Добавил:

Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Санкт-Петербургский государственный университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Musulmanskie_legionyi_vo_Vtoroy_mirovoy_voyne.fb2_txt.rtf

Скачиваний:

Добавлен:

01.07.2025

Размер:

7.21 Mб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 12 / 42 3 4 > Следующая >>>

4 Января 1942 г. Генерал Фельми посетил муфтия и аль-Гайлани. Последний

выразил желание заключить соглашение о "германо-иракском военном сотрудничестве". После переговоров был составлен проект этого соглашения. Аль-Гайлани и муфтий рассчитывали, что при вступлении вермахта в

"арабское пространство" почти вся иракская армия (3 дивизии) присоединится к нему. Еще одну-две дивизии можно будет сформировать из арабских добровольцев в Сирии. Они надеялись и на племена зоны Персидского залива, среди которых, по их мнению, можно было завербовать

^10
т^ы^с.^ч^е^л^о^в^е^к^,
"^г^от^о^в^ы^х
с^о^т^р^у^д^н^и^ч^а^{ть
с г}^е^р^м^а^н^с^к^и^м^и
в^о^й^с^ка^м^и^"^.
Н^а^д^е^ж^н^ые

^ка^д^ры^д^и^в^и^з^ий
и^с^о^о^тв^е^т^с^т^в^е^н^но^к^а^д^ры^м^ла^д^ш^и^х
к^о^м^а^н^д^и^р^ов^д^ля
н^и^х
д^о^л^ж^ны

были "создаваться целенаправленно уже теперь, путем формирования

Арабского легиона".

Аль-Гайлани и муфтий обязывались поставлять для легиона людские ресурсы. Все остальные задачи брал на себя Особый штаб "Ф".

Однако в этих проектах ни слова не говорилось о руководящей роли кого- либо из арабских лидеров, что особенно беспокоило аль-Хусейни. Кроме того, именно в этот период (апрель - июнь 1942 г.) взаимная неприязнь

между ним и аль-Гайлани, возникшая еще во время их совместного пребывания в Багдаде, переросла в открыто враждебные взаимоотношения. Эта вражда между двумя арабскими лидерами отражалась и на положении созданного к этому времени при Особом штабе "Ф" "германо-арабского учебного подразделения". Аль-Гайлани, например, не соглашался сотрудничать с этим подразделением без подписания военного соглашения с Германией.

^С^е^р^ь^е^з^н^ы^е
п^р^е^г^р^а^ды
с^о^з^д^а^в^а^л^{а
и п}^о^з^и^ц^и^я,
к^о^т^о^р^у^ю
з^а^н^я^л
л^е^том¹⁹⁴^2
г.

муфтий. Имея в виду его неуступчивость, Гитлер как-то сказал: "...наш союзник в этом регионе (на Ближнем Востоке. - О.Р.) - великий муфтий - при всем при том, что он ярый защитник своей нации, в политике всегда

исходит из реальных интересов арабов, а не руководствуется какими-то нелепыми фантазиями"{8}.

В результате, не получив от Германии реальной поддержки в своем стремлении к единоличному лидерству в арабском мире, муфтий прекратил для нее вербовку арабов и занялся в основном вопросами пропаганды идей исламского фундаментализма.

Таким образом складывалась ситуация вокруг планов по созданию арабских добровольческих формирований.

Политическая ситуация вокруг создания индийских добровольческих формирований в германских вооруженных силах складывалась похожим образом, так как и здесь немецкое военно-политическое руководство попыталось использовать освободительное движение народов Индии против Англии и привлечь к сотрудничеству некоторых его лидеров.

Одним из таких прогермански настроенных лидеров и, пожалуй, единственным такого масштаба, как аль-Гай-лани или аль-Хусейни, был бывший президент Индийского национального конгресса, адвокат из Калькутты Субхас Чандра Бос, известный деятель индийского национально-освободительного движения, вклад которого в это движение весьма своеобразен и противоречив.

^И^с^х^о^дя^и^з
п^р^я^м^о^л^и^н^ей^н^о^г^о
п^р^и^н^ц^и^па^"^в^р^аг
А^н^г^л^ии^-^д^р^у^г
И^н^ди^и^",^о^н

полагал, что Вторая мировая война создала уникальную возможность для Индии добиться свободы. Поэтому 17 января 1941 г. Бос бежал из-под надзора британских властей и при помощи абвера достиг советско-афганской границы. А уже в начале апреля 1941 г. он через Москву прибыл в Берлин.

Здесь почти сразу же в его распоряжение была предоставлена радиостанция в Науэне, откуда он начал радиопередачи для немецкого населения, в которых знакомил его с идеями индийского национально-освободительного движения. Позывными этой радиостанции стали слова "Свободная Индия" ( "Azad Hind").

¹⁹^м^ая¹⁹⁴^1
г.^М^ИД
Г^е^р^м^а^н^ии^п^о^д^г^о^т^о^в^и^л^п^р^о^е^к^т
д^е^к^л^а^р^а^ц^ии
по^И^н^д^и^и^.
Э^т^от

проект, писал советский исследователь Х.М. Ибрагимбейли, "являлся результатом лихорадочной деятельности Боса и того усердия, которое в Берлине проявили немцы в оказании помощи оружием и инструкциями перевороту в Ираке под руководством аль-Гайлани"{9}.

Следует сказать, что как в отношении Ближнего Востока, так и Индии Гитлер неохотно предпринимал подобные шаги. Он считал, что не следует лишний раз распылять силы пред решающим моментом - началом операции "Барбаросса".

^Т^е^м
не^м^е^н^ее^н^е
б^е^з^п^о^д^д^е^р^ж^ки^Г^и^т^л^е^ра
Б^о^с
с^т^ал^н^а^з^ы^в^а^т^ь
се^б^я
"^л^и^д^е^р^ом

индийского правительства в изгнании" и "президентом Индийского национального конгресса". Однако в его планы входила более активная деятельность, чем просто пропаганда, - участие в боевых действиях против Англии на стороне Германии. Для этого он предлагал немцам сформировать

Индийский легион, который со временем должен был стать ядром Индийской национальной армии.

В декабре 1941 - январе 1942 г. в Германии началось создание подобного формирования из военнопленных-индийцев, захваченных во время боев в Северной Африке.

^В^с^к^о^ре^н^е^у^д^а^чи^Г^е^р^ма^н^ии^п^од^С^т^а^л^и^н^г^р^а^{дом
и в}^С^е^в^е^р^н^о^й
А^ф^ри^к^е
с^д^е^л^а^л^и

невозможным ее проникновение в Индию. Однако в Бирме армия союзницы Германии - Японии стояла практически у самых границ Индии, собираясь их перейти. Поэтому, рассчитывая получить в лице Боса надежного союзника, японское правительство через своего посла в Германии генерала Ошиму признало его лидером индийского национально-освободительного движения и

предложило сформировать под покровительством Японии своего рода "правительство в изгнании" и его "вооруженные силы". Бос согласился и 9 февраля 1943 г. отбыл на подводной лодке в Японию, куда и прибыл летом

1943 г.

Что же касается дальнейшей политики Германии по созданию и использованию индийских добровольческих формирований, то с отъездом Боса она фактически прекратилась.

На протяжении всей своей истории Балканы считались "пороховым погребом" Европы. Исторически так сложилось, что начиная с XV в., после завоевания Балкан Османской империей, они стали границей между христианским и исламским миром. Поэтому любой конфликт сразу же приобретал здесь религиозную окраску, на чем всегда играли те, кто стремился установить свою гегемонию в этом регионе. Особенно преуспела в подобной политике нацистская Германия, одним из инструментов оккупационной политики которой в балканских государствах было создание и использование добровольческих формирований из местных мусульман.

На Балканах имеются два основных региона компактного проживания мусульман: Албания (на 1941 г. - около 70 % населения) и бывшая Югославия (на 1941 г. - 11 % населения). Причем в Югославии они проживали в четырех областях: на севере и юго-востоке Боснии и Герцеговины (около 30 %), северо-востоке Черногории (в так называемой области Санджак - около 21

%), на юге Сербии (в области Косово и Метохия - около 70-75 %) и на северо-западе Македонии (25-35 %). Эти области в Югославии связаны между собой и представляют как бы единый комплекс, поэтому мусульманское население здесь является преобладающим.

Перед началом и в ходе Второй мировой войны все эти регионы были оккупированы Германией и ее союзницей по Тройственному пакту - Италией, что наложило отпечаток на оккупационную политику здесь и на процесс создания и использования формирований из балканских мусульман.

В ночь на 6 апреля 1941 г. немецкие войска, поддержанные итальянскими и венгерскими войсками, вторглись в Югославию. Через 12 дней после начала войны пал Белград, а югославская армия капитулировала.

Первой мерой оккупантов на югославской территории было ее расчленение, насильственное изменение государственных и региональных границ, аннексия ряда экономически важных областей и районов.

^Р^а^з^д^ел^Ю^г^о^с^л^а^в^ии^б^ыл
с^п^л^а^н^и^р^о^в^а^н
е^щ^{е
до н}^а^ч^а^ла^в^о^й^н^ы^,
о^д^на^к^о
э^т^и
п^л^а^н^ы

дополнялись и в ходе ее. Основными документами, определяющими порядок этого раздела, а также взаимоотношения и обязанности оккупирующих держав, были "Общий план организации управления на югославской территории" от 6 апреля 1941 г. и "Временное соглашение по разделу Югославии" от 12

апреля.

Еще накануне капитуляции Югославии И. фон Риббентроп пригласил в Вену на

21-22 апреля министра иностранных дел Италии Г. Чиано для обсуждения вопроса о разделе Югославии. На этой встрече были выработаны окончательные принципы оккупационной политики держав "Оси" в Югославии и определены сферы их влияния. В результате вышеуказанные районы Югославии с проживающим там мусульманским населением оказались в следующих зонах оккупации:

- Санджак был оставлен в составе оккупированной Италией Черногории, за исключением одного уезда, который был передан оккупированной немцами Сербии;

- большую часть Косово и Метохии оккупировала Италия. Немцы оставили за собой только один район этой области - Трепчу;

^-
З^а^п^а^д^н^ая^М^а^к^е^д^о^н^ия
б^ы^ла^п^е^р^е^д^а^н^а
И^т^ал^и^и,^т^о^г^да^к^ак^б^о^л^ьш^у^ю
ч^а^с^т^ь
э^т^ой

^об^л^а^с^ти^о^к^к^у^п^и^р^о^в^а^л^а^Б^о^л^г^а^р^и^я;

- 10 апреля 1941 г. в Загребе было провозглашено Независимое государство Хорватия (НГХ), в состав которого были включены собственно хорватские земли, а также Босния и Герцеговина. Несмотря на то что Хорватия была объявлена суверенным государством, на ее территории временно оставались немецкие и итальянские войска, между которыми 24 апреля 1941 г. была

специально установлена демаркационная линия, которая проходила почти посередине территории НГХ. При этом большая часть южной Боснии и Герцеговины оказалась в сфере влияния Германии.

Летом 1941 г. была сформирована немецкая оккупационная администрация на территории Югославии. 9 июня 1941 г. ОКВ подписало директиву № 31 о создании на "занятой территории Балкан ясного и единого порядка подчинения...", а также об учреждении должности "командующего войсками вермахта на Юго-Востоке". На эту должность был назначен генерал- фельдмаршал В. Лист{10}, командовавший германскими войсками во время Балканской кампании. Согласно директиве № 31, этот командующий (подчиненный затем непосредственно Гитлеру) являлся высшим представителем вермахта на Балканах, который должен был осуществлять исполнительную власть во всех занятых Германией областях.

Командующему войсками вермахта на Юго-Востоке были непосредственно подчинены: командующий войсками вермахта и наместник в Сербии и командующий войсками вермахта и уполномоченный генерал в Хорватии. В

подчинении каждого из этих генералов находились органы оккупационной администрации на местах: областные, окружные и местные комендатуры.

Вопросами обеспечения порядка на оккупированных территориях занимались соответственно главные фюреры СС и полиции Сербии и Хорватии. В административном отношении они подчинялись рейхсфюреру СС Гиммлеру, а в оперативном - соответствующим генералам-наместникам в Сербии и Хорватии. Полицейская власть на местах осуществлялась посредством подчиненных им областных комендатур и полицейских участков.

Таким образом, в захваченных районах Югославии немцы установили режим военной оккупационной администрации.

^В
о^т^л^и^ч^и^е
от^н^е^м^е^ц^кой^з^о^н^ы
о^к^к^у^п^а^ц^и^и
Ит^а^л^и^{я
в с}^в^о^е^й
з^о^не
у^с^т^а^н^о^в^и^ла

гражданскую администрацию. Так, всю свою часть Косово, а также населенную в основном албанцами западную Македонию Италия 12 августа 1941 г. формально передала Албании, которая с апреля 1939 г. находилась с ней в "личной унии". Все эти территории были объявлены "Великой Албанией" и управлялись сначала Высшим гражданским комитетом, а потом - итальянским Министерством освобожденных областей через органы на местах - префектуры,

подпрефектуры и коммуны. Однако реальная власть здесь находилась в руках королевского наместника в Албании генерала Ф. Якомони.

В Черногории и Санджаке вся власть находилась в руках сформированного 28 апреля 1941 г. Высшего гражданского комиссариата во главе с итальянским полномочным министром С. Маццолини.

Сразу же после раздела Югославии и установления там оккупационного

режима и немцы, и итальянцы стали привлекать местное население для службы в добровольческих формированиях. Причем итальянцы делали это на основе

воинской повинности, а немцы - на добровольной основе.

В 1942-1943 гг. произошел коренной перелом в ходе Второй мировой войны. Одним из его последствий стало ослабление прогерманской коалиции и стремление Италии выйти из войны, которое особенно усилилось после высадки англо-американских войск на Сицилии (август - сентябрь 1943 г.).

Поэтому, не рассчитывая на стойкость своего итальянского союзника, немецкое верховное командование 30 августа 1943 г. разослало подчиненным военным инстанциям план под кодовым названием "Ось" ( "Achse"), Согласно этому плану предполагалось овладеть Италией (включая все оккупированные ею территории) и как можно скорее разоружить итальянские войска и входящие в их состав добровольческие формирования, кроме тех, которые

согласятся продолжать войну на стороне Германии. Вечером 8 сентября ОКБ

отдало приказ о немедленном выполнении операции "Ось".

Заняв итальянскую оккупационную зону в Югославии, а также Албанию, немецкое командование распространило на нее и систему своей оккупационной администрации.

Так, в Черногории была создана областная комендатура, которая подчинялась командующему войсками вермахта и уполномоченному генералу в Албании. I ноября

1943 г. она была переподчинена непосредственно командующему войсками вермахта на Юго-Востоке, а в мае 1944 г. реорганизована в штаб командующего войсками вермахта и уполномоченного генерала в Черногории. Для осуществления полицейской власти в столице Черногории - Цетинье была учреждена полицейская дирекция Черногории, подчиненная главному фюреру СС и полиции Сербии. В ее компетенцию входила также и полицейская служба в Санджаке.

^8
с^е^н^т^я^б^ря¹⁹⁴^{3
г. в с}^в^я^з^{и
с у}^х^о^д^ом^и^та^л^ь^я^н^ц^ев^н^е^м^е^ц^к^и^е
во^й^с^к^а
в^с^т^у^п^и^ли

^в^А^л^б^а^н^и^ю^.
П^о^с^л^е^д^н^и^й^п^р^е^м^ь^ер-^м^и^н^и^с^тр^п^ро^и^т^а^л^ь^я^н^с^к^о^г^о
п^р^а^в^ит^е^л^ь^с^т^ва

Албании бежал из страны, которая была передана под управление немецкой военной администрации в лице командующего войсками вермахта и уполномоченного генерала в Албании. Полицейская власть была сосредоточена в руках главного фюрера СС и полиции Албании СС-обергруппенфюрера И. Фитцхума.

Немецкие власти официально провозгласили, что выступают "за независимую

и свободную Албанию" и пришли сюда как "освободители албанского народа от итальянского ига". Поэтому уже в октябре 1943 г. по немецкой инициативе

было созвано Народное собрание, провозгласившее о разрыве унии Албании с

^Ит^а^л^и^ей
и^е^е
г^о^с^у^д^а^рс^т^в^е^н^н^ой^н^е^з^а^в^и^с^и^м^ос^т^и.

10 октября было сформировано албанское правительство - так называемый Регентский совет, в который вошли албанские деятели, не сотрудничавшие с итальянцами или коммунистами, - М. Фрашери, Ф. Дипра, Л. Носи и А. Харапи. Новое правительство провозгласило нейтралитет Албании в войне.

В Германии было объявлено, что Албания является не оккупированной, а "дружественной страной". Поэтому германские войска в Албании считались не оккупационными, а союзными вооруженными силами. В действительности же албанское правительство полностью находилось под контролем якобы не существовавшей германской военной администрации.

²⁴^с^е^н^т^я^б^р^я
1⁹⁴³^г^.^у^п^о^л^н^о^м^о^ч^е^н^н^ы^й
г^е^рм^а^н^с^к^о^го^п^р^а^в^и^т^е^л^ь^ст^в^а
п^р^и

командующем на Юго-Востоке Г. Нойбахер заявил, что Германия признает "Великую Албанию". Таким образом, предполагалось, что после окончания войны Косово, Метохия и Западная Македония останутся в составе Албании. На этом основании представители албанского Регентского совета возглавили в этих регионах административный аппарат. Например, в Косово был

сформирован Исполнительный комитет правительства Албании.

Наряду с тем, что до середины 1943 г. немцы осуществляли оккупационную политику на Балканах совместно с итальянцами, другим важным моментом в процессе создания и использования здесь мусульманских формирований была ситуация, сложившаяся вокруг мусульманского населения Боснии и Герцеговины, входивших в состав НГХ.

На протяжении всего периода оккупации Балкан отношения между правительством НГХ и представителями Германии и Италии неуклонно осложнялись из-за политики последних, направленной на вербовку граждан этого государства в свои вооруженные силы.

^Е^с^т^е^с^т^в^е^н^н^о,^ч^то^в^се
п^р^о^ж^и^в^а^в^ш^и^е
на^т^ер^р^и^т^о^р^ии^Н^ГХ^м^у^с^у^л^ьм^а^не^с^ч^и^т^а^л^и^сь

наравне с хорватами полноправными гражданами этого государства. Такому "мирному сосуществованию" представителей двух, казалось бы, враждебных религий способствовало то, что их объединяла общая ненависть к православным сербам, имеющая глубокие исторические корни.

Есть свидетельства, что еще задолго до войны находившаяся у власти в Хорватии в 1941-1945 гг. организация усташей установила прочные связи с лидерами боснийских мусульман-сепаратистов. После провозглашения НГХ 10 апреля 1941 г. в Загребе было сформировано временное правительство

независимой Хорватии - Хорватское государственное руководство, в состав которого вошел один представитель от боснийских мусульман - И. Муфтич.

¹⁶^а^п^р^е^л^я
1⁹⁴¹^г^.
по^с^ле^п^р^и^б^ы^т^и^{я
в З}^а^гр^е^б
р^у^к^о^в^о^д^и^т^е^ля^о^рг^а^н^и^з^а^ц^и^и

усташей А. Павелича было сформировано первое Хорватское государственное правительство. Его председателем стал сам Павелич, а заместителем последнего - боснийский мусульманин О. Куленович. В дальнейшем на пост вице-президента правительства назначался исключительно мусульманин. Считалось, что на этом месте он представляет интересы всех мусульман НГХ.

