2.2 Наркозависимость и аддиктивное поведение

Если наркозависимость понимается как зависимость «химическая» и достаточно четко определяется тремя критериями – медицинским, социальным и юридическим, то «аддиктивное (зависимое) поведение» включает в себя и другие, не только химические факторы и приводные механизмы. Зависимое поведение деструктивно как для самого аддикта, так и для его ближайшего окружения. Часто зависимый человек сам осознает деструктивность, ненормальность своего поведения, но еще яснее он сознает, что не в силах контролировать это поведение. Объектом зависимости может стать другой человек, представляющий для субъекта исключительную ценность, сверхценность (например, сексуальный партнер, проблемный ребенок, вовсе недоступный для прямого контакта «кумир миллионов» и т.п.); таким объектом может стать и некоторая чрезвычайно сплоченная группа людей (религиозная секта). Неподдающаяся субъективному контролю зависимость может возникнуть применительно к некоторой регулярной, ритуализованной деятельности (азартные игры, шопинг, экстремальные виды спорта, поедание пищи, воздержание (голодные диеты), специфическое провождение времени в социальных сетях, в компьютерных играх, вообще в интернете); к четко формализованному образу жизни.

2.3 Наблюдаемые признаки развития аддиктивного поведения

Сигналы опасности: личностные изменения

• Резкие перепады настроения в короткий промежуток времени.

• Нарастающие раздражительность, скрытность, враждебность, замкнутость, угрюмость, подавленность, беспокойство.

• Потребность в немедленном удовлетворении своих желаний.

• Отказ обсуждать с родителями свои проблемы.

• Всё возрастающая изоляция от семьи.

• Нежелание знакомить своих новых друзей с родителями.

• Равнодушие к учёбе, спорту, прежним увлечениям.

• Отрицание того, что наркотики могут приносить вред.

• Лживость.

• Постоянные опоздания в школу и поздние возвращения домой.

• Потеря чувства времени.

Сигналы опасности: изменения в привычках и образе жизни:

• Необъяснимые отлучки из дома.

• Неспособность даже приблизительно определить время своего отсутствия.

• Неожиданный рост аппетита и неожиданная потеря аппетита.

• Страстная потребность в сладком.

• Изменения в режиме сна и бодрствования: ребёнок спит днём и бодрствует ночью.

• Кражи и распродажи домашнего имущества.

• Вымогательство денег.

• Обильное употребление в речи сленга и терминов, непонятных взрослым.

Сигналы опасности: изменения в физическом состоянии:

• Потеря веса.

• Утомляемость.

• Частые простуды, грипп, желудочные боли и судороги.

• Утренняя слабость на фоне вечерней активности.

• Бессвязная, невнятная или быстрая, торопливая речь.

• Обмороки, потеря сознания.

• Воспалённые, отёкшие или «стеклянные» глаза.

• Расширенные или суженные зрачки.

• Чихание.

• Следы уколов на теле.

• Постоянное использование одежды с длинными рукавами.

• Пренебрежение личной гигиеной.

Сигналы опасности: специфические находки:

• Порошок, упакованный в маленькие бумажные свёртки.

• Упакованные в целлофан кусочки тёмно-коричневой массы.

• Зеленоватый порошок растительного происхождения (чаще всего упакованный в спичечные коробки).

• Чайные, столовые ложки со следами подогревания на открытом огне.

• Лекарственные препараты (снотворные, успокаивающие средства) в таблетках и ампулах.

Убедительных данных о преимущественной представленности каких-то специфических особенностей личности в преморбиде подростков, больных наркоманией, пока не существует. С точки зрения возрастной психологии, к группе риска по отношению к наркозависимости следует отнести всех детей и подростков в возрастном диапазоне от 10 до 18 лет, независимо от их личностно-психологических особенностей. Для категории «группы риска» характерны личностные особенности, обусловленные во многом психологией самого этапа возрастного развития.

