Эмоциональная ориентация ландшафтного дизайна

Необходимость качественного преобразования среды современного города, обусловленная остротой экологических проблем и хаотичностью функционального использования открытых пространств, в значительной мере связана и с нерешенностью многих вопросов эмоционального восприятия человеком его ближайшего окружения. Длительное преобладание жесткого функционализма в благоустройстве и озеленении городской среды привело к смещению акцентов в ее ландшафтной организации в сторону рациональных начал в ущерб эмоциональным. Однако с появлением средового подхода становилось все более очевидным, что никакие функциональные достижения не смогут искупить даже малой доли эстетического абсурда, внедренного в отечественную практику оформления городских открытых пространств за последние десятилетия, главным образом, при осуществлении жилой застройки.

По мере осознания невозможности совершенствования качеств городской среды без учета общеэкологического контекста, в котором преобразованной природе отводится не меньшая роль, чем природе сохраненной, необходимость поиска современных средств достижения зрительной выразительности открытых пространств с помощью ландшафтного дизайна приобретает особую актуальность. Несовместимое с понятием психологического комфорта состояние неблагоустроенной среды воспринимается человеком столь же негативно, сколько ее аморфность и безликость. Безусловно, решая определенные утилитарные задачи оздоровления среды, ландшафтный дизайн обладает нацеленностью на формирование у людей ощущения визуального комфорта, гармоничности и узнаваемости средового пространства. Эмоциональная ориентация произведений дизайна, также как и архитектуры, связана с процессом восприятия человеком своего окружения [46, 49].

В числе качеств среды, оцениваемых человеком постоянно, возможность ориентации и отождествления с конкретным местом имеет особое значение. Это выражается в потребности в полной информации о том, где человек находится, т.е. в создании определенного пространственного образа. Поэтому к числу основных задач ландшафтного дизайна можно отнести формирование средствами природы однозначно распознаваемого окружения, обладающего, наряду с эстетической привлекательностью, нестандартностью размещения и взаимодействия природных компонентов.

Среди известных подходов к достижению узнаваемости пространства целесообразно упомянуть разработки Р.Крие по созданию "теории городского пространства", основанной на геометрических характеристиках улиц, площадей, дворов [77]. Руководствуясь метрическими параметрами, можно подойти к рассмотрению возможностей геометризации форм природы для достижения характерного облика каждого фрагмента городской среды, создающего устойчивый зрительный образ конкретного места города.

Решение проблемы распознаваемости места обретает в этом случае новый оттенок благодаря включению в композицию открытого пространства элементов природы в нетрадиционном качестве. Возможность отождествления себя с конкретным местом, обозначенная К. Норберг-Шульцем как главное условие для возвращения связи человека с окружением [81], приобретает осмысленный характер за счет преодоления одинаковости фрагментов городской среды, создания пространственной структуры места с помощью ландшафтного дизайна.

Каждое из мест, структурированных с помощью преобразованных природных компонентов (характерных линий рельефа, композиций растительности, водных устройств), обретает эстетическую значимость для человека, снабжая его необходимыми знаками ориентации в городском пространстве и составляя определенную материальную основу для закрепления в памяти зрительных впечатлений. Роль категории места в раскрытии самоощущения людей и описании определенного типа их поведения в конкретной части городской среды представляется наиболее важной при выборе средств качественного преобразования ближайшего окружения человека в городе. Наиболее эффективно закрепление ощущения места с помощью характерных компонентов природы происходит в том случае, когда их размещение и взаимосвязи отвечают определенному сюжету, т.е. "предлагают" одну из схем средового поведения. Поэтому наряду с эстетическим воздействием в каждом объекте ландшафтного дизайна обязательно присутствует аспект регулирования поведения человека, мотивации его передвижения, наблюдения или действия.

Помня о том, что городская среда воспринимается человеком как серия зрительных образов и вызывает у него ряд последовательных впечатлений, в ландшафтной организации отдельных пространств содержится возможность создать определенный сценарий, в котором воздействие природных компонентов будет строиться по принципу разнообразия с логичным чередованием средовых "событий" и эмоциональных пауз.

Современная практика архитектурно-ландшафтного благоустройства открытых пространств города, исходя преимущественно из функциональных соображений, нередко оставляет нерешенными вопросы режиссуры процесса восприятия среды с точки зрения эмоциональной реакции человека. Обращенность средств ландшафтного дизайна к жителям города заключается в том, что в художественном оформлении каждого фрагмента среды может быть заложен характерный природный акцент, выделяющий данный фрагмент из серии других именно за счет воздействия на психоэмоциональное состояние пешехода.

