человек активен потому, что испытывает потребность в эффекте своих действий. Когда попытки приводят к удов­летворению этой потребности, возникает чувство компетентности, сопровождаю­щееся переживанием радости и удовольствия. Очевидно, что этот вид мотивации близок по смыслу мотивации достижений.

У некоторых людей и особенно у женщин существует мотив избегания успеха, потому что они боятся негативных последствий, прежде всего — социального от­вержения за свои карьерные успехи. Этот мотив возникает у мужчин и женщин в ситуациях, когда их профессиональный выбор не соответствует традиционным по-лоролевым представлениям общества (например, профессия няни или воспитателя детского сада — для мужчин, роль предпринимательницы или министра обороны — для женщин).

Выделяют также «мотив избегания усилия», который представляет собой стрем­ление выйти из ситуации достижения кратчайшим путем и с наименьшими затрата­ми. Это мотивационное свойство формируется исключительно при участии семьи и окружения. Оно образуется на основе фрустрационного опыта ребенка в сочетании со слабым стремлением к успеху и сильным избеганием неудачи. Причем «мотив избегания усилия» существенным, образом отличается от «мотива избегания неуда­чи». Индивид с «мотивом избегания неудачи» заинтересован в успехе деятельности, а достигнув его, повышает активность. Индивид же с «мотивом избегания усилия» заинтересован не в результате, а в выходе из ситуации, и при успешном решении задачи он резко снижает активность.

Родители, не оказывающие поддержки своим детям, постоянно ограничивающие их инициативу, создают тем самым предпосылки для формирования у своих детей «мотива избегания усилия».

Показательна роль школьного воспитания в формировании «мотива избегания усилия». Учителя, прибегающие к социальному сравнению при оценке работ учени­ков, способствуют развитию этого мотивационного свойства личности.

С «мотивом достижения» связаны и такие свойства личности, как настойчи­вость и упорство.

Мотивационные свойства личности влияют не только на процесс принятия ре­шения, т. е. на мотивацию, обусловливая ее индивидуальные особенности, но и на сам процесс поведения. Так, доминирование у человека потребности в аффилиа-ции приводит к стилю общения, характеризующемуся уверенностью, непринужден­ностью, открытостью и социальной смелостью. Если же преобладает мотив отверга-ния, то у человека проявляются неуверенность, неловкость, скованность. Мотив ■ аффилиации коррелируется со стремлением человека к одобрению со стороны окру­жающих, к самоутверждению. Вследствие этого он проявляет большую активность и инициативу в общении с окружающими (в переписке, в разговорах по телефону, на собраниях и т. д.), предпочитает такого партнера по общению, который обладает

" чувствами привязанности, дружбы, верности. При этом и сам человек, хорошо отно­сясь к людям, пользуется симпатией и уважением окружающих, их отношения стро­ятся на основе взаимного доверия.

Боязнь быть отвергнутым, наоборот, создает трудности в общении. Такие люди вызывают недоверие к себе, они одиноки, у них слабо развиты навыки общения.

Следует отметить, что мотивационной особенностью личности является не про­сто стремление быть среди людей, а соотношение этого стремления с боязнью быть отвергнутым. Преобладание того или другого (акцентуация) и становится мотива­ционной особенностью личности, определяющей постоянные особенности ее пове­дения, т. е. склонность к тому или иному способу поведения, его планирования. Склонность же, как уже говорилось выше, является одним из мотиваторов или, как принято говорить в западной психологии, — личностной диспозицией.

Акцентуация стремления человека к власти над другими людьми («мотив вла­сти») приводит к такой личностной особенности, как властолюбие. Впервые по­требность во властвовании стала изучаться неофрейдистами (А. Адлер [A. Adler, 1922]). Стремление к превосходству, социальной власти, компенсирует естествен­ные недостатки людей, испытывающих комплекс неполноценности. Стремление к власти выражается в склонности управлять социальным окружением, в возможно­сти награждать и наказывать людей, принуждать к совершению определенных дей­ствий вопреки их желанию, контролировать их действия (неслучайно Д. Верофф [J. Veroff, 1957] определил мотивацию власти как стремление и способность полу­чать удовлетворение от контроля над другими людьми, от возможности судить, ус­танавливать законы, нормы и правила поведения и т. п.). Если контроль или власть над людьми теряется, это вызывает у властолюбца сильные эмоциональные пере­живания. В то же время он сам не желает подчиняться другим людям, активно стре­мится к независимости.

Проявление «мотива власти» как личностной диспозиции заключается также в склонности обращать на себя внимание других, выделяться, привлекать сторонни­ков, сравнительно легко поддающихся влиянию властолюбца и признающих его сво­им лидером. Властолюбцы стремятся занимать руководящие посты, но неважно чув­ствуют себя в групповой деятельности, когда вынуждены следовать одинаковым для всех правилам поведения и тем более подчиняться другим.

К мотивационным особенностям личности можно также отнести альтруизм и его противоположность — эгоизм. В психоаналитической концепции 3. Фрейда аль­труизм рассматривается как невротическая потребность субъекта в ослаблении чув­ства вины либо как компенсация им первобыт-ного эгоизма, подвергнутого вытесне­нию. Исходным для формирования человека как альтруиста является наличие у него желания оказывать помощь другим. Однако альтруистическими такие стремления становятся тогда, когда эта помощь оказывается бескорыстно, а подчас и в ущерб себе. В результате закрепления у человека формируется альтруистическая уста­новка, становящаяся для него моральным принципом.

Альтруизм рассматривается в западной психологии как мотив помощи. Данный мотт (need nurturence, заботливость по Г. Мюррею [Н. Murrey, 1938]), проявляет­ся в сочувствии, в удовлетворении потребностей беспомощного, в стремлении опе­кать, утешать, защищать, заботиться, успокаивать и исцелять тех, кто в этом нуж­дается. Альтруизм проявляется по собственному убеждению, без какого бы то ни

было давления со стороны и базируется на нравственных нормах общества, таких, например, как чувство долга, социальная ответственность. У верующих альтруизм основывается на религиозном постулате «возлюби ближнего своего». Важную роль в проявлении альтруизма играет способность человека к сопереживанию (эмпатии).

Эгоизм означает предпочтение при выборе линии поведения собственных инте--ресов и потребностей интересам общества, потребностям других людей и является наиболее открытым проявлением индивидуализма. Способствуют возникновению эгоизма неправильные воспитательные воздействия родителей, формирующие у ребенка завышенную самооценку и эгоцентризм. Последний означает неспособ­ность человека, сосредоточиваясь на собственных интересах, желаниях, потребно­стях, влечениях, понять стремления, переживания других людей. В то же время эго­центризм и эгоизм — не одно и то же. Эгоист может не быть эгоцентристом; он мо­жет хорошо представлять себе цели других людей, но сознательно пренебрегать ими.

Эгоцентризм наиболее ярко проявляется в детском возрасте и преодолевается в большинстве случаев к 12-14 годам. В старческом возрасте он снова возрастает. Нередко эгоцентризм проявляется при некоторых психических заболеваниях (ши­зофрении, психопатии, истерии).