В сфере поведения этап характеризуется нестабильностью отношений с окружающими, ограниченным репертуаром реакций на фрустрацию, низкой стрессовой толерантностью, высоким уровнем притязаний при недостаточно критичной оценке своих возможностей.

В аффективной сфере характерны: эмоциональная лабильность, склонность к тревожным и депрессивным реакциям, нестабильность самооценки.

В мотивационной сфере: высокая потребность в самоутверждении, в принадлежности к референтной группе.

В когнитивной сфере: «аффективная» (основанная на эмоциях) и «селективная» (основанная на деталях, вырванных из контекста) логика, «генерализация» (склонность к обобщениям на основании единичных фактов), чрезмерная категоричность суждений (по типу «всё или ничего»).

На возникновение нар­комании в подростковом возрасте могут оказывать влияние и особенности характера, точнее, его определенные акцентуации. Хорошо известны работы К. Леонгарда, П.Б. Ганнушкина, А.Е. Личко, в которых приведены результаты иссле­дований по данной проблеме. Под акцентуацией характера авторы понимали крайние ва­рианты нормы, при которых отдельные черты характера чело­века чрезмерно усилены. Так, например, высокий риск наркомании и тягу к азартным играм у эпилептоидов можно объяснить присущей им силой влечений. Гипер­тимы проявляют особый интерес к галлюциногенам и ингалянтам, которые способны вызывать яркие и красочные фантазии. Кроме того, им свойственны стремление «всё попробовать» и страсть к новым, неизведанным и все более интенсивным переживаниям.

А.Е. Личко и В.С.Битенский [40] полагают, что риск злоупотребления наркотиками наиболее высок для акцентуации характера по типу «неустойчивый». Неустойчивость – это характеристика не эмоциональной сферы, а поведенческие особенности: неспособность подростка занять себя чем-либо полезным и конструктивным, нерасположенность к систематическому труду, к учебе, гедонистические установки, отсутствие потребности планировать свою жизнь. Высок риск также для истероидного типа. При шизоидном типе акцентуации преобладает тенденция к применению опийных препаратов и гашиша, т.е. желание вызвать у себя эмоционально-при­ятное состояние. При эмоционально-лабильном типе риск в целом значительно ниже. При циклотимной, сензитивной и психастенической акцентуациях упот­ребление наркотических и психоактивных веществ, по данным Личко и Битенского, встречается редко.

На поздних этапах развития наркомании индивидуальные различия между личностями наркоманов стираются, и все они становятся одинаковыми как в пла­не внешнего вида, так и в образе мышления, выражения мыслей, в отношении к жизни. Способность к аналитическому мышлению у большинства наркоманов нарушена, и они не в состоянии уяснить, что состояние их сознания не является нормальным. Состояние измененного сознания их не беспоко­ит, их боль­ше беспокоят те, кто такого состояния не понимает.

Говоря о причинах, толкающих человека к наркотикам и, в более широком смысле, к утрате личной независимости, к зависимому поведению, исследователи называют обширный их список, начиная от простого детского «любопытства» до глубинных подсознательных влечений. Нам представляется, что основную причину нащупал еще Ф.М.Достоевский в «поэме» о Великом Инквизиторе: отказ от личной свободы и ответственности в пользу обезличивающей зависимости.

Человек наделен свободой воли, способностью выбирать между Добром и Злом. Путь Добра трезв и аскетичен, он связан с каждодневной ответственностью за свои поступки. Этот выбор по силам лишь немногим. Путь Зла легок и соблазнителен, но чреват общественным неустройством, муками совести, внутренним конфликтом. Если есть «волшебное» средство, способное «успокоить совесть», отключить ее, обеспечить переход в измененное состояние сознания, то слабый человек откажется от своей свободы в пользу зависимости от такого средства или в пользу силы, манипулирующей таким средством. Отключающим средством могут быть не только запрещенные таблетки, но и насаждаемая повседневно идеология «общества потребления».