Отвечая одновременно задачам экологичной реконструкции и эстетического обновления городских открытых пространств, увеличение в них доли природных компонентов по существу означает наложение на существующую ткань города дополнительного культурного слоя с преобладанием эстетически преобразованной природы. Смысл создания такого слоя заключается в изменении эстетических, функциональных и экологических качеств городской среды, отвечающих динамичным общественным потребностям. Особенность появления в процессе исторического развития города новых слоев, обозначенная А.Грумбахом применительно к архитектуре как "искусство потерь" и "искусство наслоений" [71], приобретает по мере увеличения возможностей ландшафтного дизайна в изменении их эстетики особую актуальность.

Реализуя способность среды впитывать последующие наслоения, дополнительные природные компоненты в городских открытых пространствах превращаются в одно из важных средств их структурного и художественно-образного преобразования. Выявление более четких вертикальных и горизонтальных членений, равно как придание ясной геометрии формам природы, может способствовать формированию наиболее выразительного образа места. Изменяя размеры и контуры растительности, геометрию и перепад отметок рельефа, с помощью ландшафтного дизайна можно влиять на пространственную структуру места и, соответственно, на характер восприятия человеком своего окружения.

Уровень эстетического обновления пространства при этом не должен противоречить идее устойчивости среды, оставляя в качестве наиболее стабильных элементов существующие природные компоненты городского ландшафта. В связи с этим как один из нереализованных шансов на качественное обновление городской среды можно рассматривать проведение реконструкции отдельных улиц с организацией пешеходных пространств в виде замены асфальтового покрытия поверхности земли на бетонную плитку без заметного увеличения числа деревьев или площади газонов (например, на Малой Конюшенной улице в Санкт-Петербурге).

В тенденции к пространственному консерватизму, характерной для процесса исторического развития среды [44], наиболее заметно проявляется обжитость каждого из ее фрагментов, на основании которой использование ландшафтного дизайна целесообразно ориентировать на поиск "неразрушающих" средств воздействия на городское окружение человека. Сохранение существующих природных компонентов среды (растительности, перепадов рельефа) безусловно способствует закреплению памяти места, но не всегда отвечает идее создания его цельного образа. В связи с этим при проведении экологичной реконструкции городской среды, предполагающей преобразование природных форм, представляется необходимой ликвидация "эстетического загрязнения" в виде хаотически размещенной растительности или случайно оформленного рельефа.

Целью таких преобразований является достижение новых качеств городских открытых пространств, способных вызвать положительные эмоциональные реакции человека. По существу речь идет о поиске более выразительного языка природного формообразования с помощью ландшафтного дизайна. Понятие языка становится ключевым в обновлении эстетики городской среды на основе включения природных компонентов в измененной, формализованной трактовке.

В связи с этим полезно вспомнить об отмеченных в исследованиях Г.З.Каганова аналогиях между городской средой и своего рода текстом, "считываемым" человеком в определенной последовательности и построенным по "грамматическим" правилам [44]. Непосредственно влияя на "читаемость" городских пространств, преобразованные элементы природы выступают в качестве системы средств обозначения места и связаны с такими понятиями, как морфология (предметный состав), семантика (система значений), семиотика (знаковое наполнение) и синтаксис (структурная связь отдельных знаков).

В то же время было бы значительным упрощением рассматривать ландшафтный дизайн в качестве средства синтаксического конструирования городских открытых пространств из отдельных "букв", "слов" или "фраз" в виде элементов природы и фрагментов городского ландшафта. По существу осмысление роли ландшафтного дизайна в изменении языка природного формообразования неотделимо от аналогичного процесса в области архитектуры.

Эволюция подхода к трактовке языка архитектуры и дизайна прослеживается в исследованиях А.В.Иконникова, З.Н.Яргиной, В.Ф.Маркузона, В.Т.Шимко, А.Э.Коротковского, Е.И.Российской, Ю.А.Рочняка. Среди наиболее существенных изменений можно отметить постепенный переход от традиционной синтаксической трактовки архитектурной композиции к семантической, основанной на наиболее ясных представлениях о формообразовании и смысловыражении в современной архитектуре.

Применительно к ландшафтному дизайну морфология охватывает все многообразие составных элементов композиций открытых пространств города, включая отдельные деревья, кустарники, фрагменты газона, цветники, водные поверхности и декоративное мощение. "Послойное" рассмотрение этих компонентов позволяет выявить их состав и оценить пластические особенности.

