3. Подготовка фашистской Германии к ведению подрывной пропаганды против ссср

Правящие круги фашистской Германии придавали большое значение организации и ведению подрывной пропаганды среди войск и населения страны, против которой готовилась агрессия, — так называемой «психологической войне». В правительственном постановлении от 1 сентября 1939 г. [315] говорилось: «В современной войне используются не только средства вооруженной борьбы, но и средства, которые должны воздействовать на моральный дух народа и подрывать его»{981}. К таким средствам фашистское руководство относило в первую очередь подрывную пропаганду и усиленно готовилось использовать ее в войне против СССР.

Подготовка к проведению подрывной пропаганды охватывала: во-первых, создание особого аппарата и воинских частей для ведения агитации среди войск и населения противника; во-вторых, определение основных направлений, по которым должны были идти идеологические диверсии против СССР; в-третьих, обучение агентуры и вербовка бывших белогвардейцев и предателей для распространения антисоветских измышлений на территории СССР.

Первоначально ведением подрывной пропаганды в боевых условиях занималось ведомство Геббельса. Оно осуществляло подготовку кадров и технических средств для печатной, устной и радиопропаганды среди населения и войск противника. Постепенно к этой работе стали привлекать военные организации и штабы. До 1939 г. разработкой основ использования идеологического оружия в войне занималась 5-я группа психологической лаборатории военного министерства. Она подготовила доклад «Развитие пропаганды как оружия», в котором подчеркивалось возросшее значение «духовного воздействия» на противника{982}.

Организационные принципы «психологической войны» были изложены в «соглашении о ведении пропаганды во время войны», подписанном еще зимой 1938/39 г. Геббельсом от министерства пропаганды и Кейтелем от командования вермахта. В нем отмечалась важность «разъяснительной» работы среди войск и населения противника и предлагалось, чтобы ведением «психологической войны» в районах боевых действий занималось министерство пропаганды совместно с ОКВ{983}. Непосредственное ведение «пропаганды на врага» в боевых условиях возлагалось на роты пропаганды, которые по штатам военного времени придавались каждой полевой армии и каждому воздушному флоту.

Подрывная пропаганда являлась составной частью гитлеровской стратегии блицкрига.

В ходе кампаний в Польше и Западной Европе гитлеровцы приобрели опыт ведения «пропаганды на врага», использованный затем в подготовке агрессии против СССР. Во время войны с Польшей были дни, когда германская авиация сбрасывала на окруженные группировки польских войск до 300 тыс. листовок. Уже в этот период командующие армиями и штабы отмечали эффективность действий приданных рот пропаганды. Они стали учитывать меры пропагандистского характера при планировании и проведении операций. В период наступления вермахта на западном фронте в ротах пропаганды было вдвое увеличено число громкоговорящих установок. Роты получили специальные приспособления для разбрасывания листовок на переднем крае противника.

С осени 1940 г. гитлеровское руководство непосредственно занялось организацией «психологической войны» против СССР. Были сформированы новые роты пропаганды, в том числе четыре для танковых групп. Всего в группировке немецко-фашистских войск, созданной для нападения на СССР, имелось 17 рот пропаганды. При каждой из трех групп армий были образованы отделы пропаганды, которые должны были вести подрывную деятельность на занятой советской территории.

Фашистское руководство уделяло большое внимание сбору и обобщению информации для подрывной «идейной» борьбы против СССР. Этим [316] ведало восточное отделение внешнеполитического отдела нацистской партии, под руководством которого работали институты и центры по изучению Восточной Европы. В отделение поступали донесения германских агентов и заграничных организаций партии, материалы корреспондентов фашистских газет. Оно поддерживало связь с белоэмигрантскими группами на территории Германии и оккупированных ею стран. Сотрудники отделения вели тщательную обработку поступающих материалов, составляли доклады о положении Советского Союза для фашистского руководства. В июне 1940 г. было подготовлено два совершенно секретных доклада: «Социальное положение Советского Союза» и «Положение немцев в СССР»{984}. В начале октября внешнеполитический отдел партии представил Гитлеру, Герингу и другим фашистским главарям объемистый «труд» под названием «Результаты исследования государственного строя и партийного строительства в Советском Союзе», который был использован немецко-фашистским командованием при разработке плана «Барбаросса»{985}.

Сбор и обобщение материалов, предназначенных для пропаганды против СССР, осуществлялись под общим контролем центральных органов национал-социалистской партии.