Уже в ходе войны в своем стремлении добиться поддержки основной массы боснийских мусульман заместитель Павелича М. Будак заявил, что хорваты принадлежат к двум вероисповеданиям - католичеству и исламу. "НГХ, - сказал он в одном из своих выступлений, - является исламским государством повсюду, где только люди исповедуют мусульманскую веру"{11}.

^В
р^е^з^у^л^ь^т^а^те^т^а^к^ой
п^о^л^и^т^и^ки^м^у^с^у^л^ь^м^а^н^е^Н^ГХ^б^ы^л^и
п^р^и^з^н^а^ны
п^р^а^в^и^т^е^л^ь^с^т^в^ом

усташей "исповедующими ислам хорватами" со всеми вытекающими из этого статуса правами и обязанностями. На этом основании они подлежали призыву в вооруженные силы НГХ на тех же условиях, что и хорваты-католики.

Поэтому, когда в феврале 1943 г. Гиммлер отдал приказ о создании из боснийских мусульман новой дивизии войск СС, Павелич отнесся к этому крайне подозрительно. Хорошо зная методы и принципы немецкой национальной политики, писал английский историк Г. Уильямсон, он "заподозрил Гиммлера в... плане, имевшем целью натравить мусульман на католиков-хорватов и дестабилизировать обстановку в хорватском государстве"{12}.

В первую очередь Павелич опасался возникновения мусульманского сепаратизма в НГХ, а также, что было более вероятным, дезертирства мусульман из рядов хорватских вооруженных сил с целью попасть в "свою" мусульманскую дивизию, хоть и под немецким командованием. Однако Гиммлер оставил все протесты Павелича без внимания, что еще более осложнило обстановку на Балканах.

^Г^о^т^о^вя^в^о^й^ну^п^р^о^т^и^в^С^о^в^е^т^с^к^о^г^о
С^о^ю^з^а,
р^у^к^о^в^о^д^с^т^в^о
Г^е^р^м^а^н^ии
р^а^с^с^м^а^т^р^и^в^а^л^о

его как "искусственное и рыхлое объединение" огромного числа наций, как "этнический конгломерат, лишенный внутреннего единства". Поэтому одной из главных задач германского военно-политического руководства после начала войны с СССР было разрушение его как многонационального государства путем

привлечения на свою сторону представителей нерусских народов и национальных меньшинств. При этом нацисты считали, пишет современный российский историк И. Гилязов, что "для борьбы с большевизмом стало возможным привлечь на свою сторону многочисленные мусульманские народы Советского Союза", на сотрудничество с которыми делалась особая ставка{13}.

Одним из способов осуществления такого сотрудничества стало создание "национальных" добровольческих формирований из тюркских и кавказских народов СССР (т.е. военный коллаборационизм).

^В^о^е^н^н^ы^й
к^о^л^л^а^б^о^р^а^ц^ио^н^и^з^м
н^а^п^р^я^м^ую^з^а^в^ис^е^л
от^р^а^з^в^и^т^и^я
п^о^ли^т^и^ч^е^с^к^о^го

сотрудничества населения с оккупационными властями. В основе этого сотрудничества лежали в целом те же причины, что и в других оккупированных Германией государствах. Однако в СССР оно имело ряд особенностей, которые заключались в следующем.

Во-первых, если на Балканах власть принадлежала военной оккупационной администрации при практически полном отсутствии каких-либо гражданских оккупационных учреждений, то на оккупированных территориях СССР одновременно сосуществовали военная, гражданская и полицейская администрации. Все эти три формы администрации, естественно, должны были сотрудничать между собой. Однако на деле это сотрудничество было пронизано непримиримым соперничеством. Каждая из этих администраций на местах и их руководство в Берлине претендовали на свою, единственно правильную, концепцию национальной политики.

^В^о^-^в^т^о^р^ы^х,
в^п^р^о^ц^е^ссе^п^р^о^в^е^д^е^н^и^я
о^к^к^у^па^ц^и^о^н^н^ой^п^о^л^и^т^и^к^{и
на т}^е^р^р^и^т^о^р^ии

СССР немаловажную роль сыграл и тот факт, что немцам перед началом войны так и не удалось создать здесь дееспособную "пятую колонну" по примеру Западной или Юго-Восточной Европы. Поэтому уже в ходе войны им пришлось

приспосабливать свои довоенные взгляды на национальный вопрос в СССР под конкретные условия и несколько корректировать методику его использования.

^Р^а^с^с^м^о^т^р^им^к^а^ж^д^у^{ю
из у}^к^а^з^а^н^н^ы^х
ф^о^рм^о^кк^у^п^а^ц^и^о^н^н^о^й
а^д^м^и^н^и^ст^р^а^ц^и^и^.

Структура сферы военной оккупации была принципиально установлена "Особыми указаниями по обеспечению, часть Ц" от 3 апреля 1941 г. В соответствии с ними все советские области, находившиеся под управлением военной администрации, были разделены на три зоны:

1) непосредственный район боевых действий, где командиры дивизий и корпусов и подчиненные им войска фактически сами являлись исполнительной властью по отношению к гражданскому населению;

²⁾^н^а^х^о^д^и^в^ш^и^й^с^{я
за н}^и^м
на^г^л^у^б^и^не^п^р^и^ме^р^но^о^т
20^д^о
50^к^м^т^ы^л^о^в^ой

армейский район, в котором для каждой армии назначался специальный комендант;

3) тыловой район групп армий, начальником которого назначался один из командиров корпусов.

17 июля 1941 г. Гитлер подписал приказ о введении гражданского управления в оккупированных "восточных областях". Согласно этому приказу было создано Министерство оккупированных восточных областей, которое возглавил А. Розенберг, прибалтийский немец, хорошо владевший русским языком.

²⁰^и^ю^л^я
1⁹⁴¹^г^{.
в Бе}^р^л^и^не^с^о^с^т^о^я^л^о^с^ь
со^в^е^щ^а^н^ие^в^ы^с^ш^е^го^в^ое^н^н^о^-

политического руководства Германии, на котором Розенберг представил Гитлеру план будущего административно-политического устройства территории бывшего СССР. По этому плану предполагалось создать пять административных единиц - реихскомиссариатов: "Московия" (центральные области России),

"Остланд" (Прибалтика и часть Белоруссии), "Украина" (большая часть собственно Украины и Крым), "Кавказ" (Северный Кавказ, Закавказье и Калмыкия) и "Туркестан" (Средняя Азия, Казахстан, Поволжье и Башкирия). Причем два последних только недолгое время должны были иметь статус реихскомиссариатов: позже их предполагалось объявить имперскими протекторатами, с относительно широким самоуправлением и собственными вооруженными силами.

Однако вследствие провала планов "молниеносной войны" против СССР

^уд^а^л^о^сь^с^о^з^д^а^ть^т^о^л^ько^д^ва^р^е^й^х^с^к^о^м^и^с^с^ар^и^а^т^а^-
"^О^с^т^л^а^н^д^"
и^"^У^к^р^а^и^н^а^"^.
О^н^и

начали функционировать 1 сентября 1941 г.

Таким образом, главным творцом оккупационной и национальной политики на территории СССР и тем, кто претендовал на первенство в проведении этой политики, стал А. Розенберг. Основной задачей Розенберг считал умение "подхватить и использовать стремление к свободе нерусских народов СССР и придать им определенные государственные формы, то есть органически выкроить из огромной территории Советского Союза государственные образования и восстановить их против Москвы..."{14}.

Наконец, согласно приказу Гитлера от 17 июля 1941 г. на рейхсфюрера СС Гиммлера было возложено "полицейское обеспечение восточных территорий". Последний назначал главных фюреров СС и полиции, являвшихся высшими полицейскими чиновниками в рейхскомиссариатах (им же, по согласованию с военной администрацией, подчинялись также силы СС и полиции, действовавшие в тыловых районах групп армий). Хотя фюреры СС и полиции формально подчинялись рейхскомиссарам или находились в оперативном

подчинении начальников тыла армий и групп армий, реальную власть над ними имел только Гиммлер.

^Со^в^р^е^м^е^н^е^м
к^а^ж^д^ая
из^в^е^т^в^е^й
н^е^м^е^ц^к^ой
о^к^к^у^п^а^ц^и^о^н^н^о^й
а^д^м^и^ни^с^т^р^а^ц^ии^с^т^а^ла

^так^и^ли^и^н^а^че^п^р^и^в^л^ек^а^ть
к^с^о^т^р^у^д^н^и^ч^е^с^тву^м^е^с^т^н^ое^н^а^с^е^л^е^н^ие.

В политической сфере это было выражено в создании и функционировании органов так называемого местного самоуправления: сельских, районных и городских управлений. Их соответственно возглавляли старосты, начальники районного управления и бургомистры. Эти органы создавались сразу же по установлении на данной территории немецкой военной или гражданской

администрации. Однако нельзя сказать, что они были инструментами немецкой национальной политики. Скорее, они представляли собой пропагандистские

инструменты, при помощи которых оккупанты стремились создать впечатление, что местное население сотрудничает с ними.

^П^о^э^т^о^м^у
о^с^н^о^в^н^ым^и^нс^т^р^у^м^е^н^т^ом^п^ри^и^с^п^ол^ь^з^о^в^а^н^и^и
н^а^ц^и^о^н^а^л^ьн^о^го^в^о^п^р^о^са
в

оккупационной политике стали "национальные комитеты" или их всевозможные модификации. Они должны были представлять интересы данного национального меньшинства или народа перед оккупационной администрацией и одновременно играть роль противовеса органам местного самоуправления.

Немецкий историк К.Г. Пфеффер отмечал, что "немецкие фронтовые войска и служба тыла на Востоке были бы не в состоянии продолжать борьбу в течение долгого времени, если бы значительная часть населения не работала на немцев и не помогала немецким войскам"{15}.

^С
э^т^им^у^т^в^е^р^ж^д^е^н^и^е^м^п^р^и^х^о^д^и^т^с^я
с^о^г^л^а^с^ит^ь^с^я^{.
К н}^а^ч^а^лу¹⁹⁴⁰^-х^г^г.
в

Советском Союзе не было недостатка в недовольных и несогласных, чьи настроения мог использовать дальновидный и осмотрительный враг. Чтобы понять это, достаточно обратиться к предыдущему периоду истории страны. Среди всего прочего, надо признать, что национальные противоречия, как провозглашали коммунисты, не только не исчезли, но и отчасти разгорелись

с новой силой вследствие предвоенных репрессий. Что же касается ряда мусульманских народов СССР, то у них эти противоречия (и прежде всего с русскими) были обусловлены еще и исторически. Начало войны Германии с СССР привело к обострению этих противоречий. Как правило, они выражались в следующем.

По словам генерал-фельдмаршала Э. фон Манштейна, командующего 11-й немецкой армией, войска которой в октябре - ноябре 1941 г. оккупировали Крым - первый крупный регион с компактно проживавшим здесь мусульманским населением, - "татары сразу же встали на нашу сторону. Они видели в нас своих освободителей от большевистского ига, тем более что мы уважали их религиозные обычаи..."{16}.

^К^р^о^м^е
т^о^г^о^,
е^щ^{е
до з}^а^х^в^а^т^а
н^е^м^ц^а^м^и
К^р^ым^а^{,
в о}^к^т^я^б^р^е
1⁹^41
г^.^,
п^о^я^в^и^л^и^с^ь

первые свидетельства того, что крымские татары начали дезертировать из действующей армии, скрываясь в своих деревнях. Уже в самом начале Крымской кампании немцев татары выступали в немецких частях в качестве проводников, "проводили их в обход и наперерез" отступавшим советским войскам. В ряде случаев имели место нападения на отступавшие советские

части, а также разграбления партизанских продовольственных баз, созданных перед войной.

После оккупации большей части Крыма немцы повели открытую политику заигрывания с татарским населением, используя националистические настроения и создавая для него ряд материальных преимуществ перед остальными народами Крыма. Оккупационные власти во многих случаях не подвергали репрессиям комсомольцев и коммунистов-татар, а разъясняли им, что они ошибались, а теперь с оружием в руках должны исправить свои ошибки, активно сотрудничая с новой властью.

^О^д^н^о^й
из^ф^о^р^м
т^а^к^о^го
с^о^т^р^у^д^н^и^ч^е^с^т^ва^с^та^л^о
с^о^з^д^а^н^ие^м^у^с^у^л^ьм^а^н^с^к^и^х

татарских комитетов. Так, уже в конце декабря 1941 г. в Бахчисарае при поддержке немцев был создан первый Мусульманский комитет, а затем на его основе комитет в Симферополе. По замыслу его основателей - председателя Д. Абдурешидова и двух его заместителей, И. Керменчиклы и О. Меметова, - этот комитет должен был представлять всех крымских татар и руководить всеми сферами их жизни. Однако СД сразу же запретила им называть комитет

"крымским", оставив в его названии только слово "симферопольский". В этом качестве он должен был служить только примером районным мусульманским комитетам, которые стали создаваться в других городах и населенных

пунктах Крыма в январе - марте 1942 г.

Организационно Симферопольский мусульманский комитет делился на 6 отделов: по борьбе с бандитами (т.е. с советскими партизанами), по комплектованию добровольческих формирований, по оказанию помощи семьям добровольцев, культуры и религии, пропаганды и агитации, административно-

хозяйственный и канцелярию.

Программа, созданная руководством комитета, включала следующие мероприятия: организацию крымско-татарского населения для борьбы с

партизанским движением; восстановление старых традиций и обычаев; открытие мечетей; пропаганду и агитацию в пользу создания под покровительством Германии крымско-татарского государства; помощь оккупационному режиму и немецкой армии людскими ресурсами и продуктами питания.

^В^с^е
р^а^й^о^н^н^ые^м^у^с^у^л^ьм^а^н^с^к^и^е
к^о^м^и^т^е^ты^и^ме^л^и
т^а^к^у^ю
же^с^т^р^у^к^ту^р^{у
и в с}^в^о^и^х

действиях в целом руководствовались указаниями Симферопольского комитета. Несмотря на полное подчинение всей деятельности комитетов немецкой

оккупационной администрации, лидеры крымско-татарских националистов не оставляли надежды получить более широкие полномочия, вплоть до провозглашения в Крыму татарского государства. В связи с этим ими было предпринято несколько попыток.

^Т^а^к,
в^а^п^р^е^л^е
1⁹^42
г.^г^р^у^п^п^ой^р^у^к^о^в^о^д^ит^е^л^е^й
С^и^м^ф^е^р^о^п^о^л^ь^с^ко^г^о
к^о^м^и^т^е^та

были разработаны новый устав и программа деятельности мусульманских комитетов. При этом были выдвинуты следующие главные требования:

1) создание татарского парламента;

²⁾^с^о^з^д^а^н^и^е
Т^а^т^а^р^с^кой^н^а^ц^и^о^н^а^л^ь^н^о^й
а^р^ми^и^;

3) создание самостоятельного татарского государства под протекторатом

^Ге^р^м^а^н^и^и.

Эта программа была подана на рассмотрение Гитлеру, однако он ее не одобрил. Было позволено лишь увеличить вербовку добровольцев-татар в германские вооруженные силы в Крыму и части вспомогательной полиции порядка.

В мае 1943 г., пользуясь изменениями в германской оккупационной политике, один из старейших крымскотатарских националистов А. Озенбашлы написал на имя Гитлера меморандум, в котором изложил программу сотрудничества крымских татар с Германией, основные положения которой сходны с пунктами предыдущей. Однако выполнение подобных требований не входило в планы нацистского руководства, поэтому СД сочла "более благоразумным" не давать ход этому документу. Гитлер о нем так и не узнал.

"...Повсюду оккупанты твердо держали власть в своих руках и свирепо подавляли малейшие попытки к обретению... национальной самостоятельности"{17}, - писали американские историки М.Я. Геллер и A.M.

Некрич. Поэтому уже к концу 1943 г. почти все мусульманские районные комитеты практически не функционировали. Так, даже Симферопольский комитет состоял фактически только из одного человека - своего председателя Абдурешидова. Хотя, кроме него, в комитете на тот момент числились еще 11 членов, но ни один из них участия в его работе не принимал.

Быстрое продвижение немецких войск к Северному Кавказу и временная оккупация части его территории усилили сепаратистские и националистические настроения среди некоторых групп его населения. Выражая враждебные взгляды по отношению к советским властям, их лидеры,

^оп^и^р^а^я^с^ь
во^м^н^о^г^и^х
сл^у^ч^а^ях^н^а
у^г^о^л^о^в^н^и^ков
и^и^с^л^а^м^с^к^их^ф^а^н^ат^и^к^о^в,^п^ы^т^а^л^и^с^ь

сплотить недовольных существовавшим порядком, организовывали террористические акты, уничтожали партийно-советский актив, призывали население к уклонению от службы в Красной Армии, дезертирству и прямой измене. Помимо этого, в некоторых случаях имела место широкая агитация за поражение Советского Союза и восстание в его тылу с целью оказания помощи

Германии.

Значительная часть партийно-советских национальных кадров оказалась неустойчивой, а некоторые из них заняли откровенно пронемецкую позицию. Перед вступлением немцев они бросали работу, уходили на нелегальное положение или присоединялись к отрядам повстанцев. В их числе, например, оказался такой известный в то время человек, как чеченец А. Авторханов, профессор, работавший в институте языка и литературы, который при приближении немцев к границам Чечено-Ингушетии перешел на их сторону и

организовал отряд для борьбы с партизанами.

^И^м^е^н^но^и^з
т^а^к^и^х
л^ю^дей
в^п^е^р^и^о^д
н^е^д^о^л^г^ой
о^к^к^у^п^а^ц^и^и
ч^а^с^т^и
Се^в^е^р^н^о^го

^Ка^в^к^а^за^п^ри^п^о^д^д^е^р^ж^ке
н^е^м^ц^ев^б^ыл^с^о^з^д^а^н^р^яд^"^н^а^ц^и^о^н^а^л^ь^н^ых
к^о^м^и^т^е^т^о^в^"^.

Среди них следует назвать Карачаевский национальный комитет и Кабардино- Балкарский национальный комитет. Например, в состав последнего входили: князь С. Шадов (председатель комитета), князь Б. Шаков, К. Бештоков, А. Узденов, А. Пшуков, Д. Тевкешев и Ш. Шокманов. Двое последних членов комитета были эмигрантами и проживали до начала войны в Турции.

^Т^а^к^и^м
о^б^р^а^з^о^м,^с^о^т^ру^д^н^и^ч^е^с^т^во^н^а^с^е^л^е^н^ия
о^к^к^у^п^и^р^о^в^а^н^н^ых^т^ер^р^и^т^о^р^ий^С^С^С^Р
с

немецкой администрацией в форме политического коллаборационизма происходило: путем создания местных "национальных самоуправлений" или "национальных комитетов", которые фактически не имели никаких

политических прав, а могли руководить только некоторыми сторонами экономической и культурной жизни своих народов.

