Глава 10. Практики и теоретики

Ровно в семь, как договаривались, девчонки, Илья, Денис и Пётр отправились в кино. По дороге они шумели и веселились. Пётр, впервые участвовавший в общественном мероприятии, постоянно смущался, но старался поддерживать компанию. Вечер традиционно завершился посиделками в холле. Парни, казалось, и думать уже забыли об инциденте, который случился днём. Дэн, как обычно, развлекал девчонок шутками. У Петра с Женькой завязался разговор об использовании при изготовлении зелий различных ингредиентов животного происхождения. У Ильи уши начали опухать, когда они наперебой стали вспоминать все тридцать семь способов использования в зельях шпанской мухи и её яда. Выпитые три кружки чая дали о себе знать, и Илья отлучился из холла поправить галстук.

Когда он вернулся обратно, оказалось, что Пётр с Женькой пересели на диван поближе к камину, очевидно, чтоб было удобнее разговаривать, не отвлекаясь на хохочущих над шутками Дениса девчонок. Пётр о чём-то увлечённо рассказывал Женьке, не запинаясь и не краснея, как обычно, явно получая удовольствие от того, что нашёл в своей собеседнице благодарного слушателя, способного оценить его познания, а она слушала его с большим интересом, и было заметно, что его осведомлённость в вопросе вызывает у неё уважение.

Илье совсем не понравилась эта сценка. Он до сих пор относился к Петру с симпатией, сочувствовал ему, когда тот попадал во все эти многочисленные переделки, и его смешная неуклюжесть вызывала у Ильи желание покровительствовать и выручать его при необходимости. Пётр казался ему добрым и безобидным малым. Ещё сегодня днём он в душе не был согласен с тем, что Петру придётся переехать из общаги из-за страхов Дэна, но сейчас вдруг отчётливо осознал, что это самое оптимальное решение проблемы. Он решительно направился к Женьке, присел рядом с ней на диван и обнял её со спины обеими руками.

— Я вам не помешаю?

Илья послал Петру прямой взгляд, который, очевидно, показался тому достаточно красноречивым, потому что он осёкся на полуслове и покраснел.

— Ну как ты можешь помешать нам, Илюш? — весело отозвалась Женька, повернув к нему лицо. — Петя так интересно рассказывал историю Карла V, короля Франции из династии Валуа.

— Ничего себе! Как это вы со шпанской мухи переключились на королей Франции? Может, я тоже чего-то не знаю о Карле V? Он что, был любителем насекомых? Или прототипом того самого короля из песенки, при котором блоха жила?

— Да ну тебя, — рассмеялась Женька. — При нём наверняка жили блохи, это всё-таки в Средневековье было, но кроме них при его дворе жил знаменитый зельевар Лоис Жоли. Ну, ты помнишь, он же автор целого ряда зелий, которые есть и в современных справочниках по зельям.

— А-а… ну да…

— Я о Лоисе Жоли много читала, а вот о Карле V не так уж много знала. Ну, разве что то, что он правил Францией в конце первого этапа Столетней войны. Оказывается, он был очень интересной личностью.

— Да что ты? Ну, надо же, какие у Петеньки всесторонние познания. А я думал, его только насекомые интересуют.

Илья чувствовал, что его реплика здорово отдаёт желчью, но ничего не мог с собой поделать.

Пётр, до сих пор сохранявший молчание, покраснел ещё гуще, вздёрнул подбородок и взглянул Илье прямо в глаза.

Ого! А этот парень совсем не так прост, как кажется! Хоть его лицо пылало, но во взгляде не было уже и тени смущения, только полное понимание происходящего и чувство собственного достоинства.

— Какой кошмар! Уже почти полночь! В универ же завтра! — громко воскликнула Лиза, взглянувшая на часы.

Все сразу засуетились. Женька выскользнула из объятий Ильи и стала собирать расставленные, где придётся, чашки. Остальные попытались ей в этом помочь.

— Ребята, вы идите, мы с Ильёй сами уберём, — заверила всех Женька.

Илья покладисто принял из её рук стопку чашек.