С начала 1941 г. фашистское руководство усилило внимание к изучению внутренней жизни Советского Союза. В январе в восточное отделение внешнеполитического отдела нацистской партии были направлены новые сотрудники. В их числе были специалисты по «русскому вопросу» Бунге и Кастель, занявшиеся обобщением сводных данных о работе Коминтерна, политике и экономике Советского Союза{986}. Приказом Геринга от 3 марта в Познани наряду с действовавшим университетом «Ост» создавался новый имперский центр по «исследованию восточного пространства»{987}. В попечительский совет этого центра вошли Розенберг и другие видные руководители нацистской партии. Центру передавалось около 200 тыс. экземпляров книг по истории СССР и стран Восточной Европы{988}.

20 апреля 1941 г. приказом Гитлера Розенберг был назначен «уполномоченным по центральному контролю над проблемами восточноевропейского пространства». В составе организации Розенберга первоначально имелось шесть отделов, в том числе отдел политических вопросов и печати, который развернул сбор и изучение материалов для идеологического воздействия на народы СССР{989}. Позднее на основе этой организации было учреждено министерство по делам оккупированных восточных областей.

К июню 1941 г. отдел пропаганды вермахта при активном содействии управления Розенберга разработал директиву о применении пропаганды по плану «Барбаросса». В начале июня директива была подписана Йодлем и передана в штабы групп армий, танковых групп, воздушных флотов, авиакорпусов и в роты пропаганды. В ней определялись цели, содержание, формы и методы подрывной пропаганды против СССР. Все расчеты гитлеровцев строились на том, чтобы вызвать у советских людей недоверие к Коммунистической партии и Советскому правительству, посеять рознь и вражду среди народов Советского Союза, нарушить их единство и сплоченность. Директива требовала проводить подрывную пропаганду так, чтобы она маскировала захватнические намерения фашистской Германии, скрывала планы ограбления и уничтожения Советского государства. В качестве основных форм пропаганды предлагалось использовать распространение листовок с помощью самолетов и ведение [317] специальных передач через громкоговорящие установки. За несколько дней до нападения на СССР к ротам пропаганды сухопутных войск были прикомандированы журналисты и другие специалисты; в их состав вводились особые подразделения для захвата советских радиостанций и немедленной организации радиопередач. В директиве подчеркивалось, что «применение всех средств активной пропаганды в борьбе против Красной Армии обещает больший успех, чем в борьбе со всеми прежними противниками вермахта»{990}.

Значительное место в подготовке Германией «психологической войны» против Советского Союза занимала диверсионная деятельность. Особенно активной она стала в первой половине 1941 г. Периферийным отделам абвера, которые вели работу против Советского Союза, было дано задание увеличить засылку агентов в СССР. Такое же задание об усилении агентурной работы против СССР было дано всем разведывательным органам, которые имелись в армиях и в группах армий. Для более успешного руководства всеми этими органами абвера в мае 1941 г. был роздан специальный разведывательный штаб{991}.

В каждом из разведотделов немецких групп армий и армий готовились подразделения для совершения диверсионных актов и ведения подрывной пропаганды в советском тылу. Работники германской разведки вступали в связь со своими агентами в СССР. В частности, заместитель начальника отдела диверсий и саботажа (абвер-2) Штольце получил задание «использовать свою агентуру для разжигания национальной вражды между народами Советского Союза»{992}. Он дал указание украинским националистам — германским агентам Мельнику и Бандере «организовать сразу же после нападения Германии на Советский Союз провокационные выступления на Украине с целью подрыва ближайшего тыла советских войск, а также для того, чтобы убедить международное общественное мнение в происходящем якобы разложении советского тыла»{993}.

Действия диверсионных групп и фашистских агентов в тылу должны были, по расчетам гитлеровского командования, облегчать продвижение германской армии.

К моменту нападения на СССР гитлеровское руководство создало разветвленный аппарат для организации подрывной антисоветской пропаганды, привело в готовность целый арсенал средств идеологического и политического воздействия на войска и население Советского государства.

* * *

Правителям Германии удалось поставить антикоммунизм и фашистскую идеологию на службу своим захватническим, человеконенавистническим замыслам. Антикоммунизм и антисоветизм составляли главное направление в идеологическом оболванивании населения и вооруженных сил как Германии, так и других стран фашистского блока.

Глава шестнадцатая. Вооруженные силы фашистской коалиции перед нападением на СССР