Однако одной из особенностей немецкой оккупационной политики на территории СССР было то, что эти самоуправления и комитеты были организованы из людей, с которыми немцы столкнулись непосредственно после начала войны. То есть в СССР не было заранее подготовленной "пятой колонны". Ее отчасти должны были заменить представители антикоммунистической эмиграции, которые выехали из бывшей Российской империи в ходе и после окончания Гражданской войны. Со многими представителями этих эмигрантских кругов нацисты установили и

поддерживали отношения еще до своего прихода к власти. В ходе же подготовки и после начала осуществления плана "Барбаросса" желание нацистов иметь в СССР действенную "пятую колонну" и желание эмигрантов вернуться на родину в качестве хозяев совпали.

Следует отметить, что политика немцев по использованию коллаборационистов на оккупированных территориях зависела от тех изменений, которые происходили в немецкой оккупационной и национальной политике. В отношении же мусульман СССР началом подобных изменений послужил так называемый немецкий кавказский эксперимент.

^В
к^о^н^ц^е
1⁹^41
-^н^а^ч^але¹⁹⁴^2
г.^н^е^м^е^ц^к^о^е^к^о^м^а^н^д^о^в^а^н^и^е
р^а^з^в^ер^н^у^л^о

подготовку к наступлению на юге России и на Кавказ. Для достижения большего успеха были пересмотрены и некоторые методы оккупационной политики. Так, по замечанию немецкого историка Н. Мюллера, "если Прибалтику собирались онемечить, Белоруссию превратить в огромный пересыльный концлагерь, Украину сделать житницей... рейха, то на Кавказе

нацисты предполагали провести "эксперимент" с предоставлением населению широких прав"{18}. Однако для проведения подобной политики были

необходимы посредники, которые и должны были создать у местного населения иллюзию получения этих "широких прав".

Другой особенностью этого эксперимента было начало организованного создания и использования "кавказских и тюркских национальных воинских формирований". Планы по их созданию в общем подразумевали, что со временем они должны стать ядром будущих "национальных армий независимых государств", в которых у власти будут эмигранты-посредники и некоторые местные коллаборационисты.

^"^К^а^в^к^а^з^с^к^и^й
э^к^с^п^е^р^им^е^н^т^"
на^н^а^ч^а^л^ь^н^ом
э^т^а^п^е
д^о^л^ж^ен^б^ыл^о^гр^а^н^и^ч^и^т^ь^ся

^то^л^ь^к^о
К^а^в^к^а^з^о^м^{:
в по}^с^л^е^д^у^ю^щ^ем^е^го^п^р^е^дп^о^л^а^г^а^л^о^сь^р^а^с^п^р^о^с^тр^а^н^и^ть^н^а

^Ка^з^а^х^с^т^ан
и^С^р^е^д^н^юю
А^з^и^ю^.

Поэтому в целях политического обеспечения "кавказского эксперимента" в конце 1941 - начале 1942 г. в Германии был создан ряд "национальных комитетов" (Туркестанский, Северокавказский, Азербайджанский, Грузинский,

Армянский и т.п.), которые со временем в качестве правительств должны были переехать на "освобожденные немецкими войсками территории их государств". Пока же в обязанности этих организаций входили пропагандистское обеспечение всех немецких мероприятий в отношении данного народа, а также "представление его интересов" перед правительством Германии (главным образом это касалось положения "восточных" рабочих и бойцов "национальных" добровольческих формирований).

О текущих целях и задачах, которые ставило руководство каждого конкретного комитета, лучше всего свидетельствует его структура. Рассмотрим ее на примере Туркестанского национального комитета (ТНК) -

одной из самых влиятельных национальных организаций на территории

Германии.

Туркестанский национальный комитет был создан в августе 1942 г. на базе Туркестанского национального объединения - представительного органа среднеазиатской эмиграции - и имел следующую структуру.

I. Президент комитета - Вели Каюм-хан, узбек.

II. Генеральный секретарь президента ТНК - сначала узбек Карими, затем казах Канатбай.

III. Президиум ТНК (4 казаха, 3 туркмена, 2 киргиза, 2 таджика и 3 узбека).

^I^V^.
О^т^р^а^с^л^е^в^ые^о^т^д^елы^к^о^м^и^т^е^т^а:

1. Здравоохранения (руководитель - Карими) - подготовка и использование врачей и санитарного персонала.

2. Научный (узбек Салими, затем узбек Осман) - сбор материалов, касающихся истории, географии, этнографии и культуры Средней Азии и Казахстана.

3. Военный (узбек капитан Б. Хайит) - представление интересов туркестанских добровольцев перед генерал-инспектором восточных войск, осуществление связи комитета с туркестанскими добровольческими формированиями, а также внесение предложений по набору и обучению туркестанских офицеров.

^4.^В^о^е^н^н^о^п^л^е^н^н^ых
(ка^з^ах^Л^у^к^и^н⁾^-
з^а^б^о^{та
о в}^о^е^н^н^о^п^л^е^н^н^ы^х^-^ту^р^к^е^с^т^а^н^ц^а^х.

5. Обеспечения и снабжения гражданских лиц (узбек Нур-Мамед) - забота обо всех находящихся в Германии рабочих-туркестанцах.

6. Попечения (казахи Нур-Байак и Нури-бек) - забота о размещении и обеспечении беженцев и семей бойцов добровольческих формирований.

^7.^Д^у^х^о^в^н^ы^й
(^к^а^з^ах
м^у^л^л^а
О^р^о^с^м^а^н)
-^п^од^г^о^т^о^в^ка^м^у^л^л.^К^р^о^ме
т^о^г^о^,
п^р^и

отделе имелся инспектор - обер-мулла узбек Н. Накиб-Ходжа, который осуществлял сотрудничество с муллами, находившимися в добровольческих формированиях.

8. Военной пропаганды (узбек лейтенант Хаким) - подготовка, использование пропагандистов в туркестанских воинских частях и контроль над ними.

9. Политической пропаганды (киргиз Аламбет) - пропагандистская работа, направленная на воспитание туркестанских добровольцев в национальном духе.

¹⁰^.
П^р^е^с^сы
(у^з^б^е^к
Ах^м^е^д^ж^а^н)^-^п^о^д^г^о^т^о^вка
и^в^ы^п^у^с^к
п^е^ч^а^т^н^ых
и^з^д^а^н^и^й
Т^Н^К.

11. Радио (узбек Жермет) - подготовка и осуществление радиовещания ТНК. В распоряжении этого отдела имелись узбекский, туркменский и казахский радиодикторы.

12. Музыкальный и театральный (узбек Кудретулла) - подготовка театральных трупп, музыкантов и певцов для выступлений перед туркестанскими добровольцами в целях их культурного воспитания.

^По^п^о^л^и^т^и^ч^е^с^к^о^й
л^и^нии^в^се^"^н^а^ц^и^о^н^а^л^ь^н^ые
к^о^м^и^т^е^т^ы^"
н^а^х^о^д^и^ли^с^ь
в

подчинении Розенберга. Для руководства ими при его министерстве был создан отдел "Иностранные народы", начальником которого был назначен известный востоковед, профессор Г. фон Менде. А уже для руководства каждым конкретным комитетом в составе этого отдела были созданы соответствующие бюро. Например, координацией работы Крымско-татарского центра занималось Крымско-татарское бюро (начальник - Конельсен, затем -

Мюллер).

Немецкое военно-политическое руководство было заинтересовано в установлении контактов берлинских "национальных комитетов" с комитетами

на оккупированной территории. Однако по причинам военного характера такие контакты были установлены только между берлинским Крымско-татарским комитетом и Симферопольским мусульманским комитетом. Так, 16 декабря 1942 г. в Симферополе, по предложению руководства СД, состоялась встреча прибывшего из Берлина Э. Кырымала и представителей местного

мусульманского комитета. В результате этой встречи Симферопольский комитет сообщил о своей поддержке деятельности Берлинского комитета и признал его верховенство.

14 ноября 1944 г. в Праге было провозглашено создание "Комитета освобождения народов России" (КОНР). По замыслу его председателя - бывшего генерал-лейтенанта Красной Армии А.А. Власова - при поддержке Гиммлера этот комитет должен был играть роль "временного российского правительства в изгнании". Чтобы придать комитету действительно общероссийский характер, в состав его президиума было предложено войти лидерам всех национальных организаций. А все национальные воинские формирования предполагалось объединить в вооруженные силы КОНР. Однако все лидеры "национальных комитетов" усмотрели в этом (не без помощи соперничающего с Гиммлером Розенберга) прежде всего "очередную русскую затею" и отказались от своей кооптации в КОНР.

^В^м^е^с^то^э^т^о^го^у^же¹⁸^н^о^я^б^р^я
по^и^н^и^ц^и^а^т^иве^Р^о^з^е^н^б^е^р^г^{а
в Б}^е^рл^и^не^б^ы^л^о

созвано "Заседание представителей порабощенных Россией народов". В нем участвовали: председатель Боевого союза волжских татар А.Г. Шафаев, председатели Армянского, Азербайджанского, Грузинского и Северо- Кавказского комитетов В. Саркисьян, А. Фаталибейли, М. Кедия и А. Кантемир, председатель Крымско-татарского центра Э. Кырымал, президент

ТНК Вели Каюм-хан, лидеры ряда украинских политических групп, а также президент Белорусской центральной рады Р. Островский.

Целью этого заседания было продемонстрировать единую волю всех лидеров "национальных комитетов" "к борьбе за освобождение своих народов и своей земли от русской оккупации и возрождению своих национальных государств". В ходе заседания все руководители комитетов и групп, а также Р.

Островский подписали соглашение, по которому обязались совместно бороться за освобождение своих народов и взаимно поддерживать друг друга в этом деле. Заседание избрало комиссию, задачи которой заключались в практическом решении указанных вопросов.

^А^п^о^г^е^е^м
т^а^к^о^й
п^о^л^и^ти^к^и,^о^п^я^т^ь^-^т^а^к^{и
по и}^н^и^ц^и^а^т^и^ве^Р^о^з^е^н^б^е^рг^а^,
с^т^а^л^о

признание комитетов "национальными правительствами" своих государств. Это, однако, была чисто пропагандистская мера, так как к этому времени комитеты никого, кроме самих себя, не представляли. Так, в течение марта

1945 г. "временными правительствами" своих "независимых государств" были признаны: Крымско-татарский национальный центральный комитет, Азербайджанский национальный комитет, Туркестанский национальный комитет и др. Однако из-за разгрома Германии все эти решения остались на бумаге...

^Т^а^к^и^м
о^б^р^а^з^о^м,^н^е^о^бх^о^д^и^мо^о^т^м^е^т^и^т^ь,^ч^то
в^п^р^о^ц^е^с^се^с^о^з^д^а^ния
и

использования иностранных добровольческих формирований важную роль играли его политические предпосылки и те политические условия, при которых этот процесс осуществлялся.

Политический и военный статус мусульманских формирований в системе иностранных добровольческих формирований германских вооруженных сил

Иностранные добровольческие формирования не были чем-то однородным. Они различались как по времени и месту своего создания и использования, так и по функциональному назначению. Все это, несомненно, влияло на их политический и военный статус в системе германских вооруженных сил.

Однако для каждой отдельной категории иностранных добровольческих формирований этот статус не был одинаковым, а возрастал или понижался в зависимости от указанных критериев.

Однако главным критерием, от которого зависел статус того или иного иностранного добровольческого формирования в системе германских вооруженных сил вообще, а в частности среди таких же иностранных формирований, была национальная принадлежность его личного состава. В данном случае она была связана с субъективным пониманием германским военно-политическим руководством этнической истории данного народа и со степенью его "расовой чистоты" в глазах немцев.

^Т^а^к^и^м
о^б^р^а^з^о^м,^с^о^г^ла^с^но^н^а^ц^и^о^н^а^л^ь^н^ы^м
или^"^р^а^с^о^в^ы^м"^к^р^и^т^е^ри^я^м,^с^р^е^ди

^ин^о^с^т^р^а^н^н^ых^д^о^б^р^о^в^о^ль^ч^е^с^к^и^х
ф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^ий
м^о^ж^н^о
в^ы^д^е^л^и^ть^с^ле^д^у^ю^щ^и^е

категории, которые приведены здесь в хронологическом порядке их возникновения и расположены по степени понижения их статуса.

I. Добровольцы из стран Западной и Северо-Западной Европы:

1) добровольцы - представители германских ( "нордических") народов;

2) добровольцы - представители негерманских народов. II. Добровольцы из граждан балканских государств:

1) хорваты (добровольцы в германских частях и вооруженные силы НГХ);

2) формирования из словенцев, сербов, черногорцев, албанцев и греков. III. Добровольцы из граждан государств - союзников Германии: финны,

словаки, венгры, румыны, итальянцы.

^I^V^.
"^Н^е^е^в^р^о^п^е^й^с^к^ие
д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ц^ы"
-^а^р^а^{бы
и и}^н^д^и^й^ц^ы;

^V.^"^В^о^с^т^о^ч^н^ы^е"^д^о^б^ро^в^о^л^ь^ц^ы
(^и^з
ч^и^с^л^а
гр^а^ж^д^ан^С^С^С^Р):
1)^к^аз^а^к^и^,
к^а^л^м^ы^к^и;

2) тюркские и кавказские добровольцы (представители народов Кавказа, Закавказья, Средней Азии, Казахстана, Поволжья, а также добровольцы из числа крымских татар);

3) латыши, эстонцы, литовцы;

⁴⁾^р^у^с^с^к^и^е^,
у^к^р^а^и^н^цы,^б^е^л^о^р^у^с^ы.

Отдельную категорию составляют добровольцы из государств, которые не принимали участия в войне (Испания, Швейцария и Швеция), а также из Великобритании.

При рассмотрении статуса иностранных добровольческих формирований согласно их национальному признаку следует также учитывать тот факт, в составе какого рода войск они были сформированы. Так, например, войска СС считались неизменно выше по статусу, чем вермахт. Соответственно с этим различались по статусу и иностранные добровольческие формирования, организованные в составе этих родов войск.

Наиболее высокий статус в германских вооруженных силах имели боевые части иностранных добровольческих формирований, набранные среди европейских ( "нордических") народов. Добровольцы из числа этих народов направлялись прежде всего в войска СС. Такое отношение к ним со стороны руководства этой организации было обусловлено планами нацистов относительно будущего "нового порядка" в Европе. Более того, рейхсфюрер СС Гиммлер проявлял личную заинтересованность в привлечении максимально большего числа добровольцев из германских народов. В связи с этим ему приписывают такие слова: "Мы должны привлечь к себе всю имеющуюся в мире нордическую кровь, дабы она не досталась нашему врагу, чтобы никогда больше нордическая или германская кровь не проливалась в борьбе против нас"{19}.

^П^о^с^л^е
н^а^ч^а^ла^в^о^й^{ны
с С}^С^С^Р^{,
с о}^с^е^н^и
1⁹^41
г^.^{,
в г}^е^р^м^а^н^с^к^их
в^о^о^р^у^ж^е^н^н^ы^х

силах начали создаваться формирования из числа "восточных" добровольцев. Одними из первых были созданы казачьи добровольческие части. Подобное расположение к ним со стороны немецкого военно-политического руководства объяснялось легендарной, едва ли не ставшей мифической славой об их доблести и стойкости. Со временем казачьи части были приравнены по статусу к добровольческим формированиям из числа германских народов. С

целью обоснования подобного решения была даже разработана специальная идеологическая концепция, согласно которой казаки являлись потомками германского племени остготов, владевшего Причерноморьем во II - V вв. н. э. Следовательно, казаков можно было отнести к народам "германского корня, сохраняющим прочные кровные связи со своей германской прародиной"{20}.

Среди иностранных добровольческих частей, которые на протяжении всей войны имели неизменно высокий статус, следует назвать сформированный в сентябре 1942 - феврале 1943 г. Калмыцкий кавалерийский корпус. Согласно немецким архивным документам, это были "не просто вспомогательные войска немцев, а своеобразная союзная часть, союзники и боевые товарищи немецкого Рейха". По словам немецкого историка И. Хоффманна, такой высокий статус этого формирования объяснялся тем, что немцы причисляли калмыков к казачьим войскам.

^Б^о^е^в^ые
и^п^о^л^и^ц^е^й^с^к^ие
ч^а^с^т^и,^н^а^б^р^а^н^н^ые
с^р^е^д^и
с^л^а^в^я^н^с^к^их^н^ар^о^д^о^в
к^а^к
в

^Во^с^т^о^ч^н^ой^Е^в^р^о^п^{е
и на Б}^а^л^к^а^н^а^х^,
т^а^{к
и в}^С^С^С^Р,^д^о^л^г^о^е
в^р^е^м^я^и^м^е^ли^о^ч^е^нь

низкий статус. Что же касается добровольцев вспомогательной службы -

^"х^и^в^и^",^т^о
о^н^и
п^р^а^к^ти^ч^е^с^ки^д^о
с^е^р^е^д^и^ны
1⁹⁴²^г^.
в^о^о^б^ще^н^е
им^е^ли^н^и^к^а^к^о^г^о

статуса: по нормативным документам германских вооруженных сил их как бы вообще не существовало.

^С^р^е^д^и
в^с^ех^д^о^б^р^о^в^о^ль^ч^е^с^к^и^х
ф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^ий,^н^а^б^р^а^н^н^ых^и^з
ч^и^сла^с^л^а^в^я^н^с^к^и^х

народов, исключение делалось только для хорватских частей в составе германских соединений или для вооруженных сил НГХ как союзника Германии. Они пользовались у германского военного командования и политического руководства даже большим уважением, чем части таких союзников Германии, как Венгрия, Румыния или Италия. Это можно объяснить тем, что Хорватия была действительно верным союзником Германии на протяжении всей войны. А

также тем, что некоторые представители нацистского руководства считали хорватов, подобно казакам, не славянским, а германским народом.

Ни военный, ни политический статус иностранного добровольческого формирования не зависел от его численности. Так, формирования из самого большого контингента добровольцев - граждан СССР - только за редким исключением имели статус выше среднего, что можно объяснить резко негативным отношением Гитлера и высшего нацистского руководства к славянам вообще. Напротив, британские и шведские добровольцы (их численность соответственно равнялась 60 и 130 человек) имели статус

^не^с^р^а^в^н^и^м^о
в^ы^ше^с^в^о^ей
б^о^е^в^ой^ц^е^н^н^о^с^т^и,
т^а^к
к^а^к
их^д^е^й^с^т^в^и^те^л^ь^н^ая^ц^е^н^н^о^с^т^ь

заключалась в том пропагандистском эффекте, который они могли произвести на своих соотечественников, врагов Германии.

Таким образом, среди основных причин, которые влияли на военный или политический статус того или иного добровольческого формирования в системе как собственно иностранных добровольческих формирований, так и германских вооруженных сил, можно назвать следующие:

- национальная принадлежность личного состава добровольческого формирования (в германских нормативных документах эта принадлежность обычно подменялась "расовой чистотой" и могла зависеть от субъективного взгляда на этническую историю того или иного народа);

- политические цели, которые преследовало германское военно-политическое руководство в отношении того или иного народа;

- к какому роду войск германских вооруженных сил принадлежало добровольческое формирование;

- высокие боевые качества иностранного добровольческого формирования (в некоторых случаях они могли "перекрывать" даже национальную принадлежность его личного состава).