Дэн, Эмма и Лиза, пожелав всем спокойной ночи, разбрелись по комнатам. Пётр тоже поспешно распрощался со всеми и ушёл к себе.

Илья, подобрав последнюю чашку, тронулся было на кухню.

— Илюш, постой. Ты можешь мне объяснить, что это сейчас было? Что за тёрки у вас с Петей? — остановила его Женька, встав у него на пути и глядя на него так, что ему стало понятно, что отвертеться не получится.

— Какие ещё тёрки? Что ты выдумываешь? — невинно захлопал глазами Илья, делая попытку закосить под дурачка, в то же время прекрасно понимая, что с Женькой это не прокатит.

— Не делай из меня дурочку. Что у вас произошло? Честно говоря, я плохо себе представляю, что вы могли не поделить, но ты не слишком вежливо себя сейчас с ним вёл. Можешь объяснить, в чём дело? Мы все живём под одной крышей, не хотелось бы, чтоб кто-то из нас ссорился между собой, — тоном миротворца заявила Женька.

— Не волнуйся, скоро проблема пребывания Петра в общаге решиться сама собой, и никто ни с кем ссориться не будет, — ответил ей Илья, испытывая глубокое удовлетворение от констатации этого факта.

— Это ты о чём? — удивилась Женька.

— Пётр собирается переехать на квартиру.

— Переехать? Почему?

— Ну… У них с Дэнькой вышел инцидент…, — перевёл стрелки Илья.

— С Дэнькой? Из-за Каролины, я полагаю? Что случилось? — озадачено поинтересовалась Женька.

— Да-а… Она сегодня выползла из Петькиной комнаты, а Дэн на неё наткнулся. Короче, парни поговорили, и Пётр пообещал найти себе квартиру.

— М-да… Жаль, что так вышло… Петя славный парень. С ним интересно общаться. Он очень начитанный, и интересы у него разносторонние. Да… а у тебя-то какие к нему претензии? — спохватилась Женька.

— Жень, я тебя уверяю, нет у меня к нему никаких претензий. Тебе показалось. И вообще, сколько можно говорить о каком-то Пете? Заметь, все ушли спать, и мы с тобой здесь совершенно одни, — заговорщически улыбнулся ей Илья.

— И что из этого следует? — лукаво улыбнулась Женька в ответ.

— Не знаю, это ведь ты у нас самая умная, — шутливо пожал плечами Илья.

Женька рассмеялась и, обхватив его одной рукой за шею, чмокнула в щёку. Он потянул её к себе свободной рукой, но по его футболке тут же потекла холодная жидкость.

— Чашки, Илюша! — расхохоталась Женька. — Может, всё же отнесём их на кухню?

— Будь они неладны, эти чашки! Давай их сюда, пусть подождут немного, — фыркнул Илья.

Они составили чашки прямо на пол. Он опять потянул её к себе.

— Ай, у тебя футболка вся мокрая! — снова отстранилась от него Женька.

— Да что ж такое-то?! — воскликнул Илья нетерпеливо.

Он поспешно стянул с себя футболку и швырнул её на пол.

Ему казалось, что он хорошо представляет себе, каким может быть её поцелуй, но на этот раз было в нём что-то такое, от чего крыша не съезжала, а прямо-таки слетала со свистом. То ли это приступ ревности так обострил его чувства, то ли она на самом деле никогда раньше так его не целовала, только он почувствовал, что ещё пара секунд, и он не сможет ручаться за свою выдержку. Он сделал невероятное усилие, чтоб оторваться от неё, и выдавил:

—…ч-чашки… надо всё-таки помыть…

— … ага… пошли…

Они оба разом наклонились, не глядя друг на друга, намереваясь подобрать стоявшие на полу чашки, и стукнулись лбами. Это вызвало у них обоих такой приступ хохота, что они несколько минут корчились в конвульсиях, тычась друг в друга.

Женька, наконец, нашла в себе силы успокоиться и закрыла Илье рот ладонью.

— Тихо ты! Мы сейчас всю общагу переполошим.

