Глава 3 Фантазия актера

Текст всех этих первоначальных этюдов строишь таким образом, чтобы он сам по себе возбуждал фантазию молодых актеров, чтобы они, хотят они или не хотят, были невольно задеты словами. Например: «Мне нужно с вами серьезно поговорить». — «Я этого давно жду».

Спросишь: скажите, вот вы к нему так смущенно и в то же время так серьезно и деловито обратились, — а как это {90} у вас случилось? Кто он? Кем показался вам ваш партнер?

— У меня это произошло как-то само собой. Я ничего не думала… посмотрела на него… он сидит такой важный… мне показалось, что это начальство… И немного оробела… почувствовала себя зависимой… Показалось, что мой младший брат опять набедокурил в школе, и мне нужно спасать его из беды… В это время он посмотрел на меня… увидал мое замешательство, но как будто от этого стал еще более важен и надут… мне стало неловко за свое молчание, и у меня само сорвалось с языка: «Мне нужно с вами серьезно поговорить».

Ободришь, похвалишь.

Спросишь его: «А вы? Вот она говорит: важный, начальство… Почему вы сидели важный? Как это случилось?»

— Разве важный? Я не хотел быть важным… Вы сказали, чтобы я не вмешивался, чтобы у меня делалось, как у кошки… ну а меня сегодня рассердили, даже обидели дома… выплыло это почему-то у меня… вот и все.

— Так что вы вспомнили вашего обидчика и вам захотелось наговорить ему резкостей?

— Да… жалею, что не наговорил…

— Ну, а партнершу вы, значит, не видели?

— Сначала не видел, а потом голова сама повернулась направо, и я увидел…

— Что? Кого?

— Она была как-то сконфужена, смущена… Мне представилось, что она тоже прямо или косвенно участвовала в моей сегодняшней неприятности… должно быть, чувствует себя виноватой — совесть заговорила. Ишь ты, — подумал я, — наделала глупостей, а теперь — извиняться. В это время она сказала, что ей нужно со мною серьезно поговорить. Ага, матушка! Ты чувствуешь, наконец, свою вину! — подумалось мне, — ну, так я ж тебя проучу. И тебе все выскажу! И, как только мог, покойно сказал: я этого давно жду.

— Ну вот, — скажешь им, — вы просили меня дать вам «обстоятельства», «задачу» — смотрите, как обстоятельства сами, откуда ни возьмись, нахлынули на вас, {91} только успевай ловить их. И задача возникла… и все, о чем вы так беспокоились…

Так, под влиянием тех или иных замечаний педагога, от тех или иных слов партнера и его поведения у актера изменяется самочувствие, появляются желания, мысли, вырываются жесты, говорятся слова — короче сказать, ему живется. Остается только пустить себя, отдаться внутренним и внешним побуждениям — всей этой жизни воображения фантазии.

Вот это живется и есть актерская творческая фантазия.

Надо приучить учеников (так же, как и самых «опытных» актеров) не вмешиваться в свои проявления. Этим они будут развивать и культивировать присущую им, актерам, фантазию: фантазию, толкающую на действие, фантазию, создающую жизнь на сцене.

— А теперь переменитесь текстом. Вы что скажете ей?

— Я скажу: «Мне нужно с вами очень серьезно поговорить».

— А вы ему?

— «Я давно этого жду».

— Начинайте. Не торопитесь.

Он посмотрел на нее, чуть-чуть улыбнулся… у него было шевельнулась рука… но тут он что-то остановил в себе, сделался серьезным и серьезно спросил ее о каком-то деле. Она ответила. Получилось похоже на правду, но… не правда.

— Помните, в самом начале, — скажешь ему, — вы посмотрели на нее и улыбнулись?

— Помню.

— Она понравилась вам что ли?

Он конфузится, смущается и с трудом цедит сквозь зубы: «Да… понравилась».

— Поэтому вы и улыбнулись?

— А я не помню — улыбнулся или нет… Впрочем, кажется, улыбнулся…

— А вам не хотелось положить свою руку на спинку ее стула?

— Нет, не хотелось.

— Ну, как же? А ведь рука уже сама пошла. Вы только ее удержали — не пустили. Вот так (покажешь ему). Вспомните-ка.

{92} — Да, верно, теперь вспоминаю.

— Ну вот, видите — началась жизнь, интересная жизнь, а вы взяли да и пресекли ее. А взамен ее заставили себя жить чем-то, что вам было совершенно в этот момент не интересно. Так оно неинтересно и для нас получилось. Не правда получилась, а правдоподобие. А нуте-ка, рискните: дайте себе свободу. Не смущайтесь.

Ведь это только упражнение. Этюд. Нащупывание техники «свободной жизни на сцене». Нну! Рискните! Что будет, то и будет! Знаете, как храбрый купальщик: идет он в воду первый раз в этом году, а вода, может быть, холодная… весенняя… а, ну! Чего тут раздумывать: Господи, благослови!.. Ббуух!!

Вы все какие-то некстати осмотрительные купальщики: одной ногой прочно на бережке стоите, а другой пальчиками водичку пробуете — что-то холодно… купаться ли? А, нну!

Молодой человек с полной решимостью приступил к делу и… вдруг остановился в недоумении.

— В чем дело?

— Да вот, мне встать хочется… мне показалось, что там за дверью кто-то есть, а мне надо спросить ее по секрету…

— Так почему же не встали, не пошли и не посмотрели? Захотелось, значит, делай, не мешай себе! Еще раз! Только не старайтесь повторить то, что было. Вероятно, будет по-другому, по-новому, не мешайте себе.

Так, шаг за шагом выводишь человека на путь свободы и непроизвольности. Следишь за каждым его дыханием, за каждым малейшим движением, за дрогнувшей бровью, за изменчивой жизнью глаз. Только почувствуешь: сейчас затормозит, не пустит, — тут же его, как легким толчком в спину: «Пускай! Смело пускай!», — они рискнет, осмелится.

Осмелится раз, осмелится два — через неделю, смотришь, его и узнать нельзя: такая смелость, такая непринужденность, такая неожиданность фантазии. Он и сам удивляется: откуда у него что берется. Не подготавливается, не придумывает заранее, и вдруг окружающая обстановка преображается фантазией, ощущаются воображаемые {93} факты, как уже существующие. Помимо его воли возникает реакция на все это, т. е. начинается жизнь.

Это и есть фантазия актера. Ее-то именно и надо поощрять и развивать.

Когда же ученики сидят и выдумывают интересные этюды, когда актер изощряется, изобретает, как бы поинтереснее разрешить сцену, — это, может быть, неплохо, но ведь все они в этом случае перекидываются на фантазию режиссера-постановщика, уходят от фантазии, присущей их актерской природе, и этим убивают ее. Она понемногу у них замирает и скоро совсем умрет.