^П^р^а^в^д^а^,
и^н^о^г^да^э^ти
п^р^и^ч^и^н^ы
д^е^й^с^т^в^о^в^а^л^и^о^т^д^е^л^ь^н^о,^о^д^н^а^к^о
об^ы^ч^н^о
и^м^ел

^ме^с^то^и^х
к^о^м^п^л^е^к^с^.

Вообще же статус иностранного добровольческого формирования зачастую не был постоянным. Обычно его изменение происходило вследствие эволюции в германской национальной политике, когда военно-политическое руководство Третьего рейха решало использовать свое благожелательное отношение к тому

или иному народу. Как было показано выше, это отношение было сильно дифференцированным и зависело от политической ситуации на данном этапе войны.

Стремление нацистского военно-политического руководства привлечь на свою сторону мусульманские народы было результатом такой дифференцированной национальной политики. И создание мусульманских формирований как одной из категорий иностранных добровольческих формирований явилось важной ее стороной.

Необходимо отметить, что в данном случае понятие ^мусульманские формирования" аналогично понятию, например, "добровольческие формирования из германских народов". То есть в процессе их создания главную роль

играли все-таки национальные, а не религиозные мотивы. Последние же служили больше целям пропаганды. Лучше всего эти цели были определены в разговоре Гиммлера с министром пропаганды Германии И. Геббельсом. Гиммлер заявил, что "не имеет ничего против ислама, потому что он обещает мусульманам рай, если они погибнут в бою, - т.е. эта религия очень прагматическая и привлекательная для солдат!"{21}.

^Т^е^м
не^м^е^н^ее^у^к^а^з^а^нн^ы^е
в^ы^ше^п^о^л^и^т^и^ч^е^с^кие^п^р^е^д^п^о^с^ы^л^ки^с^о^з^да^н^ия

^му^с^у^л^ь^м^а^н^с^к^их^ф^о^р^м^и^ро^в^а^н^и^й^,
в^с^я
л^о^г^и^{ка
и и}^с^т^о^р^и^я
в^з^а^и^м^о^о^т^но^ш^е^н^ий^Г^е^р^м^а^н^и^и

с мусульманским миром говорят о том, что в системе иностранных добровольческих формирований это была отдельная категория добровольцев.

^О^д^н^а^к^о^,
к^а^{к
и и}^н^о^с^тр^а^н^н^ые^д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ч^е^ск^и^е
ф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^ия^в^оо^б^щ^е^,

мусульманские формирования также не были однородны по своему составу и статусу. Взяв за основу национальный признак, время и место их создания, можно выделить следующие категории мусульманских формирований (см. табл.

4):

^-
д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ч^е^с^к^и^е
фо^р^м^и^р^о^в^а^н^и^я
из^а^р^а^бов^Б^л^и^ж^н^е^г^{о
и С}^р^е^д^не^г^о
В^о^с^т^о^к^а
и

^С^е^в^е^р^н^о^й
А^ф^р^и^ки
и^п^ре^д^с^т^а^в^и^т^е^л^ей^м^у^с^у^л^ьм^а^н^с^к^и^х
н^а^р^о^д^о^в
И^н^ди^и^;

- добровольческие формирования из балканских мусульман;

^-
д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ч^е^с^к^и^е
фо^р^м^и^р^о^в^а^н^и^я
из^м^у^с^ул^ь^м^а^{н
- г}^р^а^ж^д^а^н
С^С^СР.

Что касается политических причин их создания, то об этом было уже достаточно сказано выше. Военные же причины также имели некоторые особенности, связанные обычно с политическими планами их использования.

Процесс создания и использования мусульманских формирований подвергался тем же изменениям, какие происходили вообще с иностранными добровольческими формированиями. При этом действовали те же причины, под воздействием которых менялось, например, их функциональное назначение.

^О^д^н^а^ко^п^о
с^в^о^е^му^с^та^т^у^с^у
м^у^с^у^л^ь^м^а^н^с^к^и^е^ф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^и^я
с^т^о^я^ли
г^о^р^а^з^д^о
в^ы^ше

многих других иностранных формирований. Он был только немного ниже статуса германских, казачьих и хорватских частей, но зато гораздо выше, чем у частей из славянских, восточноевропейских и некоторых западноевропейских народов. Так, например, А. Розенберг в своей докладной записке "Вопрос о кавказских воинских частях", составленной 27 марта 1942 г., писал: "Можно уже сказать, что использование кавказских воинских

частей Великогерманской империей произведет глубочайшее впечатление на эти народы, в частности, когда они еще узнают, что только им и туркестанцам фюрер оказал эту честь"{22}.

История национальной политики Третьего рейха в период Второй мировой войны свидетельствует о том, что статус того или иного народа и соответственно добровольческих формирований, укомплектованных его представителями, только повышался. Иначе и быть не могло. Приближаясь к своему краху, гитлеровская Германия все больше нуждалась пусть даже в фиктивных, но союзниках. И этот процесс убыстрялся по мере того, как ее покидали настоящие союзники.

^О^б^ы^ч^но^п^о^в^ы^ш^е^н^ие^с^та^т^у^с^а
к^а^к^о^г^о^-^л^и^б^о
до^б^р^о^в^о^л^ь^ч^е^с^к^о^г^о
ф^о^рм^и^р^о^в^а^н^и^я
(в

том числе и мусульманского) происходило первоначально в политической сфере и было связано с признанием правительством Германии какого-либо "национального комитета" "полномочным представителем" или "временным правительством" данного народа. При этом все добровольческие формирования, укомплектованные представителями этого народа, объявлялись

"национально-освободительной армией" и получали статус союзника Германии. Но так как эти формирования были разбросаны по всем фронтам, собрать их вместе до конца войны не удавалось и все решения о создании "национально- освободительных армий" оставались таким образом на бумаге. Прежде всего это касается добровольческих формирований из представителей народов СССР, в том числе и мусульманских. В 1945 г. немцы подобным образом попытались создать Национальную армию Туркестана, Кавказскую национально- освободительную армию и Вооруженные силы КОНР.

^П^о^с^л^е
п^о^в^ы^ш^е^н^и^я
п^о^ли^т^и^ч^е^с^к^о^го^с^т^а^т^у^са
и^н^о^с^т^р^а^н^н^о^го^д^о^б^р^о^во^л^ь^ч^е^с^к^о^го

формирования обычно происходило повышение и его военного статуса как среди таких же иностранных формирований, так и в системе германских вооруженных сил. Об этом можно было судить по следующим признакам.

Во-первых, происходило укрупнение (обычно до уровня дивизии/корпуса) частей с однородным национальным составом. Так, предопределяя на начальном этапе войны создание иностранных добровольческих формирований численностью не более полка, а в исключительных случаях и батальона, немцы опасались их дальнейшего давления на немецкие власти, если эти формирования находились, например, в тыловом районе. Или чтобы они не взбунтовались и не открыли фронт врагу, если это была боевая часть. Однако уже ближе к концу войны немецкое командование, наоборот, стало

заинтересовано в создании более крупных добровольческих формирований. Например, сформированный в ноябре декабре 1943 г. 1-й Восточно- мусульманский полк СС уже в октябре 1944 г. был реорганизован в часть бригадного типа - Восточно-тюркское соединение СС.

^В^о^-^в^т^о^р^ы^х,^т^от^и^ли
и^н^ой^с^т^а^т^у^с
ф^о^р^м^и^р^ов^а^н^и^я
т^а^к^ж^е
з^а^в^и^с^е^л^о^т
с^т^е^п^е^н^и

доверия немецкого командования к его личному составу. Обычно это выражалось в соотношении немецкого и национального кадрового персонала. Так, стандартный полевой батальон любого восточного легиона, который комплектовался из добровольцев - мусульман Кавказа, Закавказья и Средней

Азии, согласно "Постановлению для формирования восточных легионов" от 24 апреля 1943 г., должен был иметь 37 человек немецкого кадрового персонала на 800-900 человек добровольцев. Тогда как в Калмыцком кавалерийском корпусе, имевшем очень высокий статус, в марте 1943 г. было 6 человек немцев на 2200 калмыцких добровольцев.

И, наконец, в-третьих, повышение статуса формирования было связано с изменением его номенклатуры в системе германских вооруженных сил и теми знаками отличия и символикой, которые были приняты в этом формировании. Подобная практика имела место ив вермахте, но прежде всего это касалось частей и соединений войск СС, для приема в которые огромную роль играли "расовые стандарты".

^С^о^г^л^а^с^но^э^т^и^м
с^т^а^н^да^р^т^а^м
в^с^е
л^е^г^и^о^н^ы,
п^о^л^к^и,^б^р^и^г^а^ды
и^д^ив^и^з^и^и
в^о^й^с^к
С^С^,

^на^б^р^а^н^н^ые^и^з
и^н^о^с^т^р^ан^н^ых^д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ц^е^в,
д^е^л^и^л^и^сь^н^а:

- "добровольческие", укомплектованные так называемыми фольксдойче лицами немецкой национальности, которые до 1 сентября 1939 г. проживали за границами Германии. Например: 7-я добровольческая горно-егерская дивизия

СС "Принц Евгений" (7. SS-Freiwilligen-Gebirgsjager-Division "Print

^Eu^g^eⁿ^");

- "добровольческие", укомплектованные представителями германских народностей. Например: 23-я добровольческая моторизованная дивизия СС "Нидерланды" (23. Freiwilligen-Panzer - Grenadier-Division "Nederland");

- части войск СС, укомплектованные представителями негерманских народностей. Например: 21-я горно-егерская дивизия войск СС "Скандербег" (албанская № 1) (21. Waffen-Gebirgsjager-Division der SS "Skanderbeg" (albanische Nr.l).

Первые две категории иностранных частей войск СС имели высокий статус и фактически приравнивались к таким дивизиям СС, как "Адольф Гитлер", "Рейх" и "Мертвая голова", набранным среди "рейхсдойче" - лиц немецкой

национальности, проживавших до 1 сентября 1939 г. на территории Германии. В случае же с последней категорией частей СС имелось в виду, что эти

добровольцы находились как бы на службе у СС, а не в самих СС. Согласно правилам им запрещалось ношение на воротнике петлиц с эсэсовскими руническими знаками (сдвоенные молнии). Для них были введены петлицы со специальными эмблемами, обычно отражающими историческую традицию появления того или иного формирования. Кроме того, настоящим членом СС считался только тот, кто имел приставку "СС-" в дополнение.к своему званию. Например, СС-штурмбаннфюрер - в "добровольческой" дивизии СС в просто дивизии войск СС имел приставку "Ваффен" (см. табл. 6.)

Поскольку немецкая национальная политика изменялась постепенно, были постепенными и вышеуказанные изменения в статусе того или иного иностранного добровольческого формирования. Как правило, они находили

свое отражение в нормативных документах различных органов командования германских вооруженных сил, имевших дело с иностранными добровольческими формированиями. Вот, например, как происходило изменение статуса одной из категорий мусульманских формирований - восточных легионов.

Так, приказом Главного командования сухопутных сил № 2380/42 от 2 июня

1942 г. были утверждены воинские звания и знаки различия восточных легионов. Всего было установлено 8 званий по занимаемым должностям: начиная от легионера (рядовой) и заканчивая командиром батальона. Этот

приказ свидетельствует о том, что бойцы этих легионов пока что имели

очень низкий статус в германских вооруженных силах, так как у них даже не было персональных воинских званий.

Убедившись в боеспособности и лояльности этих формирований, германское командование несколько повысило их статус. Результатом этого явилась инструкция начальника Генштаба сухопутных войск генерал-полковника Ф. Гальдера № 8000/42 от 17 августа 1942 г. "Положение о местных вспомогательных формированиях на Востоке". В нем все добровольческие формирования из граждан СССР были разделены по категориям согласно их политической благонадежности и боевым качествам. Так, представители тюркских народностей и казаки выделялись в отдельную категорию "равноправных союзников, сражающихся плечом к плечу с германскими солдатами против большевизма в составе особых боевых частей", таких как "туркестанские" батальоны, казачьи части и крымско-татарские формирования. Для сравнения следует сказать, что это было в то время, когда представители славянских и даже прибалтийских народов использовались лишь в составе охранных, транспортных и хозяйственных частей вермахта.

А уже 29 апреля 1943 г. новый начальник Генштаба генерал-полковник К. Цейтцлер подписал новый приказ, как бы дополнявший предыдущий, № Р/500/43

"Местные вспомогательные силы на Востоке - добровольцы". В нем все "добровольно перешедшие на немецкую сторону" объявлялись "не военнопленными, а добровольцами". За ними сохранялись их персональные воинские звания, которые они получили в Красной Армии, и устанавливалась, согласно этим званиям, категория льгот. Помимо этого, им предоставлялась свобода выбора: остаться в составе какой-нибудь германской части или выбрать "один из национально-освободительных легионов".

29 мая 1943 г. в соответствии с приказом организационного отдела Генштаба сухопутных войск № 14124/43 все введенные ранее звания были заменены на персональные, "закреплявшиеся за их обладателями вне зависимости от занимаемой должности": начиная от добровольца (рядовой) и заканчивая полковником. Приказом же от 29 декабря 1943 г. к ним прибавилось три генеральских чина: генерал-майор, генерал-лейтенант, генерал (см. табл. 6).

^П^р^и^к^а^з^ом^г^е^н^е^р^а^л^а^-^ин^с^п^е^к^т^о^р^а
д^о^б^р^о^в^о^л^ьч^е^с^к^их^ф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^и^й^о^т
20^ф^е^в^р^а^ля

и начальника организационного отдела Генштаба сухопутных войск от 14 марта 1944 г. на личный состав восточных легионов распространялась

германская система воинских званий.

^Э^т^и
п^о^с^л^е^д^н^и^е
м^е^р^о^пр^и^я^т^ия^с^в^и^д^е^т^е^л^ь^с^т^во^в^а^л^{и
о т}^о^м,^ч^то^з^а^л^и^ч^н^ы^м

составом восточных легионов отныне был официально закреплен статус если и не равный статусу немцев, то, во всяком случае, одинаковый со статусом бойцов иностранных добровольческих формирований, набранных из "нордических" народов.

Таким образом, мусульманские части представляли собой отдельную

^ка^т^е^г^о^р^ию
в^с^и^с^т^е^ме
и^н^о^с^т^р^а^н^н^ы^х
д^о^б^р^о^в^ол^ь^ч^е^с^к^их^ф^о^р^м^и^р^о^в^а^ний^п^р^е^ж^д^е
в^с^е^г^о

благодаря своему высокому военному и политическому статусу.

Хотя иностранные добровольческие формирования и представляли собой отдельную категорию германских вооруженных сил, их нельзя назвать самостоятельным родом войск, так как военнослужащие этой категории

входили в состав всех видов германских вооруженных сил. Они не имели даже единого органа управления: каждый вид вооруженных сил руководил своими иностранными добровольческими формированиями самостоятельно и отдельно от других.

Поскольку война есть акт политический и является инструментом, при помощи которого достигаются определенные политические цели, постольку и предпосылки процесса создания и использования иностранных добровольческих формирований прежде всего политические. Они лежат в сфере взаимодействия приоритетов немецкой внешней политики, которые с конца XIX в. и до

прихода нацистов к власти практически не изменились, и планов нацистского руководства относительно места того или иного народа в системе будущего "нового порядка". Условия же создания и использования иностранных добровольческих формирований, а также их изменения зависели от эволюции германской внешней, оккупационной и национальной политики, которые в период Второй мировой войны находились под влиянием событий на фронтах.

Следует признать, что две последние играли наиболее важную роль, причем национальная политика зачастую была инструментом проведения оккупационной.

^И^м^е^н^но^в^с^л^е^д^с^т^в^и^е
пр^и^о^р^и^т^е^т^{а
в г}^е^р^м^а^н^ск^о^й
в^н^е^ш^н^е^й
п^о^л^и^т^и^ке

"мусульманского фактора", геополитического положения регионов, где проживало мусульманское население, а также некоторых религиозных особенностей ислама, связанных, например, с понятием о "священной войне" против "неверных", в системе иностранных добровольческих формирований и были созданы мусульманские формирования. Со стороны же мусульманских

добровольцев определяющими при вступлении в эти формирования были причины главным образом национального характера с большей или меньшей степенью влияния религиозного фактора.

Политический и военный статус мусульманских формирований практически с самого начала их создания был высок и неуклонно возрастал. Однако, несмотря на то, что ислам все-таки играл определенную роль в изменении их статуса, она не была определяющей. Эта роль была подчиненной в использовании германским военно-политическим руководством национального вопроса. В результате к весне 1945 г. военно-политический статус мусульманских формирований достиг очень высокого уровня. В политической сфере они были признаны союзными Германии армиями. В военной же сфере их бойцы и командиры стали пользоваться почти такими же правами, что и

немцы. Глава 2.

Особенности организации и подготовки мусульманских добровольческих формирований в германских вооруженных силах

Изучение процесса организации и подготовки какого-либо воинского формирования охватывает круг вопросов, касающихся:

* причин и целей создания данного формирования;

* его номенклатуры внутри системы вооруженных сил (внутри системы как собственно мусульманских формирований, так и германских вооруженных сил);

* его кадрового состава (это соотношение его немецкого и национального кадрового персонала);

* динамики численности личного состава формирования;

^*
о^р^г^а^н^и^з^а^ц^и^о^н^н^о^й
ст^р^у^к^т^у^р^ы^{²³^}^;

* смены командования.

При изучении процесса подготовки какого-либо воинского формирования прежде всего следует выделить его военную и политическую подготовку. Однако если первая была стандартной и одинаковой для каждого конкретного рода войск германских вооруженных сил, то вторая имела ряд особенностей. Кроме того, рассматривая процесс политической подготовки такой категории иностранных добровольческих формирований, как мусульманские формирования, особое внимание следует уделить влиянию на этот процесс ислама.

Арабы и представители мусульманских народов Индии в германских вооруженных силах

Непосредственной причиной создания и использования арабских добровольческих формирований послужили события, связанные с так

называемой 30-дневной войной Ирака и Англии. Реагируя на эти события, ОКБ

23 мая 1941 г. подписало специальную директиву № 30 "Средний Восток", в которой было заявлено, что "необходимо способствовать развитию событий на Среднем Востоке путем поддержки Ирака".

Согласно этой директиве, одной из первоочередных задач, направленных на поддержку Ирака, была признана вербовка добровольцев среди арабского населения Сирии и Палестины. Решение этого вопроса было возложено на советника в ранге посла и особоуполномоченного германского МИДа в Сирии Р. Рана.

После специальной подготовки и организации в небольшие мобильные группы этих добровольцев предполагалось либо переправить в Ирак, либо использовать на территории Сирии. В задачу этих групп входило совершение диверсионных актов на пути следования в Ирак английских войск. Несмотря на свою полную самостоятельность, все эти группы номинально входили в

Арабский легион. Главным местом его формирования и дислокации был выбран сирийский город Алеппо.

^По^м^н^е^н^и^ю
с^о^в^е^т^с^к^о^го
и^с^т^о^р^и^ка^Ф^.^Я^.
Р^у^мя^н^ц^е^в^а^{,
в л}^е^г^и^он^в^ст^у^п^а^ли

"авантюристы, уголовные элементы и другие подозрительные личности, а также контрабандисты, действовавшие в районе сирийско-турецкой границы"{24}. Однако это было так только отчасти. Главный контингент данных групп составляли прежде всего антибритански настроенные арабы, которые шли служить в них добровольно или из идейных побуждений. Тем не менее следует признать, что набор в Арабский легион шел не только на

идейной основе. По свидетельству самого Рана, некоторые "добровольцы" требовали оплачивать их работу из расчета "один сирийский фунт в день". Поскольку Ран не был ограничен в средствах, то "как-то за один день ему удалось набрать 500 человек".