— Так, всё. Стой на месте и не двигайся, я чашки сам подберу.

Он поднял чашки с пола, и они с Женькой, всё ещё хихикая, направились на кухню.

Пару дней спустя Илья, возвратившись из универа, сразу заглянул в комнату девушек. У Женьки занятия закончились гораздо раньше, и он рассчитывал застать её дома. Женьки в комнате не оказалось, и на свой вопрос о том, где она может быть, он получил от Лизы ответ, от которого у него всё внутри заклокотало.

— Они с Петей на кухне чай пьют. Хотя, может, уже и не пьют. Они там с полчаса назад сидели. Но в комнату она не возвращалась, — рассеянно выдала информацию Лиза, оторвавшись от своего конспекта.

Илья, с трудом удерживая себя от того, чтоб не побежать, отправился на кухню, по дороге пытаясь привести в порядок свои растрёпанные чувства. Да что ж такое-то?! Опять этот тип! И что он всё вьётся вокруг неё?!

Его разум не находил ни одной веской причины, по которой ему следовало бы воспринимать Петра, как соперника. Смешно даже! Ну, какой из него соперник?! Неловкий, неуклюжий, странноватый и вечно краснеющий дурик! Отчего же так неспокойно на душе от одной мысли, что она с удовольствием слушает его россказни и находит его интересным?

Илья, в принципе, не считал себя ревнивцем. Нет, чувство ревности, конечно, было ему знакомо. Он молча ревновал Женьку к Дэну, пока она была с ним. Правда, эта ревность скорее была похожа на тоскливую обречённость. В ней не было агрессии, не было желания рвать и метать, когда он видел их вместе, только боль. А вот Петеньке ужасно хочется начистить рыло!

Нет, ну это просто смешно! Да что в нём есть такого, что может вызывать опасения? Ну, ничего ведь особенного! Интеллектуал, конечно. Ну и что же? Женька дружит со своим одногруппником Генкой и частенько торчит с ним в библиотеке, выполняя совместные работы. Он тоже умник, да ещё смазливый шатен, ростом с коломенскую версту. По такому наверняка сохнут девчонки. Но почему-то эта дружба не вызывает никаких опасений. С тех самых пор, как их с Женькой отношения определились, у Ильи ни разу не возникало никаких сомнений на этот счёт.

Так почему этот Пётр? Глупости, это всё глупости! Нельзя поддаваться слепому, безотчётному чувству и придавать слишком большое значение тому, что Женька находит общение с ним интересным. Ну конечно, он много знает, а Женька, в силу своего склада, не может не ценить этого. Может, именно поэтому заучка Петенька так его бесит? Что-то как-то не по себе от всех этих мыслей.

Илья заглянул на кухню. Никого нет. Куда же она подевалась? В холле её нет, в комнате тоже.

Илья решил пока зайти к себе, потом опять наведаться к девушкам. Он почти дошёл до своей комнаты, как вдруг услышал, что позади него, в дальнем конце коридора открывается дверь в комнату Петра, и раздаётся звонкий голос Женьки:

— … думаю, мне хватит двух дней.

— Да мне не к спеху, она не понадобится мне в ближайшее время, — ответил из комнаты Пётр, который, очевидно, проводил свою гостью до двери.

Женька вышла в коридор, держа в руках книгу, и, не заметив Илью, пошла в другую сторону, по всей видимости, направляясь к себе. Дверь в комнату Петра закрылась. Илья догнал Женьку в несколько секунд и подхватил её под локоть.

— Привет. А я тебя везде ищу.

— Ой, Илюша, ты уже дома! А я к Пете заходила. У него столько интересных книг! Я взяла одну почитать, — беспечно прощебетала Женька.

— Вот как… Мы сходим сегодня куда-нибудь?

Он обхватил её руками за талию.

— Мне нужно ещё кое-что дописать, но где-то через час я освобожусь и можно будет пойти погулять, — улыбнулась она. — А ты как?

— Я хоть сейчас могу пойти. Тогда ты позови меня, когда освободишься.

— Ладно.

Илья заправил прядку волос ей за ухо и чмокнул в висок.