Одним из вариантов трактовки морфологии языка пространств, который представляется применимым для решения задач ландшафтного дизайна, является предложенное Ю.А. Рочняком разделение предметно-пространственной среды города на три информационно-содержательных уровня (языка): языки мелкой архитектурной пластики, знаковый, вербальный – на первом уровне, язык композиции поверхности на втором уровне и язык пространств и границ – на третьем [57]. Состав и расположение дополнительных природных компонентов среды, способствующих повышению ее экологической устойчивости, должны соответствовать масштабу их восприятия человеком на одном из информационно-содержательных уровней, т.е. либо влиять на закрепление определенных знаков в пространстве, либо создавать индивидуальность композиции поверхности или изменять границы открытого пространства.

Поиск выразительности природных компонентов городской среды невозможен без преодоления стереотипного мышления в их формообразовании с использованием архаичного языка псевдодизайна и традиционных приемов озеленения.

Обращение к семиотике пространства, трактующей его как систему знаков с определенным смысловым содержанием и характерными структурными связями, позволяет подойти к языку природного формообразования с позиции художественной выразительности на основе использования читаемой геометрии простых фигур. Материализация подобных знаков с помощью ландшафтного дизайна может способствовать созданию в городских пространствах системы устойчивых ориентиров, обеспечивающих распознаваемость каждого фрагмента среды. Многозначность природных форм и многовариантность их дизайнерской интерпретации составляют один из важных резервов исключения монотонности и безликости открытых пространств города. Преобразованные контуры растительности или перепадов рельефа, превращаясь в часть знаковой системы, влияют на восприятие человеком своего окружения и способствует повышению информационного потенциала среды.

Достигается это путем формирования с помощью ландшафтного дизайна характерных элементов, соответствующих геометрическим понятиям "точка", "линия", "объем", "поверхность" и др. В работах Ф.Танги [39] с этими элементами, составляющими "геометрию пейзажа", связывается понимание визуального кода, лежащего в основе прочтения пейзажа. Наряду с облегчением читаемости пространства, дизайнерское осмысление каждого из таких элементов позволяет создать в городской среде дополнительные средства воздействия на эмоции человека, вызывая его удивление, побуждая к движению или остановке. Принцип геометризации пространства выступает при этом в качестве одного из важнейших в изменении эстетических характеристик среды, сочетая в себе рациональные и эмоциональные начала.

Язык ландшафтного дизайна может обрести особую выразительность на основе обращения к смысловому содержанию компонентов природы. Опираясь на исследования, выявляющие семантику природных форм и особенности их эмоционального воздействия на человека, целесообразно раскрыть те возможности, которые содержатся в ассоциативном (символическом) восприятии городского ландшафта.

Символические интерпретации природных форм позволяют обращаться к чувствам и памяти человека, связывая его визуальное восприятие среды с ощущениями и впечатлениями, имевшими место в прошлом и составляющими часть духовных ценностей человеческой культуры. Смысловое наполнение преобразованных компонентов природы, обусловленное возможностями фантазии, интеллекта, психики и вкуса архитектора или дизайнера, обладает тем большей силой воздействия, чем полнее совпадают их образные представления с представлениями рядовых горожан. Различия в характере их восприятия обусловлены неизбежной разницей в уровне художественной культуры в силу определенной профессиональной специализации.

Поиск доступных для массового сознания семантических проявлений ландшафтного дизайна и повышение их художественных достоинств на основе отказа от копирования или стилизации известных примеров из прошлого отличает современный подход к использованию принципа символизации в оформлении городских открытых пространств.

Обладая многочисленными смысловыми акцентами и символическими знаками в виде преобразованных компонентов природы, городская среда может сохранить свою целостность в качестве единого контекста при наличии пространственного синтаксиса, обеспечивающего взаимосвязь составных элементов. Применительно к языку ландшафтного дизайна синтаксис означает пространственную согласованность и структурную упорядоченность отдельных элементов природы с учетом динамичного обновления композиционных приемов их размещения в городской среде. В этом смысле синтаксис не является неизменным, а скорее подвержен эволюции одновременно с изменением как самой системы природных знаков, так и смыслового содержания каждого из них.

Таким образом, в языке природного формообразования наблюдается тенденция к постоянному обновлению. Неизменными могут оставаться единичные знаки в виде отдельных деревьев, кустарников, модулей газонов и декоративных покрытий, но пути достижения эстетической выразительности и функциональной наполненности городских пространств связаны с адаптацией новых подходов к использованию ландшафтного дизайна.

♦ /См. цветную вклейку, № 170-181/