Деятельность Рана продолжалась до начала июля 1941 г., когда англичане и войска "Свободной Франции" генерала де Голля заняли Алеппо. Ему удалось бежать на север Сирии, а затем в Германию. Легион был расформирован, а часть добровольцев было решено передать абверу для укомплектования его диверсионных частей.

^Т^а^к^и^м
о^б^р^а^з^о^м,^п^о^п^ыт^к^а
ф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^ия^п^ер^в^о^г^о
А^р^а^б^с^к^о^г^о
л^е^ги^о^на^п^о^т^е^р^п^е^ла

неудачу. Из-за быстро изменившейся военной обстановки немцы даже не успели ввести его в действие. Исключение составляет только группа под командованием майора Ф. Каукаджи, который был одним из организаторов антианглийского восстания в Палестине в 1936-1939 гг. Эта группа действовала, и довольно успешно, в течение всей англо-иракской кампании в качестве партизанского отряда.

Как уже говорилось выше, с целью координации всех немецких усилий на Ближнем и Среднем Востоке, согласно директиве № 30, был создан Особый штаб "Ф". Однако, помимо вопросов политического, разведывательного и пропагандистского характера, на него были также возложены задачи по созданию и подготовке арабских добровольческих формирований для их дальнейшего использования в указанных регионах.

Особый штаб "Ф" был учрежден и организован в течение мая 1941 г. Местом его дислокации был избран лагерь на мысе Сунион (южная Греция). Поскольку основным направлением деятельности штаба был определен Ближний и Средний Восток, а также работа с выходцами из этого региона, его персонал был подобран соответствующим образом. Военным и политическим руководителем штаба, чье имя он носил, был генерал-майор авиации Г. Фельми, долгое

^вр^е^мя^р^а^б^о^т^а^в^ш^и^й
в^о^ен^н^ым^и^н^с^т^р^у^к^т^о^р^о^м
в^Т^у^р^ц^и^{и
и с}^т^р^а^н^а^х
тр^о^п^и^ч^е^с^к^ой

Африки. Начальником оперативного отдела штаба Фельми был майор Р. Майер, служивший в свое время в Турции, Палестине, Ираке и Алжире.

К штабу был также прикомандирован представитель абвера - офицер по особо важным делам О. Риттер фон Нидермайер. Это был известный специалист по Ближнему Востоку, который еще в 1915-1916 гг. участвовал в специальной германской миссии в Кабул с целью привлечения Афганистана для участия в Первой мировой войне на стороне Германии.

^По^р^е^к^о^м^е^н^д^а^ц^и^и
М^И^{Да
и л}^и^ч^н^о
И.^ф^он^Р^иб^б^е^н^т^р^о^п^а
"^о^с^о^б^о^у^п^ол^н^о^м^о^ч^е^н^н^ы^м
по

арабским странам" при штабе был назначен генерал Ф. Гробба, бывший с октября 1932 г. германским посланником в Багдаде, а с 1 января по 3 сентября 1939 г. - посланником в Саудовской Аравии. С начала 1942 г. он совмещал работу в Особом штабе "Ф" с деятельностью в качестве

председателя Арабского комитета, созданного при МИДе для обработки и обобщения материалов по Ближнему Востоку. Именно через Гроббу осуществлялись все контакты генерала Фельми и его штаба с лидерами арабского национально-освободительного движения аль-Хусейни и аль- Гайлани.

Во всех военных вопросах Особый штаб "Ф" непосредственно подчинялся ОКБ, а в вопросах политики его действия согласовывались с МИДом.

Руководящим документом для штаба являлась "Служебная инструкция Особому штабу "Ф", разработанная и подписанная 21 сентября 1941 г. заместителем начальника Штаба оперативного руководства ОКВ генералом В. Варлимонтом. Согласно ей штаб был наделен правами "центральной инстанции, занимающейся

всеми вопросами арабского мира, касающимися вермахта", в том числе созданием и использованием арабских добровольческих формирований.

^Я^д^р^о^м
п^о^д^о^б^н^ых^ф^о^р^ми^р^о^в^а^н^ий^п^ри^О^с^о^б^о^м^ш^т^а^бе^"^Ф"^д^о^л^ж^н^а
бы^л^а
с^т^а^т^ь

^сф^о^р^м^и^р^о^в^а^н^н^а^{я
в и}^ю^ле
1⁹⁴¹^г^.
у^ч^е^б^н^а^я
гр^у^п^п^а
из^а^р^а^б^о^в,^и^ли
"^г^е^р^м^а^н^о^-

^ар^а^б^с^к^а^я
у^ч^е^б^н^а^я
г^р^уп^п^а^"^.

По договору генерала Фельми с арабскими лидерами - аль-Хусейни и аль- Гайлани - учебная группа из арабов должна была быть впоследствии развернута в новый Арабский легион. Первоначально этот легион был задуман как "школа младших командиров", которая должна была подготовить из арабов

100 унтер-офицеров и младших лейтенантов. Последние, в свою очередь, должны были взять на себя обучение следующей группы из 500-1000 человек. В дальнейшем, согласно планам немецкого командования, большая часть этих младших командиров должна была стать инструкторами для вновь сформированных иракских и сирийских дивизий.

Оба арабских лидера обязались поставлять пополнение для германо-арабской учебной группы. В связи с этим в конце ноября 1941 г. состоялась встреча между Гроббой и муфтием аль-Хусейни. На этой встрече муфтий для укомплектования будущего Арабского легиона предложил использовать следующие кадры:

^-
п^а^л^е^с^т^и^н^с^к^их^а^р^а^бо^в^,
п^о^п^а^в^ш^их
в^п^л^е^н
к^н^е^м^е^ц^к^и^м
в^о^й^с^к^а^м;

- арабских офицеров из Сирии, Палестины и Ирака, нуждавшихся в переезде из Турции в Германию;

- военнопленных арабов из французской Северной Африки, находившихся на оккупированной территории Франции;

- арабов - выходцев из Северной Африки, проживавших во Франции;

- связанных с муфтием "надежных" арабов из Марокко.

По рекомендации Гроббы военное руководство ограничилось только лишь арабскими студентами, обучавшимися в учебных заведениях оккупированных Германией стран Европы. Кроме того, в распоряжение Особого штаба "Ф" были переданы остатки расформированного сирийского Арабского легиона Р. Рана.

Первоначально в состав германо-арабской учебной группы входило 27

арабов, численность которых через несколько месяцев планировалось довести до 200 человек. Однако благодаря усилиям аль-Хусейни и аль-Гай-лани к

июлю 1942 г. в этой группе было уже 243 человека: 24 иракца, 112 сирийцев и палестинцев и 107 арабов из Северной Африки. Организационно эти добровольцы были распределены по восьми учебным взводам, где проходили подготовку под руководством немецких офицеров, владевших арабским языком.

^И^с^п^о^л^ь^з^о^в^а^н^и^е
А^р^а^б^ск^о^го^л^е^г^и^о^на^д^о^л^ж^н^о^б^ы^л^о
н^а^ч^а^т^ь^ся^п^о^с^ле
в^с^т^у^п^л^е^н^ия

немецких войск в "арабское пространство". Поэтому после прохождения курса подготовки германо-арабская учебная группа должна была стать ядром

Корпуса особого назначения "Ф" (Sonderkorps i. b. V. "F"), который предполагалось создать при Особом штабе "Ф".

Кроме арабских добровольцев, в этот корпус предполагалось включить также немецкий персонал (первоначально 20 офицеров и 200 унтер-офицеров) в основном из 800-й дивизии специального назначения "Бранденбург". В конце мая - начале июня 1941 г. в Потсдаме на основе немецкого персонала были созданы два небольших соединения особого назначения (Sonderverbande z. b. V.) № 287 и 288.

Соединение № 288, состоявшее целиком из немцев, уже в июле - августе

¹⁹⁴^2
г.^б^ы^л^о
п^е^р^е^б^р^ош^е^но
в^С^е^в^е^р^н^у^ю
А^ф^ри^к^у.

Несколько иначе сложилась судьба соединения № 287. Его предполагалось сделать ударной силой при завоевании Ближнего Востока, поэтому германо- арабскую учебную группу было решено включить в его состав.

Для решения поставленных перед соединением задач оно должно было иметь такую структуру, которая бы позволяла (независимо от того, действует ли оно в полном составе или группами) выполнять тяжелые задания, в том числе и в пустыне. Поэтому, хотя соединение проходило по документам как обычный батальон, на самом деле в военном отношении оно было гораздо сильнее. Сначала в нем проходили службу 2200 солдат и офицеров. По штатам германской армии в обычном пехотном батальоне должно было быть 3-4 роты,

^в^с^о^е^д^и^н^е^н^и^и
же^и^х
бы^л^о
7:

- 1-я арабская добровольческая рота;

- 2-я горно-егерская рота;

^-
3^-^я
п^е^х^о^т^н^ая^р^о^т^а;

^-
4^-^я
р^а^з^в^е^д^ы^в^а^т^е^л^ьн^а^я
р^о^т^а^;

^-
5^-^я
а^р^т^и^л^л^е^р^и^й^с^к^ая
р^о^т^а^;

^-
6^-^я
р^о^та^п^р^о^т^и^в^о^в^о^з^д^у^ш^н^ой^о^б^о^р^о^н^ы^;

^-
7^-^я
п^р^о^т^и^в^о^т^а^н^к^о^вая^р^о^т^а.

Соединение было полностью моторизовано и оснащено самым современным вооружением и снаряжением. О его "особой миссии" говорит, например, тот

факт, что, помимо чисто боевых подразделений, в его состав входили также взвод пропаганды и взвод, который занимался анализом состояния воды, т.е. передвижная лаборатория.

Эта "особая миссия" соединения № 287, писал немецкий историк X. Тиллман, заключалась в том, что оно было предназначено "в первую очередь для использования впоследствии в боевых действиях в Сирийской пустыне, в районе между Сирией и Ираком, где оно, будучи расчлененным на более

мелкие боевые единицы, должно будет оперировать совместно с арабскими кадровыми и добровольческими силами"{25}. В дальнейшем в течение 1942 г. Особому штабу "Ф" должны были быть приданы еще 2-3 подобных соединения.

^В
и^ю^ле¹⁹⁴^2
г.^н^е^м^ец^к^ие^в^о^й^с^к^а
в^ы^ш^л^и
к^п^р^е^д^г^о^р^ь^я^м
К^а^в^к^а^з^{а.
В с}^в^я^з^и
с

этим было принято решение о прорыве через Кавказский хребет в Иран и Ирак для последующего соединения с наступающим из Ливии Африканским корпусом

Э. Роммеля. При этом соединение № 287 предполагалось использовать в качестве главной ударной силы. Поэтому уже 20 августа 1942 г. ОКБ приняло решение приступить к развертыванию соединения № 287 на базе Особого штаба "Ф" в Корпус особого назначения "Ф" и о его переброске в резерв штаба группы армий "А", которая наступала на кавказском направлении.

^П^о^с^л^е
п^е^р^е^ф^о^р^м^и^р^о^в^ан^и^я
с^о^е^д^и^н^е^н^ия
№²^{87
в К}^о^р^п^ус^о^с^о^б^о^го
н^а^з^н^а^ч^е^н^ия^"^Ф"

его численность равнялась 5931 человеку. Личный состав корпуса, помимо соответствующей военной и политической подготовки, занимался изучением географии и истории стран Ближнего и Среднего Востока (особенно Ирана, арабских стран и Индии). За короткий срок солдаты изучили рельеф и природные условия этого региона, начиная с североиранской границы и кончая Индией. Солдаты и офицеры были обучены турецкому, персидскому,

арабскому и другим восточным языкам, также они знали французский и английский, а солдаты выходцы из ближневосточных стран (кроме студентов) - обучались и немецкому.

В составе корпуса имелись подразделения и части всех родов войск, что позволяло ему действовать совершенно самостоятельно, без помощи и поддержки других соединений. На этом основании с 31 октября 1942 г. в нормативных документах германского командования корпус "Ф" учитывался как армейский корпус - самостоятельное подвижное соединение. На момент включения в группу армий "А" в состав корпуса входили:

^-
ш^т^аб^к^о^р^п^у^с^а^;

- 3 усиленных моторизованных батальона, в каждом из которых было по 1000 солдат и офицеров. 1-й и 2-й батальоны были укомплектованы исключительно немцами, а 3-й полностью состоял из арабов, обучавшихся в германо- арабской учебной группе. Каждый батальон по составу и вооружению, по тактическим и огневым возможностям приравнивался к полку;

- отдельный танковый батальон (25 тяжелых и средних танков);

- авиационный отряд (25 самолетов);

^-
р^о^та^с^в^я^з^и^;

^-
с^а^п^е^р^н^ая^р^о^т^а;

^-
м^и^н^о^м^е^т^н^ая^р^о^т^а;

^-
р^а^з^в^е^д^ы^в^а^т^е^л^ь^н^ый
о^т^р^я^д
на^б^р^о^н^е^м^а^ш^и^нах
и^м^о^т^о^ц^и^к^л^а^х;

^-
к^а^в^а^л^е^р^и^й^с^к^и^й
э^с^ка^д^р^о^н;

^-
в^з^в^о^д
м^е^т^е^о^р^о^л^о^г^ич^е^с^к^ой^с^л^у^ж^б^ы;

^-
к^о^л^о^н^н^а
а^в^т^о^м^о^б^и^ле^й^.

Артиллерия корпуса состояла из дивизиона четырех-батарейного состава, батареи 105-мм штурмовых орудий, тяжелого зенитного дивизиона трехбатарейного состава и легкого зенитного дивизиона 20-мм пушек.

Кроме этого, в корпусе имелись тыловые подразделения (санчасть, хлебопекарня, мясобойня и различные передвижные мастерские), а также передвижная типография с набором арабских шрифтов, обслуживавшаяся наборщиками-арабами.

^К^о^р^п^ус^б^ыл^п^о^л^н^о^с^т^ью
м^е^х^а^н^и^з^и^р^о^в^а^{н
и ра}^с^п^о^л^а^г^а^л
в^о^з^м^о^ж^н^о^ст^ь^ю
п^р^и

^на^с^т^у^п^л^е^н^ии^в^е^р^м^а^х^т^а^н^а
И^р^ак^в^о^о^р^у^ж^и^ть
ц^е^л^у^ю
д^и^в^и^з^и^ю
из^д^об^р^о^в^о^л^ь^ц^е^в^.

^В
с^о^в^р^е^м^е^н^н^о^й
и^с^т^о^ри^ч^е^с^к^о^й
л^и^т^е^р^а^т^у^р^е^,^п^о^с^в^я^щ^е^н^н^ой^В^т^о^р^о^й^м^и^р^о^в^ой^в^о^й^не

, утвердилось мнение, что Корпус особого назначения "Ф", Арабский легион и Легион свободных арабов (Fries Arabien Legion) - это одно и то же

Однако корпус "Ф" никогда официально так не назывался. Этим общим названием скорее пропагандистского, чем организационного характера было принято обозначать всех тех арабов, которые воевали в составе германских вооруженных сил, отличая их таким образом от других национальных групп добровольцев. Многие из этих добровольцев входили в состав подразделений

и частей, которые были сформированы в течение 1941-1942 гг. независимо от корпуса "Ф".

Местом создания этих формирований прежде всего следует назвать Францию и принадлежавшие ей колонии в Северной Африке. Так, значительное число арабов, проживавших во Франции, было зачислено в новое добровольческое формирование, созданное под эгидой вермахта. Это был Легион французских добровольцев (Legion des Volontaires Frangais), или Легион "Триколор". В немецкой же военной документации он значился как 638-й усиленный пехотный полк (Verstarkten Infanterie Regiment №638), Легион был создан по инициативе французского правительства в Виши и, как пишет современный французский историк Ж.-А. Суту, "являясь формой опосредованного военного сотрудничества, обозначал символическую, но очень важную взаимосвязь между... вхождением Франции в новый европейский порядок и планами

^во^е^н^н^о^г^о
с^о^т^р^у^д^н^и^ч^е^ст^в^{а
с Г}^е^р^м^а^н^и^е^й^"^{²^6}.^Т^а^к^им^о^б^р^а^з^о^м^,
его^с^о^з^д^а^н^и^е

явилось частью немецкой пропагандистской кампании по вербовке иностранных добровольцев для "крестового похода против большевизма".

Набор в этот легион начался в июле 1941 г., а уже в августе весь набранный контингент был отправлен в Польшу, в учебный лагерь Дебице, для прохождения там необходимой подготовки. В результате было сформировано 3 батальона (1-й и 2-й - из французов и 3-й - из "цветных", т.е. арабов из Франции и Алжира). Командиром легиона был назначен полковник Р. Лабонн, который находился на этой должности с августа 1941 г. по март 1942 г. В октябре 1941 г. легион был направлен из Дебице на Восточный фронт, где вошел в состав 7-й пехотной дивизии вермахта.

Немецкая 715-я пехотная дивизия, стоявшая гарнизоном на юге Франции, также принимала в свой состав добровольцев-мусульман: в экспериментальных целях ее командованием было создано подразделение под названием Немецко- арабский пехотный батальон № 845 (Deutsch-Arabische Infanterie Bataillon

№ 845).

8 ноября 1942 г. началась высадка англо-американских войск в Северной Африке. Вскоре они захватили все побережье Средиземного моря, и только Тунис оставался под контролем государств "Оси". В целях его защиты немецкое командование решило использовать и местных добровольцев- мусульман. Так, ими было создано крупное формирование, известное как Немецко-арабский учебный дивизион (Deutsch-Arabische LehrAbteilung).

Он находился в подчинении штаба 5-й немецкой танковой армии и первоначально насчитывал 392 человека. Однако уже к началу 1943 г. в его составе было 5 батальонов по 500-600 человек в каждом.

^П^р^а^в^и^т^е^л^ь^с^т^в^ом^В^и^ш^и^п^ри^п^о^д^д^е^р^ж^ке^н^е^м^ец^к^о^г^о
к^о^м^а^н^д^о^в^а^н^ия
т^а^к^ж^е
б^ы^ла

сформирована добровольческая часть, которая должна была участвовать в обороне Туниса от англо-американских войск. Так, уже 22 ноября 1943 г. было объявлено о создании Имперского легиона (Legion Imperiale). По замыслам его создателей, он должен был состоять из 6 батальонов, однако к

8 января 1943 г. удалось сформировать только один (и, как оказалось, единственный), который впоследствии стал известен как Африканская фаланга (Phalanga Africaine), или Легион французских добровольцев в Тунисе

^(L^e^gⁱ^on^d^es^V^o^l^oⁿ^t^a^ir^e^s
F^mⁿ^g^aⁱ^se^d^e
T^uⁿⁱ^sⁱ^e^).^П^е^р^в^о^н^а^ч^а^л^ь^но
е^г^о
л^и^ч^н^ый

состав насчитывал 406 человек (274 местных француза и 132 араба), однако вскоре уже вырос до 450 (300 французов и 150 арабов). Командиром этого легиона был назначен майор П. Кри-стофини. После трехмесячного обучения это формирование было отправлено на Тунисский фронт, где вошло в состав

⁷⁵⁴^-^г^о
п^е^х^о^т^н^о^г^о
п^о^лка³³⁴^-й^н^е^м^е^ц^к^о^й
пе^х^о^т^н^о^й
д^и^в^и^з^и^и.