— Я жду.

Она побежала к себе. Илья пару секунд смотрел ей вслед, потом пошёл по коридору по направлению к своей комнате. Уже миновав дверь в комнату Петра, вдруг остановился и с минуту стоял, раздумывая. Потом решительно развернулся и постучал в дверь.

Илье не пришлось долго стучать, Пётр открыл практически сразу. По тому, как слегка дёрнулись его брови, Илья определил, что Пётр вовсе не его рассчитывал сейчас увидеть. Илью это здорово разозлило, но он не подал виду.

— Привет. Есть разговор. Я войду? — сказал он, стараясь сохранять хладнокровие.

— Конечно.

Пётр отступил назад.

— Только подожди одну секундочку, я Каролину уберу.

Он издал какой-то забавный звук, на который тут же получил чирикающий ответ. Каролина в одну секунду оказалась у его ног. Пётр поднял её с пола и отправил в стеклянный ящик.

— Пусть лучше тут пока посидит, чтоб мы на неё случайно не наступили. Проходи.

Илья сделал пару шагов и остановился посреди комнаты. Он с минуту стоял на месте, зацепившись большими пальцами за карманы джинсов, плотно сжав губы и не говоря ни слова. Пётр внимательно на него смотрел, явно слегка недоумевая.

Илья вдруг осознал, что понятия не имеет, что именно хочет сказать Петру. Слов нет, сплошные эмоции. Проще всего было бы съездить ему по физиономии. Но это всегда успеется. Он пришёл с твёрдым намерением всё прояснить и выяснить отношения, значит начать надо всё-таки со слов.

Илья обвёл взглядом комнату, пытаясь сосредоточиться на своих мыслях и успокоиться. Пётр ждал, недоумевая всё больше.

— У тебя ко мне какое-то дело? — осторожно поинтересовался он.

— Можно и так сказать, — Илья наконец посмотрел ему прямо в лицо. — Слушай, я говорил тебе, что Женя — моя девушка?

Пётр вскинул брови.

— Разумеется. А что такое?

— А то!! Что ты всё крутишься вокруг неё, как будто тебе мёдом помазано?! — рявкнул Илья.

Пётр густо покраснел, но взгляда не отвёл.

— Послушай, я не понимаю, к чему эти разборки. Мы с ней просто общаемся.

— Хочешь сказать, как девушка она тебя совсем не интересует?! Думаешь, я не вижу, как ты на неё пялишься?!

Петра явно обескуражили эти вопросы, заданные в лоб. Теперь он выглядел немного растерянным.

— Я… Слушай, Илья, у меня совершенно чёткие представления о порядочности. Я ничего лишнего себе не позволяю.

— Только попробуй позволить! Не знаю, что я с тобой сделаю, но мало тебе не покажется! — угрожающе выдал Илья.

Пётр вдруг неожиданно улыбнулся и смущённо потёр нос.

— Что смешного? — раздражённо буркнул Илья.

— Да так… Честно говоря, тогда в холле я так и понял, что ты именно из-за Жени мне нагрубил, но я не думал, что ты можешь всерьёз ревновать её ко мне. Ты что, правда думаешь, что, встречаясь с тобой, она может обратить на меня внимание? Ты мне здорово льстишь. Честно говоря, на меня впервые наехали по такому поводу.

Он так бесхитростно это сказал, что Илья опешил. Нет, ну что за чудик? На такого, не то что рука не поднимется, а и крикнуть-то совестно. Но предупредить, всё равно, не помешает. В тихом омуте, как известно, черти водятся.

— Ну… В общем, ты меня понял. Будь добр, общайся с ней с меньшим рвением, а иначе, пеняй на себя, — сказал он уже без агрессии в голосе.

— Ты всех, с кем она разговаривает, так предупреждаешь? — с лёгкой насмешкой поинтересовался Пётр.

— Это не твоё дело. Ты, главное, для себя сделай соответствующие выводы, — ершисто ответил Илья.

— На мой счёт можешь не беспокоиться… Прости, но мне кажется, ты недооцениваешь отношение Жени к себе, если опасаешься, что её могут запросто у тебя увести. Нужно доверять друг другу.

