Пропусканье слов и коверканье текста

На этюд выходит бойкая, но несколько легкомысленная девушка. Ей с партнером дается такой текст:

ОН (сидит, перелистывает и просматривает книгу).

ОНА (подходит). Простите, эту книгу вы нашли здесь, на лавочке?

ОН. Да.

ОНА. Это моя книга. Я оставила ее… забыла.

ОН. Ну, что ж, если ваша, — возьмите.

ОНА. Благодарю вас. А я испугалась, думала совсем потеряла. Простите (уходит).

Уловив из предложенного текста, что речь идет о забытой на лавочке книге и о розыске ее, — она довольно верно, но небрежно, повторила слова, вышла из класса и вернулась через полминуты. Тем временем партнер ее успел увидать забытую книгу, нехотя взять ее и перелистать первые страницы.

Она быстро вошла, посмотрела на лавочку, на него, на книгу… Села рядом и заговорила.

{395} — Скажите, вы эту книгу взяли здесь на лавочке? Он взглянул на нее, понял, что она ищет эту книгу, что книга эта ее, — ответил.

— Да, — и с любопытством стал ожидать, что она скажет дальше.

— Это, видите ли, моя книга, я потеряла ее… оставила здесь… забыла…

— Ну, что ж, если ваша, — возьмите.

Она обрадовалась, схватила книгу, открыла на первой попавшейся странице…

— Вот хорошо. А я думала — потеряла. Извините! — схлопнула книгу, кивнула головой и убежала.

Все было хорошо, кроме одного: текст был перековеркан, слова перепутаны… сыгран был «вольный перевод».

Этого и нужно было ожидать. Тогда, когда она повторяла для себя текст, уже было видно, что слова текста ей не важны (хоть она и повторила их тогда правильно), ей важна только общая линия да факт утери книги.

Это у нее и задалось. Задалась также и небрежность по отношению к тексту: слова, дескать, не важны, — важна суть. Все это и выявилось сейчас же на деле.

Так же, как в этом случае — всегда можно предсказать заранее, где, на каких словах актер споткнется, какие слова переврет, какие забудет. Для этого надо только следить за ним во время повторения им себе текста: пропустил или сказал не то слово при повторении — пропустит или неверно скажет и во время самого этюда. Замялся перед словом при повторении — замнется и во время этюда.

Словом, как текст себе сказан, как он «в себя отправлен», так он и выплывает: задан неверно — неверно и скажется; задан со спотыканиями — в таком виде и припомнится; задан кое-как, проболтан — он и не запал: будет и во время исполнения этюда забываться, перевираться, говориться не точно, а только приблизительно.

Повторяя себе перед этюдом все слова текста, необходимо также сказать себе и ремарки: ухожу, сажусь, беру книгу и тому подобное. Иначе — слова все скажутся, а уходить или сделать что-либо из того, что обусловлено в этюде, не захочется.

{396} Спросишь ученика: а почему же вы не ушли или не сделали того-то или того-то? Всегда один ответ: «А мне не хотелось». И тут он прав. Он хорошо сделал, что не насиловал себя, а целиком пустил себя на волю своих позывов и влечений. Тут ошибки не было. Ищи ошибку раньше: в задавании. И всегда окажется, что так именно и есть — забыл себе сказать: ухожу или делаю то-то.

Если же актер отчетливо скажет себе ремарку — хотя бы для примера: «Подхожу к окну», — то сам не заметит, как очутится около окна. Какая-то сила неминуемо приведет его.

Тут нет ничего чудесного и сверхъестественного. Это явление довольно-таки обычное. Ложась с вечера в постель и боясь проспать, мы говорим себе: «Завтра надо проснуться в 7 часов». Утром от какого-то толчка, от какой-то мысли мы просыпаемся… Смотрим на часы и… стрелка указывает ровно 7 часов.

В случаях нашего театрального или школьного задания происходит то же самое.