Создание индийских добровольческих формирований было обусловлено теми же причинами, что и создание арабских. Однако непосредственным толчком к этому процессу послужили другие события.

В апреле 1941 г. большая часть бойцов 3-й индийской моторизованной бригады, входивших в состав английской армии, была захвачена в плен в ходе боев при Эль-Мекили в Ливии. После бесед с военнопленными выяснилось, что "индийские войска в Африке плохо вооружены, и англичане обращаются с ними очень грубо. Отношение же индийцев к... фюреру почтительное". При этом многие из них говорили, что готовы вступить в будущие индийские формирования вермахта.

^Р^е^з^у^л^ь^т^а^т^о^м
э^т^их^б^ес^е^д
б^ы^ло^т^о,^ч^{то
в м}^а^е
1⁹⁴¹^г^{.
в А}^н^н^а^бу^р^ге
(Г^е^р^м^а^н^и^я⁾

^был^с^о^з^д^а^н
л^а^г^е^рь^с^о^с^п^е^ц^и^а^л^ь^н^о
о^т^о^б^р^а^нн^ы^ми^в^о^е^н^н^о^п^л^е^н^н^ы^м^и^-^и^н^д^и^й^ц^а^ми
(10

тыс. человек). Там военнопленных часто посещал лидер индийского национально-освободительного движения С.Ч. Бос, выступавший перед ними с речами, в которых призывал их вступать в добровольческое формирование, название которого звучало как Индийский легион, Легион "Свободная Индия" ( "Azad Hind") или Легион "Тигр".

В конце концов под воздействием совместных усилий Боса и германского командования были отобраны 6 тыс. военнопленных-индийцев, которых собрали в лагере Франкенбург (Саксония). Здесь из них началось формирование Легиона "Свободная Индия", который со временем должен был стать ядром союзной Германии Индийской национальной армии (Jai Hind). Помимо

^ин^д^и^й^ц^е^в,^в^з^я^т^ы^{х
в пл}^е^{н
в С}^е^в^е^р^н^ой^А^ф^р^ик^е^{,
в с}^о^с^т^ав^л^е^г^и^о^на
б^ы^ли^т^а^к^же

^вк^л^ю^ч^е^н^ы
и^н^д^и^й^с^к^и^е
гр^а^ж^д^а^н^с^к^ие^л^и^ц^а,^п^ро^ж^и^в^а^в^ш^и^{е
в Г}^е^р^м^а^н^ии.^К^р^о^ме^т^о^г^о,

в декабре 1941 г. итальянское командование обязалось отправить в Германию своих военнопленных-индийцев, которые также должны были войти в состав немецкого Индийского легиона. Так, в феврале 1942 г. были отправлены 6 человек, в марте - около 40, всего же к лету 1942 г. - 500 человек.

В отличие от британской практики создания частей индийской армии, в которой лица разных национальностей и вероисповеданий служили в разных подразделениях, входившие в Индийский легион батальоны и роты предполагалось сделать смешанными как по религиозному, так и по национальному составу. Поэтому в нем бок о бок должны были служить мусульмане, индусы и сикхи. При этом ни мусульманам, ни индусам не было дано никаких льгот, связанных с их религией. Единственными, кто пользовался ими, были сикхи. Из уважения к их религиозным чувствам, немецкое командование позволило им в качестве полевого головного убора носить традиционный тюрбан. Таким образом, приблизительно 2/3 бойцов легиона были мусульманами, а 1/3 - индусами и сикхами.

^О^ф^и^ц^и^а^л^ь^н^ы^м
я^з^ы^к^ом
д^л^я
о^т^д^а^чи^к^о^м^а^н^д
в^л^е^г^и^о^не^б^ыл^х^и^н^д^и^.^Н^о
т^а^к
к^а^к

многие его бойцы были из тех областей Индии, в которых хинди не употреблялся, командирам, как и в британской армии, приходилось пользоваться английским языком. Английский язык, а также ломаный немецкий были языками общения между бойцами легиона - уроженцами разных областей Индии.

В лагере Франкенбург легион проходил боевую подготовку под руководством немецких офицеров и унтер-офицеров, которые также занимали в нем большинство

командных должностей, поскольку немцам так и не удалось подготовить из индийцев достаточное количество командных кадров{27}.

26 августа 1942 г. подготовка легиона была окончена, а его личный состав принял присягу на верность Гитлеру. В то время его численность равнялась

2 тыс. человек, причем, как отмечает американский историк Д. Литтл-джон,

"не все вступили в этот легион добровольно"{28}.

Несмотря на свое громкое название, Легион "Свободная Индия" был больше известен как 950-й индийский пехотный полк (Indisches Infanterie Regiment

№ 950) - именно так он проходил по официальным документам ОКБ. Легион был организован как стандартный пехотный полк вермахта. На момент принятия присяги он имел следующую структуру, которая не менялась до 1944 г.:

^-
1^-^й
б^а^т^а^л^ь^он
в^с^ос^т^а^в^{е
4 п}^е^х^о^т^н^ых^р^{от
(№ 1-}⁴^);

^-
2^-^й
б^а^т^а^л^ь^он
в^с^ос^т^а^в^{е
4 п}^е^х^о^т^н^ых^р^{от
(№ 5-}⁸^);

^-
3^-^й
б^а^т^а^л^ь^он
в^с^ос^т^а^в^{е
4 п}^е^х^о^т^н^ых^р^{от
(№ 9-}¹^2);

^-
1³^-я^п^у^л^е^м^е^т^н^а^я
ро^т^а;

^-
1⁴^-я^п^р^о^т^и^в^о^т^а^н^к^ов^а^я
р^о^т^а^;

^-
1⁵^-я^с^а^п^е^р^н^а^я
р^о^та;

- рота почетного караула;

^-
г^о^с^п^и^т^а^л^ь
д^л^я
в^ы^зд^о^р^а^в^л^и^в^а^ю^щ^и^х.

В составе легиона находились 81 автомашина и 700 лошадей. Позднее это явилось основанием переименовать его в 950-й индийский моторизованный полк (Indische Panzergrenadier Regiment № 950).

Командиром легиона был назначен подполковник вермахта К. Краппе, который пробыл на этой должности до 25 июня 1943 г.

Следует отметить, что если арабские добровольческие формирования до самого своего конца оставались в составе вермахта, то Индийский легион 8 августа 1944 г. был передан под руководство Главного оперативного управления СС. Теперь по эсэсовской номенклатуре он стал называться Индийским добровольческим легионом войск СС (Indische Freiwillige Legion der SS). В этот период легион насчитывал около 2300 человек, а его новым командиром был назначен СС-оберфюрер Г. Бертлинг (табл. 3).

^Б^о^й^ц^ы
И^н^д^и^й^с^к^о^го^л^ег^и^о^н^а
п^р^о^х^о^д^и^л^и
с^т^ан^д^а^р^т^н^ую^п^е^х^о^т^н^у^ю
по^д^г^о^т^о^в^к^у,

^ко^т^о^р^ая^н^и^ч^ем^н^е
о^т^ли^ч^а^л^а^с^ь
от^п^о^д^о^б^н^о^й^п^о^д^г^о^т^о^в^к^и
д^р^у^г^их
и^н^о^с^т^р^а^н^н^ы^х

добровольцев. Однако еще до окончания подготовки легиона в январе 1942 г. из него офицерами абвера были отобраны около 100 наиболее подготовленных человек (например, они должны были уметь прыгать с парашютом). Эту группу составляли прежде всего индийцы-мусульмане. Они были отправлены в разведшколу под Франкфуртом-на-Одере, где прошли специальную подготовку. Так как они должны были действовать в горной местности на территории Индии, их обучали не только работе с рацией и подрывному делу, но и технике альпинизма, а также верховой езде. В результате из них был сформирован "передовой отряд", который находился под контролем

руководства абвера.

Политическая подготовка легионеров прежде всего заключалась во внедрении в их сознание принципов и идей индийского национально-освободительного движения, правда, таких, какими их видели С.Ч. Бос и его сторонники. При этом, пишет американский историк Р. Герцштейн, значительный акцент

делался на формировании у легионеров уважительного отношения к Германии, так как "только она могла завоевать для Индии свободу"{29}.

В 1942 г. С.Ч. Бос в целях усиления идеологического воздействия на солдат легиона учредил знак отличия "Свободная Индия", которым могли награждаться как индийцы, так и немцы. Этот знак имел четыре степени, к каждой из которых могли добавляться (по немецкой традиции) мечи:

^-
б^о^л^ь^ш^а^я
з^в^е^з^да^"^Ти^г^р
И^н^д^и^и"
(^"^S^h^e^r^-e^-^Hⁱⁿ^d^");

^-
з^в^е^з^да¹^-^г^о
к^л^а^с^с^а
"^П^о^л^к^о^в^о^д^е^ц"
(^"^Sa^r^d^a^r^-^e^-^J^aⁿ^g^");

^-
з^в^е^з^да²^-^г^о
к^л^а^с^са
"^Г^е^р^ой^И^н^д^и^и^{"
( "V}ⁱ^r^-^e^-^Hⁱⁿ^d^");

- медаль "Мученик за Родину" ( "Shahid-e-Bharat"). К концу войны почти половина бойцов легиона была награждена одной или сразу двумя степенями

этого знака.

Таким образом, с 1941 по 1945 г. в системе иностранных добровольческих формирований была создана особая категория мусульманских

формирований арабские и индийские части. Причины и условия их создания, а также особенности в организации и подготовке и обусловили те принципы, которые были положены в основу системы их боевого применения.

После начала войны с СССР в германской стратегической концепции Балканам отводилась роль "южного фланга Европы" и ее "южной тыловой зоны". Поэтому главной задачей немецкой оккупационной политики на Балканах было максимальное умиротворение этого региона. Этого можно было достигнуть только путем обеспечения лояльности местного населения и уничтожения

начавшегося в июне 1941 г. партизанского движения. Поэтому процесс организации добровольческих формирований (в том числе и мусульманских) приобрел здесь, за редким исключением, форму создания "местных вспомогательных сил" для поддержания общественного порядка.

^Т^е^м
не^м^е^н^ее^п^е^р^в^о^е^д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ч^е^с^к^ое^ф^ор^м^и^р^о^в^а^н^и^е^{,
в к}^о^т^о^ром^б^ы^л^а
и

значительная часть балканских мусульман, было организовано как фронтовая часть. Через 10 дней после нападения Германии на СССР лидер Хорватии А. Павелич выступил по радио с призывом к гражданам НГХ принять участие в "битве между прогрессивными силами Европы и коммунистическими силами

Востока". При этом было объявлено, что все желающие могут вступать в

^Хо^р^в^а^т^с^к^и^й
л^е^г^и^он
(Hr^v^a^t^s^k^a
L^e^gⁱ^j^a^).

^Л^е^г^и^он^б^ыл^о^к^о^н^ч^а^т^ел^ь^но^с^ф^о^р^м^и^р^о^в^ан¹⁶^и^ю^л^я
1⁹⁴¹^г^{.
и с}^т^ал
н^а^з^ы^в^а^т^ь^ся

369-й усиленный хорватский пехотный полк (Verstarkten Kroatischen Infanterie Regiment № 369), т.е. он не был частью хорватских вооруженных сил, а находился в составе германских сухопутных сил и подчинялся ОКХ.

Что касается национального состава полка, то все его солдаты и офицеры (начиная с командира полка и заканчивая последним командиром отделения) были хорватами. Большинство из них уже имели некоторый боевой опыт. Немного позже, после прибытия полка на Восточный фронт, в его состав была включена группа опытных немецких офицеров и унтер-офицеров. Они не назначались на командные должности, а играли роль военных советников, помогая личному составу полка в окончательной подготовке и

^"а^к^к^л^и^м^а^т^и^з^а^ц^ии^н^а
ли^н^ии^ф^р^о^н^т^а^"^.

^П^р^и^з^в^а^в
д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ц^ев
в^с^т^у^п^а^ть
в^Х^о^р^в^а^тс^к^ий^л^е^г^и^о^н,^р^у^к^о^в^од^с^т^в^о
Н^Г^Х

^пр^е^д^п^о^л^а^г^а^л^о,^ч^то^н^аб^е^р^е^тся
о^к^о^л^о
3⁹^00
ч^е^л^о^в^е^{к
- к}^а^к
р^а^з
ст^о^л^ь^к^о^,
ч^т^о^б^ы

укомплектовать часть полкового типа. Однако к 15 июля 1941 г. набралось уже 9 тыс. добровольцев. Из-за такого неожиданно большого количества желающих приемные комиссии были вынуждены поднять уровень их пригодности. В результате ко времени отправки на фронт личный состав полка насчитывал

3895 офицеров, унтер-офицеров и рядовых. Впоследствии полк неоднократно получал пополнение из Хорватии в виде маршевых рот, и уже на фронте его личный состав достиг своей максимальной численности - 6300 человек.

Легион был сформирован согласно штатному расписанию германской армии как стандартная часть полкового типа. Перед отправкой на фронт он имел следующую структуру:

^-
ш^т^аб^п^о^л^к^а^;

^-
к^о^м^е^н^д^а^н^т^с^к^а^я
р^о^та;

- 3 пехотных батальона: два первых были набраны из хорватов, а третий из боснийских мусульман, каждый батальон имел по 3 пехотные роты;

- пулеметная рота;

^-
п^р^о^т^и^в^о^т^а^н^к^о^в^а^я
ро^т^а;

^-
х^о^з^я^й^с^т^в^е^н^н^а^я
р^о^та.

Артиллерия полка состояла из трех батарей 105-мм орудий (всего 18 орудий).

В это же время был организован запасной батальон полка. Сразу после своего создания он был переведен в г. Стокерау (Австрия), где его основной задачей стала подготовка пополнения для полка в виде маршевых рот.

Первоначально командиром полка был назначен полковник И. Маркулья, его

^22
с^е^н^т^я^б^ря¹⁹⁴^{2
г. с}^м^е^н^ил^п^о^л^к^о^в^н^ик^В^.^П^а^в^и^ч^и^ч^.
Н^а^к^о^н^е^ц,
17^я^н^в^а^р^я
1⁹⁴³

г. последним командиром был назначен подполковник И. Месич, командовавший до этого артиллерией полка.

После окончательной организации полк был переведен в Доллерсхейм (Германия), где его довооружили и экипировали, а бойцы приняли присягу на верность "фюреру, поглавнику Германии и Хорватии". Оттуда полк через Венгрию и Бессарабию был отправлен в немецкую группу армий "Юг" на Украину, где 9 октября 1941 г. вошел в состав 100-й немецкой егерской дивизии.

Таким образом, Хорватский легион не предназначался для боевых действий на Балканах. Кроме того, инициатива его создания принадлежала властям

НГХ. При этом ни правительство НГХ, ни командование его вооруженных сил, не выступали против использования легиона за пределами Балкан.

^О^д^н^а^ко^с^и^т^у^а^ц^и^{я
в ко}^р^не^и^з^м^е^н^и^л^а^с^ь,^к^ог^д^а
и^н^и^ц^и^а^т^и^ву^п^о
со^з^д^а^н^и^ю

добровольческих формирований взяло на себя руководство СС. В феврале 1943 г. Гиммлер отдал приказ о наборе добровольцев в новую дивизию войск СС:

на этот раз ее предполагалось сформировать из боснийских мусульман. При этом ему было необходимо заручиться хотя бы формальным согласием правительства НГХ, так как набор предполагалось вести среди его граждан. Но поскольку в основу набора был положен именно национально-религиозный принцип, это особенно встревожило руководство Хорватии: оно не без оснований опасалось возникновения мусульманского сепаратизма.

^Э^т^о
б^ы^ла^п^е^р^в^а^{я
- по}^л^и^т^и^ч^е^с^к^а^{я
- п}^р^и^ч^ина^о^п^а^с^е^н^и^й
п^р^а^в^и^т^ел^ь^с^т^ва^Н^Г^Х^.

Другая же - военная - заключалась в том, что, давая разрешение на набор добровольцев из числа боснийских мусульман, оно тем самым ослабляло свои вооруженные силы и лишало их значительного источника для пополнения.

Мусульмане составляли на тот момент около 1/3 личного состава хорватской армии (из 130 тыс. человек). При этом они служили в ней либо в индивидуальном порядке, либо в формированиях хорвато-мусульманской

^ми^л^и^ц^ии^ч^а^с^т^я^х,^к^о^т^ор^ы^е
с^о^с^т^о^я^ли^и^с^к^л^ю^чи^т^е^л^ь^н^о
из^б^о^й^ц^о^в^-^му^с^у^л^ь^м^а^н^.^Э^т^и

части несли службу по охране общественного порядка практически на всей территории Боснии и Герцеговины.

Кроме данных причин, здесь играл роль еще и пропагандистский момент: эти части должны были охранять мусульманские села и города Боснии от

партизан-коммунистов и сербских четников-роялистов. Тем самым делался акцент на том, что НГХ заботится обо всех своих гражданах одинаково, а у сепаратистов отнималась возможность лишний раз утверждать, что Боснию может защитить только собственная боснийская армия.

^П^е^р^в^ой^и^з
ч^а^с^т^ей^х^ор^в^а^т^о^-^м^у^с^у^л^ь^м^а^н^с^к^о^й^м^и^л^и^ц^ии^б^ы^л^а
с^о^з^д^ана^"^Г^в^а^р^д^и^я

^Иб^р^а^г^и^м^а"
(^"^I^b^r^a^hⁱ^ma
G^a^r^d^a^"^).^О^на^б^ы^л^а^о^р^г^а^н^и^з^о^в^а^н^{а
в с}^е^ре^д^и^н^е
а^п^р^е^ля

1941 г. с целью защиты г. Грачаница и его окрестностей (северо-восточная Босния) от сербских четников. Приблизительная численность этой милиции равнялась 1000 человек, а ее основателем и командиром был И. Пирич- Пьянич.

Еще одно самостоятельное формирование хорвато-мусульманской милиции создал бывший майор Югославской королевской армии М. Хаджиэффендич. После провозглашения НГХ Хаджиэффендич прибыл в Тузлу (северо-восточная

^Бо^с^н^и^я),
г^д^е
22^д^е^к^аб^р^я
1⁹⁴¹^г^.
п^р^и
м^а^те^р^и^а^л^ь^н^о^й
п^о^м^о^щи^п^ра^в^и^т^е^л^ь^с^т^в^а

сформировал Добровольческий полк, который, однако, был больше известен как "Легион Хаджиэффендича" ( "Hadziefendiceva Legija"). Личный состав легиона насчитывал почти 6 тыс. человек.

В июне 1943 г. в районе г. Цазин (северная Босния) в составе хорватской

^3-й^г^о^р^н^о^й
б^р^и^г^а^д^ы
бы^л^о
с^ф^о^р^м^и^р^о^в^а^но^н^еб^о^л^ь^ш^о^е
п^о^д^р^а^з^д^е^л^е^ние^и^з
1⁰⁰

местных мусульман во главе с Г. Мильяковичем. А уже в ноябре 1943 г по инициативе правительства НГХ и при поддержке немцев из этих добровольцев был сформирован "Легион Гус-ки" ( "Huskina Legija"), или "Гускина милиция" ( "Huskina Milicija"). Этот легион насчитывал около 3 тыс. человек, которые были организованы в 11 батальонов.