— Много ты понимаешь! Ей я доверяю. Я… Она просто слишком много для меня значит, чтоб я мог быть спокойным, когда вижу, что кто-то ею явно интересуется. Я же не ошибся? Тебе, ведь, она нравится, так? — обличающим тоном выдал Илья.

— А я и не отрицаю. Нравится, — уже без тени смущения заявил Пётр. — Уверен, она многим нравится. Ну и что из того? Дело ведь не в том, кому нравится она, а в том, кто нравится ей. По-моему, так. Она тебя любит, это заметно. Не думаю, что у кого-то есть шанс увести её у тебя… Запретить всем окружающим её парням обращать на неё внимание ты всё равно не сможешь, главное, чтоб у неё не пропало желание быть именно с тобой. На самом деле, наверное, никто не может ничего гарантировать в отношениях, нужно просто стремиться их сохранять, — глубокомысленно произнёс он.

Парни молча смотрели друг на друга некоторое время.

— Я вижу, ты отлично разбираешься в вопросах такого рода, — примирительно сказал Илья.

— Я бы сказал, в теории вопросов такого рода, — хмыкнул Пётр и опять густо покраснел. — Читаю много.

— Теория выглядит вполне убедительной, — ухмыльнулся Илья. — Ты прав, конечно. Извини за наезд. Надеюсь, ты меня понимаешь.

— Да ладно, пустяки. Такие вопросы лучше решать сразу, — добродушно улыбнулся Пётр.

— Это да… Ну ладно, пойду я, а то твоя Каролина уже засиделась в ящике.

— Да, она этого не любит… Илья, я ищу квартиру, дал объявления во всех газетах, но у меня пока не выходит ничего. Предлагали пару раз комнату в квартире с хозяевами, но, как только узнают про Каролину, разговор сразу заканчивается. Надеюсь, Денис на меня не в обиде за то, что я никак не сдержу своё слово? Это правда совсем непросто, — извиняющимся тоном сказал Пётр.

— М-м, я думаю, он это понимает. Во всяком случае, он пока не поднимал этот вопрос, — ответил Илья.

— А я уже готова, можем идти, — весело заявила Женька, входя в комнату парней минут через двадцать, после того, как Илья пришёл от Петра.

— Отлично! В кино пойдём?

— Давай лучше просто погуляем, погода сегодня отличная. Мороз и солнце.

— С тобой у меня погода всегда отличная, — сказал Илья, притягивая её к себе.

— Даже, когда холодно и идёт дождь? — лукаво улыбнулась Женька.

— Даже, когда снег с градом. Мне кажется, или я давно не говорил, что люблю тебя?

— Да, со вчерашнего дня точно не говорил, — она старательно изобразила укор во взгляде.

— Безобразие. Я должен срочно исправить эту оплошность.

У неё в глазах веселье и нежность. Она такая близкая и всё в ней знакомо и понятно. Он столько раз говорил ей о любви и знает, каким будет ответ. Только отчего-то сердце так заходится, словно он впервые собирается открыть его ей. Что-то в самой глубине её глаз притягивает и волнует так, что дыхание сбивается и голос сипнет.

— Я тебя люблю.

— И я… люблю.

Ответное волнение в её голосе приводит в движение не желающую больше быть покорной стихию, которая в один момент сметает все границы пространства и времени, в щепки разнося все условности и запреты. В один короткий миг он находит в её глазах ответ на все вопросы сразу. Они понимают сейчас друг друга, как никогда. Нет, не с полуслова. Ни слова, ни даже мысли сейчас неуместны. Они ощущают себя единым целым, сливаясь в порывах, чувствах и желаниях, раскрывая ещё один секрет любви, совсем простой и всеобъемлющий, такой же древний, как жизнь, как сама Любовь…

Близкая. Ближе быть уже просто невозможно. Родная. Роднее не бывает. Никому, никогда он её не отдаст. Они без остатка принадлежат друг другу, и пусть кто-нибудь попробует с этим поспорить.