Несмотря на низкие боевые качества этих легионов, которые не позволяли использовать их, например, против фронтовых частей, они до поры до времени были очень стойкими, когда дело касалось защиты мусульманского населения Боснии и Герцеговины. Поэтому желание Павелича и дальше использовать их подобным образом заставляло его с таким недоверием

^от^н^о^с^и^т^ь^с^{я
к и}^н^и^ц^и^а^ти^в^е
Г^и^м^м^л^е^р^а^.
П^о^с^л^ед^н^и^й^,
о^д^н^а^к^о^,
о^с^т^а^вил^в^се^п^р^о^т^е^с^т^ы

Павелича без внимания. Таким образом, 5 марта 1943 г. было получено официальное согласие правительства НГХ на вербовку добровольцев-мусульман в новую дивизию войск СС.

Она была сформирована к июлю 1943 г. как горноегерское соединение и получила наименование 13-я горно-егерская дивизия войск СС "Хандшар" (хорватская № 1) (13. Waffen-Gebirgsjager-Division der SS "Handschar" (kroatische Nr. 1)).

Несмотря на то что дивизия задумывалась как чисто мусульманское формирование, ее национальный состав был очень пестрым. По официальным немецким данным, в ней было 90 % боснийских мусульман, однако это явное преувеличение. Несомненно, основной костяк дивизии составляли именно боснийские мусульмане: так, в нее вошел почти весь личный состав упоминавшегося "Легиона Хаджиэффендича". Но из-за нехватки кадров руководство СС разрешило в начале 1944 г. набрать в дивизию 3 тыс. хорватов, что Гиммлер поначалу считал нежелательным. Один из батальонов дивизии был полностью укомплектован косовскими албанцами.

Основным контингентом для пополнения кадрового и командного персонала дивизии оставались все-таки немцы. Они переводились в дивизию как в составе отдельных подразделений, так и в индивидуальном порядке. Например, в середине 1943 г. в дивизию были переданы 2 пехотные роты из

6-й горно-егерской дивизии СС "Норд", многие офицеры и унтер-офицеры из таких дивизий СС, как "Принц Евгений", "Лейбштандарт Адольф Гитлер", "Рейх", а также выпускники офицерских школ СС. В результате этого многие части дивизии (например, батальон связи) полностью состояли из немцев. Вследствие того, что формирование иностранных дивизий войск СС продолжалось и дальше, в уже сформированных наблюдалась некоторая "текучесть" немецких кадров - их обычно переводили для укрепления персонала других дивизий. Все это, конечно, сказывалось на уровне военной и политической подготовки дивизий и отражалось на их боеспособности. Не была в данном случае исключением и дивизия "Хандшар".

Кроме того, в ноябре 1943 г. Гиммлер всерьез рассматривал возможность перевода в дивизию "Хандшар" всех мусульман из Индийского легиона. Однако

начальник Главного управления СС Г. Бергер предупредил его, что "индийские мусульмане осознают себя в первую очередь индийцами, а боснийские мусульмане - европейцами", и у них не получится плодотворного сотрудничества. Гиммлер согласился с Бергером, и в конце концов эта идея была Забыта{30}.

Первоначально в основу набора личного состава дивизии был моложен

принцип добровольности. Однако он себя не оправдал - мусульмане шли в нее неохотно. Поэтому было решено перейти к системе воинской повинности. В результате к июлю 1943 г. удалось набрать 26 000 человек. В дальнейшем

динамика численности личного состава Дивизии была следующей: декабрь 1943 г. - 21 065, июнь|944 г. - 19 136, декабрь 1944 г. - 12 793 человека (см. табл. 3).

Дивизия "ландшар" задумывалась как стандартная горно-егерская дивизия, структура которой должна была соответствовать штатам немецкой армии. Первоначально в каждом из ее двух полков предполагалось сформировать по 4 батальона, которые, в свою очередь, должны были состоять из 6 рот каждый. Но из-за недостатка немецкого кадрового персонала в каждом полку было решено сформировать только по 3 батальона. А уже в период подготовки дивизии было принято решение о расформировании по одной роте в каждом из е!е батальонов.

Процесс организации и подготовки дивизии "Ханд-шар" проходил не только на территории Боснии. Так, с августа по ноябрь 1943 г. она проходила подготовку в учебных лагерях Ле-Пуи и Ле-Розьер (Франция), а в декабре

1943 г. - на учебном полигоне Нойхаммер (Германия) и только в январе 1944 г. вернулась на Балканы.

Таким образом, в конце сентября 1944 г. структура дивизии после ее окончательной организации выглядела следующим образом:

- штаб дивизии;

^-
2⁷^-й^г^о^р^н^о^-^е^г^е^р^с^кий^п^о^л^к
в^о^й^с^{к
СС (1-й}^х^о^р^в^а^т^с^к^и^й);

^-
2⁸^-й^г^о^р^н^о^-^е^г^е^р^с^кий^п^о^л^к
в^о^й^с^{к
СС (}²^-й^х^о^р^в^а^т^с^к^и^й);

^-
1³^-й^г^о^р^н^ы^й
а^р^т^и^лл^е^р^и^й^с^к^и^й
п^о^лк^в^о^й^{ск
СС (1}^-^й
х^о^р^в^а^т^с^к^ий);

^-
1³^-й^п^р^о^т^и^в^о^т^а^н^к^ов^ы^й
д^и^в^и^з^и^он^С^С;

^-
1³^-й^м^о^т^о^р^и^з^о^в^а^н^ный^р^а^з^в^е^д^ы^в^а^т^е^л^ь^н^ы^й^б^а^т^а^л^ь^о^н
С^С^;

- 13-й горный саперный батальон войск СС;

^-
1³^-й^г^о^р^н^ы^й
б^а^т^а^ль^о^н
с^в^я^з^и
в^о^й^с^к
С^С^;

^-
1³^-й^д^и^в^и^з^и^о^н
п^р^от^и^в^о^в^о^з^д^у^ш^н^о^й
о^б^о^р^оны^в^о^й^ск^С^С;

- 13-й дивизион связи СС;

- хорватский самокатный батальон СС;

^-
х^о^р^в^а^т^с^к^ий^м^о^т^о^р^из^о^в^а^н^н^ый^б^а^т^а^л^ь^о^н
СС;

^-
1³^-й^к^о^м^е^н^д^а^н^т^с^к^ий
б^а^т^а^л^ь^он^С^С;

^-
1³^-й^с^а^н^и^т^а^р^н^ы^й
ди^в^и^з^и^о^н
С^С^;

^-
1³^-я^д^о^б^р^о^в^о^л^ь^ч^е^ск^а^я
г^о^р^н^ая^в^е^т^е^р^и^н^ар^н^ая^р^о^т^а;

^-
1³^-й^в^з^в^од^в^о^е^н^н^ых
р^е^п^о^р^т^е^р^ов^С^С;

^-
1³^-й^о^т^р^яд^п^о^л^е^в^ой
ж^а^н^д^а^р^м^е^р^и^и
С^С^;

^-
1³^-й^з^а^п^а^с^н^о^й
б^а^та^л^ь^о^н
С^С^;

- части обеспечения и обслуживания.

За весь период своего существования дивизия сменила нескольких командиров. С 1943 по 1945 г. этот пост занимали: СС-оберфюрер Г. фон Обвюрцер (1 апреля - 9 августа 1943 г.), СС-группенфюрер К.-Г. Шуберцвейг (9 августа - июнь 1944 г.) и СС-бригадефюрер Д. Гимпель (июнь - сентябрь

1944 г. и январь - май 1945 г.) (см. табл. 10).

При командире дивизии имелся офицер связи Верховного главнокомандующего хорватских вооруженных сил, в задачи которого входила координация

действий дивизии с военными планами хорватского командования. До самого конца войны им был генерал М. Хромич.

17 июня 1944 г. Гитлер одобрил формирование еще одной дивизии из боснийских мусульман. Подобно дивизии "Хандшар", она также предназначалась для действий против партизан на территории Балкан,

особенно в горной местности, и поэтому ее предполагалось организовать как горно-егерское соединение. В этот же день ей был присвоен 23-й, по номенклатуре дивизий войск СС, номер и название "Кама", после чего ее полным наименованием стало: 23-я горно-егерская дивизия войск СС "Кама" (23. Waffen-Gebirgsjager-Division der SS "Kama" (kroatische Nr.2)).

^Х^о^тя^п^р^и^к^а^{з
о ф}^о^р^м^ир^о^в^а^н^и^и
э^т^ой^д^и^в^и^з^ии
б^ы^л
о^т^д^а^н
17^и^ю^н^я,
н^а^б^о^{р
в н}^е^е

фактически начался уже 10 июня. Как и в дивизии "Хандшар", основным контингентом добровольцев "Камы" должны были стать боснийские мусульмане. Все же командные должности в дивизии, вплоть до командиров батальонов и рот, должны были занимать немцы. Главным источником немецких кадров стала дивизия "Хандшар": в июне - июле 1944 г. из нее в "Каму" были переведены

54 офицера, 187 унтер-офицеров и 1137 рядовых. Например, 13-й разведывательный батальон СС дивизии "Хандшар" был целиком передан в

^но^в^ую^д^и^в^и^з^и^ю^,
г^д^е
по^л^у^ч^ил^п^о^р^я^д^к^о^в^ы^й
но^м^ер²^3.^Т^о
же^с^а^м^ое
п^р^о^и^з^о^ш^л^{о
и с}

3-й ротой 13-го саперного батальона: в "Каме" она стала называться 1-я рота 23-го саперного батальона.

Весь вышеуказанный немецкий кадровый персонал составил костяк новой дивизии, а уже к нему должны были быть присоединены мусульманские добровольцы. Набор последних шел не так быстро, как хотелось немцам, и поэтому в течение августа 1944 г. удалось набрать всего 2415 человек, которых было явно недостаточно для укомплектования полноценной горно- егерской дивизии. Таким образом, к сентябрю 1944 г. общая численность дивизии составила 3793 человека (126 офицеров, 374 унтер-офицера и 3293 рядовых). Это был пик ее численности (см. табл. 3). Тем не менее было решено приступить к организации дивизии.

Так как немецкое командование опасалось, что югославские партизаны попытаются проникнуть в новую дивизию и разложить ее изнутри, было решено поменять район ее формирования. Поэтому в начале сентября 1944 г. весь ее

личный состав был переведен из Боснии в область Бачка (северная Сербия), где партизаны были не так активны.

Еще в июле - августе 1944 г., т.е. до своей передислокации из Боснии, дивизия фактически уже имела принятую в германских вооруженных силах структуру для горно-егерских частей такого типа. Однако до октября ее основных подразделений еще не было порядковых номеров. Они получили их, уже находясь в Бачке. 8 сентября 1944 г. все части дивизии получили номера полевой почты, что фактически означало конец ее организации как боевой единицы - начиналась ее подготовка. В этот период структура дивизии была следующей:

^-
ш^т^аб^д^и^в^и^з^и^и^;

- 55-й горно-егерский полк СС (3-й хорватский);

- 56-й горно-егерский полк войск СС (4-й хорватский);

^-
2³^-й^г^о^р^н^ы^й
а^р^т^и^лл^е^р^и^й^с^к^и^й
п^о^лк^в^о^й^{ск
СС (2}^-^й
х^о^р^в^а^т^с^к^ий);

^-
2³^-й^р^а^з^в^е^д^ы^в^а^т^е^ль^н^ый^б^а^т^а^л^ь^о^н
С^С^;

^-
2³^-й^п^р^о^т^и^в^о^т^а^н^к^ов^ы^й
д^и^в^и^з^и^он^С^С;

^-
2³^-й^х^о^з^я^й^с^т^в^е^н^н^ый
д^и^в^и^з^и^он^С^С;

^-
2³^-й^с^а^п^е^р^н^ы^й
б^а^та^л^ь^о^н
С^С^;

^-
2³^-й^г^о^р^н^ы^й
д^и^в^и^зи^о^н
с^в^я^з^и
С^С^;

^-
2³^-й^п^о^л^е^в^ой^л^а^з^ар^е^т
С^С^;

- 23-й запасной полевой батальон СС;

^-
ч^а^с^т^и
о^б^е^с^п^е^ч^е^н^и^я
и^о^б^с^л^у^ж^и^в^а^н^и^я.

Каждый полк дивизии имел по 3 батальона, а в артиллерийском полку их было 4.

Командиром дивизии 1 июля 1944 г. был назначен СС-штандартенфюрер Г. Рейтель, командовавший до этого одним из горно-егерских полков дивизии "Хандшар" (см. табл. 11).

Несколько иначе обстояли дела с организацией албанских добровольческих формирований как на территории самой Албании, так и в присоединенных к ней в апреле-мае 1941 г. Косово и западной Македонии. Поскольку эти территории оказались под управлением Италии, то именно командование ее

^во^о^р^у^ж^е^н^н^ых^с^ил^п^е^р^вым^с^т^а^ло^п^р^и^в^л^е^к^а^т^ь^а^л^б^а^н^ц^е^в
на^с^л^у^ж^б^у
в^с^в^о^и
ч^а^с^т^и
и

соединения. При этом оно отказалось от принципа добровольности, а стало на основе воинской повинности формировать из албанцев национальные части в составе итальянской армии и полиции. Всего же за период с 1939 по 1943 г. как в самой Албании, так и в присоединенных к ней Косово и западной

Македонии в итальянские вооруженные силы было мобилизовано около 30 тыс. албанцев.

После капитуляции Италии и занятия этих территорий германскими вооруженными силами многие из этих формирований были либо вообще расформированы, либо переформированы с учетом немецких требований. В число последних вошло от 20 до 25 тыс. албанцев. В результате к началу

1944 г. албанские добровольческие формирования в германских вооруженных силах состояли из: албанских стрелковых полков (№ 1-4), "фашистских" милицейских батальонов (№ 1-4) и жандармерии, которая была сформирована весной 1943 г. Кроме того, в январе 1944 г. под эгидой главного фюрера СС и полиции Албании в Косово были сформированы 2 территориальных

^по^л^и^ц^е^й^с^к^их^п^о^л^{ка
- о}^д^ин^с^о
ш^т^а^б^ом
в^г^.^П^е^ч^,
д^р^у^г^{ой
- в}^г^.^П^р^и^ш^т^и^н^а.

С ростом как в самой Албании, так и на территории Косово и Македонии партизанских сил немецкому командованию стало ясно, что их уже нельзя подавить при помощи обычных полицейских формирований. В связи с этим в апреле 1944 г. рейхсфюрер СС Гиммлер отдал приказ о создании новой дивизии войск СС - на этот раз из албанских добровольцев. Все вопросы,

связанные с ее организацией и подготовкой, были возложены на главного фюрера СС и полиции Албании И. Фитцхума. Так как будущую дивизию предполагалось использовать только на Балканах, она должна была быть организована как горно-егерская. После присвоения ей в июне 1944 г. порядкового номера 21 и наименования "Скандербег" она стала называться

21-я горно-егерская дивизия войск СС "Скандербег" (21. Waffen- Gebirgsjdger-Division der SS "Skanderbeg").

Набор в дивизию проходил в апреле - мае 1944 г. Формально его инициатором был албанский Регентский совет, на самом же деле полный контроль над ним находился у немецких властей. Основной контингент добровольцев должны были составить албанцы из собственно Албании и Косово. Как правило, это были бойцы полицейских формирований. Но так как они имели очень низкий уровень подготовки, в состав дивизии также

^пр^е^д^п^о^л^а^г^а^л^о^с^ь
н^а^б^р^ать^м^о^р^я^к^ов^и^з
р^а^с^ф^ор^м^и^р^о^в^а^н^н^о^го^в^о^е^н^н^о^-^м^о^р^с^к^о^г^о
ф^л^о^т^а

^Ал^б^а^н^и^и^,
к^о^т^о^р^ы^{й
в св}^о^е
в^р^е^м^я
с^о^з^д^а^л^и
ит^а^л^ь^я^н^ц^ы^.

^К^а^{к
и в с}^л^у^ч^ае
с^д^ив^и^з^и^я^м^и
из^б^о^с^н^и^й^с^ких^м^у^с^у^л^ь^м^а^н^,
д^л^я
ус^и^л^е^н^и^я

кадрового персонала новой дивизии в нее были переведены немецкие офицеры и унтер-офицеры из других частей СС. Так, из дивизии "Хандшар" в албанскую дивизию был целиком передан албано-немецкий 1-й батальон 28-го

полка, который в новой дивизии был переименован в 3-й батальон 50-го полка.

^П^е^р^е^д
н^а^ч^а^л^о^м
о^р^г^а^ни^з^а^ц^ии^д^и^в^и^з^ии^Г^л^а^вн^о^е
у^п^р^а^в^л^е^н^ие^С^С
по^т^р^е^б^о^в^а^ло^д^ля

нее не менее 10 тыс. добровольцев. В свою очередь, албанский Регентский совет представил список из 11 398 возможных кандидатов, в основном албанцев-мусульман. Из этого количества 9275 человек были признаны годными для военной службы, но только 6491 из них явился на вербовочные пункты.

Из-за потерь в боях и дезертирства в дивизии к 1 октября 1944 г. осталось всего 1440 человек: 86 офицеров, 467 унтер-офицера (из них

^38
а^л^б^а^н^ц^ы)
и⁸⁸⁷^р^яд^о^в^ы^х
(^и^з
н^и^х
4⁹^9
-^а^л^б^а^н^ц^ы^).^Э^то^б^ыл
х^о^р^о^шо

^по^д^г^о^т^о^в^л^е^н^н^ы^й
к^а^д^р^ов^ы^й
п^е^р^с^она^л^,
к^о^т^о^рый^у^же^м^ог^п^р^и^н^я^ть
у^ч^а^с^т^и^е
в

боевых действиях. Помимо них, было еще 3504 новых добровольца, однако они вообще не имели никакой подготовки. Чтобы увеличить численность дивизии и ее боеспособность, руководство СС пошло на беспрецедентный шаг: в ее состав были включены около 3500 немецких моряков, которые отступили из Греции. Однако и эта мера ни к чему не привела (см. табл. 3).

Процесс организации дивизии происходил с мая по сентябрь 1944 г. За этот период были сформированы все ее основные части и подразделения, как боевые, так и тыловые. В дальнейшем дивизию предполагалось деформировать, однако из-за изменений в военной обстановке этого сделать не удалось. Таким образом, на 1 октября 1944 г. структура дивизии была следующей (см. табл. 7):

- штаб дивизии;

^-
5⁰^-й^г^о^р^н^о^-^е^г^е^р^с^кий^п^о^л^к
в^о^й^с^{к
СС (1-й}^а^л^б^а^н^с^к^и^й^);

- 51-й горно-егерский полк войск СС (2-й албанский);

^-
2¹^-й^г^о^р^н^ы^й
а^р^т^и^лл^е^р^и^й^с^к^и^й
п^о^лк^в^о^й^{ск
СС (1}^-^й
а^л^б^а^н^с^к^и^й);

^-
2¹^-й^м^о^т^о^р^и^з^о^в^а^н^ный^р^а^з^в^е^д^ы^в^а^т^е^л^ь^н^ы^й^б^а^т^а^л^ь^о^н
С^С^;

^-
2¹^-й^п^р^о^т^и^в^о^т^а^н^к^ов^ы^й
д^и^в^и^з^и^он^С^С;

^-
2¹^-й^с^а^п^е^р^н^ы^й
б^а^та^л^ь^о^н
С^С^;

^-
2¹^-й^д^и^в^и^з^и^о^н
с^н^аб^ж^е^н^ия^С^С;

^-
2¹^-й^г^о^р^н^ы^й
д^и^в^и^зи^о^н
с^в^я^з^и
С^С^;

^-
2¹^-й^с^а^н^и^т^а^р^н^ы^й
ди^в^и^з^и^о^н
С^С^;

^-
2¹^-й^з^а^п^а^с^н^о^й
п^о^ле^в^ой^б^а^т^а^л^ь^о^н
С^С^;

- части обеспечения и обслуживания.

Каждый горно-егерский полк имел в своем составе по 3 батальона. Артиллерийский полк первоначально должен был иметь 4 батальона с тремя батареями в каждом. Однако из-за недостатка обученных кадров и нехватки амуниции в конце концов был сформирован только 1 артиллерийский батальон неполного состава, в который вошли лишь 2 слабые батареи. Разведывательный батальон имел 3 подразделения "ротного типа" (по

документам они проходили как роты, но по численности личного состава были слабее) и 1 кавалерийский эскадрон. Саперный же батальон имел в своем составе 3 роты.

^П^е^р^в^ым^к^о^м^а^н^д^и^р^о^м
ди^в^и^з^ии^б^ыл^н^а^з^н^а^ч^е^н^И^.
Ф^и^т^ц^х^у^м.^О^д^н^а^к^о^о^н
я^в^л^я^л^с^я
им

только номинально. Его главной задачей было осуществление контроля над первоначальной организацией и подготовкой дивизии. Фитцхум находился на этом посту до 1 мая 1944 г., когда был назначен новый командир СС- штандартенфюрер (с 21 июня 1944 г. - СС-оберфюрер) А. Шмидхубер.

В связи с тем, что все формирования из балканских мусульман за редким исключением предполагалось использовать в горной местности, главный упор в их военной подготовке делался на обучение боевым действиям в горах.

^Пр^е^ж^д^е
в^с^е^г^о
э^т^о
к^а^са^л^о^с^ь
т^р^ех^г^о^р^но-^е^ге^р^с^к^их^д^и^в^и^з^ий^в^о^й^ск
С^С^,
к^о^т^о^р^ы^е
в

отличие от обычных полицейских формирований должны были стать полноценными тактическими соединениями.

Как правило, в условиях войны и связанных с ней временных ограничений горно-егерская подготовка сводилась к обучению совершать марши по горным дорогам, вести наступательные и оборонительные действия в горах, воевать в обходных отрядах. Однако отсутствие достаточного для полноценной подготовки времени приводило к тому, что эти соединения даже не участвовали в полагавшихся после ее завершения учениях или маневрах.

Единственным исключением является только 21-я албанская дивизия "Скандербег", которая в июне 1944 г., будучи только частично организованной, приняла участие в маневрах между г. Беране и г. Андриевица (северная Албания и южная Черногория). В этих маневрах от дивизии участвовало 3 батальона, которые должны были взаимодействовать с

¹⁴^-^м
п^о^л^к^ом^д^и^в^и^з^ии
СС^"^П^р^и^н^ц
Е^в^г^е^н^и^й^"^.^И^м
п^р^о^т^и^в^о^с^т^о^я^л^и
бо^л^ее²⁰⁰⁰

человек из числа албанской милиции, немецкий моторизованный батальон и артиллерийская батарея учебного полка "Бранденбург". В ходе этих маневров бойцы албанской дивизии показали подготовку выше среднего уровня.

Если военная подготовка данных мусульманских формирований была в принципе стандартной и не отличалась от подобной подготовки собственно немецких частей и соединений, то их идеологическая подготовка имела ряд существенных особенностей. В ней очень важную роль играло религиозное воспитание личного состава этих формирований, а также все, что было связано с их историей, которая зачастую также преподносилась с религиозным оттенком. Это прежде всего касается трех вышеуказанных дивизий войск СС, так как первое формирование, в составе которого были балканские мусульмане Хорватский легион, - не имел ярко выраженной исламской окраски.

В германских вооруженных силах в идеологической подготовке их личного состава очень большое место отводилось изучению исторической традиции данной части или соединения. Как правило, эту традицию отражало их наименование, имевшее хождение наряду с официальной номенклатурой. В период Второй мировой войны это явление наиболее широко было распространено в войсках СС, каждая дивизия которых имела собственное

наименование. Обычно оно было связано либо с историей их создания (если дивизия была немецкой), либо с историей народа, из представителей которого она была набрана (если дивизия была иностранной).

Так, обе боснийские дивизии носили наименование, имевшее явно

религиозный оттенок. И "Хандшар", и "Кама" означали род холодного оружия, которое использовали турки в период завоевания ими Балкан. Албанская же дивизия носила имя национального героя Г. Кастриоти (Скандербега),

который в 1443 г. объединил албанцев и долгие годы противостоял турецкой экспансии. Такие названия давались затем, чтобы укрепить моральное состояние и поднять боевой дух личного состава этих дивизий.

^О^д^н^а^ко^г^л^а^в^н^ую^р^о^л^ь
в^п^р^о^ц^е^с^с^е
у^к^р^е^п^л^ен^и^я
м^о^р^а^л^ь^н^о^го^с^о^с^то^я^н^и^я
э^т^их

дивизий немцы отводили религиозному воспитанию их личного состава. Ислам обещает рай погибшим в бою с неверными - это и хотели использовать немцы, применяя мусульманские дивизии, например, против православных сербов. В

то же время добровольцы-мусульмане должны были сражаться во много раз упорнее, так как им противостояли партизаны-коммунисты, доктрина которых отвергает любую религию.

Так, уже во время набора в дивизию "Хандшар" немцы умышленно распространяли слухи, что Гитлер послал в подарок каждому из ее бойцов специальный медальон с вставленным в него миниатюрным Кораном. После организации дивизии в каждом ее батальоне была учреждена должность имама, а в каждой роте имелся свой мулла. Кроме этого, личный состав дивизии получил много привилегий, связанных с отправлением мусульманских обрядов

и постами. Последнее особенно показательно, так как все руководство СС

^го^р^д^и^л^о^сь^с^в^о^им^о^т^р^иц^а^т^е^л^ь^н^ы^м
о^т^н^о^ш^е^н^и^{ем
к л}^ю^б^о^й
р^е^л^и^г^и^и.

Из уважения к традициям боснийских мусульман весь личный состав набранных из их числа дивизий получил право в качестве головного убора носить традиционную феску.

В деле вербовки добровольцев и организации боснийских дивизий огромную помощь немцам оказал великий муфтий Иерусалима аль-Хусейни,

претендовавший на роль главы всего мусульманского мира. Его авторитет, на взгляд немцев, должен был сильно повлиять на желание добровольцев- мусульман служить в этих дивизиях.

Приступая к организации и подготовке албанской дивизии войск СС, немцы также стремились набирать в нее в основном мусульман. При этом они надеялись на тот же эффект, что и в случае с боснийскими дивизиями.

Однако здесь они совершили большую ошибку. По мнению американского историка А. Муньоса, она заключалась в том, что "...любой албанец считался только с интересами своего клана и ставил их перед другими целями и идеалами. Эта кланово-племенная система делала его ненадежным солдатом, когда его принуждали сражаться за немецкие интересы. Кроме того, албанские мусульмане не были такими религиозными и правоверными, как их братья в Боснии"{31}. Поэтому многие албанские добровольцы и дезертировали из своих частей, как только представлялась такая возможность.

Гораздо большее влияние, чем религиозный фактор (и прежде всего на албанские правящие круги), оказывало немецкое обещание создать после войны Великую Албанию.

Отдавая приказ о формировании иностранных дивизий войск СС, Гиммлер тем самым подчеркивал, что вступившим в них оказывается большая честь. Это в первую очередь касалось повышения их статуса в системе германских вооруженных сил. Не были при этом исключением и боснийские дивизии. С этой целью немецкой пропагандой даже был придуман миф, будто бы хорваты, и в том числе боснийские мусульмане, - не славяне, а "потомки готов", т.е. "чистые германцы". При организации дивизии "Скандербег" также муссировались слухи, что "албанцы имеют арийское происхождение".

Таким образом, с 1941 по 1945 г. немецкое командование на Балканах создало ряд мусульманских формирований, использование которых, по его мнению, должно было переломить ход войны на этом театре военных действий в пользу Германии.

Мусульмане-граждане СССР в германских вооруженных силах

В основе процесса создания мусульманских формирований из советских граждан, с одной стороны, лежали причины, обусловленные фактической неразрешенностью национального вопроса в довоенном СССР. С другой - это была одна из форм сотрудничества германского военно-политического руководства с населением на оккупированных территориях СССР или военнопленными, которая в данном случае выражалась в создании и использовании восточных легионов.

Так, уже в октябре - ноябре 1941 г. абвер начала работу по созданию из советских военнопленных частей специального назначения, призванных содействовать продвижению немецких войск на Кавказ и в Среднюю Азию. Помимо выполнения специальных задач, таких как борьба с партизанами и разведывательно-диверсионная деятельность, их личный состав должен был вести пропагандистскую работу по привлечению на немецкую сторону перебежчиков из числа представителей среднеазиатских и кавказских народов и участвовать в организации антисоветских восстаний на территории национальных республик. Эти части предполагалось формировать в тыловом районе группы армий "Юг", потому что именно в полосе данной группы армий было захвачено очень много военнопленных, которые принадлежали к "монгольским народностям".

^П^е^р^в^ым^и^з
с^о^з^д^а^н^н^ы^х
в^с^о^с^т^а^ве^в^е^р^м^а^х^т^а^н^а
В^о^с^т^о^ч^н^о^м
ф^р^о^н^те
м^у^с^у^л^ь^м^а^н^с^к^и^х

формирований стал Туркестанский полк (Turkestanisches Regiment). Он был сформирован в соответствии с приказом генерал-квартирмейстера Генштаба сухопутных войск Е. Вагнера "О создании охранных "сотен" из военнопленных туркестанской и кавказской национальности" от 15 ноября 1941 г. при 444-й охранной дивизии, действовавшей в тыловом районе группы армий "Юг". Полк

состоял из четырех пехотных рот под командованием немецких офицеров и фельдфебелей и уже зимой 1941-1942 гг. нес службу по охране тыла на территории между устьем Днепра и Перекопом. По документам вермахта Туркестанский полк проходил как 811-й пехотный батальон. Со временем при

444-й дивизии предполагалось создать еще несколько таких батальонов. Однако из-за решения ОКХ централизовать и упорядочить создание и

использование частей восточных легионов этот процесс был изъят из компетенции командования 444-й дивизии. Такое решение было связано с планами немецкого военно-политического руководства по проникновению на Кавказ и так называемым кавказским экспериментом.

На основе этих планов 30 декабря 1941 г. ОКХ приступило к формированию нескольких восточных легионов, которые и были созданы в течение первой половины 1942 г. перед вторжением немцев на Кавказ.

^В^о^с^т^о^ч^н^ы^е
л^е^г^и^о^н^ы
до^л^ж^н^ы
б^ы^ли^п^р^е^д^с^т^а^вл^я^ть^с^о^б^ой^о^д^н^о^в^р^е^ме^н^но
и^з^а^п^а^с^н^ы^е

части, и центры по подготовке личного состава для боевых частей. Поэтому местом их дислокации и базой был выбран глубокий тыл немецкой армии - Польша, где в январе - феврале 1942 г. было первоначально сформировано 4 легиона. Так, 13 января 1942 г., согласно приказу начальника вооружений сухопутных войск и главнокомандующего армией резерва, были созданы

Туркестанский легион (центр формирования на станции Легионово) и

Кавказско-магометанский легион (центр формирования на станции Едлин). А уже 8 февраля последовал приказ о формировании Грузинского легиона

(центр формирования в Крушне) и Армянского легиона (центр формирования в

^Пу^л^а^в^а^х^).

Первоначально Туркестанский легион объединял в своих рядах узбеков, казахов, киргизов, туркмен, каракалпаков и таджиков. Кавказско- магометанский легион - азербайджанцев, дагестанцев, ингушей и чеченцев.

Грузинский легион, кроме грузин, включал осетин, абхазов, адыгейцев, черкесов, кабардинцев, балкарцев и карачаевцев. Лишь Армянский легион имел однородный национальный состав.

Чтобы сделать легионы более мононациональными по составу, 2 августа 1942 г. Кавказско-магометанский легион был переименован в Азербайджанский, а

из его состава, как и из состава Грузинского легиона, были выведены представители горских народов, объединенные в Северокавказский легион (центр формирования в Весоле). Кроме того, 15 августа 1942 г. в Едлине был организован Волжско-татарский легион, объединивший в своих рядах поволжских татар, башкир, марийцев, мордву, чувашей и удмуртов.

^Х^о^тя^Г^р^у^з^и^н^с^к^и^{й
и Ар}^м^я^н^с^к^ий^л^е^г^и^о^ны^п^ер^е^с^т^а^л^и,^т^а^к^им^о^б^р^аз^о^м,^б^ы^т^ь
ч^и^с^т^о

мусульманскими, в немецких нормативных документах они продолжали учитываться в качестве восточных легионов.

Общее руководство формированием и обучением национальных легионов осуществлял Штаб подготовки восточных легионов (Aufstellungsstab der Ostlegionen), который 23 января 1943 г. был переименован в Штаб командования восточными легионами (Kommando der Ostlegionen). Зимой - - весной 1942 г. этот штаб располагался в Рембертове, а летом был переведен в Радом. Командующим восточными легионами в Польше был назначен полковник Р. фон Гейгендорф. Первоначально он обладал правами полкового, а с 1943

^г.
д^и^в^и^з^и^о^н^н^о^го^к^о^м^ан^д^и^р^а.

В своих действиях по организации и подготовке восточных легионов полковник Гейгендорф руководствовался Директивой для формирования восточных легионов, которую 24 апреля 1942 г. издал начальник общего управления командования армии резерва генерал-от-инфантерии Ф. Ольбрихт.

Основным контингентом для пополнения восточных легионов, по крайней мере до того момента, пока немецкие войска не вступят на Кавказ и в Среднюю Азию, должны были быть советские военнопленные соответствующих национальностей. В основном их отбором и сортировкой занимались

специально созданные немецкие инстанции. Так, еще весной 1942 г. был сформирован Организационный штаб "К" ( "Кавказ"), который развернул активную деятельность по вербовке добровольцев среди военнопленных - уроженцев Кавказа и Средней Азии. В его задачи входило создание комиссий по "фильтрации лагерей военнопленных" и "отделение лиц кавказской национальности от русских для последующей... вербовки"{32}.

^П^р^и^б^ы^в^ш^е^е
из^л^а^г^е^р^ей
в^о^е^н^н^о^п^л^е^н^н^ы^х
п^о^по^л^н^е^н^и^е
р^а^с^п^р^е^д^е^л^я^ли
по

подготовительным лагерям, которые имелись у каждого легиона. Так, в Беньяминово располагался подготовительный лагерь Туркестанского и Северокавказского, в Малькинии - Азербайджанского, в Бяла

Подляске Грузинского, в Заежирже - Армянского, а в Седлице - Волжско-

^та^т^а^р^с^к^о^г^о
л^е^г^и^о^н^о^в^.

Уже в подготовительных лагерях будущие легионеры разбивались по ротам, взводам и отделениям, затем приступали к обучению. Как правило, оно заключалось в общефизической и строевой подготовке, а также в усвоении

немецких команд и уставов. Строевые занятия проводились командирами рот немцами с помощью переводчиков, а также командирами взводов и отделений из представителей данной национальности, прошедшими двухнедельную подготовку в специальной школе на станции Легионово. Эта школа занималась обучением младшего командного состава и офицеров - лейтенантов и капитанов.

^По^з^а^в^е^р^ш^е^н^и^и
н^а^ч^а^ль^н^о^г^о
к^у^р^с^а
о^б^у^ч^е^н^ия
л^е^г^и^о^н^е^р^ы
п^е^р^е^в^о^ди^л^и^с^ь
в

батальоны в центрах формирования легионов, где переходили к тактической подготовке и изучению материальной части оружия. Предполагалось, что в

составе этих батальонов они впоследствии отправятся на фронт. Каждый батальон должен был иметь в своем составе 3 стрелковые,

пулеметную и штабную роты по 130-200 человек в каждой; в стрелковой роте - 3 стрелковых и пулеметный взводы, в штабной - взводы противотанковый, минометный, саперный и связи. Таким образом, общая численность батальона в среднем составляла от 800 до 1000 солдат и офицеров, в том числе до 60 человек немецкого кадрового персонала: 4 офицера, 1 военный чиновник, 32 унтер-офицера и 23 рядовых. У немецких командиров батальонов и рот были заместители-дублеры из числа представителей данной национальности. Командный состав ниже ротного звена комплектовался исключительно национальными кадрами, прошедшими подготовку в школе в Легионово.

Таким образом, к весне 1942 г. первые батальоны восточных легионов закончили свое обучение и затем были отправлены на Восточный фронт (главным образом на Кавказ и под Сталинград). Это происходило в три этапа.

1. К концу 1942 г. были отправлены: 6 туркестанских (450-й, 452-й, с

⁷⁸¹^-^г^о
по⁷⁸⁴^-^й^{),
2 а}^з^е^р^б^а^й^д^ж^а^н^с^к^и^х
(⁸⁰⁴^-^{й
и 8}⁰⁵^-^{й),
3 с}^е^ве^р^о^к^а^в^к^а^з^с^к^и^х

⁽⁸⁰^0,⁸^01
и⁸⁰²^-^й^{),
2 г}^р^у^з^и^н^с^к^их
(7⁹⁵^-^й
и⁷⁹⁶^-^й^{)
и 2 а}^р^м^я^нс^к^их
(8⁰⁸^-^й
и

⁸⁰⁹^-^й^)
б^а^т^а^л^ь^о^н^а.

<<< < Предыдущая 12 / 42 3 4 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]

#
01.05.20253.84 Mб0Mukhina_A_sostav__Rechedvigatelnaya_ritmika.doc
#
15.04.2015512.51 Кб16Munitsipalnoe_pravo_2013.doc
#
01.04.2025400.38 Кб0muradudnik_all.doc
#
15.11.20181.33 Mб278Murphy.DOC
#
21.03.20161.27 Mб15Murtazina.A.R._.2014.pdf
#
01.07.20257.21 Mб0Musulmanskie_legionyi_vo_Vtoroy_mirovoy_voyne.fb2_txt.rtf
#
05.09.2019100.35 Кб3muzeevedenie.doc
#
01.05.2025404.48 Кб2Muz_igra_Vorozhtsova.doc
#
07.09.2019228.86 Кб9muz_istoria.doc
#
01.04.2025204.29 Кб0MU_Birzhevoye_pravo_ZO.doc
#
14.11.2018531.05 Кб15MU_final_with_bibliofraphy.docx